- -
- 100%
- +
Тишина. Пустота. Пыль, медленно оседающая на останках Железного Стража. Я лежал на холодном камне и наслаждался моментом. Я был цел. Я был жив. Я был Слизнюк П.У. 4.1! Победитель! Хозяин этих руин! Немного… одинокий хозяин, но это детали.
Моё свежее [Чутьё на Сокровища] успокоилось, удовлетворённо урча где-то в моих недрах. Главный металлический источник был благополучно переварен. Но теперь оно улавливало другой, более тонкий сигнал. Не металл, не камень. Что-то… древнее, древесное и слабо-магическое. Сигнал шёл от груды щебня в дальнем углу зала.
«Ну, – подумал я. – Раз уж я тут главный, надо провести инвентаризацию».
Я лениво перетёк к груде и начал расталкивать камни. Процесс был медитативным. Под слоем пыли и обломков я обнаружил то, что выглядело как старый, полуистлевший посох. Дерево было тёмным, потрескавшимся, но на ощупь… тёплым. И тот самый магический след вёл именно к нему.
«Выбросили, значит, – философски поразмышлял я. – Никому не нужная палка. Ну что ж, не пропадать же добру».
Я привычным движением обволок его своим телом, готовясь к поглощению. Возможно, получу навык [Гниение] или [Ускоренное Разложение]. Не фонтан, но тоже что-то.
И тут в моей голове, яснее ясного, раздался голос. Тонкий, дребезжащий и исполненный такого возмущения, что я едва не отпрыгнул.
«А ну прекрати эту вакханалию! Отстань от моего тела, ты… ты желеобразный неуч!»
Я замер. Палка… говорит? Я медленно отодвинулся, оставив на древке блестящий слизистый след.
«И вытри за собой! – продолжал возмущаться голос. – Я тебе не пол для швабры!»
«Э-э… кто ты?» – осторожно мысленно спросил я, на всякий случай.
«Я? – голос в моей голове вознесся до трагических высот. – Я – Древний Дух Древесины, заточенный в этом посохе! Ну, или почти Древний. Немного Древний. Ладно, просто Дух, но это не важно! А ты кто такой, чтобы меня прямиком в желудок отправлять?»
«Слизнюк, – скромно представился я. – Меня так и зовут».
Посох, который, как я теперь понял, был самим Духом, фыркнул. «Слизнюк? Без фантазии. Меня зовут Шептун. И я тебе не еда».
«Я уже понял, – поспешил я успокоить его. – Извини. Я просто… привык всё пробовать на зуб».
«Вижу, вижу, – проворчал Шептун. – Весь в царапинах и вмятинах. Железо жуёшь, а? Примитивно. Хотя… – в его голосе послышалась заинтересованность. – Ты того Железного Увальня победил?»
«Если ты про того, в доспехах, то да. Я его… съел».
Шептун громко рассмеялся, и его смех напоминал треск сухих веток. «Вот это да! Не ожидал от слизи. Он тут сто лет сидел, всем мозги выносил. Молодец, что разобрался. Значит, ты не так прост».
Лесть подействовала. Я скромно выпустил пузырь.
«Так что, – продолжил Шептун, – теперь ты тут главный?»
«Пока что да».
«Отлично! Значит, можешь мне помочь. Тащи меня отсюда. Лежать под камнями – не самое достойное занятие для Духа моего ранга».
Я без особого энтузиазма обволок его своим телом, но на сей раз не для еды, а чтобы стащить с груды булыжников. Посох был лёгким.
«И куда тебя?» – спросил я.
«Куда-нибудь, где посуше. И где можно будет наставить тебя на путь истинный. Смотрю я на тебя – сила есть, а ума… ну, ты понял. Нужен тебе мудрый наставник».
Я бы поспорил, но, по правде говоря, идея не казалась такой уж плохой. Одинокое выживание – это скучно. А с ворчливым, но, видимо, знающим собеседником – веселее.
