Игра проклятий-4. В поисках королевы

Глава 8. Непредвиденные осложнения

Лейф проснулся от собственного крика. Он вскочил на кровати, жадно хватая ртом воздух. Ему снова снились кошмары. Климент стоял у него за спиной, и он кожей чувствовал его смрадное дыхание. А потом перед ним выросла Дилена. Она улыбалась, и вокруг нее струился золотой свет. Покойница обняла Лейфа, и страх пронзил каждую клеточку его тела. Девушка была холодной, как лед. Он хотел оттолкнуть принцессу, но она громко закричала, надрывно так, что мурашки побежали по телу, и тут же рассыпалась на части. Капли ее крови обрызгали Лейфу лицо. Кисть ее руки осталась у него в ладони, и он с ужасом смотрел, как подрагивают ее мертвые пальцы.

– Не думай, что забудешь меня: я всегда рядом, – прозвучал голос Климента у него над ухом, и этого Лейф уже вынести не смог. Отчаянье захлестнуло его и выбросило из сна.

Вытерев рукой пот, струящийся по вискам, Лейф спустил ноги с кровати. Зажег свечи и с досадой подумал, как жаль, что нельзя отомстить мертвым и убить их еще раз. Он бы с радостью отправил Климента на тот свет. Убивать Дилену второй раз желания не было, но уж больно она стала настойчивая и слишком часто снилась.

Поняв, что больше не уснет, Лейф хотел позвать слугу, чтобы тот помог ему одеться и принес травяной чай, но, вспомнив про метку раба на шее, передумал. Никто не должен ее увидеть. Пудра, что сделал ему Мариан, заканчивалась, и нужно было просить чародея сделать еще. А просить о чем-то чародея для него было унизительно.

«Ты король, – напомнил Лейф себе, – Ты просто можешь приказать».

Одевшись, он сел за стол и начал разбирать письма, до которых не добрался днем. Приезд Кассиопея и Раданеллы полностью поглотил его внимание. Он все еще не определился, какое впечатление на него произвела эта пара. Дор рассказал ему о том, что эти двое женаты, но пока держат это в тайне. Лейфу это не понравилось. Он знал Раданеллу и понимал, что теперь Касталия в руках Кассиопея, и договариваться, и дружить надо с ним. Интуиция подсказывала ему, что этот человек своего не упустит и с ним нужно быть очень осторожным. Чародеям нельзя было править, но никто не запрещал им становиться советниками или мужьями правящих персон и приходить к власти в случае их смерти. Но самому возглавить правление – ни в коем случае. Лейф тяжело вздохнул, в который раз удивляясь странности законов. Лорен, наверное, страдает от изжоги в аду, видя, к кому перешла власть Первого лорда! Что ж, так ему и надо! Все справедливо.

Донесения генералов, к которым пришли на помощь войска короля Севера, спешили сообщить, что вражеские отряды Артея терпят поражение и спасаются бегством. Та же участь преследует и тех, кто вызвался помочь правителю Истраты «восстановить справедливость».

Лейф довольно улыбнулся. Он даже зажмурился от удовольствия, радуясь таким хорошим новостям. Неужели они, наконец, смогут выйти из кризиса? После смерти Альбы мятежники потеряли не только своего руководителя, но и деньги, без которых не обходится ни один бунт. Никому другому не пришло в голову подхватить идею, и мятеж начал затихать.

Лейф несколько раз вздохнул, чтобы унять радостное возбуждение. Ему не хотелось обмануться, поверив в то, что у Аталаксии есть шанс победить. Еще бы вернуть домой Кордию, и можно считать, что жизнь удалась. Он очень надеялся, что чародеи придумают, как избавить его жену от предназначения быть платой за грех отца. Лейф посмотрел на брачную метку. Та едва заметно мерцала. Кордии было тяжело, но она была жива. О том, что могло случиться с ребенком, он старался не думать. А значит, нужно было торопиться.

Увлекшись перепиской, Лейф не заметил, как рассвело, и дворец ожил. По коридорам спешили служанки, двери тихо хлопали, и слышались чьи-то голоса. Он на миг задумался, и, когда в его покои без стука влетел растрепанный Мариан, вздрогнул всем телом.

– Что ты себе… – начал Лейф и тут же осекся, когда к нему на стол, шумно хлопая крыльями, уселся Гастон.

