Свобода в пустоте

От автора

Дорогой друг, перед тобой не просто книга. Это дверь. Дверь в мир, где твои страхи превращаются в силу, сомнения – в решимость, а мечты – в реальность. Каждая строчка в ней написана с искренней верой в то, что внутри тебя есть нечто большее, чем ты привык о себе представлять. Ты когда-нибудь задумывался, почему одни люди живут словно на автопилоте, а другие – творят свою судьбу, отсекая всё лишнее, будто скульпторы? Разница не в обстоятельствах, а в выборе. В том, решаешь ты плыть по течению или берёшь вёсла в свои руки и направляешь лодку к горизонту, где ждёт нечто великое.

Эта книга – твой компас. Она не даст готовых карт, ведь самый важный путь – тот, который ты прокладываешь сам. Но она вдохнёт в тебя смелость, напомнит, что даже самые высокие горы когда-то кому-то покорялись. Что падения – не поражения, а уроки. Что неудачи – не тупики, а повороты на пути к чему-то большему. Здесь ты встретишь историю того, кто стоял на краю и долго не мог прыгнуть, но решившись на это однажды – обрёл крылья. И вопросы, которые заставят тебя о многом задуматься. А самое главное, с ней ты обнаружишь в себе ту самую искру, которая способна разжечь пламя перемен.

Мир полон шума, чужих ожиданий и навязанных правил. Но где-то среди всего этого есть и твой голос. Твой выбор. Твоя жизнь. Открой сердце, дай шанс своим мыслям взлететь выше привычного. И помни: великие перемены начинаются с одного решения – решения попробовать.

Сейчас у тебя в руках шанс услышать себя. Готов ли ты сделать первый шаг?

Тогда вдохни глубже. И переверни страницу.

Дорогой читатель, специально для этой книги я разработал метафорические карты. В Telegram в поисковой строке найди бот svobodavpustotebot. Нажимай «старт» и смотри свою карту дня. Одна карта принесёт видение всей твоей ситуации. Ты будешь удивлён, обнаружив именно то, что тебе сейчас нужно. В этом и заключается волшебство.

Введение

Однажды я услышал фразу: «Лучшее, что может с тобой произойти, уже происходит». Тогда она показалась мне просто красивыми словами, но со временем я понял, насколько она точна. Всё, что мы проживаем: радости, трудности, перемены – это не случайность, а часть пути. Мир вокруг нас постоянно меняется – пандемии, кризисы, нестабильность, все внешние события появляются, чтобы однажды уйти, но есть вещи, которые остаются неизменными. Именно о них эта история.

Меня всегда завораживало, как люди проходят свой путь. Мы рождаемся одинаковыми – хрупкими, беспомощными, чистыми. Как белые холсты, ждущие первых мазков. И потом жизнь начинает нас раскрашивать: кто-то обретает яркие контуры и глубокие оттенки, а кто-то так и остаётся лишь эскизом, наброском. Почему так?

Мы все идём по дороге жизни к самим себе. Иногда – на ощупь, в темноте. Иногда – с картой, на которой вместо маршрута одни пятна. Иногда – вообще не понимая, куда идём. Нас формируют обстоятельства, но не они решают, кем мы станем. Потому что есть вещи, которые невозможно у нас отнять – внутренняя сила, искра, жажда жизни. Просто не все умеют её разглядеть.

Я долго думал: а что, если всё так и задумано? Что, если неурядицы – не кара, а инструмент? Препятствия – не наказание, а способ обрести настоящую форму? Кто-то с рождения получает всё, но проживает чужую жизнь. Кто-то начинает с пустых карманов, но с такой жаждой, что его не остановить. И у каждого – свой баланс.

Есть только один закон: жизнь дана. Она просто есть. И сопротивляться этому – всё равно что бороться с ветром. Он дует, не спрашивая нашего мнения. Можно жаловаться, можно злиться, можно бесконечно задавать вопрос: «Почему так?» А можно просто жить. Открывать себя. И выбирать: стать серым силуэтом или многослойной картиной.

Эта история – не ответы, а приглашение. В путешествие внутрь себя. В историю, которая может стать твоей. Или, быть может, уже ею является.

Пролог

Море успокоилось. Стихия, скрывающая в себе сокрушительную силу, казалась сейчас ласковой и тихой. Волны медленно гладили берег, будто показывая всю свою нежность. На скалах, обрамляющих море, ветер слегка колыхал высокую бледную траву. Цвета, запахи, звуки – всё казалось приглушённым.