Я притащил его к своему импровизированному «ложу» – относительно сухому месту у стены, где не капала вода.
«Так-то лучше, – буркнул Шептун. – Теперь слушай сюда, мой юный протеже. Ты думаешь, победив одного ржавого болвана, ты стал королём подземелья? Фиг ты! Тут, в нижних ярусах, есть вещи и пострашнее».
«Например?» – насторожился я.
«Например, Грибной Таращур. Гриб, который ходит и пытается всё поглотить. Звучит знакомо? Или Стая Кристальных Пауков. Их паутина режет сталь. А ещё…»
Он продолжил перечислять местные ужасы, а я потихоньку жалел, что спросил. Мой канализационный рай внезапно показался филиалом ада.
«… так что, – подытожил Шептун, – тебе ещё рано расслабляться. Но не бойся! С моими знаниями и твоей… э-э… уникальной диетой, мы дадим им всем жару! Завтра на рассвете начнём твоё обучение!»
«В подземелье нет рассвета», – уныло заметил я.
«Неважно! Я скажу, когда вставать! А теперь не мешай, я спать буду. Столько лет под камнями – заслужил отдых».
Его «голос» в моей голове стих, оставив меня наедине с моими мыслями. Итак, у меня теперь есть попутчик. Ворчливый, заносчивый и, кажется, слегка сумасшедший. Но он знает эти туннели. И он, в отличие от крыс, разговаривает.
Я посмотрел на посох, мирно лежащий у стены. Быть может, одиночество и не самая плохая участь. Но с появлением Шептуна стало ясно одно – скучно мне точно не будет.
«Эй, Слизнюк, – его голос снова прозвучал у меня в голове, уже сонный. – И выключи свой свет. Спать при таком невозможно…»
Я сгрёбшись в тёмный, не светящийся комок. Приключения продолжались. И, кажется, они стали гораздо болтливее.
Глава 5
Глава 5. Ускоренный курс выживания от ворчуна, или Как я чуть не стал удобрением для гриба
«ПОДЪЁМ, ЛЕНТЯЙ! СОЛНЦЕ УЖЕ В ЗЕНИТЕ! ВСЯ ТВОЯ ЖИЗНЬ ПРОХОДИТЬ МИМО!»
Мысленный рёв в моей голове был сродни удару молотком по затылку. Я дёрнулся, бессознательно приняв оборонительную позу – растёкшись в лепёшку.
«Где? Что? Кто?» – замигал я, пытаясь понять, откуда исходит угроза.
«Угроза – это твоё непробудное ничегонеделание! – протрубил Шептун. – Прошла целая ночь! Двенадцать часов! Целая вечность! А ты всё валяешься, как мешок с… ну, со слизью!»
Я медленно собрался обратно в комок. «Я отдыхал после вчерашней битвы. Это называется – восстановление сил».
«Восстановление? – фыркнул посох. – Ты не эльфийский принц, чтобы восстанавливаться! Ты слизень! Ты должен быть всегда в движении, всегда в поиске, всегда на грани! А то, что ты делаешь, называется – лень. И с этим мы будем бороться. Жестоко. Немедленно вставай и сделай десять… э-э… перетеканий!»
Так началось моё первое утро под началом Духа Древесины. Оказалось, что он не только ворчун, но и прирождённый деспот.
После утренней «зарядки», которая свелась к тому, что я ползал по кругу, пока Шептун не решил, что я «достаточно разогрелся», началась теоретическая часть.
«Так, слушай сюда, – начал он лекцию. – Твоя тактика «съесть всё, что плохо лежит» – это не тактика, а рецепт пищевого отравления. Мало ли что ты проглотишь! Нужен системный подход!»
«Например?»
«Например, сегодня наша цель – Старый Колодец. Там, по слухам, завалялась пара интересных артефактов после набега какого-то незадачливого отряда искателей приключений».
«А что за артефакты?»
«Какая разница? Главное – артефакты! – возбуждённо сказал Шептун. – Может, волшебный плащ. Может, зачарованный кинжал. А может… – он понизил «голос». – Говорят, там была Золотая Мухобойка Невероятной Мощи».