– Кордия на пути в Истрату, – сухо сказал Мариан, глядя на Лейфа воспаленными глазами.

– Морем? – поднимаясь из-за стола, спросил Лейф.

– Морем, – подтвердил Мариан. – Гастон проводил их до самого порта –и, как только корабль причалил, полетел обратно.

– Есть вариант, что из этого порта они могли поехать не в Истрату?

– А смысл? – пожал плечами Мариан. – Артей привез ее к себе домой, теперь он хозяин положения и может играть, как ему вздумается.

– Пожалуй, – согласился Лейф, соображая, как будет быстрее добраться до Истраты. В том, что он должен ехать туда лично, сомнений не было. – Пусть немедленно снарядят корабль, мы сразу же выдвигаемся.

Мариан хотел что-то сказать, но не успел – в покои вошел Оскар. Судя по его лицу, он был чем-то очень недоволен. Взгляд суровый, губы плотно сжаты.

«Только капризов барона мне сейчас не хватало», – с досадой подумал Лейф.

– Почему ты не пригласил меня на обед с Кассиопеем? – не обращая внимания на Мариана, спросил Оскар. Он подошел к Лейфу так близко, что тот ощутил его дыхание, и по отношению к королю это было очень невежливо. – У меня было полное право там присутствовать! Ты забыл, что я часть твоей семьи? Брат королевы, твоей любимой супруги! И сын Первого лорда, а моя мачеха и ее любовник заняли мое место!

– Вот поэтому и не позвал, – хмуро ответил Лейф, которому не хотелось выяснять отношения с этим придурком.

– Ты серьезно? – опешил от такой откровенности Оскар. Видимо, он ждал каких-то других объяснений, но Лейфа не волновало, каких. Душевное состояние барона интересовало его меньше всего. Мариан тяжело вздохнул и закатил глаза. Гастон пролетел по покоям и, убедившись, что тут нет ничего любопытного, сел на плечо чародею.

– Это все, что ты хотел спросить? – поправляя камзол, произнес Лейф.

– Да ты и на это не ответил! – вскипел Оскар.

– Пользуйся мозгами, и ты сам все поймешь, – сказал Мариан.

– Стать лордом Касталии, пока жив Кассиопей, тебе не светит, так что смирись, – сказал Лейф, направляясь к двери. Он вдруг ощутил себя таким голодным, что заболел желудок. Нужно было поесть и сразу же заняться подготовкой к отъезду. – Твоя кровь сейчас не имеет никакого значения.

Оскар издал что-то похожее то ли на вой, то ли на стон и последовал за королем. Возле лестницы, ведущей к трапезной, они встретили Дора.

– Ты уже знаешь? – спросил Лейф и кивнул в сторону Гастона, который летал по коридору.

– Знаю. Я был с Марианом, когда вернулся Гастон, – ответил Дор. Он был взволнован, щеки разрумянились.

– До Истраты вам будет удобней добираться через Касталию, – держа в руках карту, подходя к ним, проговорил Кассиопей. – Я помогу вам все устроить.

– Спасибо, – сдержанно произнес Лейф, глядя на Кассиопея. Тот улыбнулся вполне искренне, даже с симпатией, но Лейфу эта улыбка показалась фальшивой и даже злой.

– Ну что ты, мы ведь семья! – тепло произнес Кассиопей.

Оскар громко кашлянул, и чародей посмотрел на него.

– Давайте обсудим все за завтраком, господа, – предложил Лейф и, не дожидаясь ответа, пошел вперед.

***

Лейф жадно ел яичницу с мясом и зеленью, заедая свежим хлебом, от запаха которого аппетит делал яростный кульбит вверх, усиливая голод до невозможности. Раданеллы за столом не было, что порадовало короля. Он не хотел лишний раз видеть эту женщину: она напоминала ему о его унизительном прошлом. И в том, что она знает, кто перед ней, не было никаких сомнений.

Кассиопей расписал, как им будет лучше добраться до касталийского порта, и уже послал своих людей все подготовить. Он был очень воодушевлен тем, что Кордия может скоро вернуться домой, и Раданелла будет очень счастлива. Лейф с сомнением слушал его, не понимая, как он может иметь веру в лучшее, хотя знает, что Кордия – обещанная жертва? Судя по тому, с какими хмурым видом за ним наблюдал Мариан, тот думал о чем-то похожем, но не стал ничего озвучивать.

