Назови свою цену

– Се-е-е-вер! – нараспев произносит Эдик, подставляя мне щуплый кулачок вместо привычного рукопожатия.

Эдик слишком молод для владельца этого клуба, но это не отменяет того факта, что он им владеет. Ему помог отец – выходец из девяностых.

– Как сам?

Легонько стукнувшись кулаками, садимся за столик.

– В тоскливом ожидании, – жеманно надувает губы Эдик. – И ты знаешь, чего я жду.

Да, знаю. Он ждёт от меня тачку. Точнее, от моего автосалона. Редкую модель корвета. Но это работа моих менеджеров, не моя. И таможни. И ещё хреллиона всяких инстанций. Подождёт.

– Я помню про твой корвет. Как только – так сразу, ты же знаешь.

Оглядываю зал. Музыка, разношёрстные девочки на танцполе...

– О-о... Начинается... Зацени, какой люкс! – тычет пальцем в сцену Эдик.

Музыка меняется. Становится более динамичной и напряжённой. На сцене появляется три силуэта. На них мешковатые плащи, скрывающие фигуры, а капюшоны так сильно сдвинуты вперёд, что лиц вообще не видно.

– Я побежал, – Эдик хлопает по моему плечу. – Наслаждайся шоу, Ден. Потом расскажешь, понравилось ли нововведение.

– Окей, – усмехаюсь.

Эдик вечно суетится. Даже когда ничем не занят, постоянно разводит кипиш.

Он выходит из випа, и я сразу теряю его из вида. Возвращаю взгляд на сцену. Теперь её центр хорошо освещён, и я вижу пилон. Музыка становится ещё громче и агрессивнее. Танцоры скидывают плащи. Понятно, что под ними девушки. Стриптизёрши. Правда, не совсем раздетые. Эдик против обнажёнки в клубе, потому что не хочет превращать его в дешёвый бордель.

Девушки начинают синхронно двигаться. Та, что по центру, забирается на пилон и выполняет сложные акробатические пируэты. Я подвисаю, наблюдая за движением её длинных ног и того, что она творит на этом шесте.

Внезапно вспыхивает яркий неоновый свет по бокам от сцены, и я вижу клетки. В последний раз, когда я был в клубе, этих клеток точно не было. Девочки заходят в клетки и танцуют уже там. Музыка вновь меняется, становится более зажигательной. Танцпол снова забивается до отказа. А девчонки в клетках своими откровенными танцами заводят толпу ещё больше.

Мой взгляд, не отрываясь, следит за той, что была на пилоне. Кожаный топ, стринги, перчатки с обрезанными пальцами, сапоги до колен. Она брюнетка. Яркая, стройная. С небольшой, судя по всему, грудью.

Странно, но я вдруг ощущаю, что доволен тем, что она не раздевается совсем. Все особи мужского пола и так глаз с неё не сводят.

Какое-то пьяное тело забирается на сцену и прилипает к решётке клетки. Просунув руку между прутьями, хочет схватить девчонку. Подоспевший охранник быстро возвращает его на танцпол. А потом и совсем уводит, вывернув руки за спину.

Официантка приносит заказанный мной кофе. Сегодня я за рулём, поэтому не планирую нажираться. Просто хотел проветриться. Бывшая допекла...

– Что-то ещё? – уточняет официантка.

Хочу уже отрицательно качнуть головой, но мой взгляд вновь устремляется на ту брюнетку. Подняв ногу и уперев каблук в верхний край клетки, она демонстрирует великолепную растяжку. До мурашек приятно смотреть на неё... И у меня уже стоит – настолько она сексуальна.

– Да, – выдыхаю я. – Мне бы приват.

Официантка удивлённо поднимает брови.

– Я не знаю... Я не уверена... Эдуард Владимирович не давал никаких распоряжений на этот счёт.

– Тогда узнай для меня... мм... – читаю её имя на бейджике, – Яна... В долгу не останусь, Яночка.

