Эфириада

– Что за… – выдохнул Стальной Клык, глядя на свои пустые ладони.

Иван отбросил меч в сторону, далеко за пределы арены, и коротким прямым пинком отправил волка за пределы арены. Тот рухнул как подкошенный.

Тишина. Толпа, ещё минуту назад улюлюкавшая, замерла. Потом взорвалась криками:

– …Он голыми руками!..

– …Схватил меч!..

– …Да кто он такой?!..

Иван стоял, глядя на свою правую руку. Глубокая рана от лезвия уже почти затянулась, осталась только розовая полоска. Он повернулся к трибунам и спокойно сказал:

– Следующий.

На арену выскользнул тощий вертлявый тип с лисьими ушами и длинным ярким рыжим хвостом. В руках – два коротких меча, покрытых зеленоватым налётом. Он двигался странно, нервно, и в глазах его горел безумный огонь.

Толпа, уже не смеясь, напряжённо следила за каждым движением.

– Этот человек меня не боится, – прошипел Лис, облизывая губы. – Но ядов он, надеюсь, боится.

Иван Андреевич хмыкнул. Яды – интересно. Он знал, что эфириалы внутри него способны нейтрализовать любую отраву, но проверять на себе не приходилось.

Лис бросился в атаку, работая мечами как мельница. Он не стремился нанести глубокий удар – только царапнуть, только задеть, чтобы яд сделал своё дело. Иван позволил ему это. Короткие порезы появились на руках, на плечах, на боку.

Лис отскочил, кружа вокруг, ожидая, что противник скоро начнёт задыхаться, слабеть. Но Иван стоял, как ни в чём не бывало, только с любопытством разглядывал свои царапины. На самом деле всё довольно скучно. Эфириалы, контролируя кровотечение, просто вытолкали заражённую кровь вместе с ядом из организма, и зажали раны.

Не слишком информативный бой.

– Яд? – переспросил он. – Ты серьёзно?

Лис побелел. Он развернулся, чтобы бежать, но Иван догнал его в два прыжка, перехватил за шкирку и приложил головой о землю. Наступил на спину ногой и смотрит лису прямо в глаза. Улыбнулся.

Демонстративно перехватил длинный пушистый хвост и поднёс меч в левой руке к основанию – у копчика

Публика закричала с трибун. Очевидно, хвост был очень важной частью тела зверочеловека.

– Последнее слово?

– Сдаюсь! – завопил Лис. – Сдаюсь!

Иван Андреевич хмыкнул и отпустил. Лис отполз к краю арены, трясясь от страха. Это не то чтобы секрет, но теперь понятно, как можно запугивать зверолюдей.

Толпа ревела. Те, кто ещё полчаса назад смеялся над бесхвостым дедом, теперь смотрели на него с интересом. Зрелище было что надо.

Иван Андреевич демонстративно красовался в центре арены, крича о том, что готов сразиться против любого.

– Хватит! – раздался зычный голос. На арену вышел огромный детина с медвежьими ушами и коротким хвостом, с окованной железом дубиной в руках. – Я, Косолапый, вызываю человека на настоящий бой! До смерти!

Толпа взбесилась. Косолапый был местной легендой, чемпионом арены, убивающим всех своих противников.

Иван Андреевич посмотрел на него. Два метра роста, гора мышц, в руках дубина, которая могла размозжить камень. Идеальный экземпляр для проверки пределов.

– Принимаю, – сказал он.

Рог протрубил. Косолапый не стал мелочиться – обрушил дубиной переговоров на Ивана Андреевича град ударов, от которых уворачиваться было почти невозможно. Но Иван Андреевич и не уворачивался. Он принимал удары на себя, подставляя плечи, руки, корпус. Дубина ломала кости, разрывала кожу, но эфириалы внутри работали как муравьи, соединяя переломы за секунды, восстанавливая ткани. Наверняка, это был бы очень и очень болезненный процесс, если бы он не отключил боль.

Наконец-то нормальный противник, чтобы проверить выносливость.

Косолапый бил и бил, а Иван стоял. Иногда он отвечал кулаком, лениво шагал из стороны в сторону чтобы лишний раз не подставить затылок и голову, но в основном просто ждал, проверяя, когда наступит предел.

А он всё не наступает

– Да сдохни ты! – взревел Косолапый, обрушив дубину на голову.

Иван подставил руку – кость хрустнула, но тут же срослась. Череп он берег, сломать нейроинтерфейс не хотелось.