Оскар сосредоточенно ел, всем своим существом показывая трагичность своей жизни, пока к нему не подошел слуга и что-то шепнул. Тот спешно поднялся и пошел за ним, бросив небрежное извинение оставшимся. Лейфу даже стало любопытно, что происходит.

– Сомневаюсь, что, учитывая все уже известные сложности, мы сможем взять и легко увезти Кордию домой, – медленно отпивая из чашки травяной напиток, проговорил Дор. Он был мрачен и задумчив. – Артей просто так нас не подпустит.

– Я могу вам помочь с людьми и оружием, – вызвался Кассиопей.

– Спасибо, с этим мы сами справимся, – поблагодарил Лейф. – Вы поняли, как снять это обещание на крови?

– Только если заменить жертву во время ритуала, – сказал Мариан, постукивая вилкой по бокалу с вином.

– Убить кого-то вместо Кордии? – уточнил Лейф и вспомнил Климента. Раны на животе мгновенно заныли, словно их только что нанесли острым кинжалом и вот-вот сквозь ткань проступит кровь.

– Да.

– Хорошо, – выдохнул Лейф, и ему вдруг стало спокойней. С этим он справится, это ему знакомо.

– Но не все так просто, – возразил Мариан, откидываясь на спинку стула. – Есть нюансы.

Конечно, куда же без них!

– Это может вообще не помочь, – признался Кассиопей, и по его лицу скользнула усталость. – Слишком много условий должно быть соблюдено.

– Но шанс все равно есть, – поспешил добавить Мариан.

– Ты едешь с нами, – глядя на Мариана, сказал Дор.

– Нет, – категорично заявил тот. – Я останусь здесь.

– Но ты нам нужен! – вскинулся Лейф. – Ты не можешь начать устраивать протесты сейчас!

– Если я говорю, что не еду, значит, у меня на это есть очень веские причины, – серьезно проговорил Мариан, сцепив руки в замок. – И если вы сделаете это против моей воли, то в первую очередь навредите Кордии.

–Ты что-то знаешь, – догадался Лейф.

– Да. И пытаюсь сломать звено событий.

– Жертва ведь должна быть только той же крови, что и Кордия? – спросил Лейф и посмотрел на пустой стул, где еще недавно сидел Оскар.

– Именно, – подтвердил Мариан.

Кассиопей кивнул, и все замолчали. Лейф продолжил есть, он все еще никак не мог насытиться.

***

Подойдя к своим покоям, Лейф вдруг ощутил странное беспокойство. У него было ощущение, что за ним наблюдают, рядом зло, и оно готово лишить его жизни. В первый момент он хотел отмахнуться от него, но оно усилилось, сжимая сердце тисками.

Толкнув дверь, Лейф замер на пороге. Он не знал, чего ждет. Просто осматривал покои, словно видел их впервые. Внезапно его взгляд задержался на толстых шторах и медленно скользнул по ним. Внизу, самую малость, что заметить не так просто, если не искать, виднелись мыски сапог. Кто-то ждал его и вряд ли с добрыми намереньями. В голове промелькнули воспоминания о Севере и новость о том, что Иона убит. У Лейфа не было сомнений, что череп, обнаруженный Дором в кровати, принадлежит ему. Что, если Север счел его сообщником брата и подослал к нему убийцу?

Подавив вздох, Лейф сделал шаг назад. Тихо прикрыв дверь и заперев ее, подпер стулом. Беспокойство сразу же отступило. Значит, все сделано правильно. Он спустился вниз и отдал распоряжение охране проверить свои покои.

***

Кассиопей стоял возле стола и смотрел на карту. Лейф сидел в кресле и внимательно слушал чародея. Через неделю они с Дором должны были отправиться в Истрату и он не понимал, зачем так тянуть. У Кордии каждая минута жизни была на счету. И чем больше он размышлял над планом Кассиопея, тем меньше он ему нравился, но озвучивать свои сомнения вслух он пока не спешил. Посмотрел на Дора: – тот тоже выглядел задумчивым. Оскар так и не вернулся после того, как ушел с завтрака следом за слугой. Лейф подумал, согласится ли барон добровольно принести себя в жертву в обмен на жизнь королевы, или придется все сделать обманным путем? И сработает ли этот путь? Вряд ли Кордия простит им такое спасение потом. Но это уже будет другой вопрос.

