Тертый калач

– Слышу. – Князев думал, что речь пойдет о традиционном «подбрось немного, не хватает», но речь пошла о другом.

– Тут братва говорит, что ты герой. И я так думаю. – Малоопрятный тип выставил руку.

Пришлось пожимать его не совсем чистую пятерню. Игнорировать приставалу Богдан не стал. Все-таки они были шапочно знакомы, иногда малоопрятный принимал участие в разговорах возле «Вечернего огонька».

– С чего ты взял?

– Говорят. Может, потянешь? – Молодой, но успевший опуститься мужчина отвел полу куртки, из внутреннего кармана торчало горлышко початой бутылки водки.

– Я с утра не пью. Извини. Спешу. – Богдан двинулся к двери универсама.

– Какое ж это утро? – удивленно спросил тип. – Третий час.

– И днем не пью, – бросил через плечо Князев, заходя в магазин.

Долго не выбирал, чего бы взять. Большая бутылка водки, литровый пакет томатного сока, вяленое мясо, хлеб и пара помидоров. Вполне достаточно, чтобы культурно посидеть с приятелем, которого давно не видал, и вернуться к вечеру домой.

Полупустая старая электричка раскачивалась, унося Князева из города. Пассажиры косились на странного мужчину в лыжной шапке.

Состав прогрохотал через мостик и замер на дачной станции. Петр, одетый в выцветший камуфляж, замахал руками над головой, заметив выходящего из вагона Богдана.

Пока Князев шел к нему, в памяти промелькнуло многое из прошлой армейской жизни. Вспомнилось и то, как лейтенант Выгодин пришел на помощь взводу Богдана, когда тот попал в ущелье в засаду. Да, были моменты, когда лейтенант спасал жизнь прапорщику, и наоборот.

Приятели обнялись, отстранились, разглядывая друг друга. Выгодин выглядел не лучшим образом. Было заметно, что он пьет, хотя и не напропалую. Щеки покрывала недельная щетина. Лицо загорелое – сразу понятно, много времени проводит на свежем воздухе.

– Ну как ты? – спросил Петр.

– Нормально. Охранником работаю, – ответил Богдан. – А ты?

– Потихоньку, – не стал сильно распространяться о своем сегодняшнем положении Выгодин. – Пошли.

Основная часть пассажиров уже покинула платформу. Фигурки людей маячили впереди на неширокой заасфальтированной дороге, идущей через лес. Повсюду виднелись указатели. Дачный кооператив такой-то, садовое товарищество, детский оздоровительный лагерь, санаторий…

– Сюда сворачиваем, – Петр показал на тропинку, уходящую в лес.

Вскоре они уже шли по дачному кооперативу. Народа было немного – будний день.

– Вот и пришли, – Выгодин толкнул полусгнившую калитку.

На участке в четыре сотки стоял щитовой домик. Трава была выкошена только в одном месте – возле крыльца. На газоне белели пластиковый стол и пара пластиковых кресел.

– Думаю, на улице посидеть лучше, чем в доме, – сказал Выгодин, глядя на то, как гость выставляет на стол принесенное с собой. – Сейчас накрою.

Петр скрылся в домике, зазвенел посудой. Богдан прошелся по участку. Грядки заросли, в этом году, скорее всего, на них ничего не сажали. Деревья запущены. Из крон тут и там торчали сухие ветки. За домиком оказалась жестяная бочка, наполненная пустыми бутылками. Князеву стало неловко, словно, он специально высматривает проблемы в быту своего приятеля.

Выгодин вернулся с тарелками, рюмками, стаканами.

– Подержи, – попросил он Богдана, передавая ему посуду.

Сам снял со стола бутылку, сок, мясо и постелил клеенчатую скатерть. Лишь после этого начал сервировку.

– Без скатерти пить – это пьянка, а не культурное мероприятие, – пояснил бывший лейтенант ВДВ. – Что это ты шапку лыжную надел? Не сезон вроде.

– Голова забинтована, – Князев стянул шапку, продемонстрировал бинты.

