Шато де л'еспуа

– Шедевр, – захлопала ресничками рядом с ним молодая девица, судя по всему охотница за мужиками, коих всегда было пруд пруди на подобных мероприятиях. Но тут ее взгляд скользнул на Адриана и глазки загорелись, у меня в груди неприятно кольнуло, и я отвернулась.

– Тут в паре кварталов есть шикарный итальянский ресторанчик, там паста с тунцом – реально шедевр и молодое Шабли, – прошептал мне на ухо Адриан, не обращая внимание на громко щебетавшую девицу.

– Принято! – Выразительно посмотрела я на него, а девица недовольно хмыкнула.

– Уходим, – приобнял меня Адриан и, как бы показывая оставшееся «шедевры» выставки, настойчиво подталкивал к выходу.

– Уже уходите? – Немного то ли грустно, то ли обреченно встретила нас у стойки пресс-атташе музея. Судя по ее виду, она думала о происходящем ровно то же самое, что и мы.

– Да, нам уже пора, к сожалению, – выручил меня Адриан, так как мое вранье сразу было видно, а он умел дипломатично послать всех куда подальше.

– Вам небольшие презенты от нашего музея, – торжественно объявила она, вручая нам пакеты, – там же вся информация по выставке, – сникала она, закатив глаза.

– Сделаю все красиво, – едва слышно прошептала я, беря пакет.

– Спасибо, – ответила она одними губами и протянула пакет Адриану.

Мы поспешили на выход, где я тут же открыла пакет и выудила коробку конфет.

– Ух ты, конфетки, – приободрилась я, так как есть хотелось адски, позавтракать мне удалось только шампанским.

– Надеюсь, они не такого же вкуса, как вид последней скульптуры, – съязвил Адриан, и меня порвало.

Я закатилась смехом во все горло, прямо на ступенях музея, буквально хватаясь за живот. У меня слезы текли из глаз, я не могла остановиться. Проходившие мимо люди, косились на меня, как на идиотку. Но мне было настолько смешно, что я вопреки обычному, наплевала на то, как я выгляжу.

– Боже, – простонала я, когда немного успокоилась, и вытерла слезы. – Не шути так больше, я обожаю конфеты, – снова расхохоталась я.

Адриан тоже рассмеялся.

– Умеешь ты мероприятие выбрать, – подал он мне руку, когда мы направились к ресторанчику.

Я вспомнила, что прошлое, на которое я его позвала, и после которого мы не общались пять лет, было посвящено анатомии, какая-то иммерсивная выставка. Короче, это был такой кошмар, что меня тошнило от вида вывернутых органов, так что Адриану пришлось меня эвакуировать от греха подальше.

– Мастер, – высокомерно глянула я на Адриана, и мы снова закатились смехом.

В общем, в ресторан мы ввалились, хохоча как безумные, вспоминая разные идиотские мероприятия, куда я его таскала. Однажды, когда ему было лет тринадцать, я не дочитала приглашение и привела его на презентацию книги, где даже официантки ходили топлес в прозрачных бикини, не говоря уже о том, что творилось на вечере. Я краснела и закрывала ему глаза руками, а Адриан с Кристианом на пару хохотали до слез. Правда, когда две телки устроили показательную оргию на сцене, демонстрируя одну из сцен книги, я схватила Адриана и быстро свалила домой.

– О, это было феерично, – поддел меня Адриан, усаживая за столик. – Прямо даже не знаю, что выбрать в качестве победителя, выставку, на которой тебя тошнило нон-стопом или ту презентация с обнаженкой. Хотя, знаю… – выразительно уставился на меня он.

– Даже страшно подумать! – Простонала я от смеха.

– Презентация не помню чего, где были квесты с зеркалом, ты заблудилась в лабиринте и час плакала мне в трубку телефона, пока мы тебя не нашли, – залился он смехом.

– Боже, – закатила я глаза, вспомнив мой эпик-фейл. – Тебе было всего одиннадцать, – закрыла я лицо руками.

Глава 10 #самадуравиновата

Мы обедали, обсуждали современное искусство, которое оба не понимали. Потом вспоминали хорошие мероприятия, на которые удавалось сходить, благодаря моей работе.

– Слушай, а давай в Ковент Гарден сходим, там новая опера, – предложил Адриан.