Я выпустил скептический пузырь. «Золотая мухобойка?»
«Ты не смейся! – обиделся Шептун. – В умелых руках и мухобойка – грозное оружие! Ну, так что, поползли, аметист мой блестящий?»
Дорога до Колодца была неблизкой и сопровождалась непрерывными комментариями моего «наставника».
«Не туда! Направо! Я же сказал – где растут синие грибы! Нет, не эти! Те, что похожи на уши тролля! Ты что, слепой? А, ну да, у тебя и глаз-то нет… Ладно, ползи за мной, я буду направлять».
«Стой! Видишь трещину в полу? Не лезь в неё! Там гнездо ядовитых змеюк. Их яд даже тебя, железяку, растворит».
«О, смотри! Серебряная монетка! Не ешь её! Она приманка! Рядом ловушка – каменная плита сверху упадёт. Видишь царапины? Это от предыдущих… энтузиастов».
Я невольно поражался. Знания Шептуна о подземелье были поистине энциклопедическими. Он помнил каждую ловушку, каждое гнездо, каждую скользкую плиту. Без него я бы десять раз угодил в беду.
Наконец мы добрались до места. Старый Колодец представлял собой круглую шахту, уходящую в непроглядную темноту. Вокруг валялись обломки снаряжения, скелет в потрёпанных доспехах и… сияющий золотом предмет, лежащий прямо у самого края.
«ВОТ ОНА! – завопил Шептун. – МУХОБОЙКА! Я ЖЕ ГОВОРИЛ! ПОЛЗИ И ЗАБИРАЙ!»
Моё чутьё на сокровища трепетало от восторга. Золото! Настоящее золото! Я уже представлял, как поглощаю его и получаю навык [Невероятное Богатство] или [Ослепительный Блеск].
Я начал медленно подползать к краю, как вдруг Шептун снова крикнул: «СТОЙ!»
Я замер. «Что такое?»
«Слишком просто, – настороженно сказал Дух. – Не может быть, чтобы её просто так оставили. Дай-ка я присмотрюсь…»
Я терпеливо ждал, пока могучий Дух Древесины изучал ситуацию.
«Ага! – наконец торжествующе произнёс он. – Видишь едва заметную ниточку, натянутую над мухобойкой?»
Я присмотрелся. Действительно, чуть выше золотого предмета висела тонкая, почти невидимая паутинка.
«Это не паутинка! – пояснил Шептун. – Это волос из бороды гнома-ловушкомета. Настоящий раритет! Дёрнешь мухобойку – и с потолка свалится что-нибудь малоприятное. Скорее всего, бочка с кислотой».
«И что делать?» – спросил я.
«Обойти, конечно! Ты же не идиот, чтобы лезть в ловушку в лоб! Попробуй подобраться с другой стороны».
Я пополз в обход, стараясь держаться подальше от злополучной мухобойки. И тут моё тело вдруг бесконтрольно дёрнулось и потащило меня прямиком к заветному золоту.
«Эй! – закричал я мысленно. – Что происходит? Я же не хочу туда ползти!»
«Ах ты жадная железяка! – взревел Шептун. – Это твой навык [Чутьё на Сокровища]! Он сработал на полную мощность и пересилил твою волю! Остановись! ДУРАК! ОСТАНОВИСЬ!»
Но было поздно. Моё тело, ведомое слепой жаждой наживы, уже переползло через гномью нить.
Раздался щелчок.
Я замер, ожидая, что на меня с грохотом обрушится бочка с кислотой. Но ничего не произошло. Только где-то вдалеке послышалось лёгкое шуршание.
«Фух, – выдохнул я. – Пронесло».
«НЕТ! – завопил Шептун. – Это не пронесло! Это сработала ДРУГАЯ ловушка! Ты активировал сигнализацию! Беги! БЕГИ ОТСЮДА!»
