Путь Чародея

– Прости меня еще раз если сможешь. Я не хотела этого… – начала она, но Марк прервал ее.

– Все в порядке. Для того и нужны друзья, разве нет? Чтобы подставить плечо и выплакаться. – улыбнулся ей Марк. – Не волнуйся, ты скоро увидишься со своей семьей. Я даю тебе свое слово.

Она увидела его лицо и, кивнув, улыбнулась ему в ответ, и они опять продолжили смотреть на звезды. Заметив, что Марк зевнул, девушка встала и произнесла.

– Пошли к костру. Тебе тоже нужно отдохнуть, ведь ты устал не меньше нас.

Марк уже было хотел начать спорить, но понял по ее нахмуренным бровям, что лучше этого не делать. Закатив глаза, он тоже встал, и они вместе отправились к месту, где сидел Эдмунд. Увидев их, он воскликнул.

– Вот вы где. А я тебе говорил, что он скорее всего сидит и любуется ночным небом.

– Вы были правы, Эдмунд. – согласилась с ним Амелия, после чего повернулась к Марку. – Иди поспи, а мы подежурим пока.

Марк пожелал им хорошей стражи, а сам укутавшись в плащ пристроился у дерева недалеко от них и через некоторое время провалился в сон.

– Ты сказала ему, что ты жрица Света и то, что ты обладаешь магией. – произнес Эдмунд, после того как его племянник ушел отдыхать. – Но почему ты не объяснила сразу что представляет из себя твоя магия?

– Потому что не все понимают это. – бесстрастно ответила она. – Я не хочу, чтобы он смотрел на меня так, как смотрят все остальные.

– Ты имеешь ввиду боятся? – поинтересовался Эдмунд. – Просто они хотят узнать то, что не понимают. И если ты боишься, что Марк тебя не поймет, то не бойся – он примет тебя такой какой ты есть. Со всем, что тебя окружает.

– Откуда ты знаешь это? – с болью в голосе произнесла девушка. – Большая часть людей, которая меня окружают уважают меня, но в то же время боятся. Боятся жриц Света как явление. Если бы дать волю людям, нас бы всех перебили в мгновение ока.

– Дитя мое, ты так наивна. Не все люди такие, поверь мне. Вот возьми, например, нас – чародеев. Среди нас есть и те, кто применяют магию, чтобы творить добро. Это я, Тайрас, да благослови его Свет, Нугорт и его ученики. Нас принимали так же, как и тебя сейчас. Да, раньше магию не так понимали, как ее понимают сейчас. А все это из-за того, что некоторые люди считают, что магия представляет собой зло. Я устал им повторять, что магия нейтральна сама по себе. Виноваты во всем люди, применяющие ее во зло. Хотя я провел очень долгое время в Землях Предела и не знаю многого, что творится у нас на родине.

– Сейчас отношение к магам изменилось. – признала Амелия. – Большая часть относится к ним нейтрально, чему я и благодарна. Но все равно…

– Всегда есть фанатики, считающие что магия – это зло и ее надо истребить. – перебил ее чародей. – Хвала Свету, что людям хватает мозгов для того, чтобы не верить в эту чушь. Я помню Тарэллию, где к чародеям относятся очень неважно. Но это сейчас. Мало кто уже помнит, что Тарэллия, прекрасная страна, которая является родиной магии и магических созданий.

– Да, я понимаю вас, но мы же не вы. Мы – жрицы Света. Я считала, что к нам и нашей миссии должны относится с уважением, а не бояться нас. – Она замялась. – Я боюсь, что с Марком будет тоже самое.

Эдмунд вздохнул и покачал головой.

– Я считаю, что этого не произойдет. – Увидев, что она открыла рот, он не дал ей заговорить и продолжил. – Я знаю Марка всю его жизнь и воспитал в нем жажду знаний. За всю жизнь он узнает что-то новое. Он буквально одержим ими.

– К чему ты это ведёшь? – требовательным тоном спросила Амелия.