– Всё? – спросил он, когда Косолапый, запыхавшись, опустил дубину. – Я ещё могу.

Дробящее оружие опасно, один удар по голове, и всё закончится. Но, иначе, похоже, его убить не выйдет. Как минимум, пока у эфириалов достаточно энергии.

Кластер для сбора энергии послушно поглощал свет и тепло в воздухе над Иваном Андреевичем.

Косолапый попятился. В его глазах появился страх – настоящий, животный страх перед существом, которое нельзя убить.

Ладно, пора проверить одну теорию.

Что будет, если кластер эфириалов взорвётся внутри тела человека?

Мутанта это просто ослабило. А вот мужик-медведь прямо перед ним буквально взорвался изнутри. Из глаз, рта, носа, ушей хлынули струи крови. Косолапый рухнул как подкошенный, подняв тучу пыли.

Тишина на арене длилась несколько секунд. Потом взорвалась таким криком, что заложило уши.

Иван стоял над телом поверженного чемпиона, весь в крови – своей и чужой. Раны уже почти затянулись, но он чувствовал некую усталость, моральную. Ещё пару таких боёв он выдержит.

– Ещё кто-то хочет? – крикнул он в толпу.

Ответом была овация.

Глядя на мёртвого Косолапого, никто больше не решился бросить бой человеку. Скука. Он только вошёл во вкус.

…На самом деле он чувствовал вину, убив этого человека. Ну, тоесть, зверочеловека. Он и раньше, будучи не самым честным политиком, нанимал кого надо чтобы не стало кого не надо. Но вот конкретно своими руками он убил впервые. На душе паршиво. Хотя, не так сильно. Он не маленькая девочка, чтобы нюни распускать, а 53-летний мужик.

Владелец арены, тот самый толстый кот, трясущимися руками отсчитал ему мешочек серебра.

– Ты… ты демон? – прошептал он.

– Нет, – ответил Иван, забирая деньги. – Просто человек из прошлого.

Надобно так специально пафосно сказануть, чтобы быть весь из себя такой странствующий крутой дед.

Он вышел с арены под восхищённые и испуганные взгляды толпы. Сегодня он не только проверил свои возможности, но и понял главное: в этом мире его почти невозможно убить в честном бою. Но вот взрыв эфириалов внутри невозможно игнорировать будет даже ему. Вернее сказать, это будет верная смерть, залечивать такую рану будет попросту некому. Важно это помнить, если он встретит какого-нибудь местного мага.

После арены он получил 35 грошей. Итог: 101 + 35 = 136 грошей. Эта сумма почти в целый комплект доспехов за час кривляний на публику. Неплохо.

После арены и удачных продаж Иван Андреевич почувствовал, что засиделся в Гданьске. Деньги были, репутация – тоже, но впереди лежала большая цель. Он сидел в своей комнате при тусклом свете масляной лампы и рассматривал карту, которую скачал в хранилище памяти эфириалов в НИИ космической медицины. В целом, это была неплохая карта со спутника, на которой можно было рассмотреть что угодно. Да только вот она устарела лет на 300. Пометки городов бесполезны, реки уже наврняка 100 раз поменяли свои русла. Не говоря уже о том, что нет никаких отметок торговых маршрутов – а без них путешествовать в средневековье глупо.

Нужна была местная карта. Та, по которой купцы водят караваны, где отмечены не только дороги, но и опасные места, и расстояния, и колодцы в степи. Такая карта была только в одном месте – в торговой гильдии.

Купить её было нельзя. Любой купец, имеющий карту, держал её в строжайшем секрете, потому что обладание точными маршрутами давало преимущество перед конкурентами. А если бы такая была у разбойников, то они бы точно знали, как и когда и где грабить торговца. Оставался только один путь – украсть. Или, точнее, скопировать.

Иван Андреевич усмехнулся. Воровать он не любил, но информация – это не товар. Скопировать – значит просто сделать знание общим.

Гильдия располагалась в центре Гданьска, в массивном каменном доме с высокими окнами и тяжёлой дубовой дверью. Днём здесь толпились купцы, маклеры, менялы, а ночью здание пустовало, охраняемое всего двумя стражниками у входа.

Иван Андреевич выбрал время за час до рассвета, когда сон особенно крепок. Он надел тёмную одежду, сунул за пояс кинжал и выскользнул с постоялого двора. Эфириалы внутри обострили зрение и слух, превратив ночь в серые сумерки, полные звуков.