Я схватил Шептуна, обволок его слизью и рванул прочь от Колодца. Но было поздно.
Из бокового туннеля выползло… ОНО.
Это был гриб. Огромный, в человеческий рост, на толстых, мускулистых ножках. Его шляпка была покрыта узором, напоминающим злобное лицо, а из-под неё свисали длинные, липкие щупальца.
Внимание!
Обнаружен босс подземелья: [Грибной Таращур]
П.У.: 12
Опасность: ВЫСОКАЯ
Особенность: Поглощает всё органическое. Выглядит вполне органическим.
«Вот чёрт, – пробормотал Шептун. – Это он. Беги, Слизнюк! Беги, как никогда раньше!»
Я и не думал спорить. Я рванул в противоположную сторону, перетекал по туннелям с такой скоростью, на какую только был способен. Но Грибной Таращур не отставал. Он бежал удивительно быстро для гриба, при этом громко чавкая и издавая звуки, похожие на слюнявое хихиканье.
«Он хочет меня съесть! – паниковал я. – Но я же не органический! Я… я слизь!»
«А он разбирается? – кричал Шептун, подскакивая у меня в «руке». – Он видит что-то тёплое и двигающееся – и хочет это поглотить! Беги, я сказал!»
Мы неслись по лабиринту туннелей. Я сворачивал за углы, пролезал в щели, но Таращур везде находил меня. Он то отставал, то появлялся снова, вырастая прямо из стен, словно грибница.
«Он везде! – вопил я. – Как от него убежать?»
«Нужно найти что-то, что его отпугнёт! – советовал Шептун. – Огонь! Или сильный холод! Или… знаешь, просто продолжай бежать!»
В отчаянии я нырнул в узкий проход, который, как мне показалось, вёл наверх. Но это была тупиковая шахта, заваленная камнями. Пути к отступлению не было.
Таращур медленно вполз в проход, заполняя его собой. Его щупальца потянулись ко мне, капая едкой слизью.
«Вот и всё, – мрачно сказал Шептун. – Концы в воду. Было приятно с тобой познакомиться, Слизнюк. Хотя и недолго».
Я отступал, пока не упёрся в стену. Передо мной чавкал гигантский гриб, жаждущий моей слизистой сущности. И тут в голове у меня что-то щёлкнуло.
«Шептун! – крикнул я. – Ты же Дух Древесины! Ты можешь с ним поговорить? Уговори его не есть нас!»
«Что? – возмутился посох. – Я не психолог для грибов! Да он даже не разумный! Он – инстинкт в образе гриба!»
«Попробуй!»
Шептун фыркнул, но подчинился. Я ощутил, как он испускает слабые, успокаивающие импульсы в сторону Таращура.
«Э-э… здравствуй, великий… гриб, – начал Шептун. – Мы, э-э… случайно забрели на твою территорию. Мы не хотели тебя беспокоить. Мы просто уйдём, и никто не пострадает…»
Таращур на секунду замер, его щупальца замедлились. Казалось, он прислушивается.
«Работает! – обрадовался я. – Продолжай!»
«Мы… мы даже подарок тебе принесли! – продолжил Шептун, отчаянно импровизируя. – Вот, смотри… э-э… прекрасный, блестящий камень!»
Я, понимая намёк, выплюнул одну из медных монет, что поглотил ранее. Монетка покатилась по полу и зазвенела у ножки гриба.
Таращур наклонился, изучая монетку. Затем одним из щупалец поднял её и… запихнул в отверстие, похожее на рот.
Наступила тишина. Мы замерли в ожидании.
И тогда Таращур издал громкое, недовольное УРЧАНИЕ. Очевидно, медная монета не пришлась ему по вкусу. Он снова уставился на нас, и в его «взгляде» читалась уже не просто жажда поглощения, а личная обида.
«Вот блин, – пробормотал Шептун. – Кажется, мы его ещё сильнее разозлили».
