Всё будет хорошо!
- -
- 100%
- +
Разувшись на придверном коврике, девушки прошли по белоснежной плитке в просторную кухню, в центре которой стоял обеденный стол на восемь персон (хотя семья Нины состояла из трёх человек).
– Чаю? – Нина с улыбкой отворила дверцу верхнего ящика.
– А давай!
Аля преспокойно села за роскошный стол, не совершая попыток помочь подруге: девушка предпочитала исполнять роль хозяйки дома в одиночку, без всяких: «Давай помогу», «Ой, я сама помою» и прочего. Кононова давно усвоила этот урок, и потому без зазрений совести исполняла роль «бездействующей гости».
Наконец Нина поставила на стол две чашки чая с мятой и тарелку печенья. Борьба началась.
Однако гастрономическую баталию ненадолго прервало появление матери девушки. Елена Геннадьевна работала визажистом в салоне, снимавшем помещение у папы Нины. Размер её зарплаты не играл важной роли для семейного бюджета, потому женщина легко работала в режиме «два на два», посвящая намного больше времени ведению дома и воспитанию дочери.
– Нина, чего посудомойку не поставила? – сказала она вместо приветствия.
– Мама, я с Алей пришла! – Нина закатила глаза.
– Ой, Алечка, здравствуй! – Елена Геннадьевна села напротив девушки, переменившись в лице. – Как прошла линейка, много новеньких?
Аля улыбнулась. Почему-то ей нравилось, когда чужие родители так интересовались её жизнью.
– Всё хорошо, тётя Лена! – ответила она, немного повысив тон голоса. – Новеньких нет, да и откуда им взяться, класс-то, можно сказать, выпускной!
– Точно! – женщина театрально приложила ладонь ко рту. – Вы ведь экзамены будете сдавать! Тебе родители наняли каких-нибудь репетиторов?
Нина тихо фыркнула. Она уже знала наперёд, к чему шёл разговор её матери и подруги.
– Нет, думаю, я пока что хорошо справляюсь сама…
– Ах да, ты же отличница! – протянула Елена Геннадьевна, многозначительно посмотрев на дочь.
– Не совсем…
– Ну, в любом случае, просто я Нине ищу. Сама понимаешь, математика – не самая наша сильная сторона…
Нина покраснела и скрестила руки на груди. Где-то в глубине Алиной души начало появляться нехорошее, но всё-таки радостное чувство.
– Что вы, я уверена, она прекрасно справляется! Ну, я могу ей помогать, если что… – голос девушки стал ещё выше и слащавее.
Нина не выдержала:
– Не стоит, Аля, в этом нет необходимости! Да и учительница у нас новая, проблем быть не должно!
– Как так не стоит? Подумаешь, новая? Разве от этого зависит? Наоборот, вдруг она будет честнее старой и ты до четвёрки уже не дотянешь!
Неожиданно в Але проснулось сочувствие к подруге, уже готовой провалиться под землю. Она решила собственноручно прекратить пытку.
– Нина, а когда, говоришь, у тебя следующие соревнования? – попыталась перевести тему школьница.
– В конце сентября, – ответила мать вместо дочери. – Хуже для учёбы не придумаешь! Но ладно…
– Аля, придёшь? – попыталась игнорировать женщину художественная гимнастка.
– Конечно!
– Ты смотри, не налегай на сладости! Помнишь, что тренер сказала? – вставила неугомонная Елена Геннадьевна, подвинув тарелку ближе к Але. Она и не знала, что колоссально помогла своей дочери в гастрономической баталии.
Однако Аля не собиралась сдавать позиции:
– Что-то я совсем забылась, Нина, мне ведь на тренировку через полтора часа, а ехать сорок минут. Я побегу собираться?
– Уже уходишь? – расстроилась Нина.
– Увы… ну ничего, завтра в школе увидимся!
– Да…
В прихожей подруги обнялись на прощание, и девушка закрыла тяжёлую дубовую дверь. Она любила приходить сюда не только из-за роскоши. Похвала и бесконечное сравнение с Ниной в Алину пользу делали её счастливой. Но сейчас наступало время для погружения в иной мир: мир, в котором Аля должна была постоянно стремиться к недостижимому идеалу, мир превозмогания страшной боли и усталости, мир опасных элементов и движений. Одним словом, мир спортивной гимнастики.
