Лилит: Трилогия

Человек

Мы с Натанаилом шли очень медленно. Торопиться нам вовсе некуда и незачем. Наоборот хотелось подольше задержаться возле каждой травинки и букашки, чтобы скрупулезно изучить тот удивительный мир, в который мы сошли. На нашем пути попался какой-то куст. Хотя кустарник тут был везде, но остановились мы именно возле этого, с расползающейся по земле кроной, мелкими фигурными листочками и россыпью желто-оранжевых цветов. Растение было низким, и мне пришлось наклониться, чтобы разглядеть его получше, и конечно понюхать цветы. Натанаил же разглядывал кустик со своей привычной высоты.

– Как же тут все удивительно! Только в одном этом крохотном деревце столько жизни! Даже в цветах копошатся едва видимые жучки! Наклонись, посмотри сам

– Лилит, я прекрасно вижу это растение в самых подробных деталях. Мое восприятие устроено иначе. Я не использую органы чувств, как ты. Я считываю всю информацию об этом кусте и всех его обитателях, стоит мне лишь навести на него фокус внимания

– Так неинтересно. Это практически как дома: наводишь фокус внимания на любой участок Вселенной и считываешь о нем всё. Никакой ведь разницы….

– Я же сказал, я тут не за интересом. А чтобы предостеречь тебя от опрометчивых решений

– Ладно тебе! Какие опрометчивые решения? Мы же просто на куст смотрим!

– И что ты видишь?

– Красоту. Видишь, как в нем все складно устроено? И ветки, и листья, и цветы? А еще он является домом для целого вороха маленьких обитателей. И каждый из этих жучков-паучков тоже прекрасен. А ты что увидел?

– Почти то же самое. Но с важными оговорками. Ты говоришь, что этот куст красив и складно устроен, восхищаешься каждой веточкой и листиком. А я вот заметил, что несколько веток на нем сломаны. Некоторые листья завяли, а другие едят те самые букашки, что в нем обитают. Даже его цветы таят в себе опасность: видишь, вон там. – Натанаил указал пальцем на один из цветов. – Среди этих нежных ароматных лепестков притаился хищник. Формой и окрасом он похож на сам цветок. Смотри, что будет дальше!

Я послушала своего собрата и вгляделась в узор цветных линий. Действительно, среди безобидных лепестков был один, который немного отличался. При внимательном рассмотрении можно было разглядеть у него несколько маленьких лапок. Я принялась с интересом наблюдать за происходящим. К цветку подлетел жужжащий полосатый шарик, сел в центр и принялся деловито собирать нектар. И тут лепесток выстрелил в него двумя самыми длинными своими лапками. Бедный шмель даже не понял, кто его убийца. Хищный лепесток мгновенно притянул его к себе и вгрызся в маленькое тельце. Я даже услышала неприятный хруст ломающегося под натиском челюстей панциря насекомого.

– Видишь, не все так сказочно и прекрасно, как ты думала! Красота таит в себе опасность!

– Натанаил, зрелище конечно не из приятных, но я знала, что природа устроена именно так. Сфера Материала находится в постоянном движении. А это, в том числе, жизнь и смерть

– Не стану спорить. А что скажешь насчет того, что происходит внизу, под этим кустом?

Я вновь последовала указке сородича и посмотрела под куст, немного отодвинув рукой закрывающие обзор ветви. Там происходило настоящее сражение: два вида муравьев, одни с коричневыми задами, другие – с красными, вели между собой войну. Впереди шли их солдаты: муравьи раза в полтора крупнее обычного трудяги, с двумя огромными челюстями-ножницами на голове. Правила этой игры были максимально жестокими: стоило одному из маленьких солдатиков зазеваться, как враг тут же разрезал его этими ножницами на части.

