О чем говорят камни
- -
- 100%
- +
Генералы различных армий халифата стали регулярно выказывать недовольство жалованием для своих солдат, ибо узнав о смерти Великого воителя, северные христианские королевства и графства отказались платить дань халифату, и казна государства оскудела…
Абдул Малик предпринял несколько карательных рейдов на север, и принудил данников к порядку, но ненадолго, сыну Альмансора-неплохому генералу, явно не хватало харизмы и репутации отца…
Каждый генерал в халифате счел хорошим тоном выбрать своего претендента на трон Хишама Второго, а так как таковых было много, началась гражданская война…
Джайран постепенно потеснил Черномора с должности генерала корпуса саккалибов, при этом умудрившись остаться с ним в дружеских отношениях… Черномор остался формально генералом, но под его началом оставался лишь один из славянских полков, впрочем он был доволен, ибо, как справедливо рассудил он, старость мешала ему принимать решения за весь корпус в столь лихие времена…
В 1008 году от ран, полученных в боях с одним из мятежных генералов скончался Абдул Малик.
В 1009 году в Барселону их халифата прибыл посол–могучий, светловолосый, с нахальной улыбкой на лице…
–С чем пожаловал к нам—спросил посла Каталонский граф.
–Большое горе постигло халифат, о достойный граф—отвечал посол–…наше государство сотрясают междуусобные распри вот уже который год, что может тебе и по нраву, но есть беда, которая не понравится и тебе…
–Какая беда халифата может быть мне не по нраву?—засмеялся граф.
–Как отметили твои посланники много лет назад—продолжил посол—ничего прекраснее в своей жизни они не видели, чем ртутный фонтан во дворце Медина Асахара, возле Кордовы…так вот, фонтан-эту несравненную красоту, затмевающую своим великолепием работы греческих скульпторов, хотят разрушить…
–Кто же?—удивился граф.
–Варвары, без роду без племени, не имеющие ничего святого в душе, дикие кровожадные звери, облаченные в человеческую плоть…
–Точнее посол! Кто это?
–Я,…и мои люди-славянская гвардия халифата…
Челюсть графа медленно сползла вниз и не торопилась возвращаться назад… Неловкая пауза подзатянулась. Один из придворных графа, заметил средней разжиженности слюну, сползающую графу на подбородок, и звонко щелкнул пальцами. Граф очнулся от шокового оцепенения, громко вобрал в себя слюни, и произнес неуверенным тоном:
–Ты что, издеваешься что-ли?
–Никак нет Ваша светлость—как ни в чем не бывало отвечал посол—я лишь хочу предложить Вам вызволить фонтан из цепких лап этих зверей, таким образом спасая неземного величия реликвию от молотов недостойных…
–Тооооо есть от тебя и твоих людей?..
–Так точно Ваша светлость.
Граф снова замолк в недоумении на несколько мгновений..а потом сказал:
–И что ты предлагаешь Джайран Костолумжин?
–Я предлагаю Вам разграбить дворец Медину Асахару—невозмутимо продолжил Костолом—спасти фонтан, и все имущество дворца…
–А кто охраняет дворец?—спросил один из придворных графа.
–Я и мои люди—ответил Джайран—всего-то пятнадцатитысячный корпус саккалибов, которые, при виде Каталонских рыцарей, от страха, откроют врата Асахары, потом ужаснутся своему позору, и сами себе выпустят кишки…а глашатаи потом разнесут по Кордове весть, что доблестные каталонцы перерезали славянскую гвардию, и вывезли сокровища дворца в Барселону…
***
Несколько месяцев спустя Каталонское войско подошло к Медине Асахаре. Как и обещал Джайран, саккалибы открыли врата дворца, позволили вывести фонтан и все ценности на север. Вот только сокровищ во дворце оказалось на удивление немного. Граф хотел было поставить это в упрек Джайрану, но не гоже командиру десятитысячной армии корить за что-либо стоящего перед ним улыбающегося главаря пятнадцатитысячного корпуса…и граф, благоразумно прикусив язык удалился восвояси… Но перед этим, по просьбе Джайрана, часть каталонских воинов обменялись одеждами с саккалибами.....
