- -
- 100%
- +
– Подожди, – остановил я его. – Для начала давай сделаем пробный звонок и Евгенич первый позвонит домой. Я посмотрю, как это всё набирается, а потом уже и сам смогу это сделать. – и посмотрел на Олега, как он отреагирует на моё предложение. – Добро?
– Ладно, смотрите. – И Олег начал набирать номер домашнего телефона Евгенича.
С первого раза ничего не получилось, но с третьего раза номер набрался, и когда в трубке послышались длинные гудки и женский голос, ответил:
– Алё… – мы с Олегом вышли из рубки, чтобы не мешать Евгеничу общаться с семьей.
Зашли на мостик, подошли к лобовым иллюминаторам и тупо уставились на пустую палубу и мелкий противный дождь, моросящий с самого утра.
– А у нас бы шёл снег, – мечтательно вымолвил Олег. – Уже который год не встречаю Новый год дома, – печально продолжил он. – Но ничего, через пару недель приедет замена – и уж тогда я оторвусь!
– А я прошлый Новый год встречал дома, – невольно вспомнилось мне. – Снег выпал пару дней назад, было холодно, но мы всё равно пошли пускать ракеты на улице. У меня ещё была пара фальшфейеров, я их зажег, а пацаны с воплями с ними носились, пока они не затухли. Замерзли все, но потом очень даже существенно согрелись, – с намеком посмотрел я на Олега.
– Да и мы сейчас согреемся, – намекнул старпом. – Взял я перед приходом кое-что из бондовой. Так что Дед Мороз нас не заморозит. – Он весело рассмеялся.
– Ну ты даёшь! – восхитился я предусмотрительностью Олега. – Я ни за что бы не дотумкал про это.
– А я как чуял, что мы тут застрянем, – пояснил Олег, – потому и заглянул наперед.
Но тут на мостик вышел Евгенич с отрешенным видом. Он как будто продолжал говорить по телефону и слышал тот ласковый и нежный голос, такой дорогой ему дорог и всё ещё звучащий в нём, но на самом деле оставшийся далеко-далеко от этого дождливого и промозглого Антверпена. С этим ему волей-неволей приходилось мириться, поэтому взгляд Евгенича начинал принимать осмысленный вид.
– Ну что? – поинтересовался Олег. – Поговорил?
– Ага, – кивнул головой Евгенич и присоединился к нам, также уставившись в иллюминатор.
– Ладно, – встрепенулся Олег, – пойдем посмотрим, что ты там наговорил, да тебе, Михалыч, номер наберём.
У Евгенича получилось восемь минут. Олег переписал данные разговора в специальный журнал и предложил мне:
– Ну что? Сам наберёшь?
– Попробую.
Я сел на стул и взял в руки ещё теплую от рук Евгенича телефонную трубку.
Номер набрался сразу, но каждый гудок длился бесконечно долго. Но вот гудки прекратились и из трубки раздался до боли знакомый голос:
– Алё…
Голос ещё не знал, кто находится на другом конце провода, поэтому звучал тихо и осторожно, но мне-то он был хорошо знаком, ведь я мог отличить его от всех голосов мира только по одной-единственной ноте, только по одному дыханию, которое раздавалось из телефонной трубки.
Услышал его и, чуть ли не задохнувшись от радости и волнения, я хрипло произнес:
– Привет, моя родная… Это я.
Тишина, зависшая на секунду в трубке, сразу взорвалась радостным возгласом:
– Солнышко моё, радость моя, ты где?!
– В Антверпене, с судна звоню, – постарался объяснить я и тут же, чтобы не тратить время зря, выпалил заранее приготовленную фразу: – С наступающим тебя Новым годом, любовь моя. Я тебя и всех наших люблю и крепко целую.
В трубке слышались громкая музыка и возбужденные голоса гостей, которые, по всей видимости, сидели за столом и уже проводили старый год. Поэтому Ниночка, оторвавшись от трубки, чуть ли не прокричала:
– Сделайте музыку тише, папа звонит, а то мне его почти не слышно.
Через пару секунд гром музыки пропал и уже отчетливый голос Ниночки продолжил разговор:
– И тебя, мой родной, все мы поздравляем с Новым годом. Пусть у тебя будет всё хорошо, и ты бы быстрее вернулся домой. Мы тебя все любим и хотим видеть.
Тут же в трубку послышались громкие выкрики:
– С Новым годом, папочка! – кричали дети.
– С Новым годом, Борис Михалыч, – это уже были голоса зятя и его друзей.
– С Новым годом, дядя Боря! – кричали подружки дочери.