– Ну, я не против, – улыбнулась я ему.

За весь обед мы так и не касались вчерашнего вечера, чему я была несказанно рада, так как совершенно не знала, как реагировать на произошедшее. Мне было проще по привычке сунуть голову в песок и сделать вид, что ничего не произошло. Так же, как когда-то я поступила с Клер, узнав, что она два года была любовницей моего мужа. Она извинилась, он ушел, а я сделала вид, что ничего не происходит.

– У тебя тушь немного потекла, – взял он влажную салфетку и стал аккуратно вытирать тушь под глазом.

Он был так нежен, но его глаза полны были противоречивых чувств.

– Что-нибудь еще желаете? – Подплыла к нам молоденькая официантка и, стреляя глазками, уставилась на Адриана.

– Хочешь десерт? – Улыбнулся он мне.

Девушка смерила меня взглядом и закатила глаза. Стало так неловко, что она могла понять, что между нами что-то было. Это как укор вернуло меня на землю. Я отстранилась от рук Адриана.

– Нет, спасибо, – отвела я взгляд.

– Тогда счет, пожалуйста, – посмотрел он на официантку, которая кокетливо повернулась и пошла от столика, то и дело оборачиваясь на моего спутника. – Прогуляемся? – Тихо прошептал Адриан.

– Зачем? – Посмотрела я его ясные голубые глаза, и внутри все скрутило в тугой узел.

– Я хотел бы поговорить о том, что вчера произошло, мы не можем делать вид, что ничего не было, – спокойно сказал он.

Я тяжело вздохнула. Да, он был не из робкого десятка, в отличие от меня, и привык решать проблемы словами, а не сбегать от них.

– Адриан, – начала я столько сложный разговор, – ты же понимаешь, что… – запнулась я.

– Нет, я не понимаю, – не отрывал он от меня глаз. – Я решительно не понимаю, почему я не могу быть с любимой женщиной, если у нее ко мне тоже есть симпатия. Я же не прошу любить меня, я лишь прошу дать шанс, – сказал он.

– Какая любовь? О чем ты? Мне сорок, Адриан! Сорок! – В сердцах выдала я, хотя и говорила максимально тихо.

– И что? – Развел он руками.

– Ты не видишь, как на нас смотрят люди? – Не унималась я.

– Да мне плевать, кто и как на меня смотрит, я люблю тебя, – взял он мои руки в свои. – Неужели этого мало? Или… – запнулся он. – Или… – понизил он голос и отвел взгляд, – ты просто не хочешь, чтобы мы были вместе? – Пробубнил он, снова глянув на меня.

И если секунду назад у меня не было ни единого аргумента, чтобы не встречаться с ним, то сейчас он сам подсказал мне ответ.

– Я не хочу, – промямлила я и ком подкатил к горлу. – Адриан, нам лучше вообще больше не общаться, я не хочу делать тебе больно, но… – запнулась я, давясь эмоциями.

Я знала, что поступаю правильно, это было единственно верное решение. Адриан, не моргая, смотрел мне в глаза.

– Прости, – прошептала я едва слышно.

Он молча отпустил мои руки, достал подаренное мной портмоне, вытащил оттуда несколько карт, наличные, что-то еще, также молча сунул все в карман, отсчитал какую-то сумму от пачки купюр, положил их под бокал, положил рядом со мной портмоне, молча встал и вышел из ресторана. Он даже ни разу не глянул на меня. Тошнота подкатила к горлу с такой силой, что я судорожно схватила бокал и отпила глоток воды, чтобы меня не вывернуло прямо на людях.

– А… – подплыла к столу официантка и разочарованно протянула счет. – Могу рассчитать Вас? – Показала она на наличные на столе.

Я кивнула головой, пытаясь отдышаться, и трясущимися руками поставила бокал на место.

– У Вас все в порядке? – Учтиво поинтересовалась девушка.

Я снова молча кивнула головой, которая пошла кругом от этого движения, качнувшись встала из-за стола и нетвердой походкой направилась к выходу. Казалось, тело не слушалось меня, ноя от осознания того, что он просто ушел. Точнее, я сама его прогнала.

– Портмоне, Вы забыли, – догнала меня официантка. – Вам точно помощь не нужна?

