Шёпот болот

Кас осторожно достал револьвер и осмотрел рукоятку. Действительно, на ней красовался упрощенный герб, только с одной полосой под овалом. Металл был грубее, работа менее искусной.

– А сколько, максимум, бывает таких полосок? – задал интересующий его вопрос Кас.

– Я доподлинно знаю, что бывает и четыре, но здесь, на задворках болот, такие диковины я не встречал. Их можно увидеть разве что в столичном Кроатане или в Эпископи. Это главные города страны и опора Инквизиции, первый это столица и крепость, второй же технологический кузнечный центр, а заодно и центральная тюрьма Инквизиции. – Монро протянул Касу смятый кулёк из грубой ткани. – Вот, переоденься, а то все еще похож на заблудившегося землянина.

– Спасибо! – Кас радостно принял связку с улыбкой и сразу стал сбрасывать мокрую одежду. Внутри оказалась вполне добротная, хоть и мешковатая, рубаха, прочные штаны из плотной ткани и потрепанная, но крепкая кожаная куртка без подкладки. Истинное недоумение вызвали длинные подтяжки с металлическими застежками и огромная, потертая шляпа с широкими полями. – Никогда не носил таких шляп… Это здесь обязательный атрибут выживания? – прокомментировал он, примеряя нелепый головной убор.

– Нет, носи, если нравится. А вот с подтяжками у тебя выбора, действительно, нет, поясного ремня в запасе не нашлось, – Монро быстро зацепил кусок прочного брезента за два крючка в переборке, создав на скорую руку что то вроде гамака. – Пользуйся, у тебя есть шанс нормально выспаться. Вон в том кожаном мешке у печки, – Монро указал ногой на небольшой, притороченный рюкзак к стене с черствым хлебом, копченым сыром и полосками вяленого мяса козлятины. – А с утра я научу тебя управлять моей девочкой.

Сбросив неудобную шляпу, Кас немного перекусил соленым сыром и жестким мясом, запивая глотком чистой воды из фляги. Он терпеливо дождался, пока Монро, ворча себе под нос, оттолкнёт катамаран шестом от илистого берега и займёт место у штурвала. Как только лопасти парового двигателя зашлепали по воде, Кас немедля лег в импровизированный гамак. К его удивлению, котел и вращающиеся лопасти катамарана издавали не так уж много шума, как можно было предположить сначала. Глухое гудение машин и ритмичное плесканье воды создавали монотонный белый шум. Под убаюкивающее мерное раскачивание судна на небольшой волне и тепло, идущее от растопленной печки, он быстр погрузился в глубокий сон.

Кас проснулся рано. Тусклый предутренний свет сочился из приоткрытой бойницы, рассеивая полумрак помещения. Его что то резко выдернуло из сна. Прислушавшись, он услышал лишь глухое бульканье работающего котла, но мерный звук вращающихся лопастей катамарана исчез. Он огляделся, Монро не было ни за штурвалом, ни в отсеке. Открытый входной проем явно намекал, куда мог подеваться хозяин судна. Прихватив с собой револьвер и, наскоро накидывая куртку, Кас осторожно выбрался наружу.

На носовой гондоле, неподвижный, как статуя, застыл Монро с длинной, полуметровой латунной подзорной трубой в руках. По всей реке и её низким берегам стелился молочный густой туман, но первые лучи утреннего солнца уже принялись за работу, и он стремительно рассеивался, буквально на глазах, обнажая мрачные очертания деревьев.

– Монро! – Кас громче обычного окликнул напарника, опасаясь спугнуть его концентрацию. – Всё в порядке? Почему мы встали?

– Прямо по курсу засада. Нас уже ждут, – Монро отвечал отрывисто, голос резкий, как щелчок курка. – Придётся принять бой, здесь не отвертеться.