– Не то, чтобы мне это нравилось…. Но ты посмотри, как хорошо они приспособлены для своих баталий! Природа даже снабдила их специальным оружием. Просто невероятно, насколько всё красиво устроено. Даже в таком проявлении

– Но мы ведь оба знаем цену этой красоты. Множества поколений подряд муравьи, чья челюсть была чуть меньше, чем у собрата, погибали в битвах, разрываемые врагами на куски. Их язык жизни не передавался потомству, а постепенно отмирал. И так появлялось и совершенствовалось все живое. Ты же знаешь, каким именно путем формы проявляются в Сфере Материала. Все менее удачные формы просто погибают, чтобы дать дорогу более совершенным

– Чего ты мне-то рассказываешь? Да, в мире материала формы образуются именно так. Что ты хотел этим сказать?

– Ничего особенного…. Просто задумался, что все могло бы быть иначе…. Почему, например, сразу не начать с совершенства?

– По-моему, ты просто забиваешь себе голову! Совершенство является таковым лишь до тех пор, пока не появится более приспособленная форма. Да и для каждой части каждого мира совершенство разное. Пойдем лучше еще полюбуемся этим миром!

– Как скажешь. Пойдем

Мы продолжили нашу познавательную прогулку. Я обратила внимание на нескольких птиц, которые кружили в воздухе над нашими головами.

– Натанаил! Смотри, как красиво летают! А как мелодично щебечут…. Вот уж точно заглядение!

Натанаил посмотрел, вернее, как он выражался, навел свой фокус внимания на птиц. Они были большие и яркие, словно цветы, которые ожили и решили штурмовать небеса. Их совместный полет напоминал сказочный танец. И тут в гармонию ворвался он: еще один крылатый зверь, крылья которого представляли собой две кожаные перепонки, натянутые от неимоверно длинного пальца передних лап до основания задних. Его морда напоминала крокодилью, только уменьшенную в несколько раз. Челюсти его походили на длинную пилу с мелкими зубьями. Кожаный летун ворвался в разноцветную стаю, обнажил свою пилу, и стремительно скрылся прочь. С неба посыпалось несколько цветных перьев.

– Вот тебе и птички…. Для кого красота, а для кого просто еда!

– Ты решил переубедить меня насчет красоты этого мира?

– Нет. Пока что нет. Я просто говорю то, что вижу. Ну и делаю свои выводы

– Какой же ты зануда!

После сцены с птицами мы погуляли еще немного, и вдруг наткнулись на тушу зверя. Что именно это было за животное, уже было не определить. Хищники и насекомые обглодали его настолько, что остались лишь оголенные куски мяса, из которых местами выглядывали кости. В этих останках до сих пор возились личинки и разная мелкая живность. Запах вокруг мертвой туши был резкий и крайне неприятный.

– Ну что скажешь, Лилит? Это тоже проявление красоты природы?

– Натанаил, если это не нравится мне, это не значит, что природа плохая. Да, можно сказать и так, что это тоже одно из проявлений её красоты. Заметь, ничего в природе не пропадает зря. Даже мертвое тело кому-то служит пищей

– А помет?

– Что помет?

– Как ты относишься к тому, что все живые тела так или иначе испражняются? И их помет тоже для кого-то пища….

– Это вполне логично, а иначе вся планета была бы завалена этими самыми испражнениями

– На мой взгляд это мерзко. Я бы сделал все по другому

– Ты мне только что сам говорил про правила. И тут же себе противоречишь. Чтобы сделать, как ты сказал, по другому, нужно изменить саму Ось. А даже за малейшую попытку это сделать ты сразу угодишь за Предел

– Что ты! Я вовсе не собирался трогать Ось! Я лишь рассуждаю, что если бы Сфера Эонов проецировалась в Сферу Материала более, скажем так, разумно, то можно было бы сделать лучший мир, без помета и гниющих трупов

– Интересно, как бы ты тогда проявлял Формы Хаоса? В таком мире, где ничто не разлагается, не испражняется и не ест друг друга? Для существования Сферы Материала в том виде, в котором она есть, необходимы проявления всех форм. Выбросишь хоть одну – остальное посыпется прахом. Поэтому все именно так, как и есть