Дверь в гостевые покои открылась, и торопливо вошел Оскар. Он был слишком румян, и дыхание у него сбилось.

– Сюда едут люди из Эленгарда, – сообщил он, глядя Лейфу в глаза. – Чтобы вручить тебе приказ явиться в суд, и ты должен будешь последовать за ними немедленно.

– То есть это арест? – подавшись вперед, спросил Дор.

– Официально – нет. Но в эленгардских покоях можно будет застрять надолго, – взволнованно проговорил Оскар, продолжая смотреть на Лейфа. – Я изучал право и могу защищать тебя.

– Боюсь, сейчас мне это не поможет, – поднимаясь из кресла, медленно проговорил Лейф. – У меня нет времени на социальные развлечения для толпы. Как они далеко отсюда?

– Где-то через полчаса будут тут, – понуро ответил Оскар. – Они прибыли с утренним кораблем.

– Что ты собираешься делать? – с тревогой спросил Дор, приблизившись к королю. Лейф ничего не ответил. Подойдя к столу, взял чистую бумагу и обмакнув перо в чернильницу, начал писать. Герцог заглянул ему через плечо и удивленно хмыкнул, вчитываясь в написанное. А потом обернулся и посмотрел на Оскара, словно оценивая его.

– Дорогой барон, пока я буду в отъезде, – поворачиваясь к Оскару, сказал Лейф, – ты представляешь интересы короля и всей Аталаксии. Мариан будет твоей правой рукой и здравым смыслом. Дор, мы уезжаем прямо сейчас.

– Да ты с ума сошел! – сжимая кулаки, испуганно проговорил Оскар, даже побледнел. – Какие интересы? Какая ответственность?

– Считай это генеральной репетицией, – бросил Лейф, протягивая ему перо. – Подписывай давай, у меня нет времени на уговоры.

– И безропотно отдать жизнь за королеву? – пробегая глазами текст, проговорил Оскар и удивленно уставился на Лейфа. – Это еще что за пункт? Я, конечно, люблю свою сестру, но умирать за нее считаю неправильным.

– Пусть это будет своего рода присягой, – попытался выкрутиться Лейф. – Я должен быть уверен, что в случае моей гибели с Кордией все будет хорошо.

– Да тебе плевать на нее, – с презрением сказал Оскар, крутя в пальцах перо. – Я не буду это подписывать. К тому же, я уже присягнул ей в верности.

– Прихвостни из Эленгарда все ближе! – с нетерпением бросил Лейф.

– Оскар, пожалуйста, – вмешался Дор, нервно сжимавший рукоять меча.

– Я лично прослежу, чтобы с тобой ничего не случилось, – заверил его Мариан, дремавший после завтрака на диване. Гастон, словно кошка, спал у него на груди.

– Ну же! – повысил голос Лейф. От беспокойства у него на лбу выступила испарина. Он слышал приближающийся шум копыт, и ему хотелось, как можно скорее, убраться отсюда. Кассиопей с застывшей полуулыбкой на губах, внимательно наблюдал за происходящим.

– Ладно, – сквозь зубы процедил Оскар, и перо заскрипело, оставляя на бумаге размашистую подпись.

– Прекрасно! – воскликнул Лейф и обернулся к Мариану. – Ты знаешь, что делать.

– Конечно, – флегматично отозвался тот. – Я каждый день упражнялся в том, как управлять королевством. Идите уже!

Дор первым поспешил к выходу. Лейф подошел к Кассиопею, и они обменялись рукопожатиями, а потом обнялись.

– Надеюсь, наша следующая встреча будет более долгой и дружеской, – глядя в глаза чародею, проговорил Лейф.

– Да будет так, – ответил Кассиопей. – В любом случае, вы оставляете меня в хорошей компании друзей.

Лейф коротко кивнул и направился к выходу. Времени, чтобы незаметно сбежать из дворца, становилось все меньше.

***

Дор вывел Лейфа на улицу по подземным галереям, о которых тот ничего не знал. Когда они поднялись по лестнице и оказались наверху, их уже ждали лошади, с небольшой поклажей. От мысли снова провести несколько дней в седле, Лейфу стало нехорошо, но других вариантов не было. Он легко вскочил на лошадь и откинул назад волосы, чтобы поудобней надвинуть шляпу.