Я мотнула головой, не глядя, взяла то, что она протягивала мне и, тяжело вздохнув, проследовала на выход. В груди все горело. На выходе я глянула на себя в зеркало и отшатнулась, не узнав в отражении себя: абсолютно белое, словно полотно лицо, и струи слез катились по щекам, а я даже не почувствовала этого. Тяжело вздохнув, оглянулась, Адриана нигде не было…

Глава 11 #жизньболь

Вместо работы все выходные я прорыдала в подушку, не вставая. Наверное, потому что я понимала, что надежды на наше примирение уже нет. Также я плакала, когда уехала дочь, правда, хватало сил работать, да и подруга была рядом. А сейчас… как я могла ей сказать, что мне паршиво из-за того, что я переспала с ее сыном и теперь чувствую себя виноватой во всем, что произошло. Клер убила бы меня и была бы права, что уж.

В понедельник я еле оторвала себя от подушки и отправилась на работу, хотя видок был тот еще. Даже фэшн-редактор сайта, девчонка двадцати семи лет, которая всеми силами пыталась занять место моего зама, вечно спорившая, пытаясь подставить меня и выставить некомпетентной дурой, на планерке не сказала ни слова, глядя на меня испуганным взглядом. Видимо, опухшая от слез рожа внушала, наконец, уважение, а севший голосок – страх. С другой стороны, тоже не плохо.

– Так, что случилось? – Влетел ко мне через пару минут после совещания Кристиан с масками в руках. – Голову назад, – скомандовал он и стал накладывать на меня ледяную тканевую маску.

– Ничего, – пробубнила я.

– Оно и заметно! – Разглаживал он маску на моем лице. – Вид такой, как будто бы ты бухала пару недель, а в субботу еще от счастья светилась.

– Может я бухала, – шмыгнула я носом.

– Рот закрой, – поправил он на меня маску. – С Адрианом поругались что ли? – Строго смотрел он на меня.

Я честно хотела сдержаться, правда, старалась изо всех сих, но одно упоминание его имени доводило меня до истерики. Я судорожно вздохнула и из глаз потекли слезы.

– Ой, ой, – сочувственно выдал Кристиан, – сек, – подскочил он и рванул в коридор.

Через пять минут передо мной стоял кофе с трубочкой.

– Давай, – сунул он мне трубочку в рот, чтобы не тревожить маску.

Я сделала глоток и чуть не поперхнулась, выпучив на него глаза.

– Да, с коньячком, а ты себя видела? – Стал озираться он. – Сегодня даже Вероник с тобой не спорила, давай, давай, – спаивал он мне кофе. – Адриан, да? – Не унимался Кристиан.

То ли «кофе» помог, то ли слез уже не осталось, но рыдать я перестала, и просто качнула головой в ответ.

– Что опять выносила ему мозг: я старая, мне сорок, а тебе двадцать с чем-то там? – Строго глянул на меня Кристиан, распуская хвостик.

Я обиженно посмотрела на него.

– Ты не старая, – наклонился он, заглядывая мне в глаза, – ты – дура, тупая овца, угу, – выругался он, наводя порядок на моей голове. – Вот скажи мне, ты себя в зеркало видела? Да твои редакторки, которые только и знают, что писать о жизни звезд и трендах, и то с ошибками, выглядят старше тебя. А ты – умная, красивая, шикарная женщина, которая уже состоялась в жизни, мечта нормального мужика, не ценишь себя! – Пошебуршал он мне в голове руками и заглянул вперед. – Ну вот, хотя бы на человека похожа стала. Ну что тебе еще надо, а? Он тебя любит, он на тебя так смотрит, что ничего вокруг не замечает. Ну ладно ему девятнадцать было, ты выделывалась, я еще могу понять, но сейчас-то, сейчас… – причитал Кристиан, снимая с меня маску и похлопывал пальцами по лицу.

– А что изменилось, у нас как была в шестнадцать лет разница, так и осталась! – Бубнила я.

– Да, только теперь Адриан – взрослый самостоятельный мужчина, прилично зарабатывает, купил себе квартиру во второй зоне, между прочим, – выпучил он глаза.

– А ты откуда знаешь? – Посмотрела я на него.

Кристиан дернул бровь и поджал губы, глядя куда угодно, только не на меня.

– Кристиан, – пнула я его ногой.

