Обвинение предъявлено Гурову

Глава 2

Утром следующего дня Гуров пребывал не в самом лучшем настроении. Дальнейшие события его ничуть не улучшили.

Все началось еще вчера вечером. Едва сыщик пришел домой, как Строева заявила ему, что вынуждена уехать из Москвы уже на следующий день. В самый последний момент выяснилось, что театр может заработать неплохую сумму от участия в одном из коммерческих фестивалей. Спонсор предложил хорошее вознаграждение за один-единственный спектакль в Пскове, но срок выступления поставил конкретный. Именно из-за этого отъезд в гастрольный тур по России должен был состояться на два дня раньше.

– Любимый, ты уж, пожалуйста, на меня не обижайся. Сам знаешь, что я ничего не могу сделать. У меня контракт, – проговорила Мария и прижалась к мужу.

– Все нормально, солнышко, – ответил сыщик, пытаясь скрыть досаду от того, что ему теперь придется менять собственные планы.

Гуров намеревался устроить жене красивый прощальный вечер перед трехмесячной разлукой, а сейчас эти замыслы развеялись по ветру словно дым. Однако выказывать досаду он не стал, прекрасно понимая, что вины Марии в переносе сроков расставания нет никакой. Лев Иванович попытался сымпровизировать, придумать что-нибудь яркое для прощального вечера. Однако жена сказала ему, что просто хочет побыть дома в этот вечер, расслабиться в спокойной, уютной обстановке.

Собственно говоря, вечер прошел прекрасно, хотя и с нотками грусти. Мужу и жене не хотелось так внезапно расставаться, но оба прекрасно понимали, что разлука будет не слишком долгой.

Утром он отвез Марию на Ленинградский вокзал и оставил ее с труппой, ожидавшей начала посадки на поезд до Пскова. Строева категорически отказалась от того, чтобы муж провожал ее до вагона. Актриса заявила, что терпеть не может сопливых расставаний, и чуть ли не силой заставила Льва Ивановича уехать на службу, не дожидаясь отправления поезда.

Сыщик ей уступил и снова почувствовал необъяснимую грусть. Словно жена, уезжавшая на гастроли, забрала с собой какую-то очень важную часть его души.

Потом, отъехав от вокзала, Гуров обратил внимание на заморгавший топливный значок. Вчера, возвращаясь вечером с работы, он не ведал о том, что утром ему придется крутиться по Москве, и не заправил автомобиль. В принципе, Лев Иванович обычно делал это по утрам на ближайшей к дому заправке, но сегодня, из-за суеты, вызванной отъездом Марии, даже не обратил внимания на датчик топлива.

Сыщик недовольно поморщился в ответ на подмаргивание значка и начал искать ближайшую АЗС. Она находилась не по пути в Главк, но до следующей, особенно по столичным пробкам, бензина могло и не хватить. Именно поэтому Гурову пришлось чуть вернуться и проехать на Каланчевскую улицу.

На заправке было полное самообслуживание.

Поэтому Гуров вставил пистолет в горловину бензобака, а затем подошел к окошку, чтобы оплатить бензин.

– Мне двадцать литров девяносто пятого, – заявил он кассирше и приложил карту к терминалу оплаты.

– Мужчина, платеж не прошел! – сказала немолодая и не особо привлекательная женщина, сидевшая за зарешеченным окном.

Гуров попытался расплатиться картой еще раз, но результат оказался тем же самым. Платеж упорно не хотел проходить. Кассирша заверяла клиента в том, что причиной тому не терминал оплаты, а какие-то нелады с его банковской картой.

Лев Иванович решил, что спорить с кассиршей бесполезно, и расплатился наличными, выгреб почти все купюры из портмоне. Он недоуменно пожал плечами, сам заправил «Пежо» и отправился в Главк.

По дороге сыщик не удержался, остановился рядом с первым попавшимся магазином. Зайдя внутрь, он взял из холодильника бутылку минералки и пошел пробивать ее на кассу. Результат оказался точно таким же, как и на бензозаправке.