Я почувствовал, как острый камешек впился в кожу голой ступни. Оказывается, к этому можно привыкнуть и не раздражаться по такому незначительному поводу. Не тревожило теперь и полное отсутствие того, что мы называем цивилизацией. Я усмехнулся. В голове как лента киноплёнки закрутились картинки с того дня, как я очутился здесь. Только сейчас я понял, что это были те самые стадии проживания горя или потери, от отрицания до принятия.

В беспрерывном достигаторстве и движении к новым целям я даже не задавался вопросами, а чего же хочу на самом деле, зачем я всё это делаю, и есть ли в конце этого пути хоть что-то, что меня действительно влечёт? Хотя, если бы я тогда задал их себе, наверняка нашел бы вполне логичные ответы. Но ведь логика не определяет то, кто мы есть. Ей не подвластны наши чувства и наша душа. Она даёт ответы, но не дарит удовлетворённости от них. Так что бы я ответил? Конечно, я хотел счастья, стремился к любви и гармонии. Но что удивительно, я почти ничего для этого не делал. Будто слепой котёнок двигался к трассе, на которой меня рано или поздно должен был раздавить поток машин.

В вечной гонке, в попытках воплотить в жизнь маленькие, сиюминутные «хочу» я терял главное. Привыкнув к постулату «мужчина равно его обязанности», терял себя как человека и личность. Стыдился слабости, отмахивался от желания понять, что нужно именно моей душе. И только сейчас, имея почти полжизни за спиной, я наконец осознал, что готов обрести себя настоящего.

Тот самый баланс, о котором кричат сегодня отовсюду, возможен ли в принципе? А если достигнешь его, что тогда? Можно ли принять то, что больше стремиться не к чему? Что есть правда? За что зацепиться, чтобы не потерять всё и стать очередным неудачником, и в то же время, как не лишиться всего, обретя успех? Успех. Какое это призрачное понятие. Что, чёрт возьми, это такое?! Был ли я успешен? А может, наоборот, был главным неудачником из всех существующих неудачников?

Всё это уже неважно. Наверняка, теперь и так уже всё потеряно. Какой бизнес может существовать без твоего участия несколько месяцев подряд? Какая женщина будет ждать мужчину, не имея представления, где он и вернётся ли? И, честно говоря, так ли нужен он был ей раньше?

Спокойно. В сердце спокойно. Его больше не разрывает.

Нравилось ли мне это спокойствие? Наверное, да. Не хватало ли мне той бесконечной гонки, в которой я участвовал ещё совсем недавно, атмосферы напряжения, вечной борьбы? Парадоксально – тоже да. Но больше всего я скучал по ней. Каждый день боролся с двумя частями себя. Одна безумно хотела покинуть это злосчастное место. Другая – мечтала остаться здесь навсегда.

Передо мной легла тень, и я почувствовал сильную руку на правом плече. Мне не нужно было оборачиваться, чтобы понять, кому она принадлежала. Да и кто здесь мог мне навредить, кроме меня самого? Ты сам можешь стать для себя худшим проклятием и сам же своим спасением.

Я попытался обернуться, но картинка вдруг начала искажаться. Море расплылось перед глазами, песок ушёл из-под ног. Пугающее, резкое, как удар, ощущение полёта, «воздушной ямы», когда не хватает воздуха… Я просыпаюсь.

1. Деньги или жизнь

В поисках счастья мы часто обмениваем жизнь на деньги и в результате теряем себя.

Но истинное богатство заключается не в накоплениях, а в величии момента, который мы способны подарить себе и окружающим.

В аэропорту, как всегда, было суетно. Девочка на ресепшн бизнес-зала хлопала глазами, как сова на фонарь, бубнила что-то невразумительное, дважды переспросила мою фамилию и долго думала, прежде чем пожелать «счастливого пути», забыв при этом отдать посадочный талон. Уже не вспомню, с какого момента перестал терпеть медлительных сотрудников. Моя б воля, она была бы уволена быстрее, чем выговорила свою служебную прощальную фразу.

– Так вы… Максим? – переспросила она, наконец сообразив, что мой билет всё ещё в её руке.