– Ладно, не бери в голову! Я просто выражаю свои мысли, не более

Мы уже довольно далеко отошли от тела, как вдруг вокруг стало заметно темнее. Мы подняли головы. Небо быстро затягивали тяжелые черно-серые тучи. Еще минута, и его прошила яркая молния. За ней последовал удар грома, и небо лопнуло, пролившись на нас и всю природу вокруг плотным шумным ливнем. Мои волосы быстро намокли, заметно потяжелели и смешно распластались по плечам мокрыми лоскутами. С крыльев же вода стекала, не прилипая, и они оставались такими же сухими, как и в самый первый мой миг на Земле. С Натанаилом вода взаимодействовала иначе. Она превращалась в пар, едва успев коснуться его прозрачной оболочки, и окутывала его фигуру белой дымкой. Дождь нам особо не мешал. Правда, земля из-за него размякла и превратилась в густую коричневую кашу. Натанаил сказал, что теперь она вся похожа на кучу помета. Мне такое сравнение не понравилось. На мое возражение он ответил лишь тем, что не зря решил парить, а не ходить.

Мы продолжали идти и спорить об устройстве Сферы Материала и этой планеты в частности. Я замечала, что при разговоре все чаще стала помогать себе руками. Как я правильно поняла, рождающиеся в этой беседе эмоции передавались всему моему новому телу. Натанаил же невозмутимо плыл над «слишком грязной» для него землей и держал руки по швам, словно статуэтка. Это выглядело очень смешно, но я сдерживалась, потому что понимала, насколько мы разные. Неизвестно, сколько мы так прошагали под проливным дождем, пока не вышли к скалистой местности. Я сразу приметила в груде почерневших от воды камней вход в просторный грот. Мне захотелось немного просохнуть, и я предложила войти внутрь. Натанаил не возражал. Ему вообще было все равно, что делать, ведь никаких чувств он не испытывал, просто считывал информацию о происходящем вокруг. Мы вошли, и я почувствовала еще один новый запах.

Мы двинулись к его источнику. Не слишком далеко от входа в пещеру, но и не сказать, чтобы близко, лежал он. Там было темно, но, как ты знаешь, эоны могут прекрасно видеть в темноте. Мы рассмотрели обитателя грота. Его тело было похоже на мое. Вернее, это свое тело я сотворила похожим на его, поскольку пока я вращалась в Сфере Эонов, я захотела именно такое тело, которое похоже на проекцию Формы Разума в этот мир. Честно сказать, оно по сравнению с моим было даже немного несуразным. Чуть менее волосатое, чем у зверей, довольно крепкое, но в то же время и хрупкое. И совершенно не способное к полету. Кожа смуглая, как и моя, даже на пару оттенков темнее. Лицо грубоватое, с широкими чертами, заросшее волосами по всей голове и вокруг рта. Видимо, он тоже здесь спрятался от дождя. Это был именно он – человек! От испускаемого Натанаилом свечения он слегка пошевелился, даже повернулся чуть в бок, но не проснулся.

– Хм…. Лилит, отдам тебе должное: у тебя получилось гораздо лучше! – Произнес Натанаил, когда закончил «считывать» обитателя пещеры.

– Что лучше?

– Тело. У настоящего человека оно гораздо более несуразное. Грубое, волосатое, как у зверя, всё в каких-то царапинах, шрамах…. И крыльев, конечно же, нет. Но вот насчет последнего я даже не возражаю: рожденный ползать летать не должен!

– Так я свое целенаправленно создавала, а он таким получился в результате естественного преобразования Форм. Почему ты всю дорогу только плохое видишь?

– Я лишь констатирую факты. Если он такой, какой есть, как я могу сказать, что он другой?

– Мог бы хотя бы выражаться не настолько пренебрежительно! Если на этой планете Формы Разума спроецировались именно в такое тело, значит, оно тут самое подходящее

– Я бы создал куда более совершенное вместилище для Форм Разума. Опять же, просто рассуждаю. Кстати, а почему ты себе крылья приделала?

– Хотела что-то оставить от прежней жизни. А что в мире материала лучше иллюстрирует вращение в Сфере Эонов, чем полет? Легкость, свобода, ощущение собственной невесомости, текучести – вот это всё и заменяют мне здесь мои крылья

– Значит, совсем как человек ты жить не захотела? Решила оставить что-то, что напоминало бы тебе дом?

–Да. Я же так и сказала. Зачем ты за мной повторяешь?