– Извините, но ваш платеж не проходит, – сказала ему продавщица, после того как Гуров попытался расплатиться картой.

Он отдал за минералку последнюю мелочь из портмоне и вышел из магазина, начиная кипеть от негодования. Сыщик уже догадался, что именно произошло. Ему не терпелось выяснить у «безопасников», как они смогли так быстро провернуть свои грязные делишки.

Впрочем, Гуров тут же подавил в себе раздражение. В конце концов, следователи из УСБ только выполняли свою работу. Вполне возможно, что на их месте он поступил бы точно так же.

В Главке сыщик сразу почувствовал на себе любопытные взгляды. На него исподтишка глазели все, начиная с дежурных на посту, заканчивая заместителями Орлова. Впрочем, едва Гуров заострял внимание на этих излишне любопытных персонажах, они тут же отворачивались, делали вид, что заняты своими делами, либо смущенно улыбались и здоровались с ним.

Было очевидно, что о деле, заведенном на полковника Гурова Управлением собственной безопасности, знали абсолютно все. Но подходить и спрашивать напрямую, что именно произошло, в Главке было не принято. Льва Ивановича здесь уважали, побаивались, ему завидовали. Но очень мало кто из офицеров мог похвастаться тем, что был на короткой ноге с сыщиком. Вот никто и не решался напрямую задавать вопросы. Иначе можно было нарваться на жесткий ответ.

Придя к себе в кабинет, Гуров в первую очередь связался с банком. Там ему подтвердили, что все его счета заблокированы, поскольку на них судом был наложен арест. Как «безопасники» умудрились добиться вынесения такого решения в то время, когда ни один судья не работал, это уже совсем другой вопрос. Впрочем, оно вполне могло быть подготовлено и заранее, еще до их разговора с сыщиком. Затем, чтобы убедить Гурова в серьезности своих намерений, они попросту дали ход этому делу.

Как бы то ни было, но ситуация складывалась весьма неприятно для Гурова. Сыщик уже давно пользовался исключительно банковской картой при оплате любых расходов и наличных при себе держал мало. Сейчас, из-за ареста, наложенного судом на его счета, он остался практически без средств к существованию.

Лев Иванович вспомнил, что дома у него стояла копилка, куда раньше они с Марией кидали монеты, полученные на сдачу. Впрочем, денег, содержащихся в ней, вряд ли хватило бы на то, чтобы прожить в Москве хотя бы пару дней.

– Черт побери! Неприятно получилось, – проворчал Гуров себе под нос. – Впрочем, не буду размахивать шашкой, мы еще поборемся!

Лев Иванович задумался.

Вчера во время допроса сотрудники Управления собственной безопасности раскрыли ему далеко не все свои карты. Да, кто-то использовал его старый счет для перевода денег. Однако Гуров не сомневался в том, что одного только этого факта было недостаточно для предъявления ему обвинения. В конце концов, мы живем в век компьютерных технологий, засилья хакеров, мошенников и запредельных технических возможностей для проведения любых удаленных операций. Легко можно предположить, что банковский счет сыщика мог взломать кто угодно и использовать его для собственных трансфертов.

Конечно, тот факт, что платежи поступили и исчезли через некоторое время после того, как Гуров занялся расследованием махинаций «Меркурия», говорил против него. Но и это обстоятельство вряд ли могло побудить «безопасников» вцепиться в сыщика мертвой хваткой, тем более дать им возможность убедить суд в необходимости наложения ареста на его счета.

Конечно, судью можно было бы и купить, но тут явно был не тот случай. Расследуя дело о коррупции, самому раздавать взятки! Это смерти подобно. Тем более когда имеешь дело с таким мастером, настоящим зубром сыска, каким являлся Лев Иванович.

Это означало одно. Помимо подозрительных операций на счету Гурова «безопасники» имели еще какие-то косвенные доказательства возможной причастности полковника Главка к коррупционному преступлению. Узнать о них сыщик должен был как можно быстрее.