Стражники у входа клевали носами, прислонившись к косякам. Иван обошёл здание с тыла, нашёл окно, выходящее в тёмный переулок. Ставни были закрыты, но не заперты – слишком самонадеянно. Он осторожно приоткрыл створку и влез внутрь.

Внутри пахло пылью, бумагой и старым воском. Иван двигался тихо, как тень, прислушиваясь к каждому шороху. Половицы нещадно скрипели, но стражники стойко игнорировали любые звуки.

Архив нашёлся на втором этаже. Большая комната, уставленная стеллажами до потолка. На столах лежали развёрнутые карты, свитки, учётные книги. Иван подошёл к главному столу, где, видимо, работал старший картограф.

И начал вытряхивать содержимое ящиков стола на стол.

Карты были разложены на столе – десятки их. Одни – мелкие, локальные, другие – огромные, во всю столешницу. Иван нашёл ту, что искал: путь от Гданьска до Чёрного моря, через Киев, с пометками о реках, бродах, деревнях, колодцах и опасных местах. Рядом лежала древняя, пожелтевшая карта морских путей – через Чёрное море, проливы, Средиземное море и, наконец, Суэцкий канал. Дальше – Красное море, Индийский океан, Китай.

Иван замер, вглядываясь. Суэцкий канал. Он существовал на карте. Значит, про него знают. Значит, по нему ходят корабли. Его план был реален.

Он развернул карты, насколько позволял стол, и закрыл глаза. Эфириалы внутри зашевелились, готовые к работе.

«Сканировать. Записать в память. Максимальное разрешение».

Мысленная команда ушла, и эфириалы начали сканировать. Перед внутренним взором Ивана замелькали линии, названия городов, изгибы рек, горные цепи. Карта за картой, свиток за свитком – всё, что было на столе, перетекало в его внешнюю память.

Процесс занял несколько минут. Когда он закончил, Иван аккуратно свернул карты и положил их точно на те места, где они лежали. Затем так же бесшумно покинул здание, закрыл за собой ставни и растворился в ночи.

Стражники у входа спали, не заметив ничего. Да и никто ничего не украл, все карты были на месте в ящиках стола.

Иван Андреевич вернулся в свою комнату, когда небо только начинало светлеть. Он лёг на кровать, но спать не хотелось. В голове прокручивались детали маршрута.

От Гданьска вверх по Висле, потом волоком в Припять, по ней в Днепр, а там и до Чёрного моря рукой подать. Потом – морем до Стамбула, через проливы, через Средиземное море, Суэцкий канал… А там и до Китая недалеко.

За окном запели первые птицы. Гданьск просыпался. Иван Андреевич закрыл глаза, приказывая телу немного отдохнуть.

День выдался ясным, но ветреным – над морем тянуло свежестью. Иван Андреевич вышел на рыночную площадь в последний раз, и теперь он чувствовал себя почти свободным. Почти – потому что впереди была дорога, а значит, новые траты.

Первым делом он направился к пристани, где у пирсов теснились речные суда. Здесь пахло рыбой, смолой и потом. Грузчики с бычьими ушами таскали тюки, матросы с кошачьими хвостами перекликались хриплыми голосами.

Иван подошёл к коренастому капитану с тигриными ушами и длинным хвостом, который стоял у сходней и пересчитывал мешки с зерном.

– До Варшавы? – коротко спросил Иван.

Капитан окинул его взглядом, задержался на лысой голове, на отсутствии хвоста, но, видимо, решил не удивляться – слухи о странном человеке уже облетели весь город.

– До Варшавы, – кивнул он. – Через три дня отплываем. Места есть. Два гроша за проезд, свои харчи. Или три – с питанием.

– С питанием, – ответил Иван, отсчитывая монеты. – Когда отчаливаем?

– На рассвете. Не опоздай.

Иван кивнул и отправился на рынок. В кармане звенело ещё около ста грошей – после оплаты проживания, арены и всех трат оставалось прилично. Он решил потратить часть на товары, которые можно выгодно продать в Варшаве или по пути.

Первым делом он заглянул к знакомому торговцу воском. Тот, лис с длинными усами, узнав покупателя, расплылся в улыбке:

– О, пан человек! Снова за воском?

– Да. Десять килограмм.

– Двадцать грошей, – сказал лис, но Иван покачал головой.

– Шестнадцать. Я у тебя уже брал, и не раз.

– Восемнадцать, – попытался торговаться лис, но Иван просто повернулся, делая вид, что уходит.

– Семнадцать! – крикнул лис вслед. – Ладно, семнадцать!

