За гранью

© Роман Макаров, 2026

ISBN 978-5-0069-4877-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

ЗА ГРАНЬЮ

Самара 2026г.

Валера всегда считал, что логистика – наука о том, как доставить что угодно куда угодно с минимальными потерями. Он просто не уточнял у Вселенной, что именно будет этим «чем угодно» и какой ценой придётся заплатить за «минималки».

– Самара. Трое в «Мерседесе», не считая багажника.

В Самаре зима стояла правильная: снег – как пенопласт, ветер – как личный враг, и люди, как обычно, делились на два типа: те, кто уже проклинал декабрь, и те, кто ещё не успел. Семья собиралась ехать на зимние праздники в Сочи.

Валера, мужчина, сорока пяти лет, маленький, быстрый, напористый. Из тех, кто открывает дверь прежде, чем постучит. Тёмные волосы с сединой, взгляд острый, как канцелярский нож, которым он по молодости вскрывал коробки на складе, а теперь – чужие аргументы. Бизнес у него был логистический: перевозки, маршруты, сроки, нервы. В праздники он любил коньяк – и не «любил пить», а именно любил: с уважением, с тостом, с паузой, будто разговаривает с важным человеком.

Екатерина, его жена, сорока годиков, высокая брюнетка, фигура такая, что даже зеркало по утрам подбирает слова. Она не работала – она вела блог: про стиль, про «состояния», про «ресурс», про то, что деньги любят лёгкость. Ещё она увлекалась нумерологией и могла, глядя на номер маршрутки, сделать вывод о твоих прошлых травмах и будущем браке.

И третьей – неизбежной, как налоговая проверка, – была Оксана Петровна, мама Кати. Семьдесят восемь лет, миниатюрная, с короткими седыми волосами и голосом, который способен отодвинуть мебель без помощи рук. Она ворчала всегда. Даже когда молчала – у неё ворчали глаза. Жили они втроём в одной квартире. И если Валера думал, что «семейный быт – это компромисс», то Оксана Петровна знала точнее: семейный быт – это когда компромисс делает вид, что его не били.

– Валера, – сказала она утром перед отъездом, – ты багажник на крышу закрепил или опять «на авось»?

– Оксана Петровна, там крепления немецкие.

– Немецкие? Тогда точно держаться не будут. Немцы вон тоже думали, что крепко закрепили… – она выразительно посмотрела на него, как на исторический пример. Валера сжал челюсть. Катя, не отрываясь от телефона, мягко вставила: – Мам, ну не начинай. У нас дорога, отпуск, энергия…

– Энергия у меня в голове, – сказала Оксана Петровна. – Давит так, будто ты мне туда свой блог загрузила.

Белый «Мерседес» -джип стоял у подъезда, на крыше – большой пластиковый багажник чёрного цвета. Он выглядел как отдельная, очень уверенная в себе сущность. Как будто машина – просто низ, а главные решения принимаются наверху.

– В Сочи! – объявил Валера так, будто лично строил трассу. – Роза Хутор, лыжи, воздух, горы.

– И высота, – буркнула Оксана Петровна. – Чтобы вас там сразу и отпустило.

– Роза Хутор. Высота, на которой особенно хорошо слышно, как тебя пилят.

Дорога в полторы тысячи километров, прошла благополучно. Это само по себе было подозрительно. На «Розе Хутор» всё блестело: снег, витрины, улыбки инструкторов и цены – особенно цены.

Отель стоял высоко, красиво, как будто специально, чтобы у людей поднималось не только настроение, но и давление. Оксане Петровне не понравилось сразу.

– Тут воздух разреженный, – сказала она, едва зайдя в холл. – Как у Валеры мозг в споре.

– Мам, ну красиво же, – Катя уже снимала сторис: «Мы на высоте!».

– На высоте только мои риски инсульта, – ответила Оксана Петровна и демонстративно прислонилась к стойке ресепшена так, будто собиралась там жить. На второй день у неё «началась акклиматизация». Это звучало почти благородно. На деле – голова болела, настроение падало, а терпение Валеры уезжало вниз по склону без лыж. Оксана Петровна ныла ровно и профессионально, как двигатель на холостых. И каждый её аргумент неизменно попадал в Валеру. Она устраивала ему сцены и считала это по настоящему крутым развлечением.

Сцена первая: «Кислородная трагедия»

– Валера, – позвала она вечером. – Мне нужен кислород.

– Вам нужен чай с лимоном.

– Нет, Валера. Мне нужен кислород и нотариус.

– Зачем вам нотариус?!

– Завещание перепишу. Кате оставлю всё, а тебе – фотографии. Чтобы ты мог вспоминать, как ты меня убивал этой высотой.

Она вызвала администратора, и, пока тот бежал, легла на диван в холле в позе «тело у моря, только без моря». Администратор прибежал с переносным кислородным баллончиком.

– У нас есть медицинский…

– Давайте сюда, – строго сказала Оксана Петровна.

– И запишите: если я тут умру, это будет логистика.

– Какая логистика? – не понял бедный парень.

– Валера, зять мой, занимается. Он меня доставит прямо в ад. Без пересадок. Валера стоял рядом и улыбался той улыбкой, которой обычно встречают клиентов с претензией: «Да, вы правы, но я всё равно не виноват».

Сцена вторая: «Бабуля на склоне»

На третий день Катя уехала кататься с инструктором – для блога, конечно. Валера остался «присмотреть» за Оксаной Петровной, что означало: быть рядом, когда тебя унижают.

– Пойдёмте прогуляемся, – предложил он.

– Вниз, к кафе.

– Вниз я пойду только одним способом, – сказала Оксана Петровна,

– На носилках.

– Ну хватит…

– Хорошо. На лыжах. И она, не давая ему опомниться, потащила его к прокату. Там она потребовала лыжи.

– Вам какие? – растерялся менеджер проката.

– Чтобы зятя догнать, – сказала она. – И чтобы он потом всю жизнь вспоминал этот день.

Валеру, конечно, поставили на склон вместе с ней. Оксана Петровна ехала медленно, но неизбежно. Как судебное решение. Она не падала – она приближалась и комментировала.

– Валера, ты в бизнесе такой же? Вроде движешься, а ощущения – что стоишь и мешаешь другим?

– Оксана Петровна, держитесь! – не обращал внимание на ее колкости Валера

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.