Глава 5
Быстро переодевшись, Аля вошла в давно знакомый гимнастический зал. Всё кажется большим в детстве, однако спустя десять лет девушка не перестала ощущать себя ничтожной песчинкой среди громадных поролоновых ям, длиннющих дорожек для разбега и рядов зловеще пошатывающихся брусьев. Основным источником света в дневное время служили широкие окна, тянущиеся вдоль стены. Остальные три украшали рисунки гимнасток и мотивационные лозунги: «Ты можешь лучше!», «Научись летать!», «Только вперёд!».
Аля начала высматривать свою группу. Тренер ещё не пришла, и девушки спокойно делали МФР – прокатывали забившиеся мышцы мячиками и пластмассовыми роллами на гимнастическом ковре. Кононова помахала приятельницам рукой.
– Скорее, иди сюда! – крикнула одна из них. – Ты, видимо, в рубашке родилась: опоздала, но успела раньше шефа!
– Фух, хорошо! А то как быть, мне же надо было поесть дома!
– Это верно, – отвечала другая, – А не то Татьяна все соки высосет. У неё, смотрю, какое-то помешательство на соревнованиях и разрядах!
Аля пожала плечами. Она не могла до конца согласиться с гимнасткой. Новый тренер, Татьяна Владимировна, была весёлой молодой женщиной с короткими белыми волосами, всегда собранными в хвостик. Она совсем недавно завершила карьеру спортивной гимнастки и потому могла сама показывать ученицам любые элементы.
Татьяна Владимировна пришла на смену шестидесятилетней Инне Алексеевне в середине августа и первым же делом заговорила о подготовке к следующим соревнованиям, что не очень обрадовало многих гимнасток. Но Аля, влюбившись в её молодость, задор и оптимизм, готова была идти на любые авантюры за своим новоиспечённым кумиром.
– Так, уже меня обсуждаете? – насмешливо крикнула Татьяна Владимировна, на бегу застёгивая молнию спортивной кофты.
– Да не то что бы… – смутилась недавно говорившая о женщине спортсменка.
– А я бы послушала! – пошутила тренер. – Ну что, девочки, прокатались? Встаём на разминку! Наклоны головы, раз-два-три-четыре! Повороты, два-три-четыре, Алина, плечи опусти! Кругами! Раз-два-три-четыре! Кстати, девочки!
Девочки насторожились. Татьяна Владимировна заговорщецки прищурила глаза:
– Поднимите руки те, у кого есть КМС!
Руки подняли десять человек из пятнадцати. Аля принадлежала меньшинству.
–Ага! – азартно воскликнула женщина, – А кто хочет?
Кононова колебалась несколько секунд, но всё же подняла руку вместе с ещё четырьмя девушками.
– Все хотят! Великолепная пятёрка! Хотя… разве у вас есть выбор? – Татьяна Владимировна рассмеялась. – А что стоим? Махи вперёд! Два-три-четыре!
После разминки тренер разделила группу на три части: половину уже имеющих разряд она отправила на брусья, половину – на бревно, а «великолепную пятёрку» повела за собой к прыжковому столу.
– Так, девчонки, вы, главное, не волнуйтесь! – Татьяна Владимировна заговорила тише. – Мы всё будем делать маленькими шажками. Защищаться на разряд будете через соревнования, мы вашу программу на следующие просто по большей части из обязательных элементов составим. Вы к ним привыкнете и в декабре с лёгкостью сделаете. А пока что нацелимся на ноябрь. Итак, запоминайте связку.
Связка была далеко не простой. Она состояла из знакомых элементов, однако всех их вместе за мгновение полёта выполнить было очень трудно. Аля и вовсе запуталась в хронологии переворотов.
Девушки по очереди выполняли заданное упражнение. Кононова встала в начале дорожки для разбега. Каких-то 20 метров пробежки – и ты летишь! Но лететь нельзя было бездумно, тем более, девушка никак не хотела разочаровать своего кумира.
Гимнастка сделала глубокий вдох и побежала. Пара мгновений, и она приземлилась на мат, едва не потеряв равновесие.
– Неплохо, Кононова, – подытожила тренер. – Но помни, что уверенность выполнения тоже является критерием для судей. Будь смелее!
Аля кивнула, запыхавшись: «Неплохо! Ты сделала неплохо!» – счастливые мысли переполняли её сознание.
Далее группы менялись местами. На брусьях у девушки разболелись запястья и она замотала их специальными ремнями. Оставалось выжить на бревне.
– Скажи, Алина, – Татьяна Владимировна положила девушке руку на плечо. – Ты фляк в стойку на руках делаешь?