Иван вернулся, отсчитал монеты и забрал два бочонка воска.

Дальше был мёд. Торговец, пожилой медведь с короткими ушами, запросил шесть грошей за бочонок. Иван сторговал два за десять.

Пушнина оказалась сложнее. Купец с лисьими ушами и холёным хвостом, явно знатный, запросил двадцать пять за шкурку куницы. Иван долго приценивался, щупал мех, морщился, качал головой и в итоге взял три шкурки по двадцать три гроша.

– Разоритель, – буркнул купец, пряча деньги. – Чтоб тебе в дороге пусто было.

– Спасибо на добром слове, – усмехнулся Иван.

Напоследок он прикупил соли – два мешка по три гроша. Местный товар, в Варшаве он будет дороже.

К полудню его поклажа весила изрядно. Иван присел на лавку у пирса, пересчитал остаток: воск (17), мёд (10), пушнина (69), соль (6) – всего потрачено 102 гроша. В кармане оставалось 31 —на непредвиденные расходы и на первое время в Варшаве.

Он посмотрел на тёмную воду, на корабли, на суетящихся зверолюдей и впервые за долгое время почувствовал что-то вроде удовлетворения. План работал. Он двигался.

Товары были погружены на корабль крайне ленивыми матросами. Они явно недовольны, что стали бесплатной рабочей силой.

Иван Андреевич уже собрал свои пожитки и направлялся к пристани, когда его окликнул негромкий, но властный голос:

– Пан человек. Минуту.

Он обернулся. В тени навеса стоял молодой зверочеловек с острыми лисьими ушами и длинным пушистым хвостом. Одежда дорогая, но неброская – видно, что знатный. Глаза умные, цепкие.

– Я вас знаю? – спросил Иван, останавливаясь.

– Пока нет, – улыбнулся молодой лис. – Но я о вас наслышан. Ходят слухи, что некто проник в торговую гильдию, украл оттуда драгоценности, и исчез как тень. И никто его не видел, кроме меня.

– Я ничего не крал.

– Разумеется. Это сделал кто-то другой. – лис прищурился. – Но мне требуется помощь зверочеловека вашей… Направленности. Кто бы это мог быть?

Иван Андреевич внутренне напрягся, но виду не подал. Будет очень некстати, если на него повесят кражу.

– Чем обязан?

– Нужно поговорить. В более спокойном месте. – Казимир кивнул в сторону тихого переулка. – Это не займёт много времени, а вы, кажется, собирались уплывать?

– Собирался, – подтвердил Иван. – Но время ещё есть.

Они прошли в небольшую харчевню, где в этот час почти не было посетителей. Лис заказал две кружки вина и, когда они остались одни, заговорил без предисловий:

– Меня зовут Казимир. Я племянник князя. Мой дядя, князь Владислав, правит Гданьском уже двадцать лет. У него есть сыновья, так что мне ничего не светит по праву рождения. Но я знаю, что он нечист на руку. Он точно как-то связан с работорговцами. Но сам он отрицал.

Иван Андреевич молчал, слушая.

– Работорговля не запрещена, но… Когда похищают девушку-дворянку, это могут делать только с двумя возможными мотивами: получить выкуп или получить чистокровную наложницу.

Иван Андреевич кивнул.

– Недавно пропала дочь пана Кресовского – одного из самых уважаемых дворян. Пан Кресовский в ярости, но не знает, кого винить. Никто не присылал требование выкупа, значит, это именно второй случай.

– А её не могли просто ограбить там, убить, и выкинуть тело в реку?

– Могли бы, но… Зачем? Сама по себе чистокровная будет стоить сотню грошей. А Зузанна внешне и на двести потянет. Это было бы слишком большим расточительством со стороны грабителя, просто выкинуть такие деньги в реку…

Казимир как-то поник от этих размышлений. Встрепенулся.

– В любом случае, если кому и была бы интересна чистокровная девушка, то он тоже дворянин. А если так, то он просто обязан быть знаком лично с правителем Гданьска. Если бы я нашёл хоть какие-нибудь доказательства, хотя бы переписки, хотяб намёки на кражу девушки, у меня бы был аргумент для Кресовского. Конечно, он бы не оставил виновника. У него есть связи в Королевском Дворце. А они бы мне пригодились, если бы я вдруг захотел стать Князем.

Казимир внимательно посмотрел на Ивана.