– Также я воспитал в нем чувство понимания. Каждый заслуживает того, чтобы быть понятым и при этом не быть осужденным. Если он узнает то, что ты скрываешь, он не будет злиться. Признайся ему. Я прошу тебя. Ради себя самой. Пусть у тебя будет друг, который тебя понимает и не будет осуждать.

– Почему вы так уверены, что он меня поймет, а не станет бояться и ненавидеть как все остальные?

– Да хотя бы потому, что Марк – одаренный. Он особенный юноша. Я, как уже и говорил, знаю его всю жизнь, и каждый день, что я с ним провожу я узнаю о нем что-то новое. Он не перестает меня удивлять. Как-то раз помню, что мы уходили куда-то в лес, изучая различные травы, после чего уставшие пришли домой. Марк сказал, что немного постоит на крыльце дома, прежде чем зайти. Я не придал этому особого значения, и пошел спать. На утро я прихожу и выясняю, что он все еще продолжает стоять на том же самом месте, когда я и уходил. Спросив его о том, что он тут делает, мой племянник ответил, что не знает и что ему предначертано быть здесь именно в это время. Он простоял почти целую ночь, смотря на звезды и размышляя над всем тем, что мы узнали в тот день. Я восхищаюсь им, его стремлением помогать людям и считаю, что это очень важная черта. И уверен насчет него в одном – он особенный.

– Да вы правы, – согласилась Амелия. – что он особенный. Я это поняла после того, что случилось тогда с Бенджамином. Я никогда еще не видела, чтобы на кого-либо так воздействовала магия. Будто он отразил посланное на него воздействие. Я такого прежде никогда не видела.

– Отразил? – удивленным голосом спросил чародей. – Впервые такое слышу.

– Я тоже сначала не поняла, что это было, но поняла, что это было что-то особенное. Я думала, что вы знаете об этом больше чем я.

– Знаю, но ненамного. – проворчал Эдмунд. – Вся информация о такого рода магии находится в столице Тарэллии, а ты ведь знаешь какие там водятся порядки. Я полагаю, что там ничего не поменялось за эти годы что меня не было, ведь так?

Амелия тяжело вздохнула. Она прекрасно помнила тамошние законы и то, как в самой Тарэллии относились к тем, кто владел какой бы то ни было магией.

– Ничего. – подтвердила Амелия. – Абсолютно ничего.

Эдмунд еще какое-то время смотрел на костер, прежде чем произнести следующие слова.

– Обдумай мои слова, дитя. Пусть не сейчас, но до того, как мы прибудем в Карнинг и начнем разбираться со всем, что там творится прошу тебя – расскажи Марку о том, кто ты. Это будет лучше, как для тебя, так и для него.

Амелия отвернулась и взглянула на луну, вышедшую на ночное небо. Эта ночь была прекрасной, одной из самых чудеснейших что ей доводилось наблюдать. Ее мысли вернулись к тому, как они с Марком сидели и сидели на звезды. Это навсегда останется в ее памяти.

– Я расскажу ему. Когда придет подходящее время. – заверила чародея Амелия. – Обещаю тебе, Эдмунд.

– Хорошо. – довольным тоном произнес тот. – Иди отдохни. Ты весьма устала за эти дни и почти не спала. Я посторожу первым.

Амелия кивнула и, снова укутавшись в одеяло, которое ей дал Марк, отправилась к тому месту, где он спал. Она несколько мгновений наблюдала как он спит, прежде чем пристроиться к соседнему дереву и задремать.

Эдмунд же некоторое время смотрел на костер, прежде чем встать и обернуться на своих друзей. Заметив, что они крепко спят и поблизости нет никаких врагов, он отошёл на приличное расстояние. Он достал из своего кармана амулет в виде фамильного символа рода Эндоллов – гордого волка и внимательно всмотрелся в него. Затем он положил амулет на землю и закрыл глаза. Спустя какое-то время он открыл их, освобождая свою силу. Он собирался призвать могущественную магию. Собирался вызвать духа из Мира Духов.