Лишь только каталонцы скрылись на горе Сьерра Морена, дозорный саккалиб с минарета дворцовой мечети завопил: «Джайран, войска из Кордовы подходят!».
–Опоздали голубчики—ухмыльнулся Костолом, и скомандовал—А ну оррррлы! Сабли наголо! Клинками к пузу пово-о-роти! От позора закоооолись!
Гвардейцы выполнили приказ незамедлительно. Через мгновение весь дворец был усыпан телами воинов, валяющихся в лужах крови....
Войском из Кордовы руководил новый халиф Сулейман....увидев трупы и разграбленный дворец, он разделил армию на три части: конницу послал вдогонку за каталонцами, так жестоко порубившими отважных гвардейцев халифа, большую часть пехоты отправил назад в Кордову, и сам поехал с ними…а небольшой отряд оставил во дворце, «прибраться» после «битвы».
Смеркалось....воины халифа, оставшиеся в Медине Асахаре, обшарили все помещения дворца, но ни одной живой души не обнаружили,…куда-то бесследно пропали все жены, наложницы, евнухи и мальчики халифа..
Один из солдат, устав сносить тела в кучи, с хрустом разогнул затекшую спину, и залюбовался закатом… Сзади по плечу его кто-то похлопал. Воин обернулся, перед ним стоял последний снесенный в кучу славянский труп, и довольно лыбился…Араб, от изумления потерял дар речи…и больше не обрел его, ибо в следующий момент шея любителя закатного солнца была свернута.... Через минуту такая же учесть постигла и весь остальной отряд халифа: мертвецы восставали, поднимались из луж крови и набрасывались на живых....не уцелел никто…
После расправы, «мертвецы» открыли потаенные погреба, и вывели из них жен халифа и прочих уцелевших....
Ночь была необычайно темной: облака плотно заволокли небо, не оставив шанса ни единой звезде даже на мимолетный проблеск. Пятнадцать тысяч «мертвецов» безмолвно побрели на восток, уводя за собой прекрасных наложниц, благочестивых жен халифа, жирных евнухов и голубоглазых мальчиков, и увозя тяжело груженные телеги с дворцовым скарбом…
Проходя мимо арбы, в которой оставалось еще несколько бочонков с бараньей кровью, которой с ног до головы были вымазаны саккалибы, один из «мертвецов» выбил пинком камень из под колеса, и арба ушла под откос, в Гвадалквивир. Кровь вытекла из разбитых боченков, и смешалась с речной водой.
«Мертвецы», разделились на несколько групп…шли они много дней....проходя мимо очередного города, каждый раз называли себя воинами из разных полков, поэтому, когда халиф затеял расследование произошедшего, он совершенно ничего не смог понять: огромное пепелище посреди главной дворцовой площади никак не могло поведать, сколько же тел было сожжено, почему не похоронили, а сожгли, и куда сгинул его отряд, оставленный «прибираться».
Докопаться до истины может и можно было, и даже не слишком сложно, но уж больно противоречивые версии выдвигали в процессе расследования люди халифа Сулеймана, и он всю голову сломал, думая о том, кто из его ищеек и кем подкуплен, кто вообще воду мутит, и что еще затевает…смута в халифате набирала обороты.
Утром, после «марша мертвецов», в Кордове объявился Джайран, сказал что прибыл из Севильи со своми несколькими сотнями гвардейцев, узнал о гибели своего корпуса во дворце, и чуть сума не сошел от скорби по боевым товарищам..