– Я ее снимаю, – виновато посмотрел он на меня.

Я сощурилась. Зная, сколько этот, не буду выражаться, тратит на косметологов и шмотки, я понимала, что позволить себе дорогое жилье он не может, а вторая зона, извините, стоила прилично.

– Ладно, – закатил глаза Кристиан и сел передо мной на стол. – Я просто искал себе жилье, посмотрел квартиру, она мне понравилась, оказалось, что это его, но мне было дорого, вот он и уступил пару сотен, взамен на то, что я рассказываю ему, как ты поживаешь, – жевал он губы.

– Ты че, стучишь ему на меня? – Подскочила я со стула.

– Тихо, тихо, – усадил он меня обратно и стал судорожно наносить крем, видимо, для того, чтобы я молчала. – Не стучу, он очень за тебя беспокоится и переживает, как ты без него там.

Я покачала головой.

– А как он квартиру-то себе купил? – Поинтересовалась я, раз уж ему меня сдавали, то и обратно было не грешно.

– Так дом же родителей в Бристоле продала Клер, половину ему отдала, вот он и купил, а часть денег в ипотеку взял. Он же зарабатывает хорошо очень, – наносил мне ВВ-крем на лицо Кристиан.

Я вопросительно уставилась на него.

– Ты вообще ничего о нем не знаешь что ли? – Нахмурился Кристиан.

– Как-то было бы странно, если я бы я сама перестала с ним общаться, а потом вытягивала информацию из Клер, а она не рассказывала о нем особо ничего, – тяжело вздохнула я. – Так только – девушки, да, достижения.

– Ясно, – подкрасил меня Кристиан и придирчиво осмотрел свое творение. – А Адриан постоянно о тебе спрашивает.

– Что значит спрашивает? – Нахмурилась я.

– Я его видел в воскресенье, он у меня с перепоя ночевал, – честно признался тот. – Иногда остается, когда его Клер достает, что у него девушки нет постоянной.

Я закатила глаза и покачала головой.

– Давай приходи в себя и мирись с ним, а то вас двоих в порядок по утрам приводить я не потяну, у меня времени столько нет, – похлопал он меня по плечу. – И вообще, когда женщине плохо, она должна выглядеть особенно сногсшибательно. Выше нос, детка, – щелкнул он мне пальцем по кончику носа.

– Руки оторву, – рявкнула я на Кристиана, так как ненавидела, когда мне так делали. – И спасибо, – тут же смягчилась я, показывая на лицо.

Кристиан послал мне воздушный поцелуй и побежал по делам, а я осталась одна, честно пытаясь сосредоточиться на работе, хотя давалось крайне сложно.

Всю неделю я через силу сдавала и принимала материалы, ходила по дурацким презентациям и мероприятиям, чтобы только не оставаться дома одной и не думать о произошедшем. А еще усиленно избегала общения с Клер, ссылаясь на работу. Правда, через неделю прятаться было уже бесполезно, Клер извела меня по всем фронтам, начиная подозревать неладное. Так что пришлось прийти к ней в среду домой, чтобы выпить винца и послушать про нового хахаля. Нехотя я согласилась.

Глава 12 #планнесработал

В среду утром я особенно тщательно собиралась на работу, но выходило не очень. Так что плюнув на все, я пошла, как была.

– Крис, – ввалилась я в шоу-рум без приглашения.

Кристиан подпрыгнул на месте от неожиданности.

– И тебе доброе утро, у нас что съемка? – Насторожился он, потому как я обычно вызывала его к себе.

– Нет, – оглянулась я и прикрыла за собой дверь. – М… – замялась я, – можешь меня вечером причипурить, ну как ты умеешь? – Закусила я губу.

Во-первых, я понимала, что вечером дома будет и Адриан, Клер, наверняка, предупредила его, а значит, я не могла ударить в грязь лицом. Во-вторых, я понимала, что если Кристиан будет знать, что я буду вечером у Клер, то если вдруг моя милая подруга не сказала об этом сыну, то скажет Кристиан, а значит, мне сто процентов нужно выглядеть на все сто. Даже в своей собственной голове я отругала себя за мысленную тавтологию. Кристиан же вытаращил на меня глаза и потерял дар речи.

– Ну, пожалуйста, ну мне очень надо выглядеть сегодня на миллион, – хлопала я глазами.