Кас всматривался вперед. Сейчас они стояли недалеко от правого берега. Участок реки здесь был шириной метров в двести, но дальше, по ходу течения, он резко сужался почти до ширины самого катамарана, образуя идеальную бутылочную горловину.

– Видишь сужение? Там, на правом берегу, в укрытии, они и засели. Сейчас я высажусь здесь. Ближе подходить – выдать себя. Твоя задача вести катамаран очень медленно вперед, прямо на них. Их должно быть не меньше пятерки, а то и больше. Мне нужно, чтобы все глаза и стволы были прикованы к тебе.

– Как ты вообще их засек в этом тумане? – Кас скептически всматривался в рассеивающуюся пелену.

– А я и не видел никого. Но кто то из них спугнул целую стаю уток в камышах на том берегу. А банд, числом меньше пяти, я здесь не встречал, одному или двоим не потянуть такое дело.

– Уток могла спугнуть и одна из местных мерзких тварюшек, – заметил Кас.

– Да, конечно, могла и не банда, как ты сказал, – Монро криво улыбнулся, но глаза оставались холодными. – Но проверить надо. К тому же, я обещал дать тебе порулить моей девочкой. Пойдем, покажу рычаги.

Монро ловко нырнул в темный проем, и Кас поспешно последовал за ним. Базовое управление катамараном, действительно, оказалось относительно несложным, главный штурвал и два основных рычага: один для пара, другой для заднего хода. Были и другие маленькие кнопки и рычажки помельче, покрытые пылью, но объяснять их назначение Монро не стал, ограничившись самым необходимым.

– Ну что, понял? Держи курс прямо, тихий ход. А теперь вот возьми эту старушку, – Монро достал из чехла и протянул Касу длинноствольное оружие с прикладом из темного дерева.

– Да это же винтовка системы Шарпа! – У Каса от удивления расширились глаза. – На земле это был восемнадцатый век! А она здесь, как с иголочки!

– Относительно вашего восемнадцатого века, она и есть новая, – усмехнулся Монро. – Ей всего лет тридцать, производство местного арсенала. Патронов, увы, всего семь. Не справишься с музейным экспонатом?

– В руках такую никогда не держал, – признался Кас, с детским восторгом разглядывая блестящий раритет, – но принцип один на всех континентах и мирах, разберусь.

– Вот и ладно, – кивнул Монро, уже подхватывая свой тяжелый арбалет и колчан с болтами. – Тогда занимай пост. Вперед! – И он проворно выбрался наружу.

Кас высунулся вслед из проема. Монро неподвижно простоял на краю гондолы еще секунд десять, пристально всматриваясь в освобождающуюся от тумана гладь воды и берег. Затем, без лишнего шума, спрыгнул в мутную воду. Глубина достигла ему лишь по грудь, не больше метра. Зажав арбалет над головой, Монро медленно, стараясь не поднимать волну, побрел к заросшему берегу. Кас затаил дыхание, выждал еще полную минуту после того, как Монро окончательно скрылся среди прибрежных деревьев. Только тогда он глубоко вдохнул, сжал штурвал и вернулся к управлению судном, медленно включая ход.

Кас плавно опустил левый рычаг на одно деление. Где то в глубине корпуса заурчали механизмы, и лопасти парового двигателя толкнули «Натали» вперед с едва заметным толчком. Кас аккуратно повернул штурвал, стараясь вывести судно на середину реки. Этот маневр мог дать Монро лишь драгоценные секунды дополнительного времени, но, чтобы добраться до засады раньше катамарана, ему пришлось бы двигаться со скоростью оленя. Кас зафиксировал штурвал в нужном положении и принялся проверять оружие. Он, действительно, до этого никогда не держал винтовку Шарпа в руках. Оружие, тяжелое и длинноствольное, было однозарядным, но удивительно сбалансированным и удобным в хвате. Он ловко зарядил патрон в патронник ствола и изготовился к стрельбе, прильнув щекой к прохладному прикладу. Пистолет, полученный от Монро, тоже оказался в боевой готовности. С собственной совестью Кас уже договорился, стрелять первым он не станет, но, если его жизни будет угрожать реальная опасность, пусть пеняют на себя.