Для того, чтобы оперативно выйти на того человека, который подставил его, Гурову пока не хватало информации. Одного факта, что какой-то прохиндей, связанный с аферами «Меркурия», воспользовался его счетом, было недостаточно.

Поиском сведений о том, кто и как вообще имел доступ к подозрительным счетам, используемым для перекачки денег трастового фонда, занимались сейчас специалисты отдела «К» и Управления экономической безопасности. Для обработки и анализа всей информации им потребуется как минимум еще пара дней.

А вот сыщик таким временем не располагал. У Гурова просто не было подозреваемых в деле о его подставе. Получить какую-нибудь дополнительную ниточку к ним могла бы помочь информация, добытая в Управлении собственной безопасности.

Гуров решил позвонить в аналитический отдел, старшему лейтенанту Суркову, который уже не раз помогал ему разбираться с самыми трудными делами.

– Игорь, зайди ко мне, пожалуйста, на пару минут, – попросил сыщик.

– Сейчас буду, Лев Иванович, – незамедлительно ответил аналитик и уже через пару минут был в его кабинете.

– Лев Иванович, что это за бред такой с «безопасниками»? – поинтересовался старший лейтенант, едва закрыв за собой дверь.

Он относился к тем немногим людям, которым Гуров неоднократно выказывал свое доверие. Если этот парень и не считал себя другом сыщика, то надеялся, что своей преданностью заслужил право задавать такие щекотливые вопросы. Он искренне волновался за судьбу старшего товарища.

– Вот для того, чтобы разобраться с этим, мне и нужна твоя помощь, – ответил Лев Иванович. – Правда, это будет не совсем законно.

– Я думаю, что обвинения против вас тоже выдвинуты не совсем законно, – заявил Сурков.

– Скорее всего, их изобрели не они. Эти ребята из Управления собственной безопасности как раз действуют вполне законно. А вот тот тип, который меня подставил, точно нарушил закон. Чтобы быть с ним на равных, нам тоже придется на некоторое время о нем забыть, – проговорил Гуров.

– Что от меня требуется? – поинтересовался старлей.

– Не много, но и не мало. Надо добыть из базы данных Управления собственной безопасности всю информацию о моем деле, – ответил сыщик.

– Ни хрена себе! – Аналитик аж присвистнул. – Это даже для меня будет очень сложно.

– А я задачу для тебя еще усложню, – порадовал его Гуров. – Информацию нужно добыть сегодня до полудня. Берешься? – Сыщик внимательно посмотрел на парня.

– Конечно, – ответил аналитик. – Кое-кого придется подмазать, но я думаю, что смогу получить доступ к ресурсам Управления собственной безопасности. А там уже дело техники.

– Видишь ли, Игорь, тут есть небольшая проблема, – смущенно пробормотал сыщик. – Прямо сейчас деньгами, для того чтобы подмазать нужного человека, я помочь тебе не могу.

Сурков удивленно посмотрел на полковника.

– Лев Иванович, а кто говорит о деньгах? – осведомился он. – У нас с ребятами собственные расчеты. Тут, уж извините, я без вашего вмешательства разберусь.

– Ну и ладно. Делай как знаешь, – с заметным облегчением проговорил Гуров. – Магарыч я тебе в любом случае обещаю.

– С этим мы как-нибудь разберемся, – с улыбкой проговорил аналитик. – Разрешите идти?

– Топай. Удачи тебе!

Отправив Суркова выполнять поручение, Гуров откинулся на спинку кресла и вернулся к своим не самым веселым размышлениям.

Он до сих пор не мог понять цель человека, устроившего всю эту подставу, связанную с расследованием дела «Меркурия». В том, что этот субъект был одним из руководителей трастового фонда, сыщик очень сомневался. Он ведь уже проверил их всех несколько раз и не нашел никаких, даже косвенных, доказательств того, что они могли быть причастны к махинациям, проводимым с использованием финансовых возможностей фонда.

