Пере-игра

1. Зачем Алладину Лунный заяц

Чем бы ни занимался сейчас Алладин, какое бы дело ни выбирал, но мысли упорно возвращались к Лунному зайцу. Знания о том, что Лунный заяц был священным животным многих Богинь, вечным хранителем бессмертия, не оставляли его в покое, поскольку все размышления сводились к матери, которая последнее время испытывала слабость, выглядела болезненно и врачи не обещали ничего хорошего.

С Аладдином из сказки его объединяли схожесть имени (по материнской причуде, обожавшей в детстве эту волшебную историю) и то, что он был молодым бездельником, несколько склонным к приключениям. Различало же, что находился он в современных реалиях, имел вполне себе европейскую внешность и опыт двадцатилетнего проживания на нашей планете Земля. Друзья называли его Аликом или по-свойски Труба, мать – Ладиком, а отец, игнорируя паспортное имя – Иванычем. Окончив местный техникум, приобретя сложно-выговариваемую рабочую специальность, Алладин Иванович Трубецкой искал своё место под солнцем. Но, видимо, не очень активно искал, чем раздражал родителей и соседей. Зато активно читал. Особенно мифы и легенды. Одна из попавшихся ему на глаза легенд, гласила следующее. Лунный заяц – великий труженик и знаток снадобий, обитал на Луне. Главным его делом было изготовление порошка из лекарственных трав и растений для обретения долголетия и бессмертия. Он дружил с Богинями и Лунным старичком – покровителем влюблённых. Всё это, конечно же, воспринималось сказочно, но где-то в глубине души, в потаённых осколках подсознания, настраивало на некую нереальную реальность, которая цепляла своим внутренним чутьём, что так может быть на самом деле. Понятное дело, что своими мыслями Алладин ни с кем не делился.

Однако дальше произошло такое, что заставило отнестись к этим чудным мыслям с большей долей серьёзности, чем могло бы показаться, учитывая их несерьёзность. Именно это и пронеслось у Алладина в голове, вихрем разметав остатки сомнений в подлинности происходящего. В местной газете с новостями, объявлениями и телепрограммой на следующую неделю, значилось: «За высокое вознаграждение требуется помощь в поимке Лунного зайца. Обращаться по телефону: 8 961 888 88 88. Спросить Бакенбарда Бакенбардовича».

Алладин три раза перечитал объявление. Потом ещё раз. Хотя из текста было всё понятно. Некий Бакенбард Бакенбардович ищет себе помощника. Его имя Алладина не смутило, у него самого было ещё то имечко. Цифры телефона тоже можно было списать на любовь человека к нумерологии. Но Лунный заяц? «Возможно, – предположил Алладин, – это просто хозяин ищет сбежавшую животинку. Эксцентричный мужчина соответственно и назвал эксцентрично своего любимца, как мифологического. Тот сбежал. Вот и объявление. Надо позвонить. Помочь». Перечитывая объявление в четвёртый раз, Алладин просто набрал указанный номер. Пошли гудки, и раздался басовитый, но аккуратно выговаривающий слова, голос.

– Слушаю вас, уважаемый!

– Здравствуйте. Я по объявлению, по поводу Лунного зайца, – выпалил Алладин скороговоркой.

2. Встреча

– Вот уж не думал, что кто-то отзовётся. Значит, что ты – этот тот, кто мне нужен. Случайностей не бывает, – довольно хохотнул в трубку Бакенбард Бакенбардович.

– Возможно. Так может, обговорим суть дела? – несколько мрачно спросил Алладин.

– Молодой человек, не переживайте, я всё расскажу. Как вас, кстати, зовут- величают?

– Алладин.

– Алладин? Тот, который из Багдада? Ещё лучше, – снова хохотнул Бакенбард.

– Нет, Иванович. Если мы будем разговаривать в таком тоне, то увольте, – ещё мрачнее ответил ему Алладин.

– Всё, всё. Не обращайте внимания. Я не со зла. Очень рад познакомиться. Очень рад! В семнадцать часов в баре «Ласточка» вас устроит?

– Устроит, – буркнул Алладин и отключился, надеясь, что всё это не розыгрыш.