– И снова: просто констатирую факт

Человек опять зашевелился. Теперь уже более активно, чем в первый раз. Видимо, услышал сквозь сон наши разговоры. Начал сильнее ворочаться, даже неуклюже перевернулся с боку на бок.

– Лилит! Пошли скорее! Он сейчас проснется!

– Подожди, мне тут интересная мысль в голову пришла. Хочу с ним познакомиться

– Что? Ты с ума сошла? Мало того, что ты явилась в этот мир в нарушение правил, так еще и хочешь вступить в контакт с его обитателем!

– Раз я все равно уже здесь, что плохого случится, если мы немного поболтаем? Узнаю, как живется настоящему человеку!

– Брось эту дурацкую затею, пошли!

– Ну хоть чуть-чуть поболтаем….

– Нет, я уже сказал, это против….

Мы замолчали, почувствовав на себе пару любопытных глаз. Человек проснулся очень резко, так, как люди теперь просыпаются, увидев страшный сон. Он глядел на нас, замерев неподвижно. Натанаил в тот же миг исчез. Просто растворился в воздухе, точно его и не было вовсе. Свет на секунду погас, но тут же зажегся вновь. Теперь светилось уже мое тело. Мягким и теплым желтоватым светом. Было видно, что человек действительно напуган. Я чуть наклонилась к нему, чтобы успокоить. Он отшатнулся назад. Тогда я улыбнулась и подмигнула ему. Вспыхнувший в моих глазах огонек отразился в его взгляде. Человек сразу же успокоился и приподнялся, оперевшись на руки. Мы посмотрели друг на друга. Так и началось мое знакомство с Адамом.

Эвиет

«Блаженна жизнь гипербореев. Сопровождается она песнями и танцами, музыкой и пирами. Талантливы они всячески, и чтят свою Богиню, дочь Прародительницы, и девять её дочерей, что обучили народ свой искусствам»: вспомнила Эвиет старинную присказку, наблюдая как огромное неповоротливое судно причаливало в городском порту. Жители северной страны действительно славились своей любовью к искусствам. Считалось, что гипербореи были потомками великой Музы, дочери Прародительницы. Ее божественная искра в каждом проявлялась по разному. Один тяготели к художествам, другие – к поэзии, третьи преуспели в лицедействе. Эвиет же достался отменный голос. Петь она любила еще с детства, и по мере взросления талант девушки раскрывался все больше. Настал день, и Эвиет решила покинуть родину, чтобы увидеть большой мир. Молодая мечтательница со своим верным другом-бардом сошли на берег. Они уже несколько лет так путешествовали и вели жизнь вольных артистов.

Дорога из Гипербореи в легендарное Владычество Асуров была довольно утомительной. Но оно того стоило! Девушка поняла это, стоило ей увидеть величественные сооружения города. Особенно огромную белую башню в самом центре, так называемую Обитель. В таких жили боги-покровители Асуров, Бессмертные, славные сыновья и дочери Прародительницы. Эвиет засмотрелась на Обитель и замерла прямо на выходе из порта:

– Эй, ты чего?

– А ты сам посмотри! – Палец Эвиет выпрямился, указывая в сторону башни. – Прямо как в легендах. «Славнейшие асуры живут в башне белой, что видна отовсюду, а с моря за три дня плаванья». Хотя, с моря я её как раз и проглядела. Только вот сейчас заметила

Бард тоже поднял глаза на Обитель.

– Ого! Вот это да! Она действительно огромна!

– А ты думал, Орсис! Это же центр мира, край великих городов!

– Думаешь, в ней действительно живут сами боги?

– Где ж им еще жить то?

– Ну наша Богиня вместе со своими дочерями живет в Садах, там, где город наоборот заканчивается….

– У нас и сам город гораздо скромнее. А это один из знаменитых Каменных Городов. И это только начало. Однажды мы посетим и легендарный Златой Город….

– Думаешь, это правда? Целый город из чистого золота?