– Погоди надевать. Ты в шапке на клоуна смахиваешь. Без обид. Сейчас что-нибудь придумаем.

Петр снова скрылся в доме, вышел и протянул Богдану квадратный кусок камуфляжной материи.

– Повяжи как бандану, – посоветовал он.

Князев завязал камуфляжную бандану, посмотрел на свое отражение в расколотом зеркале, прикрепленном к стене дома.

– Ну вот. Теперь стильно смотришься, – определил Петр. – Самое худшее, что о тебе подумают, будто ты лысеть начал и лысины своей стесняешься.

– Морда у меня еще та, – признался Богдан. – Синяк под глазом, царапины.

– Шрам на роже для мужчин всего дороже. Кто разливать будет?

– Каждый себе, – Богдан придвинул к себе стакан и стал готовить свой излюбленный напиток «Кровавая Мери». Наливал водку и томатный сок слоями, пользуясь для стока ножом. Слои получались ровные, не смешивались.

– Ну за встречу, – предложил незамысловатый тост Князев, когда Петр налил себе водку в рюмку.

Чокнулись, выпили.

– Ну как ты по жизни? – спросил Богдан.

– Как видишь, живу на родительской даче. Квартиру жене оставил.

– Развелся, значит?

– Она развелась, – махнул рукой Выгодин. – Другого себе нашла.

– Обычная история. Где работаешь?

– Тут и работаю, – Выгодин повел рукой вокруг себя.

– Не видно плодов усилий, – Князев прошелся взглядом по заросшему газону.

– Я по всему дачному массиву работаю, – вздохнул Петр. – Стариков много. Кому надо куст выкопать, яблоню выкорчевать, забор подремонтировать… Работы хватает. Некоторые бутылкой, продуктами расплачиваются, я не спорю, но в основном живыми деньгами. С этого и живу.

– Это пока лето на дворе. А зимой, когда дачи опустеют, чем займешься?

– Найду, чем. Ты не смотри, что я небритый. Не опускаюсь.

– Побриться и за пять минут можно. Не проблема, – согласился Князев.

Петр налил еще. Предложил выпить за Князева персонально.

– Чего я такого сделал? – спросил Богдан.

– Ты людей спас.

– А ты бы на моем месте что делал? Тоже спасал бы.

Прежде чем выпить, Выгодин сбегал в дом и вернулся с планшетником, принялся двигать пальцем по экрану.

– У нас здесь во всем дачном массиве халявный Wi-Fi работает, – объяснял он. – Вот, смотри.

Планшетник Петр прислонил к бутылке так, чтобы Богдан мог лучше видеть. Шел ролик, переписанный с какого-то новостного телеканала. Рассыпающееся здание клиники. Спасенные пациенты. Затем Князев узнал самого себя в окне, спускавшего на пожарном рукаве девушку с поломанной ногой. Голос диктора за кадром пояснял, что человек, спасший жизни, – это сотрудник частной охранной фирмы Богдан Князев. Затем показали медсестру Катю, которая вновь подтвердила его участие в спасении людей. Назвала «настоящим героем» и заверила, что жертв при столпотворении после обрушения центральной части клиники могло быть куда больше, если бы Богдан решительно не вмешался в события. Завершал сюжет короткий видеоплан, где журналистка пыталась взять у Богдана интервью, а он махал на нее рукой и говорил, что ему некогда.

– Все не так было, – произнес Князев.

– Съемки документальные, – возразил Петр.

– Ты же сам видел, когда нас на Кавказе тележурналисты снимали. Потом на экране все по-другому смотрелось. Я сказал, что мне некогда, когда уже из клиники выбрался, а о давке еще и речь не шла. А посмотришь, и получается, будто я специально туда спешу людей вытаскивать.

– Все это мелочи по сравнению с тем, что ты сделал. Давай, за тебя и выпьем.

– Лучше за память тех, кто в давке погиб. – Князев приподнял стакан с «Кровавой Мери».