– Для кого? – Сощурился он.

Этого пройдоху провести было нереально.

– Просто с Клер пойдем винца попить, – сделала я максимально честный взгляд.

– Куда? – Приободрился он.

– Ну… домой к ней, – взвизгнула я.

– М, – усмехнулся Кристиан, – ясно.

– Мы вдвоем будем, – стала как малолетка оправдываться я.

– Да, конечно, – обошел он вокруг меня, придирчиво оценивая. – В этом собралась? – Дернул он футболку из джинсов.

Я пожала плечами.

– Ясно, в пять жду, переоденем, причипурим, – усмехнулся он. – Ох, бабы… – Шлепнул он меня по попе.

– Э, – возмутилась я.

– Иди уже, сорок, а все дур дурой, – вытолкал он меня взашей и шоу-рума.

В семь, как и договаривались, я стояла у дверей дома Клер с парой бутылок вина.

– Офигеть! – Вместо приветствия выдала Клер. – Ты откуда такая?

– С работы, – максимально непринужденно выдала я.

– У тебя роман что ли? – Вытаращила она на меня глаза.

– Нет, просто, когда у женщины все плохо, она должна выглядеть максимально хорошо, – с бодрой улыбкой процитировала я Кристиана.

– А у тебя все плохо? – Нахмурилась подруга, так и удерживая меня в дверях.

Я вздохнула и перестала корчить позитив.

– Жопа полная, – честно призналась я.

– Расскажешь? – Наконец, впустила она меня в дом.

Я отрицательно покачала головой, цокая шпильками по ламинату по направлению ко внутреннему дворику.

– Ладно, тогда просто напьемся, а тебе расскажу про Френка, страстного физкультурника, – шлепала она уже с бокалами за мной.

Адриана дома еще не было.

К девяти часам уже изрядно надравшись, мы все еще сидели на веранде, и я в пол уха слушала Клер, без перебоя трындевшую про своего мужика. Я понимала, что мой идиотский план не удался, так что ждала удобного момента, чтобы сообщить подруженции, что пора бы мне домой.

– Вот клянусь тебе, – восклицала она, – он мне точно предложение сделает, и я, наконец, выйду замуж, – мечтательно протянула Клер куда-то в небо.

– Все еще хочешь замуж? – Глянула я на нее искоса.

– Да, все еще хочу, – как-то грустно выдала она. – Кроме него меня так никто и не звал туда, – залпом допила подруга вино.

– Может не надо было отказывать ему тогда? – Глянула я подругу.

– Давай не будем, ладно? – Строго буркнула Клер, долив себе остатки вина.

Мы замолчали, каждая думала о своем. Она о несбывшейся любви, которая подарила ей самое дорогое, что было в ее жизни, но навсегда отобрала ее сердце. А я… а я о своем, точнее, о ее самом дорогом, прости господи.

– Вы хороните что ли кого-то? – Ввалился к нам Адриан на пошатывающихся ногах. – О, винишко, – подхватил он бутылку со стола, – закончилось, – заглянул он в бутылку и потряс вверх дном.

– Ты откуда такой красивый? – Уставилась на него Клер.

– Со свидания! – Не моргнув глазом выдал он. – Ты ж переживаешь, что у меня семьи нет, вот, успешно работаю над этим, – чмокнул он мать в щеку. – Привет, – небрежно бросил он мне и махнул рукой.

Было чувство, что мне ударили под дых, от чего перехватило дыхание.

– Вам винца еще принести, девочки? – Оперся спиной на дверь Адриан и посмотрел на нас сверху вниз.

– Нет, спасибо, мне пора уже, – встала я, воспользовавшись моментом, – завтра на работу еще.

– Всем на работу, – усмехнулся Адриан.

– Я пойду, – потрепала я Клер по волосам. – Пусть все сложится, – выдавила я из себя, но голос дрогнул.

– Ты нормально? – С тревогой уставилась она на меня.

– Лучше всех, – махнула я рукой и поплелась на выход, но этот засранец встал так, что обойти его было не реально.

– Сын мой дорогой и горячо любимый, – заплетающимся языком стала журить Адриана мать, – а почему ты не отметил, насколько хорошо сегодня выглядит наша милая Мэри?