Неотрывно Кас следил за рекой и берегами сквозь узкие щели носовых и боковых бойниц. Вот при взгляде на правый берег мелькнула быстрая тень, похожая на призрачный силуэт Монро, которая скользнула между стволов деревьев и зарослей кустов. Но почти сразу он усомнился, не игра ли это напряженного воображения. Может, это была просто движущаяся от ветра тень дерева? Кас глубоко выдохнул, пытаясь унять предательскую дрожь в ладонях, и вновь устремил взгляд вперед.

Река здесь, действительно, резко сузилась. Высокие берега смыкались с обеих сторон, нависая мрачной стеной. Слева непроходимая стена из густого леса. Гигантские деревья росли прямо из воды, их мощные, переплетенные корни обнажались на крутом, осыпающемся откосе. Спутанные кустарники, сломанные ветки и упавшие стволы делали чащу абсолютно непроходимой. Справа же берег был пологим, и наступающие армии камышей захватили полосу шириной метров в двадцать вдоль всей водной грани. Именно из за этих камышовых джунглей река казалась столь узкой, да еще и петляла змеёй. И вот, за очередным плавным поворотом камыши неохотно расступились, уступив небольшой участок суши. Чуть ближе, на отдельной болотной кочке, застыл человек. Кас всмотрелся. Фигура сливалась с пейзажем, как хамелеон. Длинные, грязно серые волосы, сплетенные в десятки тонких, слипшихся от грязи и жира косичек, спадали на заляпанные глиной плечи. Поверх истлевшего плаща на плечи была наброшена грубая шкура неизвестного зверя, лишь кое-как перетянутая гнилой веревкой. Она была пропитана болотной тиной, усеяна мелкими веточками и сухими травинками, впрочем, как и вся остальная одежда незнакомца. Его лицо, измазанное толстым слоем грязи и сажи, лишь подчеркивало это единение с болотом. В руках этот странный тип сжимал многозарядный карабин системы Бертье. Оружие, знакомое Касу по историческим справочникам как атрибут французских колониальных войск конца XIX века. Но здесь и сейчас он выглядел как реликт позапрошлой эпохи. Деревянный приклад рассохся, покрылся глубокими трещинами, местами из него вывалились целые щепки. Темные пятна: то ли засохшая грязь, то ли проржавевшая сталь, покрывали весь ствол и механизмы. И, казалось, только толстая ржавая проволока, туго обмотанная вокруг оружия от приклада до дульного среза, удерживала эту жалкую рухлядь от полного распада на глазах.

– Беатрис! Эй, это ты? – Хриплый голос донесся не от грязного человека, смахивающего на болотную кочку, а чуть поодаль, из за его спины. – Всё идёт по плану? Где хозяин корыта?

Фигура в замызганных брюках и прожжённой жилетке поверх грязной белой рубашки быстро засеменила по узкому природному земляному мостику между стен камышей. Высокий чёрный цилиндр с криво сдвинутыми короткими полями сразу бросился в глаза. Этот карикатурный вид сперва заставил Каса едва сдержать ухмылку. Но мгновение спустя, кольт «Миротворец», молниеносно перекочевавший из кобуры в руку преступника, стер всё веселье с лица Каса.

– Я должен видеть, что это, действительно, ты, – следующие слова прозвучали с отчётливой дрожью в голосе. Мужчина явно нервничал. – Глуши свой чёртов движок и выходи на палубу! Ты как раз к нашему ужину!