Выпили, не чокаясь. И тут у Князева зазвонил мобильник. Он глянул на дисплей.

– Хозяин звонит, – обеспокоившись, сказал он и тут же ответил: – Да, слушаю.

На том конце линии раздался бодрый голос Валерия Павловича Карачуна – полковника ВДВ в отставке, владельца частной охранной фирмы «Викинг», в которой работал Князев.

– Ну как, прапорщик, раны заживают?

– Как на собаке, товарищ полковник.

– Ты до конца дня в офис ко мне заехать можешь?

– Если по делу надо, то заеду, – пообещал Богдан.

– Это не совсем по делу. Ты что, не в городе, на природе? Слышу, птички где-то рядом поют.

– У армейского приятеля на даче. Но тут близко от города. Могу подъехать. Все равно завтра к врачу.

– Не парься. Лучше скажи, могу я сам к тебе сейчас подъехать?

Богдан глянул на Петра, прикрыл микрофон ладонью.

– Полковник спрашивает, может ли он сейчас сюда подъехать?

– Конечно, пусть подъезжает, – согласился Выгодин.

– Хозяин дачи дает добро, – и Богдан стал объяснять, как можно добраться.

Выгодин, как бывший разведчик, тут же остановил объяснения Князева и просто назвал координаты для навигатора.

– Жди, – произнес Карачун, и связь оборвалась.

Выгодин вопросительно смотрел на Богдана.

– Тот самый полковник Карачун, с которым мы?..

– Он. Я у него теперь работаю. Зачем едет, честно говоря, не знаю.

Петр потер небритую щеку, захрустела, защелкала щетина.

– Непорядок. – Выгодин поднялся из-за стола. – Пойду побреюсь.

В бывшем лейтенанте проснулось армейское нутро. Вскоре он, раздевшись до пояса, уже стоял на улице возле умывальника. Богдан поливал его холодной водой. Шампуня не нашлось, поэтому Петр тер голову мылом, пена разлеталась хлопьями.

Князев вышел встречать Карачуна к воротам дачного массива. Выгодин тем временем выставил еще один стул на улицу, поставил тарелку. Даже ножи столовые отыскал, положил салфетки, придавив их солонкой, чтобы не разлетелись.

Машина подъехала к забору, вплотную прижалась к нему, чтобы не перегораживать узкий дачный проезд. Водителя Карачун отправил «в лес прогуляться». Цепкая память бывшего полковника тут же подсказала ему, что с Выгодиным они встречались и раньше по армейской службе.

Валерий Павлович присел к столу, пригубил водку и на какое-то время пошли воспоминания:

– А помнишь…

Князев был в некотором напряжении, понимая, что Карачун не водку пить приехал, а есть у него предложение, касающееся его, Богдана, лично.

– Все это хорошо… – Карачун похлопал ладонью по столу. – Но я приехал с конкретным делом. Ты, Князев, отличился. Была б моя воля, я б тебя орденом наградил. Хотя и это можно сделать. Включу свои связи, орден будет. Ты даже представить себе не можешь, какие бабки ты мне сэкономил.

– Каким образом? – удивился Богдан.

– Рекламный бюджет сэкономил. Тебя по всем каналам прокрутили, как героя, а на униформе название нашей фирмы. В Интернете просмотры шестизначными цифрами измеряются. Клиент к нам и потянулся. Так что солидную премию ты заслужил и отпуск, несмотря на то что недавно устроился. Хочешь, я тебе поездку в Испанию организую за счет фирмы? Отель на берегу моря. Ну и на карманные расходы неплохо подкину, чтобы не думал, в какой ресторан зайти. А, Князев? Выбирай, чего тебе надо?

– Орден, премия или поездка? – задумчиво произнес Богдан. – А можно, что-нибудь другое попросить?

Карачун напрягся, заподозрив, что Князев попросит что-то более солидное, а то и неподъемное, и потому на всякий случай дал себе путь к отступлению.

– Посмотрим, что можно сделать. Я не волшебник.