– Я не прошу вас делать это бесплатно. Если всё получится, озолочу. И дам вам то, что купцы не продают – настоящую карту торговых путей на юг, до самого Чёрного моря. А если захотите, и охрану до границ.

Иван Андреевич задумался. Карта у него уже была – он скопировал её в гильдии прошлой ночью. Но золото и связи? Это могло пригодиться.

– Что именно нужно сделать?

– Проникнуть в поместье. Найти записи, письма, любые доказательства связи князя с похитителями. Если повезёт – узнать, где держат дочь пана Кресовского. Если не повезёт – узнать, куда сбросили её труп.

– Понятно.

Лис встал и вышел из харчевни.

Ну а Иван Андреевич никуда не торопился, не будет же он врываться в поместье средь бела дня?

Поместье стояло на холме, окружённый высокой стеной. Днём туда было не проникнуть, но ночью, с эфириалами, обострившими зрение и слух, это оказалось проще, чем Иван думал. Он нашёл лазейку с северной стороны – прямо впритык к забору росло дерево, – и бесшумно проскользнул внутрь.

Внутри было тихо. Стража лениво обходила территорию, но Иван слышал их шаги заранее и прятался в тени. Он поднялся по лестнице в жилые покои, нашёл кабинет князя. Замок на двери был сложным, но нет вещи, которую нельзя не сломать при должном упорстве.

В кабинете пахло кожей, чернилами и старыми бумагами. Иван быстро обыскал стол, ящики, тайники. В одном из них, под фальшивым дном, лежали письма. Он развернул одно, пробежал глазами. Переписка с кем-то. Другое – стихи. Третье – письмо от королевского дворца.

Пятое, десятое, двадцатое. На столе лежала целая гора макулатуры, но ничего полезного в них нет.

И где теперь искать?

Ответ на этот вопрос, похоже, даст сам Князь с мечом в руках, и пара стражников.

– Сдава!~

Нет времени на любезности. Пара стражников оказались впечатаны в стены. Сам Князь героически свернулся в комок после удара в промежность.

Сейчас сюда сбегутся стражники со всей округи. Беречь голову в таком раскладе станет непросто.

– Где ты прячешь украденную девушку? – Иван Андреевич любезно спросил у свернувшегося калачиком правителя княжества

– Тебе конец лысый урод! Стража вспорет тебе кишки, уродина!

Он начал быстро бормотать какую-то мантру. Левая нога Ивана Анреевича внезапно случайно наступила ему на голоу – подошва сопога оказалась прямо во рту.

Иван Андреевич вздохнул. Сам Бог свидетель – он пытался разрешить это дело миром

Наклонился над Кнзяем. Схватил за лисье ухо. С серёжкой, мягкое, пушистое. Прямо не хочется отпускать.

Кинжал медленно, с чувством проходит сквозь ухо. Из оставшегося куска ручьём хлынула кровь

Лис в слезах орёт и вопит что-то нечленораздельное.

– Так разговор не пойдёт.

Левая рука выпустила треугольный отрезок и дотронулась до кончика пушистого хвоста.

Князь заткнулся. На лице его ужас.

Рука медленно двигается от кончика к основанию. Надо сказать, Князь очевидно хорошо ухаживает за хвостом. Даже браслетик какой-то повесил. Ухаживал.

– Повторяю вопрос. Где пропавшая девушка?

– Я не знаю никакой пропавшей девушки!

Хвать за основание! Кинжал уже близко.

– Не надо! НЕ НАДО! ДЕМОН!

– Где. Пропавшая. Девушка.

– Я всё скажу! Я всё скажу! Не надо!

–Где?

На хвост с кинжала капнула капля крови, от уха.

– На складе! Деревня у реки, каменный дом с южной стороны, справа!

– Ты ведь понимаешь, что будет, если ты солгал мне?

Князь затрясся, глядя в глаза. Он плачет

Но времени на любезности нет, стража уже бежит по коридору

Разбежавшись, прыгну со скалы! Вот я был, и вот меня не стало!

Иван Андреевич весьма больно ударился при приземлении. Выбитые стеклянные осколки от окна поранили руки. Он не ходит с отключенной болью постоянно – будет плохо если он случайно травмируется и не заметит. Ну, такие травмы эфириалам под силу.

Не мешкая ни секунды вскочил и побежал к забору.

Сбор кластера. Высвободить энергию. Активировать.

К чему теперь эта притворная скрытность? Каменный забор разнесло на кусочки. Иван Андреевич побежал в свежепробитую дыру. Грохот стоял такой, что каждый стражник в городе теперь точно знает про нападение.