Мозг Каса заработал на пределе. Как только они поймут, что Беатрис нет на борту и догадаются, что она мертва, без лишних слов откроют огонь. Но даже если бы она была жива, то эта радужная встреча всё равно сулила бы ему лишь пулю. Бандиты ждали именно её, значит, Монро не ошибся. Их план был убить хозяина, а транспорт и добро присвоить. Люди везде одинаковы, в каком бы мире ты ни оказался. Простота и подлость.

Кас инстинктивно глянул вперед, и в этот момент из мутной воды в двадцати метрах прямо по носу «Натали» всплыл толстый, обросший тиной канат, намертво перегородив реку поперёк. Вниз, вдоль него, спускалась тяжёлая сеть из ржавой проволоки и веревок, под водой она скорее всего крепилась к такому же якорному канату. Ловушка… Он резко дернул рычаг заднего хода. Когда скорость упала до нуля, Кас вырубил двигатель. Лопасти замерли, а с ними и время сжалось в ледяной комок. Бандиты пока не стреляли, но это был вопрос секунд. Единственный шанс – это опередить, стрелять первым. И пусть совесть потом хоть обгрызётся.

– Э-эй! Беатрис уже спит! – Кас крикнул, стараясь копировать грубоватый тон её напарника, его корявый английский ревел над водой. – Не могу её растолкать! Она выпила всё, что горело!

– Это ты, Уэйд? – Голос лидера приближался, сопровождаемый хлюпающими шагами по жиже.

– Да! – выпалил Кас. Значит, так звали напарника Беатрис. Хорошо хотя бы узнать имя своей роли.

– Знаешь что, Уэйд! – голос сорвался в опасную усмешку. – Я тебе не верю.

– Почему? – сердце Каса стучало в висках.

– Потому что эта карликовая медведица могла перепить целую роту солдат и стоять на ногах твёрже скалы! Да и никаких Уэйдов я в её команде не припоминаю!

Раздался грубый, разноголосый смех, хриплый, визгливый, и ещё один, глухой. Шутка пришлась по вкусу. Но Каса пробил леденящий пот. Он отчётливо насчитал не менее четырёх разных голосов. Четверо против одного. Монро не видно, значит, в расчёт не берём. Мысленно он лихорадочно перебирал варианты, двоих видит, человек кочка и шляпа, ещё двое где то в тенях деревьев или камышей. Четыре ствола против одного его револьвера и однозарядной винтовки. Шансы были никакие, но сдаваться было не в его правилах.

– Эх, ребятки, чес слово, – голос из темноты был хриплым, – Вильгельм сел бы сейчас с вами за стол, отпраздновал бы кончину нашей общей знакомой, – Кас даже не сразу понял, что преступник говорил о себе в третьем лице. – В смысле, помянул! Конечно, помянул бы! – слова понеслись быстрее, с фальшивой бравадой. – А она то точно в демоновы когти отправилась? – вопрос сорвался на нервный смешок, тут же перекрытый приглушенным кашлем.

Кас, прильнув к холодной, покрытой конденсатом броне бойницы, сумел разглядеть фигуру, медленно ползущую в кустах сквозь клубы ядовито зеленого тумана, стелющегося над черной водой. Ветка под ногой бандита предательски треснула, мгновенно приковав внимание.

– Но что я скажу Бо, когда он спросит меня, где убийцы его дочери? – Бандит в шляпе с обвислыми полями, из под которой выбивались грязные рыжие патлы, вернул фокус Каса на себя. Он уже почти подошел в упор к облупленному борту катамарана, от которого пахло тиной и машинным маслом, не хватало пары шагов. – Если я не принесу ему ваши головы на блюде, то он возьмёт мою взамен.