– Я думаю, ей комплимент сделал тот, для кого она одевалась, – надменно выдал он, глядя мне прямо в глаза, пока я стояла прямо перед ним. – Да? – Осмотрел он меня.

– Не сделал, – сухо буркнула я. – Дай пройти, – попыталась отодвинуть его с дороги, но не тут-то было, стоял, как скала.

– Как невоспитанно с его стороны, – не сводил с меня глаз Адриан.

– Все, поиздевался? Или недостаточно? – Не отводила и я взгляда.

– Нет еще, недостаточно, – ехидничал он.

Я молча смотрела ему в глаза, чувствуя, как мои наполняются слезами, он молчал.

– Ну давай, чего уж, – шмыгнула я носом.

– Э, ребят, вы чего? – Подскочила к нам Клер. – Вы чего? – С недоумением уставилась она на нас.

По моей щеке стекла слеза. Адриан поднял руку, чтобы стереть ее, но я дернулась от него. Клер, онемев, переводила взгляд с одного на другого. Адриан смотрел на меня, не замечая мать.

– Я могу пройти? – Сдавленно спросила я.

– Да, прости, – отступил он на шаг.

– Пока, – махнула я Клер. – Хорошего вечера, – кивнула я головой Адриану и протиснулась мимо него.

– Что происходит? – Услышала я шепот подруги, которая явно обращалась к сыну.

– Мари, – окликнул меня Адриан, догнав в дверях, – я провожу, – схватил он кардиган с вешалки.

– Не нужно, – отмахнулась я.

Но ему ж всегда было плевать, что я там вещала, он захлопнул за собой дверь и рванул за мной. Тем более, догнать меня было не сложно, мало того, его шаг был два моих, так я еще и на каблуках была, которые напялила ради него, идиотка.

Я шла с максимальной для себя скоростью, не обращая внимания на продирающий до костей ветер. Меня колотило от обиды, хотя сама ж добивалась, чтобы он отстал от меня и занялся своей жизнью.

– Мари, подожди, – догнал меня Адриан.

Я не обратила внимание на него и быстро шла вперед. Он снова настиг меня в два шага и накинул мне на плечи свой кардиган. Я продолжала идти. Так молча мы прошли несколько домов, меня просто раздирало от возмущения, обиды, не пойми еще чего.

– Мари, – не выдержал он, хватил меня за руку и развернул к себе, но я выдралась и хотела пойти перед. – Да послушай ты меня, – остановил меня Адриан.

Я развернулась к нему и смотрела прямо в глаза, но он молчал. Меня стало колотить от холода.

– Как свидание прошло? – Спросила я.

– Какое свидание? – Нахмурился он.

– На котором ты был сегодня, – напомнила я.

– Господи, да в баре я был один, – опустил он глаза.

Я лишь усмехнулась.

– Мари, – протяжно выдохнул он, – ты шикарно выглядишь, просто умопомрачительно, – сказал он едва слышно.

Я молча смотрела на него.

– Да черт, скажи хоть что-нибудь, – начал злиться он. – Врежь мне, ударь, наори, только не молчи, невыносимо уже.

Я молча смотрела на него. Адриан попытался обнять меня, но я дернулась и вырвалась из его рук, повернулась и пошла прочь.

– Мари, – крикнул он мне вслед.

Я остановилась, развернулась, чтобы высказать ему все, но передумала. Хотела было пойти домой, но снова встала, как вкопанная.

– Знаешь, – подошла я к нему, – ты как был мальчишкой, так и остался, – выпалила я, давясь слезами. – Хотел отомстить за то, что я отказала тебе? Очень взрослый поступок, знаешь, – покачала я головой, – мужской такой прямо, достойный. Любишь говоришь, да? – Смотрела я ему прямо в глаза. – А издеваться над любимой жениной как, не коробит? Нет?

Адриан сжался от моих слов и отвел глаза.

– Когда любят, Адриан, так не ранят, – сняла я кардиган и сунула ему в руки.

– Получается, ты меня не любишь, раз тоже сделала больно, – крикнул он мне вслед.

– А я и не говорила, что люблю, – бросила я ему через плечо.

– Мари, – услышала едва слышный звук голоса, но даже не обернулась, понимая, что резать нужно сразу и совсем, иначе будет больнее. Правда, легче от этого не стало.