– Так гласят легенды. Сейчас припомню, как оно…. – Эвиет закрыла глаза на пару секунд, чтобы заглянуть куда-то в свою память. – Ага! «Славны Асуры и зодчеством своим. Три града великих возвели они: Град Златой, Град Серебряный, и Град Железный. В Златом обитает сама Богиня-Прародительница, Матерь Всех Богов, Защитница Древа Жизни, Несравненная Лилит. В Серебряном обитает дочь её София, Богиня Мудрости, Владычица Звездочетов, Покровительница Наук, та что обучила людей письму и книжному делу. В Железном обитает дочь её Кали, Богиня Разрушения и Перерождения, Матерь Хаоса, Воительница Гнева, Великая Дэви Джи. Парят Три Града над землей, недоступные смертным, и лишь боги и дети их обитают у небесного свода. Люди же построили себе града каменные, по подобию градов небесных, как научили их великие боги»

– Знаешь, я бы даже поверил в то, что они действительно построили такие города, но вот насчет «парят над землей». Согласись, это уже слишком!

– Что слишком?

– Неправдоподобно, вот чего. Как бы они целый город в воздух подняли?

– Да я не знаю, я же не ученая. У нас вот есть, например, воздушные шары. Может, тут они соорудили гигантские воздушные шары и подняли свои города в небо? Или это все создано и удерживается на своем месте магией богов. Не переживай, скоро мы сами всё узнаем

– Вот как раз насчет этого я и переживаю….

– Думаешь, мы не понравимся асурам и их богам?

– Это еще ладно. А если понравимся? Вдруг они захотят оставить нас тут навсегда в качестве живых игрушек?

– Ну что ты, в самом деле! Всем известно, что Богиня больше всего на свете ценит свободу и уважает право выбора. Значит, никто нас неволить не станет

– Это Прародительница. А остальные? Я вот слышал, что у той же Кали, Богини Железного Града, характер очень скверный и непредсказуемый. А еще она умеет обращать в пепел одним своим взглядом!

– Человека?

– Да кого угодно! И что угодно! Хоть человека, хоть дерево, хоть целую армию. Поэтому и город её зовется Железным. Из железа оружие делается. А она богиня-воительница

– Видишь, значит, нашему народу очень повезло с покровительницей! Наша Богиня раскрывает таланты и потворствует искусствам. Но не думаю, что даже Кали нас испепелит. По крайней мере, не на ровном месте точно! Поэтому когда мы попадем в Град Железный, будем вести себя максимально вежливо, чтобы не давать ей повода

– Слушай, а может Железный мы все-таки стороной обойдем?

– Так можно и всю жизнь стороной обойти! Раз уж мы решили побывать во всех великих городах – так и сделаем. Пошли!

Друзья пошли вдоль дороги и попутно продолжали обсуждение своих перспектив в городах, про которые раньше они слышали только из рассказов, добрая половина которых была старыми легендами и откровенными выдумками. Периодически Эвиет и её спутник останавливались, чтобы получше рассмотреть основательные каменные сооружения асуров, на облицовке которых мастера вырезали картины, изображающие различные мифы и сцены из жизни. Картины эти были выполнены с такой точностью, что выглядели живыми. Иногда казалось, что очередной барельеф или статуя следит за гостями города своим каменным взглядом. Орсису от этого становилось немного неловко, а Эвиет это, напротив, веселило. Бард недоумевал, как эти асуры вообще могут жить спокойно под постоянным присмотром каменных истуканов. Подруга в ответ лишь посмеивалась.

Изваяния проводили путников своими взглядами прямиком до гостиного дома. Пора где-то остановиться и скинуть вещи. Благо, их было не очень много, одна большая дорожная сумка у певицы, вторая – у её друга. Едва они вошли в парадную, как почти сразу сняли эти сумки с плеч и поставили на пол. Слишком устали носить их битый час на жаре. Климат Владычества Асуров был намного теплее, чем на родине Эвиет. Девушка, скидывая сумку на пол, как раз подумала, что теплые вещи можно было бы и не брать….

– Уважаемые гости Владычества Асуров!