Дежурно улыбнувшись, официантка покидает вип. Вижу, как она ловко пробирается через забитый танцпол к бару, говорит с барменом. Потом идёт к админу. Видимо, ищет Эдика... Потом я теряю официантку из вида и вновь смотрю на клетки. Розовый свет неона уже погас. Клетки опустели.

Пью кофе, поглядывая в телефон. Читаю сообщение от брата. Пишет, что не сможет приехать сегодня. Сообщения от бывшей даже не читаю, а сразу удаляю к хуям.

Стервозная сука! Угораздило же, блять, связаться!

Вика... Думал, нашёл девушку под стать себе – волевую, целеустремлённую... Типа бизнес-леди. А она решила, что может бесцеремонно влезть в мой бизнес. Потоптаться там, поднасрать с выгодной сделкой... Лучше бы жрать научилась готовить!

Вика звонит – скидываю. Присылает голосовуху. Но меня выворачивает даже от её голоса с хрипотцой! А ведь раньше он казался мне сексуальным... Удаляю голосовуху.

Мне надо расслабиться. Где мой приват?

Ищу глазами официантку и не нахожу.

Окей...

Допиваю кофе, выхожу из випа, иду к клеткам. За ними узкий проход, наверное, к гримёркам. Охранник тусуется чуть поодаль и сейчас занят разглядыванием девочек на танцполе.

Шагаю по проходу. Впереди дверь. Она открывается, на секунду освещая коридор. Появляется та самая брюнетка, сворачивает направо и исчезает за второй дверь в углу. Я иду следом и оказываюсь на заднем дворе. Тут тихо. Накрапывает дождь.

Вижу девочку под навесом. Щелчок зажигалки, огонёк, вдох, запах табачного дыма...

– Тебе не говорили, что курить вредно? – встаю под навес рядом с ней.

Вытягиваю из пачки, которую она держит в руке, тонкую сигарету. Зажав между губами, смотрю на брюнетку. Она даёт мне прикурить и небрежно пожимает плечами:

– Тебе не говорили, что жить вообще вредно?

– Не говорили, – затянувшись, выпускаю в воздух дым.

Девчонка отводит глаза и отходит от меня на пару шагов. Обвожу её взглядом с ног до головы. Тот же кожаный топ, а поверх стрингов короткие шорты, едва прикрывающие её упругую попку. Девушка очень хрупкая и невысокая. Особенно сейчас, когда она без каблуков, а в обычных кедах. Её макушка едва достигает до моего плеча.

– Как тебя зовут? – делаю шаг к ней.

Поднимает взгляд и дёргает уголком губ.

– Кошка.

– Что – кошка? – усмехаюсь я.

– Моё сценическое имя.

– А настоящее?

– Настоящее только для своих.

– Так я свой, – подхожу ближе. Заглядываю в глаза. Они вроде бы зелёные, действительно, как у кошки. – Сколько тебе лет?

– Очень много вопросов, – хмуро качает головой.

Затянувшись в последний раз, тушит сигарету о край высокой урны. Пытается меня обойти, но я не двигаюсь, преграждая ей путь.

– Может, пообщаемся в приватной обстановке?

– Нет, – отрезает она.

Быстрым движением проскальзывает мимо меня и исчезает за дверью.

Что значит «нет»?

Выкидываю сигарету, догоняю девчонку уже перед дверями гримёрки.

– Хорошо... Сколько? У всего есть цена. Сколько стоишь ты?

Её пухлые губки сжимаются в тонкую линию, ноздри недовольно подрагивают.

– Что? Так много? – усмехаюсь.

– Дай пройти!

Сверкнув глазами, девчонка пытается меня обойти, но я хватаю её за изящную кисть, заставляя остановиться.

– Назови свою цену!

Она переводит взгляд за мою спину. Тоже оборачиваюсь. Там охранник. Направляется к нам с видом разъярённого быка. И что-то мне подсказывает, что договориться с ним не получится. Не помогут ни бабки, ни мой статус в этом заведении.

Девочка не продаётся. Совсем. Без шансов. Меня это неожиданно цепляет...

А дальше происходит полнейшая дичь...