И тоненькими, но самыми сладкими голосами слышались пожелания внуков:
– С Новым годом, дедушка! – кричали и вопили эти мои самые дорогие и близкие для меня люди.
Как же мне сделалось хорошо от этих идущих от всего сердца пожеланий собравшихся за столом в этот день близких мне людей. Как-то моментально промелькнули в памяти эти встречи, которых произошло не так и много, но каждая из них глубоко залегла в душу.
– Я вас всех тоже люблю и целую! – уже не сдерживая эмоций, чуть ли не выкрикнул я в трубку.
– Папа нас тоже поздравляет! – раздался Ниночкин голос, озвучившим для всех мои пожелания.
Конечно, можно продолжать говорить и говорить до бесконечности, но перед глазами стоял хронометр, равномерно отсчитывающий минуты разговора, поэтому я только вкратце рассказал о себе, о судне. Перебив мои стандартные фразы, Ниночка поинтересовалась:
– А здоровье как? Как сердце?
Надо было бы, конечно, сразу брякнуть: «Нормально», – но от такого неожиданного вопроса я, невольно сделав паузу, неуверенно произнес:
– Нормально.
Возможно, кого-то и можно провести таким однозначным ответом, но только не мою жену. От такого ответа она только глубоко вздохнула и тихо произнесла:
– Только не надо мне врать, – и, сглотнув комок в горле, уже серьезно попросила: – Ты береги себя, мой хороший. Знаю я твой характер. Но ты слышал, как мы тебя все любим и ждём домой? Я тебя тоже очень сильно люблю. – Голос её при этих словах прервался, а я каждой клеточкой ощутил, что она старается сдержаться и не расплакаться. – Я только одного хочу: чтобы ты вернулся домой целый и невредимый.
– Всё будет хорошо. – Я поспешно постарался успокоить её. – Ты, главное, не переживай. Ем я по расписанию, сплю хорошо, только вот очень много бумажной работы, над которой надо чуть ли не сутками сидеть в каюте.
– Ладно заливать, – уже рассмеялась Ниночка при таком «откровенном» рассказе о «прелестях» морской жизни. – Если бы я не знала тебя, то поверила бы сразу… – она сделала небольшую паузу и мягко добавила: – Но знай, что здесь, – мне представился её жест, которым она обвела стены дома, – ты всем нам нужен и мы все тебя очень любим.
– Я вас тоже люблю, – уверил я её в своих чувствах. – Поэтому ещё раз поздравляю и крепко обнимаю. Особенно тебя.
– И я тебя, – как эхо, ответила она.
– Пока, до встречи. Будет возможность, я тебе попозже позвоню, – уверил я её и, посмотрев на безжалостный хронометр, равнодушно отсчитывающий секунды до расставания, повесил трубку.
Посидев с минуту в кресле, я прошёл на мостик. Там так же молча у лобового иллюминатора стояли Олег с Евгеничем, что-то пристально рассматривая на палубе.
Увидев меня, Олег поинтересовался:
– Ну что? Поговорил?
– Да, – безразлично ответил я, собираясь точно так же встать и смотреть на дождь, пустой причал и на еле просматривающиеся из-за низкой облачности смутные очертания городских построек.
Олег сходил в радиорубку, сделал соответствующие отметки о наших разговорах и, вернувшись, иронично посмотрел на нас.
– Что, братцы механики, носы повесили? Новый год приближается, а вы как будто в льялах своих засели и нет у вас никакого желания вылезать оттуда.
– А что тут веселиться? – пожал плечами Евгенич. – Наши там все гуляют, а мы тут что сурки по норам расфасовались. Тут не то что веселиться, тут выть захочется.
– Да брось ты, Евгенич, нюни на кулак мотать, – возразил ему Олег. – Что, первый раз, что ли, праздники вдали от дома проводишь?
– Конечно, не первый, – так же печально продолжил Евгенич. – За почти тридцать лет много их таких прошло. Но что унывать от этого? – он уже веселее посмотрел на нас. – Пошли и мы стол накроем, посидим, встретим Новый год. Хоть так со своими вместе побудем.
– А что, – тут же поддержал его Олег, – пошли. Я и Руперту уже дал наказ, чтобы он для нас столы накрыл. И в холодильнике у меня «Смирновка» стоит. Так и просится на стол. – Он в предвкушении даже потер ладони.
– А я из дома коньячка прихватил, – в тон Олегу подхватил Евгенич. – Знал же, что на Новый год будем где-то болтаться, но не думал, что у причала стоять. Теперь сам бог велел расслабиться.