Через несколько недель, до столицы халифата стали доходить вести из восточных портовых городов Альмерии, Дении и Валенсии: неизвестные воины, числом превышающие гарнизоны вышеозначенных городов, вероломно взяли их без боя, и правят там свою власть, ни в грош не ставя халифа Сулеймана. А новый лидер Альмерии, подозрительно похож на Черномора, павшего от каталонских мечей в Медине Асахаре…и звать его на мусульманский манер так же-Афтах..ну да это все лживые сплетни!—заверили халифа мудрые советники, побрякивая драгоценными безделушками в карманах, якобы украденными из Медины Асахары Каталонским графом…
Еще через день, новое горе постигло Кордову: из Великой мечети украли наиценнейшие реликвии—кость руки пророка Мухамеда, и один из четырех первых рукописных Коранов…
Два года спустя, в Алжир, в священный город Кайруан прибыл посол из Кордовского халифата.
Лидер клана Зири, эмир Алжира и Туниса Зави ибн Зири, принимал посла в своем дворце:
–С чем пожаловал посланник?
–Великое горе обуяло государство Аль Андалус о досточтимый эмир—нараспев произнес Костолом—свирепые орды нечестивцев угрожают прибрать к своим грязным рукам наиценнейшие реликвии мусульманского мира—руку Пророка(да благославит его Аллах, и приветствует), и первый рукописный Коран…
–Как!?—гневно вскричал Зави, и вскочил с трона—Кто посмел? Кто эти шакалы?
–Я—пожал плечами Костолом—и мои люди…
Эмир обнажил саблю, и придворные тут же последовали его примеру:
–Ты что? Издеваешься что-ли?
–Никак нет, о досточтимый эмир…Я прибыл к тебе с просьбой: приди со своей армией в Кордову, наведи там порядок, забери у нас Коран и кость Пророка, дабы пресечь распри моих полковников за обладание этим сокровищем....а я тебе окажу посильную помощь…
ПЭ. ЭС. : осколки ртутного фонтана из Медины Асахары, и по сей день лежат в монастыре Монсеррат, возле Барселоны....
Глава 13. ИСХОД ИЗ КОРДОВЫ
« Истасу бен Намину, визирю халифа.
Любезный мой казначей, визирь, равин! Если ты читаешь это письмо, значит с минуты на минуту к тебе ворвутся свирепые алжирские воины.... они уже рыщут по улицам Кордовы, и режут глотки всем, кто под руку попадется.
Когда берберы придут к тебе, будь спокоен, я позаботился о том, чтобы они не тронули ни тебя, ни твоих домочадцев. Они лишь спросят: где коран? Знаю, ты и понятия не имеешь о чем речь. Тебе лишь нужно ответить: «там, где договорились». Не обессуть, но коран из мечети украл я–твой надежный исполнитель кровавых заказов Джайран Костолумжин. Я припрятал книгу у тебя дома, и сообщил Зави ибн Зири, что ты мой сообщник, потому он и пощадит тебя.
Как известно, долг платежом красен....я очень благодарен тебе и всему юдейскому землячеству халифата, что вы не оскопили меня, поэтому зириды сохранят тебе жизнь. Также, спешу тебя заверить, что мне не особо по душе было исполнять твои грязные заказы, но времена меняются , некоторые люди из подчиненных вырастают в начальников, и теперь ты будешь делать то, что я скажу.
Зави ибн Зири, найдет Коран в условленном месте твоего дома, и спросит про кость руки Пророка, ты же ответишь, что эту реликвию Костолом оставил себе до поры, ибо, как ты всегда учил меня, в кармане всегда должен оставаться хотя бы один козырь…
Я привел алжирского эмира в Кордову, подгадав момент, когда основные войска халифа будут в Севилье. У Зави есть достаточно сил лишь для набега, так что через несколько часов он, и его армия, вынуждены будут покинуть город. Думаю, невежливо будет заставлять гостя пересекать море в спешке, а посему, я предложил эмиру твою помощь:…я знаю, что у тебя есть родственники в долине Медины Эльвиры, будь так добр, отведи берберские войска туда, им там понравится… Заботясь о твоей безопасности, любезный Истан бен Намин, рекомендую и тебе так же проследовать с берберами эмира, ибо теперь ты друг эмира, и враг халифа…
Кстати, вместе с Кораном, берберы найдут мешочек серебрянных монет Билибердата, которые ты так настойчиво отговаривал меня чеканить....объясни пожалуйста эмиру, что, начиная с этого момента, эти никчемные фальшивки обретают силу, ибо у восточного берега уже родилось новое государство, жители которого будут выплачивать налоги в этой монете…
Что ж, за сим прощаюсь с тобой дружище, обрекаю тебя на дружбу с Зави, вражду с халифом, и жизнь на чужбине...........бывай, не скучай!