Таращур с рёвом рванул вперёд. В последнем отчаянном порыве я сжался в тугой комок и выстрелил в него всем, чем мог – шипами, слизью, даже парой несваренных железных опилок.
Но это было как комариный укус для слона. Щупальца обволокли меня, подняли в воздух и понесли ко рту. Я видел приближающуюся тёмную, пахнущую гнилью пасть.
«Прощай, Шептун, – прошептал я. – Жаль, что наше знакомство было таким коротким».
«ДУРАК! – вдруг закричал посох. – ЕГО ШЛЯПКА! СТРЕЛЯЙ В ШЛЯПКУ! В ЦЕНТР УЗОРА!»
Времени на раздумья не было. Я из последних сил выстрелил своим самым большим и острым шипом, на создание которого потратил весь запас твёрдости. Шип вонзился точно в центр злобной рожицы на шляпке Таращура.
Раздался оглушительный, пронзительный визг. Гриб затрясся, его щупальца разжались, и я с грохотом упал на пол. Таращур метнулся назад, бился о стены, с воплями катился по туннелю и в конце концов скрылся в темноте, оставив за собой вонючий след.
Я лежал на камнях, тяжело «дыша». Я был цел. Снова.
«Фух, – произнёс Шептун. – Выкрутились. Ну что, проняло его, а?»
«Что… что это было?» – спросил я, придя в себя.
«Слабое место, – пояснил Дух. – У всех есть слабое место. Даже у гигантских людоедских грибов. Запомни этот урок, слизняк: всегда ищи слабое место. А теперь давай выбираться отсюда, пока он не вернулся с подкреплением».
Мы медленно поползли обратно, в наш зал. Золотая мухобойка так и осталась лежать у Колодца.
«Знаешь, – сказал я Шептуну, когда мы уже были в относительной безопасности. – А ведь ты неплохой наставник. Невыносимый, заносчивый, но… неплохой».
«Да? – в голосе Шептуна послышалась редкая мягкость. – Ну, ты тоже неплохой ученик. Жадный, импульсивный, но… способный. Может, из тебя ещё что-то и выйдет».
Я выпустил небольшой, усталый пузырь. Сегодняшний день был насыщен событиями. Я чуть не стал обедом для гриба, но зато узнал о слабых местах и о том, что мой попутчик – не такой уж и плохой товарищ.
Я мысленно пообещал постараться. Но, зная мою удачу, это обещание было не таким уж надёжным.
Глава 6
Глава 6. Дело о пропавшем щите, или Слизень в роли детектива
«НЕВОЗМОЖНО! НЕПОНЯТНО! НЕПРИЕМЛЕМО!» – мысленный рёв Шептуна был таким громким, что по стенам нашего зала поползли трещины. Ну, или мне так показалось.
Я лениво перевернулся на другой, более сухой бок. «Что случилось на этот раз? Таращур снова на пороге?»
«Хуже! – трагически произнёс Дух. – Пропал мой любимый камень для медитации! Идеально гладкий, с прожилками! Я его на прошлой неделе уронил где-то у восточной стены!»
Я выпустил пузырь, выражавший всю глубину моего безразличия. «Ужас. Трагедия. Как ты теперь будешь медитировать?»
«Не смейся! Без него мои вибрации рассинхронизируются! Я буду ворчать не в такт! Это катастрофа вселенского масштаба!»
Так началось утро. После бегства от Таращура мы пару дней отсиживались в зале, зализывая раны. Я переваривал полученный опыт и несколько найденных железных гвоздей, а Шептун тем временем успел не только разбросать свои немногочисленные пожитки по всему залу, но и благополучно их растерять.
«Ладно, ладно, – сдался я под его непрекращающийся мысленный вопль. – Я помогу тебе найти твой драгоценный булыжник. У меня же есть чутьё».
«Чутьё? – фыркнул Шептун. – То, что на мухобойку сработало? Спасибо, не надо. Лучше обыщем зал по старинке. Внимательно и методично».