Кас резко прижал приклад к плечу, пальцы нащупали холодную скобу курка. Вскинул длинноствольное ружье, взгляды столкнулись. Глаза бандита маленькие, свиные от неожиданности дико расширились. Глухой удар, вспышка, ослепившая на миг, и клубящееся облако едкого сизого дыма. Одновременно с выстрелом бандит с воплем нырнул за ближайшую проржавевшую гондолу катамарана. Еще два выстрела почти слились в грохочущее эхо. Две вспышки, одна ухнула возле деревьев справа, там, где Кас видел ползущего, а вторая просвистела над головой, целились в узкие бойницы судна. Кас, ослепленный дымом, с горьким привкусом пороха на языке, судорожно начал перезарядку. Большим пальцем с силой вытолкнул еще дымящуюся гильзу, пальцы дрожали, нащупывая в подсумке на поясе массивный латунный патрон. Втолкнул его в патронник, больно ударив по затвору ребром ладони. Это заняло секунд пять, но показалось вечностью. Он успел проклясть конструкторов однозарядного оружия, всех их родственников до седьмого колена и даже попугая, который теоретически мог бы быть у внучатой племянницы главного инженера. При перезарядке Кас переместился к массивной, покрытой шестернями и рычагами стене отсека управления, чтобы сократить угол обстрела. За спиной жужжал и подрагивал главный паровой коллектор, обдавая теплом.

Кас снова вскинул ружьё, ища глазами ползущую в кустах тень. Долго искать не пришлось. Человек в плаще из прорезиненной ткани, местами прожженном кислотой, находился там же. Силуэт, укрытый тенями, выступал из за кривого дерева лишь на треть туловища. Склонившись над своим ружьем, человек судорожно дергал рукой, явно пытаясь его отремонтировать ударно ругательным способом. Кажется, Кас даже услышал его тихое, сдавленное: "Чертова железяка!" Выстрел. Оружие плюнула огнем и отдачей, вогнав приклад в уже ноющее плечо. Инерция отбросила тень на землю, где она и осталась лежать. «Эти люди не дали бы мне уйти живым», – Кас повторял эти слова как мантру. Да, он умел стрелять благодаря юношескому увлечению. И, да, так случилось, что он поневоле гражданским попал на войну, видел её ужасы. Но он никогда не был солдатом, никогда не поднимал оружие на человека, не убивал его вот так, видя белки его глаз.

Воцарилась гробовая тишина, нарушаемая только навязчивым шипением пара где то в глубине катамарана, бульканьем воды за бортом и далеким, тоскливым криком неведомой болотной птицы. Кас начал перезаряжать оружие, пальцы липли от пороховой гари и пота, и в этот момент со стороны второго стрелка послышался душераздирающий крик, который затих внезапно, коротким всхлипом. «Выстрелов не было… Арбалет Монро… Тогда двое мертвы, значит, где то еще двое», – подумал Кас и тут же услышал еле уловимый, шаркающий шаг по мокрому металлу в паре метров за спиной. Резко развернулся, но как то неуклюже, на одной ноге, задев коленом выступающий медный рычаг переключения клапанов на пульте. Это его и спасло, он рефлекторно согнулся от боли в колене, и пуля с оглушительным ревом прилетела точно в то место, где только что была его голова, оставив на металле рваную звезду и запах раскаленного железа. Кас уставился в глаза незнакомцу, низкорослому, коренастому, с лицом, изрытым оспинами и следами кислотных ожогов. Человек кочка замер, ошеломленный своим промахом в упор, его дешевый карабин с самодельной проволочной обмоткой дымился в дрожащей руке. Их разделяло чуть более метра, и оружие Каса было пусто. Он инстинктивно попытался нащупать пистолет, но его не было. Ладонь скользнула по влажной коже ремня, наткнулась на холодную рукоять ножа с зубчатым обухом. Кас выхватил его, и с диким, хриплым криком ринулся на бандита. Тот уже лихорадочно передернул затвор и поднимал оружие, когда нож со скользким, противным чвяканьем вошел ему в горло вертикально, по самую рукоять. Кас почувствовал, как лезвие рвет хрящи и мышцы, а тело бандита судорожно дернулось. Он и сам не понимал, почему действовал именно так. Сделав шаг, он оттолкнулся от скользкого пола и всем весом впечатал бандита в стену с грохотом. Тело сползло на колени, а затем тяжело рухнуло лицом вниз в масляную лужу, смешивая кровь с мазутом. Кас стоял, тяжело дыша, и смотрел на растекшуюся черно красную лужу, на свою окровавленную перчатку, сжимающую рукоять ножа, постепенно осознавая содеянное. Одно дело, если ты убил кого то пулей издалека, в полумраке, и совсем другое – вот так, ножом, чувствуя его последний хрип, видя, как гаснет сознание. Запах крови и кишечника перебивал машинное масло.