Раньше ему это удавалось и, хоть он этого давно и не делал, думал, что это удастся ему снова. Время было так мало и ему нужен был совет. От того, кому доверял больше всего в этой жизни. Она была нужна ему, и Эдмунд после стольких лет до сих пор не смирился с ее утратой. Она поддерживала его, когда у него ничего не получалось. И лишь у нее он может попросить совета, что делать в этой ситуации.

Когда чародей уже подумал, что ошибся и ничего не выйдет, он начал разворачиваться и уходить, чтобы немного отдохнуть. Но вдруг исходящий ослепительный свет заставил его зажмуриться. Он улыбнулся тому, что все удалось. Ему удалось призвать ее, ту, которая была нужна ему и единственную, которая могла помочь. Когда свет немного угас, он мог отчетливо видеть молодую девушку, стоящую перед ним.

Она была стройной красавицей, с прекрасными изумрудными глазами, которые могли своим проницательным взглядом проникнуть прямо в душу любого человека, обнажая ее перед тем, кто стоял перед ней. Она была одета в темно-зеленое платье, то самое, которое она больше всего любила. Длинные рыжие прямые волосы ниспадали на ее грудь. То самое было надето в тот день, когда умерла. Глаза чародея расширились, и он не смог сдержать слезу, скатившуюся по щеке. Она ласково протянула руку и вытерла ее со щеки Эдмунда.

– Я думал, что разучился призывать духов. – признался он ей, улыбаясь. – Я так рад тебя видеть.

Она тоже стояла, улыбаясь и некоторое время могла лишь смотреть на него, рассматривая того, кто был ей дорог когда-то.

– Я тоже рада тебя видеть, Эдмунд. – ответила ему девушка. – Судя по твоему виду, прошло довольно много времени. Ты все так же красив, как и прежде.

– Не так красив, как ты, моя дорогая. – покачивая головой и улыбаясь ответил Эдмунд. – Ты всегда была лучше меня.

Она удивленно подняла брови.

– Да неужели? Вот прямо так и всегда? – Он кивнул в согласии, она же покачала головой. – У тебя слишком доброе сердце Эдмунд. Я всегда поражалась твоей страсти ценить жизнь. Для меня она тоже была священна, но не так как для тебя. Это было предназначением твоей жизни, твоим призванием. Даже после ее смерти ты…

– Прошу не надо о ней вспоминать. – взмолился чародей. – В моем сердце не хватит места для еще одной потери. Я отпустил ее с миром и должен жить дальше, иначе я просто сошел бы с ума. Слишком тяжела была для меня ее утрата, но я должен был это сделать. Должен был жить дальше, ради себя и нее. Она бы этого хотела. Хотела бы, чтобы я жил дальше и не оглядывался назад.

Она улыбаясь снова протянула к нему руку и коснулась его щеки.

– Узнаю тебя, Эдмунд. Ты поступил правильно. Ты всегда поступаешь правильно, даже когда окружающие так не думают. Это и выделяет тебя от меня. Ты руководствуешься логикой и эмоциями, держишь правильный баланс между ними. То, что у меня порой не получалось. Признаться, я даже завидовала тебе в этом. Немного, но завидовала.

– Правда? – удивился чародей, поправив свои густые волосы. – Не могу поверить в это. Но, хотя по правда признаться я тоже завидовал тебе.

– В чем это интересно? – поинтересовалась девушка.

– У тебя было чистое сердце. С самого детства, насколько я помню. Я же не мог определиться кто я и что собой представляю. Это меня очень сильно угнетало. И ты помогла мне тогда. Сказала мне, что я тот, кто я есть, и если я сейчас бегу от себя…

– … то ты будешь бежать от других до тех пор, пока ты сам не выберешь свой путь. – закончила за него она. – Ты помнишь это. Я рада, что смогла тебе помочь.

– Ты была одним из самых ярких лучей света в моей жизни. Я благодарен тебе за это. – его тон изменился и стал серьезным. – И мне сейчас нужен твой совет, как никогда. Прости, что я вызволил тебя из Мира Духов и ты тем самым покинула Царство Света, но мне нужна твоя помощь.