Драка с охраной... Какие-то крики... Задний двор клуба... Узкая калитка, ведущая на парковку... Моя тачка... Я запихиваю Кошку в салон, не обращая внимания на то, что она, вообще-то, против.

Я её похищаю, да.

Север, да ты, походу, умом тронулся! Определённо!

Пиздец...

Глава 2

Катя

У него разбита губа и, кажется, будет синяк на скуле...

Сжав руль так сильно, что костяшки пальцев белеют, этот тип резко выруливает с парковки клуба и несётся по полупустому шоссе.

Двери он заблокировал, мне не выбраться. Но я и не рвусь пока никуда.

Что ж, Кэт... Хотела временной передышки? Вот она!

– Ты же знаешь, что нас очень быстро найдут?

Смотрю на наливающийся синяк на его скуле. Макс – мой охранник – хорошо его приложил. Правда, и получил знатно. Скорее всего, у него сотрясение.

– Ты же поняла уже, что мне похуй? – оскаливается мой похититель.

Проводит языком по разбитой окровавленной губе, шипя от боли.

– Дай салфетку. Там, в бардачке, – требовательно говорит он.

Открываю бардачок, нахожу упаковку салфеток, выдёргиваю одну. Забираюсь с ногами на сиденье и, встав на колени, тянусь к его губам. Стираю кровь лёгким касанием.

Мужчина немного поворачивает голову ко мне, и прядка моих волос касается его лица. Раздув ноздри, он жадно втягивает воздух. Нюхает меня!..

Невольно я тоже глубоко вдыхаю. От похитителя пахнет кофе, сандалом и табаком. До мурашек приятное сочетание... Наши взгляды встречаются. Его карие глаза такие тёмные и глубокие, а взгляд такой порабощающий, что я на секунду подвисаю и буквально проваливаюсь в них.

Рука застывает на его губах... Он замирает... Машина продолжает нестись вперёд без его участия.

– Смотри на дорогу, – бросаю я, выдернув себя из морока и отстраняясь от него.

– Спасибо, – указывает взглядом на окровавленную салфетку в моей руке. – Сядь ровно и пристегнись. Поедем быстро.

Не собираюсь подчиняться. Осталось несколько месяцев до того, как я окончательно попаду в рабство. А пока я вольна делать всё, что хочу. Почти...

Плюхнувшись на попку, скидываю кеды и водружаю ноги на переднюю панель. Незнакомец смотрит на мою провокационную позу и довольно ухмыляется.

Скорее всего, он крепко влип, украв меня. Но меня не должна волновать его судьба. Ведь так?

Мы несёмся со скоростью почти под двести. Если врежемся, то я наверняка погибну на месте, вылетев ногами в лобовое. Но мне плевать.

Закуриваю. Открываю окно. Прибавляю громкость на магнитоле и начинаю подпевать популярному певцу.

– Что ты там хотел? Приват? – перевожу взгляд на мужчину. – Где ты хочешь его получить?

– Мы едем ко мне, – хрипло отвечает он.

От его голоса у меня вдруг всё сжимается внизу живота. Страх, необъяснимое желание, азарт, предвкушение и ощущение мнимой свободы – вот что я чувствую сейчас.

Качаю головой.

– Тебя прикончат...

– Меня – нет, – самонадеянно отвечает он.

Я бы поспорила...

Приглядываюсь к нему повнимательнее. Лет тридцать ему, может чуть больше. Хорошо сложён. Можно даже сказать, что накачанный, учитывая мощные бицепсы, натягивающие ткань рубашки. Машина дорогая. Часы тоже. В держатели на панели новенький айфон.

Состоятельный ловелас? Или фигура посерьёзнее?

Он выдёргивает из моих пальцев сигарету и докуривает её сам. Я разглядываю его руки. Обручалки нет. Красивые пальцы, ухоженные ногти... Кисти широкие, костяшки сбиты в драке.

Вообще-то, я отмечаю слишком много деталей у человека, который завтра либо будет мёртв, либо... В любом случае, наша встреча мимолётна.