Более того, все, что Гуров смог узнать до сих пор, говорило о том, что деньги со счетов брал и возвращал обратно сторонний человек. Если он и был связан с «Меркурием», то лишь весьма поверхностно.

Следовательно, пытаться подставить Гурова на взятке и отстранить от расследования для руководителей трастового фонда не имело смысла. Напротив, это лишь привлекло бы к ним совершенно ненужное внимание сыщика.

Для той группы людей, которая тайно от всех прокручивала для своих целей деньги «Меркурия», попытка подставить Гурова подобным образом тоже была бессмысленна. Она являлась таковой даже в том случае, если они могли догадаться о том, что сыщик начинает выходить на их след. Привлечение к Гурову внимания Управления собственной безопасности ничего бы преступникам не давало. Не считая мизерной возможности выиграть пару дней. А вот шансы на то, что их неуклюжая попытка передаст в руки сыщика дополнительные ниточки, ведущие к этой преступной группе, были очень высоки. Те люди, которые несколько лет успешно и скрытно пользовались чужими деньгами для проведения собственных операций, вряд ли стали бы так рисковать.

Оставалось лишь одно. Человек, который пытался подставить Гурова, прекрасно знал, что за дело тот ведет, но совершенно не представлял себе, как продвигается это расследование. Зато он имел зуб на руководство «Меркурия» и на самого сыщика. Именно поэтому сей неизвестный злоумышленник и решил таким вот образом свести счеты с обоими. К тому же, он имел возможность осуществить свой план, значит, был достаточно богат, мог нанять нужных людей и обзавелся обширными связями в высоких структурах правоохранительных органов.

Гуров таким вот образом определил первые штрихи портрета своего потенциального противника и начал перебирать в уме все возможные варианты, вычерчивал в блокноте схемы, в которые вносил фамилии возможных подозреваемых. Конечно, сыщик прекрасно сознавал, что его первоначальные догадки имели под собой слишком мало оснований. В итоге они могли оказаться очень далеки от правды. Но не отработать эту версию своего расследования Лев Иванович не мог. Тем более что для появления иных предположений у него попросту не было никакой информации.

Гуров очень надеялся, что Суркову удастся отыскать такие сведения, которые смогут подтолкнуть ход этого дела в нужном направлении. Времени для этого оставалось мало. Сыщик прекрасно понимал, что Деветьяров и Сверчков вчерашним разговором и сегодняшним арестом счетов не ограничатся. От них можно ждать чего угодно. Льву Ивановичу было необходимо получить преимущество перед «безопасниками».

Начертанием схем возможных преступных связей Гуров занимался примерно полчаса. Потом он вынужден был остановиться. Ему катастрофически не хватало свежих данных относительно тех людей, которые могли желать крупно подставить его. В первую очередь сыщику требовались сведения относительно их возможных контактов с руководителями «Меркурия».

Поскольку все они были причастны к преступному миру, Гуров решил привлечь к сбору необходимой информации осведомителей Крячко. Конечно, и у него самого имелись стукачи в криминальном сообществе, но это была тяжелая артиллерия, и привлекать их на этом этапе сыщик посчитал недопустимым.

Гуров уже собрался позвонить Станиславу, когда у него в кармане затрещал сотовый телефон.

«Ну вот, у дураков мысли сходятся», – решил он, предположив, что с ним пытается связаться Станислав.

Однако сыщик ошибся.

– Лева, зайди ко мне, пожалуйста, – услышал он усталый голос Орлова.

«Началось», – подумал Гуров, а вслух сказал:

– Да, Петр. Уже иду.

Внешний вид Орлова ничего хорошего не предвещал. Генерал снова грыз леденец, вместо того чтобы спокойно рассасывать его под языком, как он это делал обычно. Форменный галстук на рубашке съехал на правую сторону, говоря о том, что Петр Николаевич теребил его во время нервного разговора по телефону. Во время очного общения он умел хорошо контролировать свои жесты и мимику, а вот когда знал, что его никто не видит, иногда не сдерживался, а потом попросту забывал о неправильно сидящей детали туалета.