Неважно, сейчас – гонка на время. Если только Князь не идиот, он уже отправляет гонца с вестью на этот склад.

Ну, бежать два километра при помощи эфириалов это не то, чтобы было трудной задачей.

Трудно было пробежать сквозь городскую стену, и остаться незамеченным.

Каменный дом выглядел довольно уродливо. В Иване Андреевиче проснулся дремлющий архитектор.

Сбор кластера. Высвободить энергию. Активировать.

Кому вообще нужна скрытность?

Иван Андреевич внезапно услышал то, что буквально повалило его на пол от смеха. Молитва, смешанная с транслитом

– Духи огня, откликнитесь на мой зов! Цзицюнь идун чжидянь! Ниспошли мне свою силу! Цюаньбу нэнлян шифан! Сожги врагов моих! Фаци синдун!

Земля под ногами Ивана Андреевича разорвалась от мощного взрыва.

Это было неожиданно. Будь он без чудо-регенерации, ему бы досталось несладко

Из пробитой стены выглянул максимально карикатурный маг в мантии, раскрашенной в красный, и остроконечной шляпой с полями и деревянной палочкой в руке

Он снова начал повторять своё заклинание как заученную мантру

– Духи огня, откликнитесь на мой зов! Цзицюнь идун чжидянь! Ниспошли мне свою силу! Цюаньбу нэнлян шифан!

Как будто я тебе позволю.

Очевидно, перед магом собирался кластер эфириалов.

Распустить кластер

–…Сожги врагов моих! Фаци синдун!

Ничего не произошло. Маг не заметил, что его кластер пропал?

Он снова начал повторять свою мантру. Он что, знает только одно заклинание?

Ну ладно, Иван Андреевич знает своё любимое заклинание.

Сбор кластера. Высвободить энергию. Активировать.

Только его заклинание сработало не снаружи, а изнутри мага. Кровавый фонтан с фаршем разлетелись во все стороны. Выглядит жутко.

Немногие стражники свидетели магической битвы были отправлены в нокаут. За зрелища приходится платить иногда.

Девушка с кошачьими ушами и хвостом сидела в клетке. Уидела Ивана Андреевича и повернулась к нему

–…Кто ты?

Сейчас сюда прибежит армию подмоги. Самое время для милого разговора по душам.

Иван Андреевич разломал прутья клетки и активировал один из кластеров. Девушка моментально потеряла сознание.

Он подхватил её на руки и выбежал из здания. Стражи вроде не видно, и ладно.

На улице ночь, но пробраться сквозь городские ворота с телом было задачей непростой.

Иван Андреевич не представлял, как связаться с Казимиром. Он просто прокрался на постоялый двор, в свою комнату и положил спящую девушку на кровать.

Впрочем, лис почти сразу после этого сам зашёл в комнату.

– Вы… вы её спасли, – выдохнул он, глядя на Ивана. – Я не знаю, как благодарить.

– Доказательства нет.

Казимир пробежал глазами по комнате, и остановился на кошкодевушке, спящей на кровати.

– Этого достаточно. Более чем.

Он взял её спящую на руки и вынес из комнаты.

Прошли два дня планомерных запоев и просиживания штанов в таверне. Тут особо и сказать нечего, да и у Ивана Андреевича жутко гудела голова с похмелья, и он никак не мог вырваться из порочного круга.

Через два дня князь «добровольно» ушёл в монастырь. Казимир стал регентом при малолетнем наследнике.

Корабль на Варшаву отчаливал через два часа. Иван Андреевич уже собрал свои пожитки – воск, мёд, пушнину, соль – и направлялся к пристани, когда его окликнул знакомый голос:

– Пан человек! Постойте!

Он обернулся. Казимир, молодой регент Гданьска, спешил к нему в сопровождении двух стражников. Лисьи уши его были гордо подняты, пушистый хвост покачивался при ходьбе. А рядом с ним идёт девушка с кошачьим хвостом. Держатся за руки.

– Чем обязан? – спросил Иван Андреевич, останавливаясь.

Казимир подошёл ближе и протянул ему свёрток, перевязанный бечёвкой.

– Это ваша награда. Пятьдесят грошей, как я и обещал. И кое-что ещё.

Он развернул верхний лист – плотный пергамент с оттиснутой печатью и замысловатой вязью письма.

– Шляхетская грамота, – пояснил Казимир. – Отныне вы, Чернов Иван Андреевич, числитесь в Гданьской шляхте.