Папа, которого не было

– Петрович умер. Два месяца, как нет его с нами. Пару месяцев, как я здесь сторожем работаю.

Видимо, я сильно изменилась в лице, потому что мужик торопливо добавил:

– Соболезную…

– От чего он умер? – спросила я, осознавая, что эта информация не изменит ничего и не понимая, почему новость об уходе постороннего для меня человека ударила так больно. Мгновенно нахлынувшая тяжесть придавила так отчётливо, как будто атмосферное давление усилилось многократно и стало осязаемым.

– От старости. Ему же восемьдесят пять лет было, – мужик потоптался на пороге, а лице его читался вопрос: "Ещё что-то?" Я тяжело вздохнула, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы. Протянула принесённое Владимиру Егоровичу:

– Возьмите, пожалуйста. Помяните Ивана Петровича.

Новый сторож заглянул в недра пакета и улыбнулся. Поднял глаза и открыл рот, чтобы спросить о чем-то, но я повернулась и зашагала вглубь кладбища к могиле отца. Душу охватило смятение. Я понимала, отчего смерть Петровича вызвала такую бурю эмоций. Он был для меня своеобразным символом неизменности и стабильности одновременно. Сторож был частью моей жизни, ассоциировался со спокойствием, с отцом.

Теперь возникло ощущение, что из моей жизни вырвали кусок, оставив взамен зияющую чернотой пустоту. Смаргивая слезы, я подошла к отцовской могиле и замерла, испытав очередной шок. Возле ограды, на лавочке сидел незнакомый мужчина в серой ветровке, джинсах и клетчатой кепке.

Некоторое время мы молча взирали друг на друга. Я – с нескрываемым неудовольствием, мужчина – с возрастающим интересом. Наконец, я решительно шагнула к калитке.

– Здравствуйте! – проговорила громко, с выражением, намекая, что пришёл не посторонний человек, пора бы и честь знать.

Вопреки моим ожиданиям, мужчина не вскочил с извинениями, не ушёл вместе со своей бутылкой, а продолжал нагло сидеть на месте. Я молча достала перчатки и стала пропалывать цветник.

– Здравствуйте, – ответил мужик, взглянув на меня удивлённо, – простите, а вы кем Андрею приходитесь?

– Я его дочь, – коротко и сухо произнесла я, понемногу осознавая, что незнакомец тоже не совсем посторонний, – а вы кто?

Мужчина опрокинул стопку, крякнул, занюхал печеньем, потом откусил крохотный кусочек, пожевал:

– Я служил с Андреем в полиции, правда раньше она называлась милицией. Зовут меня Олег. Друзьями были хорошими. Жизнь меня закрутила, так я раньше редко сюда приходил, каюсь. А недавно случилось большое горе. Сын у меня два месяца тому назад погиб, недалеко отсюда похоронили. Вот и зачастил, заодно и Андрюху навестить. С ним рядом хорошо сидится, молодость вспоминается.

Я кивнула, теперь уже сама поглядывая на незнакомца с любопытством. Мне всегда очень хотелось встретиться с друзьями отца, узнать о нем побольше.

– Очень приятно познакомиться с папиным сослуживцем. А меня Аурика зовут, – я выпрямилась, искренне улыбнулась. Олег тоже улыбнулся в ответ, тепло и дружелюбно.

– Странно, что я о вас не слышал. Андрей мне все рассказывал. А сколько вам лет, прошу прощения за нескромный вопрос? – сослуживец отца продолжал изучать моё лицо. В какой-то момент я даже испытала неловкость.

– Двадцать восемь, – я решила ответить честно. Мне не терпелось самой расспросить кое о чем Олега.

Лицо папиного друга вытянулось, дружелюбие испарилось, а в глазах блеснуло недоверие:

– Но тогда получается, вы родились, когда Андрея уже не было в живых? Позвольте, это невозможно…

– Почему? – настала моя очередь удивляться.

Между тем, мужчина в возбуждении вскочил с лавочки, эмоционально замахал руками:

– Потому что перед своей гибелью он встречался с моей сестрой! И я точно говорю, что кроме Юльки у него никого не было! Не такой он человек, чтобы несколько подруг одновременно заводить!

– Нет, вы что-то путаете, – чувствуя, как жаркий румянец заливает щеки, упрямо произнесла я, – папа жил с моей мамой! Он погиб, так и не успев узнать обо мне, иначе бы они с мамой поженились! А так – не успели…

– Вы путаете! – убеждённо вскрикнул Олег. – Вы не можете быть его дочерью! Андрей был очень скромный, стеснительный! И несколько месяцев до самой своей гибели встречался с моей сестрой! Он физически не мог жить с кем-либо ещё, понимаете? Потому что они поселились вместе, у нас дома! Свадьбу играть собирались!

Юлька первое время за могилой ухаживала, а потом замуж вышла, дети родились. Я платил местному сторожу, чтобы он присматривал за могилой Андрея. Не мог Андрюха быть вашим отцом, это я вам ответственно заявляю! Днем у меня на глазах, на работе, вечером – дома с моей сестрой! Когда же ему ещё было с вашей мамой встречаться?! Поэтому, не обижайтесь, Аурика, но либо вас запутали, либо обманули, – он развёл руками, шумно выдохнул, окатив меня волной сивушных испарений и сел на место, успокаиваясь.

Я смотрела на Олега, открыв рот. Пыталась найти контраргументы и не находила. Мама говорила мне… Да, было такое. А что, если она мне лгала всё это время? Мысль, убийственная в своей простоте, поразила в самое сердце. Нет, не может быть! Это мой отец! Упрямо доказывал разгоряченный мозг. Скорее, я поверю в то, что этот мужчина, выпивший как минимум полбутылки водки – врет или путает. Я тоже стала успокаиваться.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.