– Галстук поправь, – сказал Гуров, привыкший заботиться о своих друзьях.

– Иди к черту! – буркнул в ответ генерал, но галстук все-таки поправил. – Хреново все, Лева.

– Это я уже понял, – произнес сыщик, усаживаясь напротив генерала. – А если конкретнее?

Орлов поморщился, а затем рассказал другу обо всем, что случилось с ним этим утром.

Когда генерал явился на службу, его уже ждал у дежурного пакет из министерства. Единственным содержимым этого конверта, доставленного чуть свет курьером, оказался приказ о временном отстранении от исполнения служебных обязанностей полковника Гурова, подписанный тем же заместителем министра внутренних дел, который подмахнул и предыдущий документ о проведении служебной проверки. Формулировка приказа была четче некуда: «Временно отстранить полковника Гурова от исполнения служебных обязанностей в связи с возбуждением в отношении него уголовного дела по статье 290 УК РФ».

Орлова этот приказ попросту взбесил. Он тут же накатал по этому поводу жалобу и отправил ее министру, а потом попытался созвониться с ним. Однако тот в это время оказался на совещании у президента. Поэтому генералу ничего не оставалось, кроме как поговорить с тем самым Кудряшовым, который подписал приказ в отношении его друга. Петр Николаевич потребовал у заместителя министра материалы уголовного дела, заведенного на Гурова, но получил твердый отказ вплоть до окончания расследования.

Не помог и разговор с министром, который сам связался с Орловым, едва освободился после совещаний. Они хоть и были в хороших отношениях, но помогать генералу, надавив на своего заместителя, министр отказался.

– Петр, я прекрасно знаю, что Гуров – отличный сыщик, – заявил он. – Если ты в нем уверен и твердо знаешь, что он невиновен, то и волноваться не о чем. Небольшая встряска еще ни одному офицеру не вредила. Даже самому хорошему. Пусть «безопасники» все расследуют как положено, а твой сыщик отдохнет. Наверняка ведь в нормальном отпуске он уже давно не был. Вот пусть пару недель и отдохнет как следует.

– Надо же, благодетель какой, – заявил Гуров, едва генерал закончил свой рассказ. – Похоже на то, что мне самому придется разбираться с этой историей. Я так и поступлю!

– О чем ты говоришь, Лева? – с искренним возмущением заявил Орлов. – Ты что, не понимаешь, чем все это тебе грозит?

– Петр, я что, похож на несмышленыша? Или ты мне экзамен устраиваешь? – сердито спросил Гуров. – Отстранят меня от следствия, получат доступ к моим архивным делам, перекопают все мое нижнее белье. Чем мне все это может грозить? Или ты не веришь в мою невиновность?

– Дурак ты, что ли?! – взревел генерал. – Я тебя, можно сказать, с пеленок знаю, чтобы в таком подозревать. Но ты же не всегда строго букве закона следовал.

– И что? – осведомился сыщик. – Во-первых, обо всех своих превышениях я уже отчитывался. Во-вторых, ничего нового они в делах не найдут и не докажут. Даже если бы что-то и нашли, то у нас не Америка, чтобы вступившие в силу приговоры по моим делам отменять. В общем, ничем мне это расследование грозить не может. Одного не пойму. Кому и зачем все это понадобилось? Вот на этот вопрос мне и нужно в первую очередь получить ответ.

– Значит, ты собираешься найти того поганца, который тебя подставил, – скорее констатировал, чем спросил генерал. – Ты же знаешь, я теперь тебя и на пушечный выстрел не могу к Главку подпустить. Официального разрешения ни на следственные действия, ни на доступ к служебным ресурсам ты получить не сможешь. Может, я лучше кого-нибудь официально на это дело поставлю? Чугайнова, например?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.