Методичность Шептуна заключалась в том, что он лежал на своём месте и командовал: «Поползи налево! Нет, не туда! Там уже искал! Направо! Видишь ту тень? Иди в ту тень и посмотри!»
После часа бесплодных поисков я наконец взбунтовался. «Знаешь что? Я лучше послушаю своё ненадёжное чутьё».
Я отполз на центр зала, закрыл несуществующие глаза и сосредоточился. Я отфильтровывал сигналы от металла, от магии, от всего… и пытался найти что-то, что просто «камень». Это оказалось на удивление сложно. В конце концов, я уловил очень слабый, едва заметный отклик. Откуда-то сверху.
Я подполз к стене и «посмотрел» наверх. Высоко под потолком, в нише, виднелся какой-то округлый предмет.
«Вот же он! – сказал я Шептуну. – Твой камень. Наверху».
Шептун «посмотрел» туда же. «Отлично! Принеси его!»
Я помолчал. «А ты в курсе, что я – слизень? У меня нет ни рук, ни ног, ни верёвки, ни лестницы. Я не умею лазать по вертикальным стенам».
«Бедолага, – съязвил Шептун. – А на кого ты тогда учился? Развивайся! Ищи решение! Может, попробуешь выстрелить в него слизью и сбить?»
Я прицелился и выплюнул комок слизи. Промах. Ещё один. Снова мимо. Десятая попытка – и комок шлёпнулся в двух сантиметрах от камня.
«Хватит! – завопил Шептун. – Ты его сейчас завалишь в какую-нибудь щель, и я его никогда не найду! Думай иначе!»
Я «сел» и начал думать. И тут меня осенило. Я подполз к груде мусора, оставшейся от Стража, и нашёл несколько длинных, относительно прямых железных прутьев. Затем я начал их… поглощать. Но не полностью, а вытягивая из себя обратно, стараясь придать им форму.
Поздравляем!
Вы интуитивно использовали навык: [Формование Металла]!
Эффект: Вы можете изменять форму поглощённого металла.
Ваш П.У. повышен до 6.1!
Это было невероятно сложно. Представьте, что вы пытаетесь лепить скульптуру из теста, но тесто – это ваша собственная плоть, смешанная с железом. Но через полчаса мучений у меня получилось нечто, отдалённо напоминающее длинный шест с крюком на конце.
«Браво! – прокомментировал Шептун. – На безрыбье и рак – рыба, а на безручье и слизень – кузнец. Теперь пробуй!»
Я подполз к стене и начал неуклюже орудовать своим творением. Сбить камень не получалось – он лежал в глубокой нише. Пришлось пытаться его зацепить. После десятка попыток крюк всё же зацепился за камень, и я осторожно стащил его вниз.
Камень с грохотом упал на пол. Он и правда был красив – чёрный, блестящий, с серебристыми прожилками.
«МОЙ ПРЕЛЕСТНЫЙ! – просигналил Шептун, и в его «голосе» послышались нотки умиления. – Наконец-то! Тащи его сюда!»
Я прикатил камень к посоху. Шептун прикоснулся к нему своим древком, и камень на мгновение вспыхнул мягким светом.
«Вот теперь порядок, – с удовлетворением сказал Дух. – Вибрации стабилизировались. Я снова в форме!»
«Рад за тебя, – проворчал я, чувствуя, как от напряжения у меня сводит всё тело. – Может, теперь можно отдохнуть?»
«Отдохнуть? – возмутился Шептун. – После такой разминки? Ты только вошёл во вкус! Теперь мы будем тренироваться!»
Следующие несколько часов стали для меня адом. Шептун заставил меня с помощью моего нового шеста таскать по залу камни разного размера, строить из них пирамиды, а потом разбирать их. Он называл это «упражнениями на точность и координацию».
«Не тащи, а КАЧАЙ! – командовал он. – Чувствуй инерцию! Представляй себя мастером кунг-фу, владеющим шестом!»
«Я – слизень с палкой, – уныло ответил я, в очередной раз роняя булыжник себе на… ну, на то, что служило мне ногой. – Это максимум, на что я способен».