– Пошли, – поддержал я мужиков в их начинаниях. – Я только в каюту заскочу, возьму икорочки красненькой да наших крабиков дальневосточных.
Настроение у всех сразу поднялось, и мы гурьбой вывалились с мостика, чтобы через пять минут вновь встретиться в кают-компании.
С палубы ниже уже слышалась музыка и кто-то, ужасно фальшивя, во всю глотку распевал «Отель «Калифорния».
Сели за стол и Олег иронично кивнул вниз:
– А филины уже по-своему, манильскому времени встретили Новый год.
– А они его разве празднуют? – удивленно посмотрел Евгенич на Олега.
– Они всё празднуют, когда им наливают. Я им пару ящиков пива выкатил да пузырь вискаря дал. Так что они до утра распевать будут.
– Ладно, что нам те филины, – прервал я Олега. – О себе подумаем, о замечательных и симпатичных ребятах, – и, постучав по циферблату часов, напомнил: – Если будем тут трындеть, то точно пропустим Новый год. Наливай!
– И это правильно! – поддержал меня Олег. – Время нас не ждёт.
Он откупорил запотевшую бутылку и, разлив её содержимое в небольшие, аккуратные стопочки, посмотрел на часы:
– Давайте провожать ваш Владивостокский старый год, а за Новый всегда успеем выпить. У нас часовых поясов много.
От его шутливого тоста настроение улучшилось и мы дружно свели свои стопки, воодушевленно чокнувшись.
Повар на этот раз, наверное, превзошёл сам себя. Я на Кристмас пробовал его блюда, а тут вообще всё оказалось очень вкусное и соответствующее нашей европейской кухне.
Попробовав разносолов, Олег откинулся в кресле:
– Повезло нам с коком. Хоть он и со Шри-Ланки, но готовит отменно. Нашу кухню вообще знает в совершенстве. Филины не жалуются. Даже бирманцы и те довольны. Молодец! Где только научился? Ведь ему всего-то слегка за тридцать…
Я видел этого повара. Смуглый, немного смуглее филиппинцев, он отличался атлетическим телосложением. Широкие плечи, мощные руки. И на лицо он отличался от всех остальных. Если бы не такой тёмный цвет кожи, то он казался похожим на молдаванина или кого-то из южных регионов России.
На столе стояло несколько салатов. Удивительно, но среди них был «Оливье», а на блюде под стальным колпаком я обнаружил даже котлеты!
Когда на часах обозначился Новый год по-владивостокски, мы вновь выпили и пожелали друг другу в новом году всего самого наилучшего.
Тихо играла музыка из видеомагнитофона. На телевизоре мелькали поющие и танцующие артисты. Это Олег прихватил из дома прошлогодний «Голубой огонек». С палубы матросов неслась какая-то зажигательная мелодия. Ничто не напоминало, что мы находимся где-то у чёрта на куличках, вдали от дома.
Я успокоился и, употребленная с обильной закуской водочка, начала оказывать
своё воздействие. Очень захотелось спать.
– Олег, – обратился я к старпому, – пойду-ка я подремлю. Этот темп жизни вообще выбил меня из колеи. – Я с сожалением покачал головой.
– Конечно, Михалыч, иди, – пожал он плечами, – но не забудь, что следующая встреча Нового года будет по одесскому времени.
– Добро, – кивнул я на его замечание и, поднявшись из-за стола, направился к себе в каюту.
Глава девятая
Новый год, отдых, поход на склад
Меня заставил подпрыгнуть на койке трезвон телефона.
«Какой же у тебя, гада, мерзкий звон. Ты мертвого достанешь из могилы. Надо тебе кислород перекрыть или гланды подрезать», – сама собой пронеслась мысль, пока я снимал трубку, и не преодолев эмоций, чуть ли не выкрикнул:
– Алё!
Взгляд непроизвольно зафиксировал в полумраке спальни стрелки на часах. Они показывали почти четыре часа. За окном стояла кромешная темень – значит, это утро, отметил мозг.
Из трубки раздался грубоватый голос старпома:
– Ты чё, спишь, что ли?
Такой риторический вопрос в четыре утра вновь откинул меня на подушку.
– По-моему, уже нет. – констатировал я своё состояние и с удовольствием потянулся.
Это значит, что на одном дыхании я проспал почти десять часов. Это же надо, как Сивку укатали горки!
Сон моментально прошёл, а я уже осмысленно сказал в трубку:
– А ты что хотел?
– Да вот тут мы с сэкондом сидим и не знаем, что дальше делать с этим вискарем. Новый год уже вроде бы наступил, – стараясь произносить четко фразы, говорил старпом.