– Все в порядке, Эдмунд. – успокоила его девушка. – Мы всегда помогаем друг другу, ведь так? – Увидев, что он улыбнулся, она продолжила, но уже более серьезным тоном. – Так в чем тебе нужна моя помощь?

Он долго молчал прежде чем ответить, подыскивая необходимые слова.

– Это касается Марка.

Ее глаза расширились. Она невольно пустила слезу. Призрак уставился в землю, пока слезы стекались по ее щекам. Наконец она подняла голову и посмотрела на чародея.

– Марка? – задыхаясь произнесла она. – С ним все в порядке?

– В физическом плане – все просто превосходно. А во всем остальном я даже и не могу сказать наверняка.

– Что ты имеешь ввиду?

– Он – одаренный юноша. Человек, наделенный даром. Избранный.

Девушка недоверчиво нахмурилась.

– Чтоооо? – недоуменно произнесла девушка. – Ты уверен в этом? Быть того не может! Ты видимо ошибаешься. Избранных не было уже очень давно.

– Я знаю, когда был рожден последний Избранный и кем он был. – грустно признал Эдмунд. – Но я абсолютно уверен, что Марк – Избранный.

– То есть он… – она искала слова. – … произнес то самое пророчество?

Чародей кивнул. Девушка обняла ладонями свое лицо и начала соображать. Через некоторое время она смогла ответить.

– Я не могу поверить в это. – Она улыбнулась Эдмунду, который стоял с непроницаемым выражением лица. – Хотя если подумать, то я всегда знала, что Марк всегда был особенным. Это подтверждает мои доводы. Но все равно я не верю.

Она отвернулась, чтобы скрыть свое потрясение услышанным. Чтобы переварить то, что только что сказал ей Эдмунд она начала смотреть на небо.

– Я бы все отдала за то, чтобы вернуться в мир живых. Но это невозможно. Баланс будет нарушен, если все духи будут возвращены к жизни. Ты знаешь это лучше меня, Эдмунд.

– И наступит полный хаос, чем не преминет воспользоваться Хранитель. – вздохнул Эдмунд. – Прости меня, но что сделано то сделано. Я рад, что ты в Царстве Света и ты вернешься туда. Я обещаю тебе.

Она обернулась и посмотрела на чародея, и увидев его загнанное выражение лица поняла, что он вызвал ее не просто так.

– Что тебя беспокоит, Эдмунд. Я знаю это выражение лица. Марк – Избранный, но ты этому не рад. Почему?

– Свет или Тьму предстоит ему выбрать, не зная к какому приведут его действия. Так говорится в пророчестве. Я уверен, что ты помнишь это.

– Да, я прекрасно помню, что говорится в пророчествах. И ты боишься? Боишься того, что он свернет на неверный путь? Обратится во Тьму?

– Я даже боюсь подумать об этом. – взволнованно произнес чародей. – Даже мысль о том, что Марк присоединится ко Тьме приносит в мое сердце страх и сомнения. Я даже и не могу объяснить Марку о том, как быть тем, кем он должен быт на самом деле и что ему нужно делать.

Чародей вздохнул и продолжил.

– Я большую часть его жизни в Витурии старался показать ему ценность жизни, как ты в свое время помогла мне. Я учил его, что к каждой жизни нужно относится с уважением и почтением. К моему удивлению, он так и поступал. Он видит ценность жизни, помогает людям несмотря на их положение и статус. Он дает шанс даже тем, кто порой этого не заслуживает. Помню был один случай, как несколько человек затеяли драку. Они просто хотели разобраться кто из них сильнее. Но что-то пошло не так и зачинщики взялись за ножи. Тут и появился Марк и начал их всех успокаивать. Через несколько минут они все ушли в обнимку друг с другом. Он предотвратил кровопролитие. Но все-таки, что-то мне подсказывает что я делаю что-то не так.

– А что ты сам думаешь, Эдмунд? Что подсказывает тебе твое сердце? Я считаю, что тебе нужно сделать выбор. Либо ты пустишь все на самотек и пусть тогда сам Марк выбирает какой путь ему выбрать. Или же ты прислушаешься к своему сердцу и поступишь так, как хотел бы ты.