Гимнастка поёжилась. Она знала этот элемент, но не любила: нужно было спиной сделать кувырок, нырнув в неизвестность, и твёрдо встать на руки. Девушка всегда боялась попасть мимо бревна.
– Делаю…
– Пожалуйста! – тренер сделала приглашающий жест рукой. – Очень хороший элемент, много баллов стоит!
Гимнастка залезла на бревно. Её руки немного дрожали. Однако девушка выполнила упражнение верно, идеально удержав равновесие.
– Хорошо, Аля, очень хорошо! – Татьяна Владимировна похлопала в ладоши. – Это у нас будет в конце соединения, а перед ним ещё два каких-нибудь переворота. Ну-ка сойди…
Женщина сняла верхнюю кофту в цветах триколора и залезла на бревно. Она задумчиво поводила руками, приговаривая: «А если так? Нет, лучше другое, да, лучше это сделаем…»
Ожидая окончательного решения, Алина погрузилась в свои мысли. Но громкий голос тренера вырвал её из раздумий о предстоящих соревнованиях и получении разряда.
– Смотри, Кононова, один раз делаю! – крикнула Татьяна Владимировна и исполнила акробатическую связку далеко не маленькой сложности. Её накренило вправо в финальной стойке, однако женщина быстро выровнялась и сошла с бревна.
– Как-то так, – сказала тренер, комично поклонившись напоследок. – Только без этого безобразия с равновесием…
– Конечно! – пискнула Аля, не скрывая своего восхищения.
– Прошу!
Гимнастка вновь справилась с исполнением. Оказавшись в финальной стойке, Аля не могла поверить, что у неё получилось. Когда спортсменка сошла с бревна, где-то в животе всё продолжало трепетать от страха, но она улыбалась, точно зная, что тренер похвалит её.
– Неплохо, – лицо Татьяны Владимировны стало серьёзнее. – Но ты очень боишься, я вижу это. У тебя всё хорошо получается, а ты словно сама не веришь в свой успех.
Расстроенная Аля опустила глаза в пол. Внезапно, она опять почувствовала руку тренера на своём плече.
– Эй, ты справишься, выше нос! – прошептала женщина, склонившись к ученице. – И побольше уверенности, спортсмен!
Последнюю фразу она произнесла басом, словно герой-наставник из фильмов Марвел.
До самой закачки Аля продолжала тренироваться на бревне. От фляка в стойку у девушки начала ныть поясница и ещё сильнее разболелись запястья. Но она была готова ещё сотню раз повторить выученное соединение: ради уверенности, ради разряда, ради Татьяны Владимировны!
Когда школьница вышла из зала, солнце уже начало заходить за горизонт. Закат окрасил серые новостройки множеством оттенков оранжевого и красного. Аля сделала глубокий вдох, словно собиралась исполнить очередной элемент.
«Всё будет хорошо, я ведь загадала…» – подумала она, улыбнувшись самой себе.
Глава 6
Начался учебный год. За первые две недели Аля уже успела получить пятёрки по её любимым предметам: алгебре и физике. Немного хуже обстояли дела с литературой: из-за подготовки к соревнованиям и несчётному количеству домашней работы по другим предметам девушка совсем не успевала читать заданные произведения. Но тогда на помощь приходила Нина, до смерти любившая гуманитарные предметы и знавшая содержание некоторых произведений ещё до прохождения по школьной программе. Она восторженно пересказывала их подруге, и Аля так хорошо понимала каждый рассказ, что учительница и не сомневалась в том, что ученица сама прочитала его на досуге. Взамен девушка предлагала Нине помощь с алгеброй и геометрией, но та постоянно отнекивалась, отдавая предпочтение шпаргалкам и сайтам с готовым домашним заданием.
Но не всё было гладко в Алиной жизни: ещё в первое воскресенье сентября стало известно, что Лёша не сможет видеться с ней по выходным. У несчастного девятиклассника по этим дням были репетиторы и английская школа. Девушка не унывала, пытаясь выжать максимум из их отношений в школьное время и через личные переписки. Получалось не очень, но она не хотела признавать плачевность ситуации.
Шли дни, подходил к концу первый осенний месяц. В последнюю сентябрьскую субботу состоялись соревнования Нины. Аля, боясь опоздать, приехала к месту проведения задолго до начала соревнований. Гостей ещё не пускали, и ей пришлось ждать у входа. К спорткомплексу подъехала знакомая Але машина. Из неё вышли Нина с мамой, и девушки с радостным визгом побежали навстречу друг другу. Подруги крепко обнялись, будто виделись в последний раз лет десять назад, хотя ещё вчера вместе возвращались из школы. Однако они действительно намного реже гуляли в последние недели из-за ежедневных тренировок Нины, длившихся по четыре с половиной часа.