– И где это вы так мучаетесь? – с иронией поинтересовался я.
– Да у меня сидим, – пояснил Олег и тут же предложил: – Если хочешь, то подгребай.
– О’кей. – На такую тему, да в Новый год, меня уговаривать долго не надо. – Сейчас буду.
– Ну, тогда ждём тебя, – пробубнил Олег и повесил трубку.
Одеться у меня заняло столько же времени, как и подпоясаться, поэтому через несколько минут я уже стучался в старпомовскую дверь.
– Заходи, открыто, – громко послышалось из-за неё. – Если свой, то заходи. Если Дед Мороз, то неси подарки, – махнул он мне рукой, приглашая войти, когда я открыл дверь каюты.
В каюте находились Олег с Евгеничем, однако, судя по количеству стаканов на банкетном столике, гостей недавно присутствовало намного больше, но сейчас за ним остались только самые крепкие и стойкие из последних могикан.
Пройдя к столу и усевшись на диванчик, я посмотрел на этих двух «стойких могикан». Глядя на их лица и поведение, было заметно, что они здорово на «кочерге», но сдаваться «врагу» не собираются и сопротивляются из последних сил, чтобы не пасть к его ногам, используя последние «снаряды», которые выстроились на столе и под столом внушительной батареей.
Увидев меня, Олег поднялся и, достав из буфета чистую стопку, поставил её на стол.
– Наливай, – разухабисто махнул он рукой и громко пошутил: – Я требую продолжения банкета! – небрежно разливая вискарь по стопкам.
А что, сегодня уже первое января. Работ на этот день не планировалось, можно и расслабиться. Ведь у нас сегодня выходной день, а когда ещё случится такой же выходной, когда ни о чём не придётся думать? Один Бог только знает. Но я, Олег и Евгенич чётко знали, что после третьего числа уже так не погуляешь, а придется пахать и пахать.
В каюте стояла относительная тишина. Олег, так же, как и я не любил громкую музыку, поэтому магнитофон не включали, хотя с главной палубы отчетливо прослушивался вопль очередного «Карузо», заливающегося в столовой команды, но его сентенции не помешали нам поднять стопки и опрокинуть их за уже наступивший Новый год и продолжить спокойную беседу.
Первого числа команде объявили выходной, поэтому я не прореагировал на звонок вахтенного, а потом и на звонок Евгенича, приглашающего на обед. Представив, что перед обедом опять обязательно придется давиться этим «вискарем», я отказался принять его приглашение. И только часов в пять вечера, здорово проголодавшись, зашёл в кают-компанию, достал из холодильника вчерашние яства и поел.
Вот теперь я чувствовал себя отлично. Усталости и сонливости, как не бывало.
Из столовой команды все ещё слышалась музыка и кто-то там усиленно издевался над микрофоном. Из любопытства я спустился туда и увидел воющего боцмана, сбоку от которого на столе стояла початая бутылка вискаря. В углу оставался только ящик «Кока-Колы». Пиво филипки уже уничтожили.
Посмотрев на эту невеселую картину, я вернулся в каюту, достал из холодильника бутылку пива, не спеша опорожнил её и вновь завалился спать. Надо отдыхать. Завтра рабочий день, а уж послезавтра… Но об этом даже думать не хотелось.
Утро нового рабочего года началось, как обычно, со звонка вахтенного. Ничего не напоминало, что начался новый год, а старый остался где-то в прошлом.
Так же прошёл обычный завтрак с расторопным Рупертом и началась разводка в ЦПУ.
Войдя в ЦПУ, я с удивлением заметил, что все присутствующие находятся в абсолютно трезвом состоянии, несмотря на вчерашний праздник и употребление спиртного.
Я уже несколько лет работал под флагом с иностранными экипажами и никак не мог привыкнуть к этому. На нашем флоте сегодня кто-нибудь обязательно бы находился под шофе, а от него бы за версту разило перегаром. А тут нет. Все выглядели трезвыми и готовыми к труду и обороне капиталистического отечества.
– Доброе утро! – поздоровался я со всеми присутствующими и сел в кресло у главного компьютера.
В ответ послышалось нестройное ответное пожелание доброго утра, а я, взяв в руки лист с замечаниями, внимательно – для видимости – просмотрел его и перевел взгляд на готовую по первому же зову сорваться с места машинную команду.
– Так, парни, – начал я, – список замечаний подходит к концу, – я потряс бумажками перед собой, – и надо приложить последние усилия, чтобы он закончился. Завтра приедут к нам наши боссы, поэтому сегодня все работы надо закончить, чтобы завтра к нам не возникло никаких вопросов, – и ещё раз оглядел притихших механиков.