Твой дорогой Джайран Костолумжин».
Только Истас бен Намин закончил чтение письма, принесенное Саидом, как входная дверь его дома распахнулась.....на пороге стоял эмир Алжира Зави ибн Зири.
–Обрекаю тебя на жизнь на чужбине—проворчал под нос Истас, передразнивая слова из письма Костолома–что ты знаешь щенок о жизни на чужбине, мой народ уже тысячу лет скитается, точно неприкаянный…
***
Я покидал Кордову с легким сердцем, жар от пожарища ласково грел мне спину, а ощущения от завершения важных дел согревали душу…зириды еще бесновались в городе, но и они вскоре собирались покинуть его. Незнаю только, зачем алжирцы начисто разрушили дворец Медину Асахару, красивый же был(!)…ах да…совсем забыл: «дабы не впасть в искушение, и не привыкнуть к роскоши, как поддались соблазну погрязшие в парчовых одеяниях братья по вере из халифата»....что ж …у воинов пустыни свое отношение к благам да удобствам..можно сказать спартанское…
На Римском мосту мне повстречался мой учитель греческой философии из медресе Абу Мухаммед ибн Хазм.
Увидев меня, он поклонился, и спросил:
–Теперь твоя душа довольна Шайтан-Джайран? Кордова в руинах…
–Весьма –ответил я, и готов был ехать дальше, но ибн Хазм спросил меня снова:
–Послушай, Костолумжин, по заказу халифа, я уже много лет пишу трактат о любви, я его назвал «ожерелье голубки»…но я сам ничего не знаю о любви, поэтому за несколько лет опросил об этом всех, с кем был знаком..............ты последний, кого я хочу спросить....что есть любовь Джайран?
–Это та, что не дает забыть, кто я, и зачем явился в этот мир—не раздумывая сказал я, и сам удивился своему скорому ответу…
–Разрушительна твоя любовь, Джайран…
–Нет—говорю—любовь, как всегда созидает, но во мне она создала разрушителя.......а не желаешь со мной поехать мудрец?
–Нет, благодарю—устало ответил ибн Хазм—моя любовь-Кордова, она не позволяет мне забыть кто я, и зачем я здесь…
–Счастливо мудрец....
–Прощай шайтан-Джайран…
По дороге я нагнал сотню моих всадников и крытую арбу, в которой ехала Ксения с детьми. Поровнявшись с повозкой, я услышал ее голос, звучащий сквозь шелковую занавеску:
–Если ты для всего халифата Шайтан, то я, стало быть Шайтанша?
–Видимо так—усмехнулся я—а хочешь, я тебя султаншей сделаю?
–А в карты султанат не продуешь?
–Хех,....поробую............
Тем же вечером войска Зави ибн Зири покинули Кордову, опасаясь возмездия халифа, который приближался с войском из Севильи.
Зави держал путь на юго-восток, в горную долину, в глубине которой затерялся еврейский городок Гарнатха аль Яхуд, аккурат возле развалин Медины Эльвиры. Туда, его вел Истас бен Намин…
Как и обещал бывший визирь, жители Гарнатхи, после недолгих переговоров с ним, открыли врата алжирским воинам…
Зави подивился гранатовым садам, растущим возле города....такие огромные гранатовые плоды он видел лишь раз в жизни, когда в молодости, с посольством отца побывал в Дамаске.