Я сжал кулаки. Анна, до этого терпеливо стоявшая рядом, тихо положила руку мне на локоть, как будто удерживая предохранитель от нажатия. В этом она была хороша – ей всегда удавалось сдерживать критическую массу моего раздражения. Слава богу, девица начала шевелиться, и мы вошли в бизнес-зал, в котором, как надеялся, я наконец расслаблюсь.

Но расслабления не произошло. Истинного расслабления, этого упоительного чувства покоя и свободы, я не ощущал уже очень давно. Но кофе был горячим и крепким, и минеральную воду в запотевших от холода стеклянных бутылочках принесли быстро. Деньги? Нет, я не любил деньги. Я любил те возможности, которые они давали, и хотел, чтобы этих возможностей становилось только больше.

Глоток горячего, терпкого кофе обжёг язык. В нём было больше удовольствия, чем в самом полёте. Мы с Аней направлялись в Сочи, на очередную крупную отраслевую конференцию, где за закрытыми дверями разыгрывался спектакль рукопожатий, знакомств и соглашений с такими же хищниками, как я. Хищниками, которые верят, что могут урвать свой кусок.

Я не был исключением. Тоже ждал свою добычу.

Несколько часов унылых докладов и пыльных стульев, а после – приятный бонус: роскошная вечеринка в загородном доме одного крупного партнёра. Он был матёрой барракудой, много лет умудрялся лавировать между властью, конкурентами и лицемерными партнёрами. Когда было нужно, залегал на дно, а как случалось на его территории подходящее «крушение», мигом хватал все самые лакомые куски. Вокруг него вечно кружилась рыбёшка помельче. Одни кормились от его щедрот, другие шли в фарватере, возникающем за его спиной, и подбирали, что останется. Давно прошло то время, когда я восхищался им. Теперь я сам – молодая, набирающая силу акула. Именно таким я себя видел. Было ли так на самом деле? Во всяком случае мне хотелось верить, что да. К счастью, когда наши иллюзии о себе доходят до критической отметки, жизнь всегда показывает нам наше истинное лицо.

У Барракуды, кроме отличного загородного дома с патио, отделанным мрамором, который доставили прямо из карьеров Каррары, зимним садом, бассейном и кинотеатром, есть ещё и своё небольшое поле для гольфа. И причал. Итальянские позёры локти кусали, глядя на его яхту. Красавица!

Внутри что-то саднило от этого великолепия. Не так давно я тоже купил лодку. Она, конечно, уступает его яхте. К тому же, стоит в Турции, там дешевле. Улыбка скользнула по губам: скоро всё изменится. Я ощущал приятное тепло грядущей победы, ведь я был близок к цели. Ещё каких-нибудь пару лет, и уже я буду приглашать Барракуду к себе, в нестыдный дом с гольф-полем и причалом. И не в Сочи, а где-нибудь в Италии.

Вынырнув из мыслей, я посмотрел на Анну. Откинув голову на мягкую спинку диванчика, она задумчиво смотрела в окно. Когда-то я безошибочно угадывал, о чём она думает. Теперь – нет. Я даже не знал, хотела бы она сказать что-то или просто отгородилась от меня за прозрачной стеной молчания. Раньше её голос был мелодией, а теперь – раздражающим эхом. Давний заезженный монолог, содержание известно, как школьная программа: «Ты не слышишь», «Ты не ценишь» и бла-бла-бла. Я давно перестал вслушиваться в эти претензии. Может, я и не мог дать ей столько внимания, сколько она просила, зато всего остального давал сполна.

Да, времени на неё у меня не было. Но разве я не компенсировал это? Я обеспечивал её, всю её семью, создавал для неё жизнь, о которой другие могли только мечтать. Разве этого недостаточно?

Когда мы только познакомились, всё было совсем иначе. Мы скучали друг по другу, даже если провели врозь всего какой-то час. Аня – лёгкая, смешливая, умеющая улыбкой и парой слов вырвать меня из любых забот и мрачных мыслей, казалась мне главной удачей в жизни. Я был горд тем, что такая роскошная девушка выбрала меня. Легко бросал всё, чтобы провести время с ней. Строил грандиозные планы. Видимо, нельзя оставаться влюбленными до умопомрачения друг в друга до конца дней. Нельзя.

Теперь передо мной сидела красивая, ухоженная женщина, но в ней было что-то чужое. Молчаливая задумчивость, тонкая, почти незаметная другим, но мной вполне ощутимая отстранённость.