Ближе к семнадцати парень вышел из дома. Почти час он добирался до «Ласточки» и опоздал на десять минут. Осмотревшись, извлекая телефон из кармана, поскольку несколько мужчин вполне могли оказаться тем человеком, с кем он недавно разговаривал, Алладин заметил, как один из них – упитанный гражданин – махнул ему рукой.

– Добрый вечер! Бакенбард Бакенбардович? – поинтересовался он, подойдя ближе.

– Он самый, – хохотнул мужчина уже знакомым смехом.

Алладин кивнул и «плюхнулся» на соседний стул.

– Кофе? Чай?

– Лучше сразу к делу, – серьёзно ответил Алладин, придирчиво рассматривая мужчину.

Бакенбард Бакенбардович полностью оправдывал своё имя. На округлом, довольном лице значимой частью выступали густые брови и бакенбарды, доходящие до подбородка. Тёмно-синий костюм в тонкую полоску подчёркивал живот и толстые ноги. На его фоне Алладин казался худощаво-несуразным, бледным юношей. Однако та серьёзность, с которой он произнёс последнюю фразу, выдавали в нём твёрдую натуру, несмотря на некоторую романтичность во внешности. Что сразу и подметил его собеседник, пробежав взглядом по лицу и фигуре Алладина.

– К делу, так к делу. Мне так даже больше нравится. Это же великолепно, когда два человека могут поговорить о деле.

Наткнувшись на внимательный взгляд серых глаз, Бакенбард Бакенбардович продолжил:

– Мне потребуется время на предысторию этого вопроса.

3. История Бакенбарда Бакенбардовича

– Всё началось не вчера, и не в этой жизни, – приступил к повествованию рассказчик. – Это было давным-давно. В одном из племён мальчик получил дар шамана, бубен и посвящение. Его занятиями стало исцеление больных, общение с духами и сопровождение душ умерших в загробную жизнь. Он знал о трёх мирах: верхнем (небесном), среднем (земном) и нижнем (подземном). Был способен посредством Мирового Дерева перемещаться между мирами для достижения каких-то своих целей. Но я к этому ещё вернусь. В следующей своей жизни тот же мальчик стал разбойником, странствующим по морям, сколотившим и растерявшим целое состояние. Надеюсь, ты нормально относишься к формулировке – «перерождение». Не отрицаешь того, что душа рождается не единожды, с каждым разом, приобретая новый опыт проживания жизни, ещё и используя накопленный, так называемое «подсознание». Дальше тот мальчик был колдуном, обладая силой разрушения, присущей пиратам, и знаниями, имеющимися у шаманов. Сразу скажу, из этого не вышло ничего хорошего. Тем самым он наработал себе тяжёлую энергию, проведя следующую свою жизнь в заключении, в отработках тёмного прошлого. Потом он рождался ещё и ещё, не особо имеет значение, где и когда. Но… К чему я и веду сей вынужденный рассказ – умирал этот малец всегда в одном и том же возрасте – сорока лет. Вот, как только сорок замаячило, так и до свидания эта жизнь.

Бакенбард Бакенбардович замолчал. Молчал и Алладин, ожидая продолжения разговора. Собеседник, убедившись, что его слова воспринимаются нормально – продолжил уже серьёзно, без тени смеха, без лёгкой иронии, звучавшей до этого:

– Совершенно не лишним будет добавить, что я и являюсь тем самым мальчиком. Каким способом я узнал это – оставим, не столь важно. Существует множество способов узнать своё прошлое. Я знаю, что было и я знаю, что будет. Мне сейчас – 39 лет. Моё фатумное сорокалетие я могу и не встретить. Более того, что скорее всего и не встречу, если не позабочусь об этом сейчас. Ещё есть время. Поэтому мне нужен помощник.

– Я…я не против того, чтобы оказать помощь. Только совсем не понятно чем. Хотя… Кажется понимаю: Лунный заяц, порошок бессмертия. Вы в самом деле верите этой легенде? Я слышал о ней, но это же миф, – как можно вежливее ответил Алладин, заинтригованный тем, что и сам искал практически тоже самое.

– Любезный, вы забываете – в прошлом я шаман, путешествующий по разным мирам, – хохотнул Бакенбард Бакенбардович. – Пришло время вернуться к Мировому Древу.

– А что шаман с замашками пирата и прошлым великого колдуна, сам с таким заданием не справится? – чуть насмешливо произнёс Алладин, вернув тому серьёзность.