Эмир приказал укрепить город, и решил обосноваться в нем, учредив собственный султанат, а Гарнатхе дал новое название, под впечатлением от роскошных гранатовых садов, –Гранада.
Я же, без приключений добрался до Альмерии, где меня встретил с распростертыми объятиями Афтах (Черномор). На следующий день он передал мне бразды правления городом, сам же стал начальником моей гвардии.
Через неделю, я сам себе присвоил титул султана Альмерийской тайфы..........
ЭПИЛОГ
На пристани Альмерийского порта стояли двое: султан Альмерии Джайран Костолумжин, и его визирь-казначей Саид. Они провожали взглядом плавно отходящую от пристани галеру под стягом Альмерийской тайфы…
–На кой?—спросил визирь—по мне, так бессмысленная трата денег…
–Не скажи –отвечал султан—доплывут до Киева, сообщат Великому князю Ярославу, что обосновались русские люди на Гишпанщине, просят присоединить новые земли к Руси-матушке…
–Вот Ярослав им и ответит «на кой, уж больно далече, бессмысленная трата денег»–вновь проворчал визирь.
–Далече—согласился султан—на худой конец, хоть посольство установят…и «хруст костей халифата» до родины домчат............
С плеча султана слетела серая птица с красным хвостом, и полетела вслед за галерой смачно матюкаясь на суржике из арабского и русского.
На судне гребцы затянули песню:
«Эх дубиинушка ухнем.....ээх, зеленая сама пойдет…подернем, подернем..да уХнем......»
ПЭ. ЭС:
Султан Джайран правил Альмерией 18 лет, укрепив государство, и успешно выдержав несколько вооруженных противостояний с разваливающимся Кордовским халифатом и Гранадским султанатом. Он привлек в свою тайфу множество ученых и деятелей исскусссства. В Альмерии начался золотой век.
Джайрана убил старший пасынок, сын Ксении, по имени Зухайра, и стал новым султаном Альмерии.....
В 1091-ом году в Испанию вторглись из Африки Альморавиды, и славянским государствам на восточном побережье Испании, в том числе и Альмерийской тайфе, пришел конец....
Коран, попавший в руки Зави ибн Зири, долгое время хранился в Гранаде, но когда марокканские князьки захватили Малагу (часть Гранадского султаната), Коран выменяли на город, после этого судьба одно из первых рукописных Коранов не прослеживается…
***КОНЕЦ***
КОЛОКОЛА
–Батька! Зачем звонят колокола?
–Они зовут…
–Это как так?
–Звон слышишь ушами, а зов душою, душа откликается на красоту....
–Куды зовут то?
–Куды колокол отольешь, туды и зовут…отольешь на пожар—туды и зовут.....отольешь на молитву-туды и зовут....доброй молитве—добрый звон.
–А тот что я отлил, куда зовет батька?
Отец ударил в колокол, и звук полетел над лугом близ литейной, сплелся с ветром в тугую косу, стеганул ею по разнотравию, и узким языком легла трава за горизонт..................
–В дальний путь сынок...............в дальний путь....
***
В 1049-м году Ярослав Мудрый отправляет во Францию посольство во главе с боярином Гостомыслом. При посольском приказе в Париж направляется и Анна Ярославна—дочка великого князя, которой судьбой уготованно стать королевой Франции.
В три телеги загрузили дары для короля: меха да ожерелья из янтаря, новгородские бронебойные луки да тончайшей работы кольчуги…
Людей мастеровых Гостомысл решил взять также: кузнецов да столяров-краснодеревщиков, резчиков по кости и колокольных дел мастеров, мол, пущай покажут на чужбине, что мы умеем, да и подучиться чему не помешает…
Путь выдался долгий, на многие месяца, местами опасный, а местами и сонный.