Когда всё изменилось?

Не считая редких вспышек раздражения, она почти не говорила. Разве что по делу. Да и говорить нам особо было не о чем. Я знал, что её задевало: мои вечные командировки. Она так гордилась своим небольшим бизнесом, обижалась, что я не вникал в него всерьёз. Но когда мне? Я всегда ценил в ней именно это – самодостаточность. Если вдруг срывался совместный отпуск, она ехала туда одна и быстро находила себе занятие. Записывалась на бесконечные лекции, тренинги, а бывало, и на курс изысканных манер. Манерам жена обучалась в Англии, в обветшалом поместье, больше похожем на простую ферму у какой-то древней старушки, по документам баронессы. Всегда удивлялся – почему это нельзя было делать в более подходящем климате?

Неважно. Главное – Аня была занята и по-прежнему хороша собой. Всё, что она хотела, я старался дать. Кроме того, что дать не мог – себя, своего бесконечного свободного времени, тех задушевных разговоров, пресловутую «искру». Я работал по двадцать пять часов в сутки. Давно уже не ждал от жизни ничего особенного. Хотя когда-то, в детстве, казалось, что будущее принесёт что-то великое. Теперь моим основным навыком были «продажи». Я продавал свои идеи, проекты, компанию. Продавал себя. Не потому, что мне это нравилось, а потому, что так было нужно.

Размышлять об этом не хотелось. Особенно сейчас.

Впереди меня ждала бизнес-победа – то, зачем на самом деле я летел в Сочи.

Конференция была лишь ширмой для решения одного важного вопроса. Все её участники из одной упряжки: руководители крупных нефтяных компаний, владельцы сравнительно небольших, но устойчивых бизнесов, учёные, госслужащие из надзорных органов. Лекции весь день напролёт, фуршет с подсохшими тарталетками и фруктами. Обсуждение проблем и перспектив рынка, Ростехнадзора с выступлением. И в завершении обязательно банкет на широкую ногу с приглашёнными звёздами.

Конференция – в общем-то привычное дело: очередные разговоры, до зубовного скрежета заурядные презентации. Главное – это возможность «заявиться». Тендеры распределялись именно там. Неявно, само собой, но решения принимали на таких вот конференциях. И выиграть тендер – задача стратегическая, нелёгкая. Не имеет значения то, насколько успешно ты работал раньше. Успех вчера не гарантировал ничего завтра. Сегодня ты получаешь контракт, завтра остаёшься ни с чем.

Я знал это. Поэтому подготовился. Продумал всё. Именно на этой конференции Барракуда должен подтвердить, что моё участие (читай: победа) в крупнейшем тендере было у меня в кармане. Всё оговорено, не прямо, но твёрдо. Я много работал над тем, чтобы заполучить этот тендер, очень долго и очень тщательно. Предусмотрел всё и был уверен, что получу свой «жирный кусок», иначе перестал бы уважать себя. И всё же, несмотря на контроль, на все мои перестраховки, от чего-то моя нервозность возрастала с каждым часом приближения конференции. Чёртов мелкий червячок беспокойства.

Я не мог понять, что именно меня беспокоит – но оно было там. И с каждой минутой ощущалось всё сильнее.

2. Финишная прямая

На финишной прямой, где сливаются надежды и страхи, мы должны осознать, что каждый шаг к свету – это начало нового пути.

Возрождаясь в каждом мгновении, мы учимся отпускать старое, чтобы принять неведомое с открытым сердцем.

Разместившись наконец в самолёте, я постарался выкинуть все тревоги о тендере из головы. Эмоции не конструктивны, я всегда так считал. Их нужно держать в узде, иначе они заполнят тебя до краёв и выплеснутся наружу в самом неприглядном виде и в наиболее неподходящий момент.

Перед нами села молодая пара. Анна вдруг дотронулась до моей руки, и я заметил, как она смотрит на наших соседей с лёгкой завистью. Казалось, Аня что-то пытается мне показать, демонстративно, но тонко, как бы намекая.

Я машинально отдёрнул руку, но получилось так, будто нарочно. Мне не хотелось в это погружаться. Впереди важное дело. Не до сентиментальностей.