Отворачиваюсь и вновь подпеваю, немного фальшивя, щёлкаю пальцами в такт музыке, даже слегка пританцовываю. Взгляд похитителя обжигает мои бёдра и колени.

Наконец он сбавляет скорость. Въезжаем в подземный паркинг какой-то высотки. Он паркуется и глушит мотор. Выскочив из машины, быстро обходит тачку, открывает мою дверь. Я опускаю босые ноги на коврик.

– Мне надо обуться...

– Не до этого!

Наклоняется, подхватывает мои кеды, вручает их мне, и я тут же оказываюсь в его сильных руках, крепко прижатая к груди. Охнув от неожиданности, на секунду теряю свою броню, наработанную прошедшими годами. Я вдруг кажусь себе слишком маленькой и очень беззащитной.

Ненавижу это чувство!

– Как тебя зовут? – шевелятся его губы напротив моих.

– Катя... – зачем-то говорю правду. Но секундное помешательство проходит. Вздёрнув подбородок, я отчеканиваю ещё и фамилию: – Удалова.

– Это должно меня напугать? – веселится он.

Ой, зря...

– Да, должно. Ты либо глуп, либо...

Он вносит меня в парадную, вызывает лифт.

– Либо? – поднимает брови.

– Либо понятия не имеешь, кто такой Удалов.

Мужчина задумывается.

– Что-то знакомое... Но нет, не припомню.

Я не свожу взгляда с его припухших сейчас губ. Верхняя вновь кровоточит. Он слизывает кровь кончиком языка.

– Если тебе интересно, то я Денис.

– Мне неинтересно, – отворачиваюсь.

Лифт едет на последний этаж. Понятно, у него пентхаус.

Умудряясь удерживать меня одной рукой, он достаёт из кармана ключ, открывает дверь единственной здесь квартиры. Заходит внутрь, включает свет. Выдернув мои кеды из рук, бросает их на пол. Направляется куда-то вглубь квартиры, так и держа меня на руках. А я тем временем осматриваюсь. Холл, коридор, гостиная, спальня...

Подождите-ка!

Приземляюсь пятой точкой на огроменную кровать.

– Приват – это отнюдь не секс, – напоминаю я мужчине.

– Скажешь свою цену – и будет секс, – безапелляционно заявляет он.

Да щас!

Усмехаюсь. Получается немного истерично.

Вот твоя свобода, Кэт! Из рабынь в шлюхи, да?

А ты что думала? Что он тебя чаем напоит?

– Всё, я ухожу, – сползаю с кровати.

Денис захлопывает дверь.

– Нет. Не думаю.

Расстёгивает пуговицы на рубашке, стягивает её с плеч, небрежно бросает на пол. Двигается ко мне, играя мышцами широкой грудной клетки.

– Давай свой танец, Кошка!

Глава 3

Ден

Ступив босыми ногами на пол, девушка замирает, не решаясь двинуться дальше. Я наступаю. Кошка вновь запрыгивает на кровать.

Сейчас она кажется чертовски испуганной.

А что такое? Где же твоя пофигистская расслабленность? Где твоё выражение лица а ля «за меня тебя убьют»?

Удалова, значит?

Ну и кто ты Эдику? Не жена же, мать вашу!

Наверное, сестра. Его сестру я трогать не буду. Или?..

Сажусь на кровать, упираясь спиной в мягкий подголовник. Кошка сидит у меня в ногах. Настороженно смотрит. Достав телефон, врубаю плеер. Пробегаюсь по трекам.

– Какая музыка тебя заводит?

– Сколько ты заплатишь за этот приват? – включает она деловой тон.

– Хм... Назови цену сама.

– Тридцатка! – выпаливает Кошка. – И наличкой. Пять минут.

– Нормально, – усмехаюсь. – Но пять минут мне мало. А за всю ночь? Можно получить скидку?

– Скупердяй, да? – играет она бровями. – А с виду вроде щедрый.

– Я щедрый... Когда знаю, за что плачу. Начинай. О цене договоримся позже.