– Ну как, волнуешься? – спросила Аля, наконец-то выпустив гимнастку из удушающих объятий.
– Я… фух, наверное, да… всё прекрасно! – запыхалась Нина.
– Ты ведь всё многоборье сегодня выступаешь?
– Да, надеюсь, не сдохну…
– Нина! – прервала эмоциональную беседу Елена Геннадьевна. – Мне что, все предметы за тебя тащить?
– Сейчас, мамочка!
Нина взяла у неё обруч и чехол с булавами.
– А где дядя Олег? – поинтересовалась Аля напоследок.
– Папа? У него какие-то важные дела в городе…
– Ничего, мы покажем ему видео! – сказала мама Нины, подталкивая дочь ко входу. – Встретимся в зрительном зале, Алечка!
Утёсовы скрылись в здании спорткомплекса. Но и Але не пришлось долго ждать – спустя пятнадцать минут обыкновенным зрителям позволили войти в помещение, согретое дыханием волнующихся спортсменок.
Школьница почти потерялась в толпе длинноногих девушек в блестящих купальниках. «Где же Нина?» – думала она, ища подругу глазами. Потерпев неудачу, девушка направилась в зрительный зал. Елена Геннадьевна сидела на самом близком к судьям ряду. «Хочет следить, как оценивают?» – улыбнулась она про себя.
Пробравшись через толпу обеспокоенных родителей, Аля плюхнулась на место рядом с Нининой мамой.
– Скоро начнут?
–Наверное, – женщина явно была чем-то недовольна. – Сейчас костюмы у всех проверят и начнут…а участниц много! И больше всего, как ни странно, в дочкиной возрастной категории.
– Тем радостнее будет победа, – Алина попыталась направить разговор в позитивное русло.
– Если будет…
Вдруг их прервал гудок о начале соревнований. Дальше время полетело очень быстро. Вот уже двадцать первая гимнастка закончила упражнения с обручем. Громкоговоритель объявил: «На площадку приглашается Дина Уланова. Готовится Нина Утёсова.»
Аля очнулась от дремоты. Её подруга шла следующей! Девушка вытянула шею, чтобы увидеть край кулис. Действительно, Нина ожидала там, с обручем, в ярко-красном купальнике. Рядом стояла тренер, давая ей последние указания. Спустя две минуты, гимнастка уверенно вышла на ковёр, оттягивая носки.
Нина положила обруч и встала внутри него в замысловатую позу. Её чёрные волосы, чудом забранные в пучок, блестели под софитами из-за огромного слоя лака. Блестел и купальник гимнастки: он был красного, плавно переходившего в оранжевый цвета. Тысячи страз мерцали на нём, словно огоньки. Нина была пламенем, алым кленовым листом, а может, и самим солнцем, что закатывалось за горизонт каждый вечер.
Девушка улыбнулась залу, и Але показалось, что именно ей подруга подарила эту улыбку.
– Давай, не опозорься! – прошептала Елена Геннадьевна, сложив руки как во время молитвы.
– Вперёд, подруга! – подумала Аля.
Глава 7
Прозвучал сигнал о начале выступления. Заиграла странная тренькающая музыка, и Нина тотчас же сделала кувырок вперёд, запустив обруч под её ногами к потолку.
Аля замерла: «Поймает?»
Гимнастка покружилась на месте, сделала колесо и словила обруч.
«Да!» – выдохнула девушка вместе с подругой.
Далее программа Нины перестала быть такой завораживающей: она исполняла танцевальные связки, катала и вращала обруч по всем частям тела, делала лёгкие кувырки. Акробатика гимнастки особенно забавляла Алю – человека, который был с этим искусством не просто на «ты», а на «эй, ты!».
Нина вновь высоко подбросила обруч, прокрутила фуэте и встала в финальную позу, вытянув руку вверх: обруч чудом попал прямо туда.
Зал аплодировал. Наверно, Алины хлопки были слышны даже на улице.
Гимнастка вновь улыбнулась зрителям, сделала элегантный реверанс, помахала рукой и побежала за кулисы.
«Кому она помахала?»– задумалась Аля. Она обернулась, попытавшись увидеть Толю среди сидевших в зале. Но юноши не было. У девушки появилось нехорошее предчувствие.