– К этому вопросу я тоже вернусь, погоди. А сейчас чуть о Дереве Жизни. Оно является осью, структурно объединяющей девять миров. Это дерево, объединяя нижние и верхние миры, позволяет оказаться там, где обитает Лунный заяц со своим бесценным снадобьем. Надеюсь, для чего мне оно надо, теперь понятно. Хотелось бы пожить в этом мире более сорока лет. Планы у меня кое-какие имеются, – как-то криво ухмыльнулся Бакенбард Бакенбардович, скорее самому себе.

4. Договор о сотрудничестве

– Значит, надеюсь, теперь понятно, что я знаю технологию проникновения в другие миры, учитывая многомерность Вселенной. Но мне нужен помощник. Скажем так – исполнитель. Тот, кого я смогу отправить в портал и вернуть обратно. Одному это сделать сложно. По нескольким причинам. Не буду сейчас об этом, не столь важно, – резко сказал Бакенбард и отодвинул от себя пустую чашку с блюдцем, где виднелись остатки кофе.

– А я-то думал, надо всего лишь помочь найти убежавшего кролика или что-то в таком духе, – ответил ему Алладин, вглядываясь в рисунок кофейной гущи, образовавшийся на стенке чашки от передвижения её по столу.

– Разумеется, я заплачу. Очень прилично, – акцентируя слово «очень», произнёс Бакенбард Бакенбардович.

– Дело не в оплате. Дело в том, что я тоже заинтересован в этом вопросе, как ни странно. По своим причинам. Именно поэтому я и соглашусь. Но и оплата не помешает, мне же тоже надо за что-то жить, – улыбнулся Алладин.

Видно было, что собеседник выдохнул с облегчением. Во-первых, его не приняли за сумасшедшего, во-вторых, он нашёл себе напарника, а в-третьих, всегда хорошо, когда наши планы начинают осуществляться.

– Когда приступим к такому грандиозному проекту?

– Можем на следующей неделе. Ты скажи близким своим, что уедешь на время. Придумай что-то. Это же не составит труда?

– С учётом того, что сегодня пятница, это через три дня получается. Я не привык лгать. Обычно говорю правду, как есть, – попытался возразить юноша, одновременно понимая, что звучит это несколько натянуто.

Бакенбард Бакенбардович вяло улыбнулся, раскрутив одним пальцем чашку. Всем своим видом давая понять, что человеку только что согласившемуся на перемещение между мирами, не идёт растерянность от такой мелочи, как объяснение по поводу своего временного отсутствия.

– Так и скажи правду. Если это так важно!

– Какую? Улетаю на Луну? – упорно поинтересовался Алладин.

– Что отлучаешься по важному делу. Все объяснения дашь после. Неужели так трудно сообразить? – чуть вспылил собеседник.

Алладин приподнял бровь и улыбнулся немного иронично, тем самым давая понять, что бывшего колдуна-шамана очень легко вывести из себя парой вопросов. А им предстояло довольно сложное дело и надо быть уверенным в партнёре на все сто процентов. Или, во всяком случае, понимать, каких реакций ожидать. Сам Бакенбард Бакенбардович внезапно уловив суть происходящего – громко рассмеялся.

Переглянувшись, они закрепили сделку рукопожатием.

5. Договор дороже денег

Как договорились, в понедельник Алладин пожаловал в гости к своему новому знакомому Бакенбарду Бакенбардовичу. Жил тот в старом двухэтажном особняке. На отшибе. «Прошу в мою окраину Вселенной», – любил шутить он, встречая гостей.

Эта мини-Вселенная была наполнена самыми разнообразными мелочами. «Сумбурный музей вещей», – подумал Алладин, рассматривая обстановку, но вслух ничего не сказал, решив, что обитатель жилья вправе сам расценивать, в какой обстановке ему жить.

– Я иногда называю свою обитель сумбурным музеем, – произнёс Бакенбард Бакенбардович, что заставило Алладина сдержанно удивиться, понадеявшись, что совпадение фраз является случайностью.

Возможно, это была случайная фраза, возможно, что нет, но к вопросу «случайностей», начиная от случайно увиденного объявления и заканчивая случайными совпадениями в мыслях и словах, Алладину ещё придётся вернуться. А сейчас следовало готовиться к заданию.