Народ сидел в молчании. Понятно, что я молол прописные истины, но говорить всё равно что-то надо, поэтому я продолжил:
– Задание для электромехаников. – Я посмотрел на Аунга. – Проверить все грелки отопления в носу, закончить наводить порядок в электрокладовой, восстановить освещение в льялах, проверить автоматику котла с третьим механиком и СЛВ с четвёртым. Понятно?
Я осмотрел всех, кого только что назвал.
– Всё понятно, чиф, – подтвердили механики.
– Четвёртому механику идти в носовое отделение пожарного насоса и восстановить там инструкции. – Я встал, достал с полки файл с инструкциями, выбрал необходимую и предал её Дональду. – Снимешь копию, обернешь пленкой и повесишь там на переборке. Понятно?
– Есть, чиф, – подтвердил Дональд, но тут же, молотя под дурачка, спросил: – А скотч где взять?
Я не ожидал такого дурацкого вопроса и у меня непроизвольно вырвалось:
– Укради, – но, увидев округлившиеся глаза четвёртого механика, усмехнулся и уже серьезно посоветовал: – Пойди к третьему помощнику. У него он точно есть.
– Ясно, чиф. – Дональд, как китайский болванчик, закивал в ответ.
– А потом, – продолжал я смотреть на Дональда, – заведешь мотор аварийного пожарного насоса и проверишь давление в пожарной магистрали. Ясно? – вновь спросил я четвёртого механика, уже застывшего в готовности сорваться с места. – Не забудь подкрасить ржавые места на насосе, – остановил я его и напомнил: – Мойщики с него старую краску сбили водой. Ржавчины много проглядывается.
– Есть, чиф! – чуть ли не пролаял, как бравый солдат, получивший распоряжение старшины, Дональд.
– А со вторым механиком и третьим мы сейчас пройдёмся по машине и проверим нашу готовность к завтрашнему дню. Всё, – осмотрел я своих верных «нукеров». – За работу, парни. Времени у нас мало.
Но меня остановил электромеханик:
– Чиф, можно я займу у тебя немного твоего драгоценного времени? – вежливо обратился он ко мне.
Вообще вежливость этого бирманца, или, как сейчас принято говорить, мьянманца, меня иной раз поражала. Он иногда выводил свои предложения с такими вывертонами вежливости, что волей-неволей приходилось их выслушивать, а злость и возмущение, которые ты ощущал перед этим в себе, куда-то моментально исчезали. Вот и сейчас Аунг почтительно смотрел мне в глаза.
– Конечно, Аунг, пожалуйста. – Я даже склонил голову, приготовившись выслушать его.
– У нас есть замечание, – электромеханик вежливо протянул ладонь и с осторожно прикоснулся к списку замечаний, – что надо заменить все бирки на приборах ГРЩ с текстом на английском языке.
– Ну, есть. – Я никак не мог понять, к чему клонит этот супервежливый мьянманец. – У меня есть тут запись, что их должна изготовить компания и заменить бирки, написанные на румынском, на английские.
– Не надо этого делать, уважаемый чиф, – почтительно сложив руки на груди, смотрел на меня Аунг.
– Как не надо? – уже возмутился я от такой длительной процедуры объяснения и вежливости.
– Посмотри, чиф. – Аунг для ускорения процедуры объяснения подвёл меня к ГРЩ. – Смотри, я их уже все поменял.
Я пригляделся к биркам – и точно! Почти все бирки оказались написанными по-английски. От такой неожиданности я в недоумении уставился на Аунга.
– Что, у тебя были где-то запасные бирки? – непроизвольно вырвалось у меня.
– Нет, уважаемый чиф, – так же вежливо продолжал Аунг, – я их просто перевернул. У них на другой стороне все названия были написаны по-английски. – И продолжал наивно, как ребенок, смотреть на меня.
Воистину, зачем сто раз что-то объяснять, когда достаточно только один раз увидеть всё самому воочию – и тебе тогда всё сразу станет ясно!
– И на остальных бирках то же самое? – поинтересовался я у стоявшего рядом в покорной позе Аунга.
– Да, уважаемый чиф, – подтвердил мою мысль электромеханик.
– Отлично! – обрадовался я и, взяв список замечаний, с большим удовольствием вычеркнул из него ещё один пункт. – Только ты, – обратился я к Аунгу, – постарайся к приезду суперинтенданта перевернуть все оставшиеся бирки.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.