Женщина напротив оказалась беременна. И муж, устраивая её поудобнее, закатил целое представление, подстраивая всё вокруг под комфорт будущей матери своего ребёнка. Я отвернулся. Ещё чуть дальше, вытянув ноги к переднему креслу, сидела яркая барышня. Она ежесекундно снимала каждое своё действие на телефон. Наверняка модный блогер. Я посмотрел на Аню, вдруг она её знала, но жена, укутавшись в плед, уже задремала.

Соседка справа через проход – дама, что называется, элегантного возраста, приветливо мне кивнула. Я вымученно улыбнулся в ответ и с головой нырнул в ноутбук. Дама то и дело поглядывала на экран, и лишь заметив, что я поймал её взгляд, смущённо заговорила:

– Вы такая красивая пара, – она кивнула на Анну, – я думала, вы спортсмены или, может быть, из культурной сферы? Но присмотрелась, уж простите, таблицы, графики. Всё гадаю, чем же вы занимаетесь? Наверное, инженер или архитектор? Простите мне моё любопытство, оно неудивительно в моём возрасте.

Я собирался отмахнуться. Но вдруг почувствовал, что её, пусть обывательский, случайный, но искренний интерес, был мне приятен. В голове пронеслась мысль: когда в последний раз новый знакомый интересовался мной, а не моим статусом и цифрами?

Я любил своё дело, хотя это не то, чем я мечтал заниматься. Но в дебри ребяческих фантазий я тоже давно старался не залезать. Есть взрослая, далёкая от волшебства и розовых пони, жизнь. В ней куда больше проблем, сложностей и забот, чем свободы и радости, которые мы ожидаем от неё в детстве. Да, теперь я могу себе позволить купить тот самый велосипед, о котором так мечтал, будучи мальчишкой, даже десять велосипедов. Но если у тебя не было велосипеда в четырнадцать, то его и в тридцать не будет. Просто потому, что желания, да что там желания, времени на то, чтобы им насладиться, попросту нет.

– Нет, я не инженер и далеко не архитектор. Моя деятельность связана с нефтегазовой отраслью, – с гордостью сказал я. – Но наша работа тоньше. Кто-то в отрасли занимается бурильными станками и машинами, бурильными станциями. Есть и целый отдел, который… разводит рыбок!

– Рыбок? Зачем? – собеседница отмахнулась от напитков, предлагаемых стюардессой.

– А вот понимаете какая штука, в процессе выкачивания нефти и закачивания обратно попутных вод в каких-то водоёмах могут умирать рыбки. И популяцию нужно восполнить. Это тоже делают нефтегазовые компании. А есть и такие, что занимаются научной, проектной деятельностью. Например, когда нужно провести геологоразведочные работы.

– Значит, вы разводите рыбок! – выдала своё умозаключение моя соседка, слегка нахмурившись.

– И снова нет, – я улыбнулся. – Когда бурится скважина, то вместе с нефтью достаётся буквально всё. В том числе и такая вещь, как межпластовые воды. И помимо того, что нужно знать, сколько будет качаться нефти, нужно понять, сколько будет выкачиваться межпластовых вод.

– И как много?

– Невероятно много! У нас огромное море под землёй, тысячи кубометров солёного моря, вы знали?

– Не-а, я учитель русского языка, – снова захихикала женщина.

– Значит, сегодня я буду вашим преподавателем, – засмеялся я в ответ. – Так вот, компании выкачивают из скважины это море вместе с нефтью. А вода – это ресурс, который больше всего ценится и, соответственно, контролируется. Даже при том, что в нашей стране самый большой запас пресной питьевой воды в мире.

Аня чуть пошевелилась во сне. Моя попутчица, заметив это, продолжила шёпотом.

– Я даже не знала, что это так интересно. – Я посмотрел на неё с сомнением. – Правда-правда! Буду советовать вашу профессию внуку. И что же, вы, – женщина кивнула на экран моего ноутбука, – считываете всю эту воду?

– Если совсем уж упростить, то можно сказать и так. Делается оценка запаса подземных вод. Потом проект разработки месторождения, затем проект горного отвода. В общем, дальше уже нудятина.

Так странно, этот разговор выбил из меня все тревоги и сомнения. Я словно забыл, что в самолёте рядом спит моя жена, и она, как всегда в последнее время, не получила от меня и толику внимания. Работа – вот что давало мне вкус к жизни. Даже такой небольшой рассказ о ней незнакомой женщине, которая в этом ничего не понимала, наполнил меня силами. Я точно возьму этот тендер, я достоин, я сделал всё для этого, у меня получится.