– Но выбор же принимать ему…

– Я знаю. Но Марк – умный юноша. Он прислушается к твоим советам, как я поняла. Так направь его на верный путь, как я направила тебя. Пусть он делает то, для чего он был рожден. А ты забудь о своих страхах. Ты нужен ему больше всего на этом свете. Человек, который поддержит его во всех его начинаниях. Я прошу тебя – помоги ему.

Чародей некоторое время стоял и смотрел на дух, после чего улыбнулся ей.

– Ты всегда направляла меня, и за это я благодарен тебе. Мы все втроем будем тебе благодарны.

– Втроем? – удивленно спросила девушка.

Эдмунд кивком указал в сторону леса.

– Там спят Марк и Амелия. – пояснил он, на что получил вопросительный кивок от духа. – Амелия – жрица Света.

– Жрица Света? – гневно спросила дух. – А она что тут делает? Наверняка принесла за собой неприятности.

– Если честно, то да. – признался Эдмунд. – Но она не хотела приводить их к нам.

– Их? Кого их? Эдмунд, во имя Света, расскажи, что происходит. Сейчас же.

Ее гневный взгляд заставил его вздрогнуть, и он, тяжело вздохнув, продолжил.

– Темные чародеи собираются освободить Кирнатана из его темницы. Они стараются отобрать медальон, который является ключом к его освобождению. Медальон принесла Амелия. Марк отправился на помощь к ней, сразился с волшебником и помог ей. Хотя во время стычки он едва не был убит, – заметив, что дух нахмурилась, он продолжил. – но все обошлось. Теперь же мы бежим от них и НуАб’Танор.

Девушка прикрыла глаза на мгновение и вздохнула.

– Да поможет вам Свет в этом! Освобождение Кирнатана может принести смерть всему живому. Дело действительно серьезное. Но все же я не доверяю этому ордену. Жрицы Света не могут прожить не дня без того, чтобы не влезть в неприятности.

– Но несмотря на это – они с Марком подружились. Я считаю эту дружбу чем-то особенным. Это то решение, которое я принимаю по зову своего сердца. Я сам раньше не питал особенно добрых чувств к их ордену, но последние события заставляют думать о том, что и они не так плохи. Им стоит дать шанс. – он вздохнул. – Жаль, прошли спокойные годы. Опять приходится возвращаться в родные края. Хоть мне и грустно покидать эти прекрасные края, но что делать. Нужно думать о более важных проблемах, чем наши желания.

– Да уж. И это я слышу от тебя? Что ты не питал особенно добрых чувств к жрицам Света? Да, я понимаю, что они хотят сделать мир лучше, защищают людей, но их поведение может оставлять желать лучшего, чем есть сейчас. – Она улыбнулась ему. – И, если ты уверен, что она друг, тогда я не буду ничего иметь против твоего решения. Вот видишь, что я тебе говорю – ты можешь принимать верные решения, полагаясь на сердце, а не на разум. Порой мы не можем трезво оценить ситуацию с точки зрения разума и только сердце поможет нам разобраться.

– Да, полагаю ты права, моя дорогая. – Он уже улыбался до ушей. – Я рад, что ты пришла ко мне и помогла мне. И чтобы ты знала – я скучаю по тебе.

– И я скучаю по вам с Марком, Эдмунд. Хотела бы я взглянуть на него, каким он стал, но понимаю, что это невозможно, что это нарушит баланс. Но если ты говоришь, что он в порядке – то я верю тебе, как и верила всегда. Спасибо тебе, что призвал меня. Прощай, Эдмунд. И да пусть Свет хранит твое сердце.

– Да пусть твоя душа, всегда покоится в Царстве Света. Спасибо тебе за то, что показала мне истину. Опять.

Она подвинулась к нему, поцеловала его в щеку и исчезла. Глаза чародея застилали слезы. Он подобрал амулет и, положив его к себе в карман, побрел обратно к своим друзьям. Подойдя к тому месту, где они разбили привал, он заметил, что Амелия и Марк спят недалеко от друга. Он улыбнулся и уселся у костра, размышляя о том, что произошло.