Далее шли булавы.
Нина вновь встала в эпатажную позу. Сигнал. Программа началась.
Спортсменка делала многочисленные упражнения на баланс, прыгала в шпагаты и непрестанно вращала булавы. Поразительно, но при том она успевала улыбаться судьям после каждой связки. Аля была поражена артистизмом подруги: ей в вольных упражнениях его точно не хватало…
Но громкий стук снова вырвал её из раздумий о спортивной гимнастике: Нина подкинула две булавы одновременно, и что-то пошло не так. Тяжёлые предметы с грохотом упали на ковёр, едва не задев их хозяйку. Та отпрыгнула, испугавшись. Но музыка почти подошла к концу, медлить было нельзя. Гимнастка сделала финальный прыжок и села на продольный шпагат чуть позже конца композиции. Без булав.
Алина боялась смотреть на Нинину маму.
Девушка встала, взяла булавы и поклонилась, но без прежней улыбки. Её плечи были напряжены и приподняты к ушам – она едва сдерживала слёзы.
Оставались мяч и лента. С первым программу гимнастка исполнила без потерь. А как могла она иначе, ведь тренер наверняка высказала ей всё за кулисами.
Пришло время последнего выступления. Окончательно оправившись от казуса с булавами, Нина вышла на ковёр с улыбкой и горящими глазами. Аля знала, что лента была любимым предметом подруги.
«Пусть всё получится!» – загадала она.
Вновь прозвучал вступительный сигнал, вновь заиграла музыка. Это был ремикс «Tango in Harlem»1, что выделяло композицию среди обыкновенных ритмичных мелодий. Самой Нине безумно нравилась музыка. Она выполняла танцевальные связки, играя лицом, бросая загадочные взгляды на судей и зрителей. Гимнастка прыгала в шпагаты, вставала в мостики и снова делала кувырки. Всё это время лента, полностью подвластная хозяйке, летала вокруг, окаймляя блестящие элементы. Аля не могла оторваться от длинных изящных ног подруги, то там, то здесь мелькающих в прыжках и вращениях. Но музыка заканчивалась, Нина подбросила ленту в последний раз и, вращаясь винтом, прошла вперёд на несколько метров. Предмет взмыл в воздух и начал медленно падать, напоминая огонёк фейерверка. Кононова вновь задержала дыхание. Но долго мучиться не пришлось – девушка уверенно поймала любимую ленту коленкой и легла в эпатажную позу. Зал опять разразился аплодисментами.
Прошёл час. Аля устала сидеть на одном месте. Она с трудом пережила выступления групп, хотя программы профессиональных гимнасток смотрелись на одном дыхании.
Но вот отстрелялась последняя пятёрка. Зал стали готовить к награждению.
На ковёр вынесли пьедестал и выкатили стол с медалями. Через пятнадцать минут ровным разноцветным строем вышли и все участницы соревнований.
Нина была второй по обручу и мячу. Булавы не принесли ей даже третьего места, зато с лентой девушка блистала на первом. Главной интригой оставался вердикт судей о распределении мест за всё многоборье. Наконец зазвучали фамилии победительниц. Нине досталось серебро, но она всё равно улыбалась со своей ступени пьедестала и радостно махала рукой залу. Аля слышала, как её мать прошептала: «Артистка…»
Когда подруги вышли из спорткомплекса, на небе сияла Луна. Ехать праздновать не было никаких сил.
– Давай завтра, – предложила Аля.
– Давай, – согласилась Нина. – Тем более, у меня ещё важное мероприятие по самокопанию на ночь запланировано.
– Ну не начинай!– улыбнулась школьница.
– И мама поможет…– гимнастка кивнула в сторону машины. От движения серебряная медаль на её шее начала поблёскивать, отражая лунный свет.
– Ой, – отмахнулась Аля. – В любом случае, встретимся завтра!
– Конечно! – крикнула Нина, подбегая к машине. – Если доживу!
Глава 8
На следующий день подруги, как и договаривались, поехали в кафе отмечать выступление Нины. Гимнастка не могла назвать произошедшее триумфом, однако Аля настаивала на маленьком празднике.
Девушки сели за столик возле окна, чудом оставшийся свободным. Несколько минут спустя, улыбчивая официантка принесла им меню.
– Ой, Аля, как много всего! – Нина восторженно перелистывала страницы с иллюстрациями, – но мы ведь сюда не серьёзно поесть пришли, так, поболтать?