Раздался вдруг четкий, поставленный голос, и Эвиет только сейчас поняла, что пока они проделывали все манипуляции с сумками, все это время на них смотрел управляющий, стоящий за стойкой из белого мрамора. Управляющий носил популярную у Асуров одежду, похожую на длинное разноцветное платье, которую носили и женщины, и мужчины. Цвета, очевидно, подбирались в дань легенде о Трех Городах: золотой, серебристый и черный. Иногда встречались сочетания черного и красного – точь в точь как крылья самой Прародительницы. Как и большинство асуров, управляющий был высокого роста, с резкими и тонкими чертами лица, и такими же тонкими и длинными пальцами. Копна черных волос была заплетена во множество косичек, аккуратно уложенных на голове в форме купола или экзотического цветка.

«Прямо как на крышах их домов»: подумала Эвиет при взгляде на эту необычную прическу. И была права, архитектуру асуров действительно венчали остроконечные резные купола. А вот сама певица выглядела будто бы полной противоположностью работника гостиного дома. Невысокого роста, круглое лицо, аккуратные, нежные черты, пухлые губы, соломенные волосы и голубые глаза редкого оттенка. Можно сказать, что эта округлость присутствовала во всем её облике: Эвиет вовсе не была обладательницей статной атлетической фигуры. Вместе с тем, некоторая полнота её отнюдь не портила. Фигура девушки шла ей как нельзя лучше. Друг её был коренаст, но тоже довольно приземист. В родной Гиперборее это не слишком бросалось в глаза, а вот среди долговязых жителей асурских земель бард чувствовал себя немного не на своем месте…

– Уважаемые гости Владычества Асуров! – Вновь повторил управляющий, поняв, что путешественники снова о чем-то задумались, и первое обращение проигнорировали. – Рад приветствовать вас в наших гостеприимных землях! Смею предположить, вы прибыли из далекой Гипербореи?

– Как вы узнали?

– Я видел гостей со всего света. И научился определять, кто откуда, по некоторым внешним признакам. Например, по говору и фасону одежды. Как прошло ваше путешествие?

– Если честно, утомительно. Дорога слишком долгая. Я так далеко еще никогда не плавала на корабле….

– Милая леди, корабли не плавают, а ходят. – Поправил управляющий, и при этом улыбнулся. Наверное, так он хотел замаскировать нетактичную вставку под шутку, но получилось только хуже.

– Ходят значит…. А как они ходят? У них ни ног, ни лап! Да и как по воде ходить можно, если только ты не бог?

– Простите, было невежливо с моей стороны. Желаете посмотреть свободные комнаты?

– Конечно! Мы для этого и пришли. Не в коридоре же спать!

– Абсолютно верно! Тогда попрошу вас с другом подойти ближе к стойке, я покажу вам рисунки!

___

Хорошенько выспавшись и отдохнув с дороги, Эвиет решила прогуляться по городу одна. Так девушка обычно делала, когда искала вдохновение для новых песен. Всякое событие, увиденное во время променада, могло пробудить творческий порыв. Певица неспешно шла по улице и наблюдала за происходящим вокруг. Раздавшееся позади громогласное «Разойдись! Дорогу! Дорогу!» слегка напугало девушку. Эвиет обернулась и увидела, как пятеро погонщиков, сопровождаемые парой десятков вооруженных охранников, вели по дороге нескольких тороков. Это были огромные трехрогие ящеры, прирученные для вспахивания полей, прокладывания дорог и перемещения тяжелых грузов. У животных были спилены рога, а в узорчатый кожистый воротник, прикрывавший их шеи, было вдето массивное кольцо, за которое животных, с помощью укрючин на длинных палках, вели погонщики. Позади следовали два двуногих дракона ростом чуть ниже белокаменных городских строений. Вид у них и впрямь был устрашающий: густые, темно коричневые перья, покрывающие все тело, кроме ступней, яркий венец из красных и желтых перьев прямо позади головы, и мощный длинный хвост. Массивные челюсти этих животных связывал прочный стальной намордник. Величественное создание! Вот только несуразные маленькие передние лапки, свисавшие с их тел, придавали зверю некую комичность, даже нелепость. Эвиет еще ни разу не видела подобных зверей вживую. Об их существовании она знала только из легенд и рассказов путешественников. В холодной Гиперборее драконы не водились. Они бы просто замерзли там. А в приветливом телом климате Владычества Асуров эти животные чувствовали себя как нельзя лучше.