В проеме справа, бесшумно, как тень, появился Монро. Его длинный арбалет был направлен в темноту за спиной Каса. Холодные глаза мгновенно отсканировали помещение. Два тела, Кас с ножом, кровь и разбитый прибор на пульте.

– Молодец! Я думал всё, кончился Касий! – Голос Монро был хриплым. У него была разодрана штанина от колена до бедра, и темная, почти черная в тусклом свете, кровь пропитала грубую ткань. Вся его левая сторона лица также была испачкана свежей кровью и какими то слизистыми подтеками. Глаза навыкате и та, совершенно нездоровая, оскаленная улыбка напомнили Касу их первую встречу и даже добавили жути.

– Что с тобой там произошло? – спросил Кас, не отрывая взгляда от проема.

– Встретил парочку пёсиков, тех, с которыми ты уже успел побеседовать, – Монро хрипло усмехнулся окровавленными губами. Он задержался в проходе лишь на мгновение.

В этот момент грянул выстрел. Монро мешком ввалился внутрь, с грохотом ударившись плечом о стальную переборку. А на его месте, шагах в пяти, прямо напротив катамарана, Кас увидел уже знакомого бандита в высокой шляпе. Тот ловким, отработанным движением взвел курок своего длинноствольного пистолета и прицелился прямо в лоб Каса. В момент выстрела Кас уже падал на пол катамарана, и пуля пролетела над ним, оставив на противоположной стене рваную отметину. Упав, он огляделся. Монро оказался жив, он с трудом, хватаясь за выступы, отполз от выхода в сторону отсека с двигателем, оставляя за собой жирную кровавую дорожку, и судорожно рылся в разбросанных рюкзаках. Слышалось его прерывистое, хриплое дыхание. Повернув голову в другую сторону, Кас увидел свой пропавший пистолет. Он валялся под массивным, покрытым латунными тумблерами и стрелочными индикаторами пультом управления судном. Вероятно, оружие выпало, когда он ударился ногой. Холодная, знакомая тяжесть в руке заставила хоть немного успокоить дрожащие нервы. Кас аккуратно выглянул в правую бойницу. Стрелок среагировал молниеносно, пуля врезалась в бронированную кромку бойницы с оглушительным звоном и брызгами раскаленного металла так близко к уху, что он опалил кожу. Резко присев обратно, он уловил краем глаза, как Монро с проклятием опускает свой тяжелый арбалет. Почти мгновенно где то за стеной камышей раздался оглушительный взрыв, и катамаран качнуло на волне. А секундой позже оттуда же раздался вопль, полный боли и бессильной ненависти.

– Я перережу сети! – прорычал Монро, внезапно выпрямившись во весь рост и выхватывая из за спины огромное, похожее на тесак мачете с зазубренным обухом. Он буквально вырос перед Касом. Стоял, залитый кровью, бледный, как мел, но невероятно собранный, как будто не замечал ран, включая пугающую, сочащуюся розовой пеной дыру от пули в верхней правой части груди. – Будь готов дать полный ход, как только я махну рукой! – выдохнул он, впиваясь в Каса взглядом, в котором смешались боль, ярость и железная воля. Дождался кивка и, не колеблясь, прыгнул за борт, с глухим всплеском шлепнувшись в черную воду.