Расслабляюсь. Трогаю языком припухшую губу. Не мешало бы приложить лёд к своим боевым ранам...

Словно читая мои мысли, она подаётся ближе, садится рядом на колени и невесомо проводит пальчиком по скуле.

– Давай сначала тебя полечим. Лёд в холодильнике есть, надеюсь?

Хочет через меня перелезть, чтобы спрыгнуть с кровати. Ловлю её за бедра и припечатываю промежностью к своему паху. Девчонка вскрикивает, замирает на секунду. Но тут же приходит в себя и бьёт по моим рукам.

– Меня трогать нельзя! – прожигает злым взглядом. – А если хочешь трогать, то плати!

Понятно... Усмехаюсь, продолжая держать её за бёдра. Веду ладонями по ногам, сжимаю колени. Кожа – чистый бархат. Упругая, загорелая.

– Я заплачу, – хрипнет мой голос. – Сколько скажешь.

И правда, готов раскошелиться, лишь бы получить от неё всё, чего пожелаю. И я уже желаю. Очень много...

– Лёд, – напоминает она бесстрастно. – Завтра на твоей скуле будет приличный синяк. Не хотелось бы, чтобы такое симпатичное лицо было испорчено.

Даже так?.. Хм...

Поднимаю руки к груди.

– Холодильник на кухне. Найдёшь?

Бурчит что-то нечленораздельное, сползая с меня, и сматывается из спальни. Почти уверен, что сейчас убежит. И даже сложный дверной замок её не остановит, она сообразительная.

Хочется подняться, рвануть за ней, притащить обратно... Но я же не маньячелло, блять!.. Поэтому даю ей выбор... Правда, скрипя зубами.

Возвращается Кошка через пару минут. Что-то активно жуёт. В руке – свёрнутое в комок полотенце. Предположительно – внутри лёд.

– В твоём холодильнике ничего, кроме сыра, – говорит она, садясь на край кровати.

– Я ем в ресторанах. В основном.

– А сыр зачем?

– Люблю адыгейский.

– Да, вкусный, – кивает она с мягкой улыбкой.

Прикладывает ледяное полотенце к моей скуле. Внимательно следит глазами за тем, что делает. А я залипаю на её лице. Длинные ресницы немного подрагивают. Красиво очерченные пухлые губки сейчас сосредоточенно сжаты. Над верхней – пикантная родинка. Ужасно хочется провести по ней пальцем.

Понимаю, что девочка очень молодая... Надеюсь, совершеннолетняя.

Пиздец, Север! Ты бы выяснил это сначала, прежде чем забирать её.

– Сколько тебе лет? Скажи правду.

– А на сколько выгляжу? – начинает она юлить.

Протянув руку, ловлю её подбородок, перехватываю за скулы двумя пальцами, сжимаю лицо и слегка встряхиваю. Кошка впивается в меня озверевшим взглядом.

– Сколько?

– Двадцать.

А мне тридцать два. Продолжаю её держать, вглядываясь, считывая эмоции. Вроде бы не врёт. Отпускаю. Она хмурит свои красивые брови.

– Я тебя лечу, а ты так грубо себя ведёшь!

– Ладно, лечи, – я сдаюсь и расслабляюсь.

Холодок перемещается на мои губы. Потом снова на скулу. Лёд начинает таять. Мокрое полотенце сочится влагой, капли стекают по моей шее. Приятно...

– Заканчивай, – убираю её руку от своего лица.

– Сейчас вернусь, – встаёт с кровати, покидает спальню. Из коридора раздаётся: – Сыр я доем, кстати.

Усмехаюсь. Ешь, Кошка, ешь. Скоро я тебя съем.

Возвращается минут через пять. Я уже выбрал трек. Очень чувственный, под стать случаю. Врубаю. Кажется, Кошка знает эту песню. Вижу, как она закатывает свои красивые глаза, как бы говоря, что это чертовски банально.

Пофигу.

– Танцуй давай.

– А деньги? – замирает посередине спальни.

– Не доверяешь?