«Вот именно! – неожиданно обрадовался Шептун. – Ты начинаешь понимать! Ты – слизень с палкой. Но это не значит, что ты должен быть беспомощным! Это значит, что ты должен быть САМЫМ ОПАСНЫМ слизнем с палкой во всём подземелье! А теперь давай ещё десяток подходов!»
К вечеру я валился с ног. Моё тело ныло, навык [Формование Металла] был полностью истощён, и я мечтал только о том, чтобы меня оставили в покое.
«Ну что, – сказал Шептун, наблюдая, как я безуспешно пытаюсь поднять шест. – На сегодня хватит. Урок усвоен: если не можешь достать что-то силой, достань это хитростью. Или сделай себе палку».
«Глубокомысленно, – пробормотал я. – А нельзя было просто сказать это в начале дня?»
«Нельзя! – весело ответил Шептун. – Теория без практики – мёртва! А теперь спи. Завтра нас ждёт новый вызов».
«И какой?» – с подозрением спросил я.
«Завтра, – таинственно произнёс Шептун, – мы будем учиться… готовить!»
Я выпустил пузырь абсолютного недоумения. «Готовить? У меня нет рук, нет костра, нет посуды! Я питаюсь железом и гнилыми щитами!»
«Вот именно! – сказал Шептун. – А пора бы и кулинарные навыки развивать. Вдруг придётся принимать гостей? Представь, заявится какой-нибудь важный слизень-сановник… а тебе и угостить-то его нечем! Позор!»
Я не нашёл, что ответить на эту безумную логику. Просто свернулся калачиком и попытался заснуть, пока мой «наставник» не придумал что-нибудь ещё более дурацкое.
Гости… Кулинария… Пожалуй, одиночество – это не так уж и плохо.
Глава 7
Глава 7. Кулинарные катастрофы и щипаные уши
«ПРОБУЖДЕНИЕ, КУЛИНАРНЫЙ ГЕНИЙ! СЕГОДНЯ МЫ ТВОРИМ!»
Я чуть не отпрыгнул в сторону, что для слизня является нетривиальной задачей. Шептун стоял (вернее, лежал) в позе полного торжества, а рядом с ним аккуратной кучкой лежали совершенно непонятные предметы.
«Что… что это?» – опасливо поинтересовался я.
«Ингредиенты для нашего первого кулинарного подвига! – возвестил Шептун. – Сегодня мы приготовим… «Железный суп с грибным ароматом»!»
Я выпустил пузырь полного недоумения. «Шептун, я ценю твой энтузиазм, но давай вспомним базовые вещи. У нас нет огня. Нет котла. Нет… вообще ничего, кроме твоего безумия и моей способности переваривать всё подряд».
«Мелкие детали! – отмахнулся Дух. – Ты же не думал, что я предлагаю тебе варить суп на костре? Мы будем использовать твои уникальные… э-э… пищеварительные соки!»
Идея готовить еду в собственном желудке показалась мне настолько абсурдной, что я даже не нашёлся, что ответить.
«Так! – продолжил Шептун, не обращая внимания на мой ступор. – Ингредиент номер один – кусочек ржавого меча для металлической основы!»
Я без особого энтузиазма поглотил указанный кусок железа.
«Ингредиент номер два – щепотка светящегося мха для цвета и лёгкого магического аромата!»
Мох оказался на удивление терпким.
«Ингредиент номер три – капля воды из чистейшей подземной лужи для жидкой фазы!»
Я послушно втянул в себя немного воды.
«А теперь, – скомандовал Шептун, – самое главное! Ты должен всё это перемешать! Аккуратно, круговыми движениями!»
Я попытался. Честно. Я сжимался и разжимался, пытаясь создать внутри себя некое подобие круговорота. Получалось ужасно. Вместо изящного перемешивания я чувствовал, как у меня внутри происходит нечто, напоминающее стиральную машину на максимальных оборотах, загруженную гвоздями и светлячками.