Кас швырнул себя к штурвалу и занял позицию у ближайшей бойницы справа от него, не сводя глаз с берега, где скрылся Монро. Тот не торопился, двигался тихо, только легкое колыхание камышей выдавало его путь. Сделав небольшой крюк, он обошел открытый участок берега и уже подбирался к видимым у воды толстым, переплетенным стальным канатам сети, как в этот момент с противоположного берега, из густой тени вековых деревьев раздалось сразу три выстрела, один за другим. Резкие, сухие щелчки винтовочных затворов подтвердили, что они принадлежали разным винтовкам. Ледяная волна страха прокатилась по спине Каса, их шансы выжить резко сократились. Монро даже не вскрикнул, просто перекатом с отчаянной ловкостью ушел с линии огня и устремился обратно к катамарану, прижимаясь к земле. Кас, не раздумывая, сделал три слепых выстрела в сторону невидимых бандитов. Попасть он не рассчитывал, потому берег был слишком далеко и был затянут дымкой и густым подлеском. Главное, напугать, заставить залечь, выиграть секунды. То ли у него получилось, то ли преступники оказались не такими расторопными и меткими, как почивший ныне Вильгельм. Но Монро с последним усилием добрался до катамарана и втянулся внутрь до того, как невидимые стрелки сумели перезарядиться и выстрелить снова. Кас отшвырнул ружье и обернулся к Монро, присев рядом.

– Ты как, жив? – голос Каса срывался. Монро тяжело облокотился на бронированную стенку катамарана спиной и медленно сползал на корточки. Кас с ужасом разглядел новый, зияющий след от попадания пули выше колена на правом бедре. Кровь хлестала густой струей, пропитывая штанину. Он, пригибаясь, подскочил к раненому.

– Если сумеем прорваться и дотянем до дома, то еще поживу, – прохрипел Монро. Его веки тяжело опускались. – Но их осталось минимум ещё трое. Нечего и думать о том, чтобы с ними справиться, не в таком состоянии. Жаль, что я не дотянулся до сети. Нужно срубить хотя бы один верхний канат. Тогда… тогда есть шанс прорваться. – Он замолчал, его голова упала на грудь, дыхание стало поверхностным и частым, как у загнанного зверя.

Кас на мгновение задумался, машинально повернув голову к бойнице, из которой только что стрелял. Его взгляд скользнул по стальной балке, зацепился за массивный механизм гарпунной пушки и остановился на остром, серповидном наконечнике снаряда.

– Монро, гарпунная пушка на ходу?

– Работает, как часы. Я перед каждым выходом её проверяю, как и всю свою «девочку». Каждый винтик.

– Эх, всегда мечтал пострелять из такой штуки, – Кас мечтательно улыбнулся. – До дерева, к которому привязана сеть, метров пятнадцать. Тут и слепой не промахнётся.

– Вот только пуля быстрее гарпунного троса. Вылезешь – и ты как на ладони. «Тут и слепой не промахнётся», – передразнил его Монро, но в его голосе промелькнула задумчивость.

Пока Кас щупал пальцами последние патроны для своего пистолета, Монро резко вскочил на ноги и, пригнувшись, рванул к своим замызганным мешкам.

– Ага, вот же ты, – пробормотал он себе под нос, нащупывая что то в глубине рюкзака. Он спокойным, почти развязным шагом подошёл к передней бойнице, ловко выдернул чеку дымовой шашки и, не целясь, швырнул её на левую гондолу.

Кас сперва опешил, не понимая замысла своего напарника. Что то глухо звякнуло по броне, и из шашки повалил густой, удушливый дым химической гари. Через несколько секунд сплошная молочно белая пелена полностью скрыла носовую палубу и гарпунную установку от глаз бандитов.

– Чего застыл, как вкопанный? – рявкнул Монро, не оборачиваясь. – Делай, что задумал! Смотри, только не облажайся!