– Товарищ полковник, – четко сказал Богдан. – Я прошу взять на работу одного моего армейского приятеля. Мужик толковый. Разведвзводом командовал. Не пожалеете.

– Это кого же? Я его знаю?

– Вот он сидит, – кивнул на чисто выбритого Петра Богдан.

Выгодин даже приподнялся, не ожидал такого.

– Не слушайте его. Я не просил, – растерянно произнес он.

Карачун остановил Петра поднятой ладонью.

– Тебе, лейтенант, работа нужна? Только теперь уже без жеманства, без этих экивоков и оговорок. Нужна, спрашиваю?

– Нужна, – за Выгодина ответил Князев.

Карачун почесал затылок.

– Задал ты мне задачку. Но за такой поворот я тебя еще больше уважать начал, – Валерий Павлович перевел взгляд на Выгодина. – Я людей тщательно подбираю. В моем бизнесе репутация – самое главное. Один косяк – и тень на всю фирму. – Взгляд вновь перешел на Князева. – Ты за него ручаешься?

– Иначе не предлагал бы, товарищ полковник.

– А он сам за себя ручается? – почему-то сказал о Выгодине в третьем лице Карачун.

– Ручаюсь. Не смогу же я Богдана подвести.

– Сейчас подумаю.

Валерий Павлович морщил лоб, беззвучно шевелил губами, сидел полуприкрыв веки.

– Значит, так, – наконец произнес он. – Рисковать я не могу, за мной люди, бизнес. Беру с испытательным сроком. Первое время будешь с Князевым в паре работать, пока войдешь в курс. Он тебе накосячить не даст. А там видно будет, зарекомендуешь – возьму в штат на постоянной основе. Так что с отпуском, прапорщик, придется повременить.

– Какой отпуск? Зачем? – пожал плечами Князев. – Я попросил. Вы мою просьбу выполнили. Между нами полный расчет по всем статьям.

– Это мне решать, полный или не полный. Поедешь отдыхать после того, как человека в курс введешь. И не спорь… Вот только на какой пост мне вас поставить?

– Мне в таком виде на людях пока лучше не показываться, – Князев провел ладонью по лицу, ощупывая царапины.

– Да, тебя детям и беременным показывать не стоит, – согласился Карачун.

Воцарилось неловкое молчание. Карачун вновь думал. Богдан ощущал неловкость, что доставил так много хлопот своим предложением. Выгодин смотрел в сторону.

– Есть такое место, – лицо Валерия Павловича просветлело. – Недавно к нам одна организация обратилась. Им нужна охрана для сопровождения в Москву грузов из Владимирской области.

– Что за организация? – спросил Князев.

– Проектный институт. Названия с ходу не вспомню. Занимается геологоразведкой для строительства.

– Груз какой? – поинтересовался Петр.

– Военная часть инженерных войск сбывает по конверсии какое-то старое оборудование. Может, там, в аппаратуре, металлы цветные есть – платина, золото. Может, еще что. Но стоит оно немалых денег. Вот и решили заказать охрану от дорожных грабителей. Беретесь?

– Почему б и не взяться? – развел руками Князев и посмотрел на приятеля.

Тот, соглашаясь, кивнул.

– Ну вот и отлично, – заулыбался Карачун, было видно, что ему приятно было сделать хорошее дело. – Выпьем за нашу договоренность, и поеду. Может, тебя в город подбросить? – глянул он на Богдана.

– Я еще посижу, Валерий Павлович. Электричка тут недалеко, а станция почти под самым моим домом. Кстати, что-то прояснилось насчет причин обрушения здания клиники?

– Вроде бы где-то неподалеку старый коллектор прорвало. Вовремя не заметили. Все же под землей. Вода вымыла пустоты. Вот земля и просела.

– Из-за какого-то ржавого коллектора… – покачал головой Князев.

– Что поделаешь. Техногенных катастроф хватает. Как говорится, никто в этом не виноват. Стечение обстоятельств, – вздохнул Выгодин.