– Конечно, нет.

Чёрт с ней... Встаю с кровати.

– Жди здесь.

Напротив спальни – кабинет. Нал у меня в сейфе. Возвращаюсь с пачкой пятитысячных. Сажусь обратно, деньги кладу рядом. Трек перематываю на начало. Кошка смотрит на пачку, потом мне в глаза.

Да, тут намного больше тридцатки. Хочешь их, да? Тогда постарайся!

Начинает медленно двигаться в такт тягучей мелодии. Гладит себя руками: плечи, грудь, закрытую топом, плоский животик...

На Кошке всё ещё слишком много одежды.

– Сними что-нибудь, – вновь просаживается мой голос.

Берётся за край шортиков, медленно спускает их по бёдрам. Под ними крошечные стринги. Оттолкнув ногой шорты, поворачивается ко мне спиной. Я залипаю на её прелестной попке. Чёрные волосы девушки распущены, на концах они пепельного оттенка. Этот пепел гладит её ягодицы в такт движениям тела.

У меня стоит, конечно же. Хочется вытрахать эту Кошку во всех интересных позах.

– Подойди ближе, – хриплю я.

Она оборачивается и с некоторой опаской шагает к кровати. Правда, в глазах горит азарт и веселье.

Думает, что это всё игра? Что взрослый дядя сейчас посмотрит на её танцы и просто отпустит?

О-о, нет... Это вряд ли!

Она запрыгивает на кровать, и танец продолжается. Становится раскованнее, зрелищнее.

Кошка плавно присаживается, делая волну... Поднимается... Проводит пальчиками по трусикам... Гладит свои роскошные бёдра. Махи головой, прогиб в спине... Снова взмахивает волосами, и они падают каскадом, сначала закрывая лицо, а потом снова ложась на плечи...

Я на грани. Я очень-очень хочу это горячее тело!..

– Снимай топ!

Кошка едва заметно качает головой, игриво дёргая резинкой стрингов.

Знаю, чего она хочет...

Выдёргиваю из пачки одну купюру, и девчонка сразу подаётся ближе. Стопами касается моих икр. Я сажусь ровнее, смотрю ей в глаза снизу вверх. Засовываю пятёрку ей в трусики и пытаюсь потянуть ткань на себя, чтобы Кошка танцевала прямо надо мной, раздвинув свои шикарные ноги. Но она резко отпрыгивает и продолжает свой танец на безопасном расстоянии.

Вновь опираюсь спиной на изголовье.

– Топ, – напоминаю я.

Заводит руку назад, расстёгивает молнию, стягивает его с плеч и швыряет в сторону. Под ним лифчик в цвет трусиков – чёрный. Грудь – аккуратная двоечка.

Мозги плавятся от этого зрелища. Хотелки достигают пика.

Хочу её!

Вновь выдёргиваю из пачки пятитысячную.

– Кис-кис... – подманиваю купюрой Кошку к себе.

Немного придвигается. Теперь ещё осторожнее.

– Давай ближе.

Ещё шаг... ещё...

– Опустись на колени.

Выполняет.

Подаюсь к ней. Провожу банкнотой по шее, но не отдаю.

– Снимай всё, тогда получишь больше.

Демонстративно достаю десять купюр из пачки. Не сказать, что она слишком заводится, увидев такие деньги.

Что? Уже надоели игры? Боишься, что зашла далеко?

Ходила ли ты вообще в таком направлении, крошка?

Изучаю её лицо. Жду каких-то действий. Трек заканчивается, начинается другой, но он не подходит. Вырубаю совсем.

– Хочу получить свою тридцатку, – наконец отмирает Кошка.

Тянет руку.

– А как же ночь?

– Мне неинтересно, – заносчиво вскидывает подбородок.

– Окей, тогда танцуй ещё. Раздевайся полностью. Тогда получишь свои деньги.

Сложив бабки веером, взмахиваю ими перед её лицом. Дёрнувшись, пытается вырвать их у меня. Увернувшись от цепких ручонок, хватаю её за шею. Одним резким движением укладываю Кошку на лопатки и прижимаю собой. Её ноги широко раздвинуты в стороны, я – между ними.