– Как хочешь, – школьница пожала плечами, – я обедала дома, так что можем заказать просто чай с безглютеновым тортиком…
– О да! – гимнастка явно нашла желаемое. – Я возьму молочный коктейль! Ванильный!
Алю смутило решение подруги. Нина редко решалась заказывать сладкое, тем более во время гастрономической баталии. Неужели борьбе пришёл конец? Школьница чувствовала подвох, но не могла удержаться от калорийного заказа:
–Хорошо, я тоже его возьму…
Официантка, по-видимому наблюдавшая за девушками, тотчас же подошла принять заказ. После её ухода, Нина поставила локти на край стола, заговорщицки наклонившись к подруге:
– Угадаешь, за что у меня были самые большие баллы в протоколе?
– За красивые глазки? – в шутку предположила Аля.
– Почти, – Нина выпрямила спину. – За артистизм!
– А, это да, ты так здорово улыбалась!
– Вот-вот, меня даже тренер похвалила… – девушка сделала задумчивую паузу. – Правда, потом взбучку за булавы устроила, но ладно. Просто я ненавижу этот предмет.
– Ваш заказ! – прервала спортсменку улыбчивая официантка.
Девушки радостно подвинули к себе стаканы, мокрые от конденсата. Аля не могла перестать видеть поразительное сходство Нины и Мии Уоллес из «Криминального чтива». Даже коктейль был с той же сахарной вишенкой!
– А мама… – продолжила гимнастка, отпив глоток. – Ругалась, что техника у меня плохая. Ну и что, разве это важно? Вот папе понравилось выступление, он когда видео посмотрел, так и сказал: «Нина, я ничего не понимаю в этом спорте, но ты могла бы стать прекрасной актрисой!…»
– А Толя? – перебила Аля, в попытке узнать причину его вчерашнего отсутствия.
– А… – задумалась Нина, видимо подбирая слова. – Мы больше не вместе!
– Как? – Аля вытаращила глаза, – Почему?
– Ну знаешь… – начала тянуть девушка, – он ведь в следующем году уедет поступать в университет. Так вот, Толя предложил мне переехать с ним в другой город, там пойти в колледж. Чтобы не губить отношения расстоянием.
– А ты что?
– А я… сказала, что если он действительно любит меня, пусть здесь и остаётся! – Нина гордо взмахнула головой. – Не хочу я в колледж поступать, с профессией не определилась, да и шутка ли – в другой город!
– Верно…
Аля полностью поддерживала решение подруги, однако не могла ответить самой себе, отказала ли бы она так же Лёше. Но эта мысль была второстепенной: девушка просто радовалась тому, что её отношения теперь стали не хуже Нининых. Они хотя бы были!
– А он обиделся, сказал, что я, видно, ещё недостаточно взрослая, – закончила Нина. – Но мне плевать! Я, между прочим, до сорока девяти килограмм похудела из-за соревнований, мне теперь никто не нужен, я цену себе знаю!
Алю бросило в холодный пот. Неужели подруга, ростом выше неё на голову, весила на несколько килограмм меньше?!
– Но сегодня я разрешила себе есть… и пить сладкое, – продолжала хвастаться девушка. – После соревнований, всё-таки!
Это был он. Тот самый подвох, который Аля не заметила во время заказа. Нож в спину, удар ниже пояса, выстрел в висок – всё одновременно!
Конечно, художественная гимнастка могла позволить себе всё после соревнований. Но Кононовой они только предстояли, и потому сладкий напиток был совершенно ничем не санкционирован. Волна стыда, обиды и разочарования поднялась из глубин её души. Аля даже не слышала, что говорила подруга. Видимо, что-то про похудение в её виде спорта, судя по последней фразе, всё-таки услышанной школьницей:
– А некоторые даже слабительное пьют! – разглагольствовала Нина, активно жестикулируя. – Но ты не думай, я так не делаю!
– Что-что пьют? – переспросила Аля, поверив услышанному.
– Слабительное. Разве не знаешь? Иногда трудно удержаться от шоколадки или сытного ужина. Тогда принимаешь таблетку, и к вечеру следующего дня ты чиста!
– Что? – всё ещё не понимала девушка. – Такие средства ведь по рецепту продаются?
– Почти все, кроме одного…
Нина понизила тон голоса, чтобы сказать название. Аля узнала этот препарат – его часто рекламировали по телевизору, как лучшего помощника для быстрого похудения. Оказывается, он просто оказывал сильное слабительное действие, промывая организм и снижая аппетит, скорее, психологически.