– Понимаете, мой друг, шаманом я был в далёком прошлом, кое-какие навыки остались, но сейчас моих знаний недостаточно, чтобы провести между мирами моё физическое тело, т.е. одновременно быть там и управлять этим процессом. Мне гораздо легче, чтобы это был другой человек, менее энергозатратно для меня получается. Я просто открываю нужный канал и держу связь, а ты перемещаешься. Однако мы постоянно находимся во взаимодействии – наши эфирные тела. Мы обмениваемся информацией, как два соединённых между собой компьютера. Понимаешь?

Задав вопрос, Бакенбард Бакенбардович выжидающе смотрел на Алладина. Тот утвердительно кивнул.

– Понимаю. В теории. На практике не представляю. Перемещение – это больно? Есть гарантия возврата? Не останусь я между мирами?

– Вот именно поэтому, чтобы такого не произошло, я и контролирую процесс. Моя роль в этом и заключается собственно: держать портал открытым. И для тебя это не больно. Для меня потребует усилий. Но всё же меньших, чем пришлось бы мне самому проделывать этот путь. Если брать в расчёт физическое тело, а не просто транс. Полёт духа я могу себе устроить, только эликсира долголетия мне таким способом не добыть. Его же требуется физически перенести сюда. К тому же ещё и с зайцем договориться, – задумчиво протянул Бакенбард Бакенбардович последнее слово.

– Договориться с зайцем – это самая большая сложность, – хмыкнул Алладин, пряча улыбку за серьёзным выражением лица.

– Не надо иронизировать. Это только кажется, что самая большая сложность – проникнуть в другое измерение. В любом из миров – самая большая сложность – это договориться.

– Но у нас же получилось, – уже не скрываясь, улыбнулся Алладин.

6. Инструкции

– Я, конечно же, рад, что ты мне доверяешь. Но прошу тебя, настройся на более серьёзное отношение к происходящему, – увещевал Бакенбард Бакенбардович своего напарника по поиску эликсира бессмертия.

Получив снова в ответ утвердительный кивок, и задержав свой взгляд на серо-спокойных глазах Алладина, он приступил к делу, предварительно выдав инструкции.

– Смотри, сейчас тебя резко втянет в портал. После непродолжительного «полёта», ты высадишься на поверхности Луны. Разумеется, не той, которую мы видим физически, а в другом измерении. Здесь Луна – только холодный спутник Земли. Там – живая, населённая территория. И не волнуйся, с Лунным зайцем разговаривать получится. Это восприятие идёт на уровне души, а не ума. Я к тому, что язык, на котором ты говоришь – не важен. Общение идёт телепатически. Как это сказать? Образами, что ли.

– Я понимаю, – ещё раз подтвердил Алладин.

– Хорошо, хоть с помощником повезло, – снова хохотнул Бакенбард Бакенбардович, приходя в своё обычное расположение духа.

– Стесняюсь спросить, назад-то мне как вернуться?

– Мы же на связи. Как только эликсир будет у тебя, дашь мне знать. Чётко заявишь, желательно вслух: «Готово!» Только лишний раз это слово не употребляй, а то втяну тебя обратно без эликсира, придётся всё повторять. Не хотелось бы ещё раз. Энергозатратно.

– Да, я помню. Я что, никаких секретов нет? Подходишь к зайцу и просишь, что тебе надо?

– Здесь есть одна тонкость. Надо объяснить, зачем оно тебе нужно, то есть снадобье, – очень вежливо, даже как-то заискивающе пробормотал Бакенбард.

– Вроде, как доказать состоятельность своей просьбы?

– Да.

– Не всем даётся?

– Не все туда и попадают.

– Бакенбард Бакенбардович, мне бы хотелось часть этого снадобья, мама у меня болеет.

– Вот и хорошо, вот и раздобудь. И мне хорошо, и тебе. К тому же ещё и вознаграждение.

– И что, нет никаких подводных камней?

– Чуть опасности есть. Как без этого? Возможно, заяц проверку устроит, возможно с Лунным медведем встретишься. Может, Богиня будет не в духе. Настроение плохое, так сказать. Кто его знает? Я же не могу всего предугадать.

– Ясно. Действовать по обстоятельствам.