В иллюминаторе показались очертания гор и города. Я захлопнул ноутбук. Пожилая дама стала пристёгивать ремень перед посадкой.

•

Выйдя из аэропорта, мы сели в такси и отправились в гостиницу. Из панорамных окон номера открывался роскошный вид на море. Аня кинула телефон на огромную кровать и, подходя ко мне, предложила:

– Пойдём погуляем? – на её лице играла восхищённая улыбка. Она смотрела то на меня, то в окно.

– Нет. Надо подготовиться к мероприятию, – сухо отозвался я, лишь мельком глянув на жену. Улыбка с её лица тут же исчезла.

Жена вздохнула, вытащила ноут из сумки и устроилась на кровати, включив какой-то сериал. Покосилась на меня и сделала звук тише. Я тоже взялся за макбук, не забыв прихватить из бара виски.

Вечер пролетел молниеносно. Я даже не заметил, как Анна досмотрела фильм, приняла ванну и легла спать. Белый край одеяла выделялся на её округлом, загорелом плече. Мне вдруг захотелось прикоснуться к гладкой коже, разбудить. Но я себя остановил. Всё это – ножки, плечи, губы – нравилось мне. Но она была права, искра давно пропала. И, казалось, что уже никогда ничего не изменится. Как же я ошибался…

Влив в себя остатки виски, я вышел на балкон. Окинул взглядом тёмное полотно моря, корабли на рейде, огни города, яхтенную марину. Когда-то я смотрел на это с восторгом.

А теперь?

Я заставил себя вдохнуть глубже. Всё нормально. Я устал. Ничего нового. Пару дней, и всё вернётся на круги своя.

Внизу вспыхнул свет фонарей. Где-то в ночи мелькнула белая птица, наверное, чайка. Я задержал взгляд. Какое ей дело, куда лететь?

Отвёл глаза и потянулся за следующей бутылкой.

Это нормально при моем графике. Просто я слишком долго к этому шёл. Но осталось немного, выдержать завтра всего несколько умных разговоров, лживых улыбок нужным людям – и тендер будет моим. А сейчас мне нужно отдохнуть. Я ведь живой. Но будет новый день и я соберусь. Ведь я мужчина, я должен.

Такие мысли я позволяю себе, только оставшись наедине с собой. Хотя, если поразмыслить, мы живём в мире, где одному можно остаться только в глухом лесу, в открытом море или на необитаемом острове. Всё остальное время нас окружают люди, большинство из которых мы не замечаем: обслуживающий персонал, курьеры, продавцы, прохожие, соседи. И даже ночами вездесущая «Алиса» слушает то, что мы во сне бормочим себе под нос. И всё вокруг требует от тебя выполнения целей, действий, развития, достижений, успеха. Жизнь движется на скорости света, и не попадать в её ритм ты просто не имеешь права. Ты не можешь уставать, не можешь отказаться от обязательств, не можешь просрать свой успех и уж тем более не добиться его. Даже ты сам не разрешаешь себе мысли о полноценном отдыхе, не позволяешь отключиться ото всего и просто выдохнуть. Я точно себе этого не позволял. Передохнуть? Да, можно. Но так, чтобы это не повлекло за собой финансовые и бизнес-потери. Я молод, полон сил, у меня есть цели и все возможности для их достижения. Не время наматывать сопли на кулак, нужно действовать.

Завтра всё пройдёт как по маслу. Иначе и быть не может. Я ведь не зря вложился, верно?

Под будущий тендер уже было закуплено оборудование на заёмные (и немалые!) деньги. Я заключил договоры с партнёрами, они ждут оплаты в чёткие сроки. Ответственность была серьёзная, и я почти физически чувствовал, как она давила, ложилась плитой на плечи.

Ставки слишком высоки, чтобы задумываться о чём-то ещё.

Я сделал очередной глоток, чтобы прогнать сомнения. Их не должно быть! Все вокруг делают карьеры, гребут, как на галерах, до вздутия жил на шее. И я грести не против, старался изо всех сил, чтобы обогнать других. Уже завтра вечером я должен был выйти на этот балкон с другим чувством. С ощущением вновь выигранной гонки.

У меня нет права на сомнения. Нет права на усталость.

В этом мире нет пауз. Есть только движение. Либо ты плывёшь, либо тебя к чертям уносит течением.