– Слезь с меня! – шипит Кошка с воинственным блеском в глазах.

Она дикая, да. И я просто обязан её укротить.

Вдавливаюсь пахом в промежность. Вкладываю купюры ей в руку.

– Они твои, держи.

– Отпусти меня! – упрямо шипит девчонка.

Я почти не слышу её. Крыша едет. Всё тело пульсирует. Член и яйца словно объяты пламенем.

– Я сказала: меня нельзя трогать!.. – в голосе – неприкрытая угроза.

– Но я уже трогаю.

– Отпусти!

Одной рукой толкает меня в грудь, второй сжимает деньги.

– Нет.

Дёргаю бедрами, втрамбовываясь в неё ещё сильнее.

– Ох... – срывается с её губ, а глаза затягивает томной поволокой.

– Так и думал... – самодовольно бормочу я, отпуская её горло.

И тут же впиваюсь в него ртом.

– Нет!

Кошка вновь дерётся со мной. Подключает ноги, пытается пнуть.

– Я же сказала: тебя прикончат!

Да блять!

Схватив её запястья одной рукой, держу их над головой девчонки. Вторую просовываю под её поясницу и приподнимаю. Подтянув вверх, кладу головой на подушку. Нетерпеливо прохожусь губами по шее. Ммм... Такая вкусная!..

– Как там тебя? Денис? Тебе на себя совсем насрать? Жить надоело, да? – пытается говорить пренебрежительно, но её голос предательски дрожит.

Нехотя отстраняюсь от шеи, нависаю над лицом глаза в глаза. Её зрачки расширены, и почти поглотили зелёную радужку. Кошка либо возбуждена, либо напугана... Проверим.

Протолкнув руку между нами, забираюсь в трусики. Провожу пальцами по половым губкам. Девчонка дёргается, начинает вырываться ещё активнее. Вытащив руку, растираю её соки между пальцами, усмехаюсь.

– Ты хочешь. Я хочу. Не вижу проблемы. Остальным мы не скажем. Денег получишь много. Ещё вопросы?

Сдувает прядь волос, упавшую на лицо.

– Тебя грохнут, – шевелятся её губы. – Оно того стоит? Смерть из-за секса?

Дурочка...

– И кто тебе Эдик? Брат?

Молчит, хмуро сдвинув брови. Я продолжаю:

– Эдика я хорошо знаю. Упоминаний о сестре от него никогда не было. Да и вряд ли он родную сестру засунул бы в стриптиз. Поэтому либо ты солгала, либо…

Делаю паузу, давая ей ответить.

Не отвечает.

– Послушай, я несвободна, – придумывает новую песню. – У меня есть мужчина.

Ну это уж совсем смешно... Какой нормальный мужик отпустит её работать в подобное место? А если он реально есть – то он мудак. А с мудаком её представить сложно.

Игнорирую этот неправдоподобный лепет и вновь целую в шею. Подбородок, скулу, висок... Наконец она испуганно замолкает и замирает. Смещаюсь ртом к уголку её губ. Катя громко и часто дышит, опаляя моё лицо жаром.

Хочу этот рот. Для начала...

Осторожно прихватываю нижнюю губу своими. Оттягиваю, всасываю в рот. Не встретив сопротивления, вторгаюсь в её рот языком. Горячий язычок неуверенно дёргается навстречу и тут же замирает. И всё.

Кажется, девочка подвисла. Дрожит всем телом. Боится?

Так... Тормози, Север.

Отрываюсь от губ, смотрю в глаза. Меня колбасит от всего происходящего. Эта откровенная поза, сжигающая меня похоть... Всё так близко – всего лишь избавиться от остатков одежды...

– Я не хочу тебя обижать... Бля... И не понимаю твоих желаний. Хочешь уйти?

Качает головой.

– Тогда чего ты хочешь?

– Я бы поела, – отвечает девчонка, возвращая голосу привычную невозмутимость.