Княжна Анна стала заметно скучать, и боярин заметил, что девушка частенько играет в «гляделки» с молодым колокольных дел мастером Василием…
«Этого еще мне не хватало»-подумал Гостомысл: «До Парижу еще ехать да ехать, недосуг мне невинность княжны до свадьбы стеречь, от парнишки избавиться надо, от греха подальше…»
Уж земли Бургундии проезжали, когда Гостомысл подозвал Василия, и сказал ему:
–Василий, тебе выпала великая честь постоять за нашу святую веру, и не посрамить исссскуство литья русских колоколов...................слушай внимательно.....полвека тому назад, в соседней с Францией Гишпанщине, лютовал владыка Кордовы Аль Мансур…его полчища явились в королевство Леон, и ограбили монастырь святого Иакова, где покоятся мощи апостола. По приказу Аль Мансура, басурмане сняли с часовен колокола, и велели христианским военнопленным пешком, на себе, тысячу верст нести колокола в Кордову.....где их перевернули, и повесили заместо люстр в мечети. Там, аки в плену, в главной цитадели нехристей и по сей день томятся колокола святого Иакова…
–Так что боярин, колокола велишь от басурман вызволять?—спросил Василий…
–Не по плечу тебе это дубина!—осерчал Гостомысл—умей слушать до конца: ступай в город святого Иакова, что в королевстве Леон в Гишпанщине.....отлей для монастыря апостольского новые колокола, взамен украденных,....да отлей так, чтобы каждый заслушаться мог, чтобы душа запела от их перезвона..........ступай…не посрами мастеров русских…
С этого момента пути Василия, и Анны Ярославны разошлись: княжна, с посольским приказом, поехала до Парижу, а Василий, один-одинешенек, пошел в гишпанские земли…
Когда Василий добрался до града святого Иакова, то нашел его в большом запустении и в великой грусти. Все еще не отремонтирован апостольский монастырь после погрома Аль Мансура, все еще не висят колокола на часовнях, народ бродит по улицам сумрачный, неулыбчивый....
«Ой бяда, бяда, будто басурманин только вчера здесь гулял»–подумал Василий: «Видно к месту я тут, пора будить добрым колокольным звоном свет в поникших душах…»
Пока Василий шел по Гишпанщине, выучил немного слов на тамошнем наречии, и с этим невеликим богатством явился к епископу, и как умел, на пальцах, выразил желание отлить колокола для града святого Иакова.
Епископ, уж было собирался объявлять конкурс на литейщиков, но как только услышал, что Василий согласен работать за еду и ночлег, тут же дал согласие, мол, если получится паршиво, не особливо накладно будет переделать…
Первый колокол, Василий отлил для сбора на вечернюю молитву, назвал его «Санта Фе» (святая вера), и строго настрого запретил монахам крепить его к механизму, который колокол вращает, ибо звон есть взывание к душам, а значит живая рука должна звонить, а не бездушное вращение колеса с ручкой…
Второй колокол, мастер назвал «Эсперанца» (надежда)—набатный, тут уж пришлось пойти местным на уступки, ведь как говорят: «со своим уставом в чужой монастырь не лезь»...., так пущай вращают «Эсперанцу» своими машинами, дабы не сильно ворчали, мол чужак пришел незнамо откуда, да еще со своими правилами.
Правда звук случился таким, как если бы к хвосту кота, размером с кита, привязали связку медных котлов, и дали пендаль киту(пардон, коту).........................пуффф…силы небесные! Уберегите меня от этого страшного звука, сбивающего с толку и стук сердешный, и мысли глубокие...............благо набат звонить приходиться не часто....
Третий колокол, Василий назвал «Амор» (любовь), для воскресной службы и святых праздников....к нему в придаток и малый колокол—«Сонриса» (улыбка). Звонить, мастер велел лишь вручную, чередуя «Любовь» и «улыбку», и вместе они звучали в унисон двойному ритму сердец…
Чертвертый колокол, мастер назвал по русски, и никому не сказал, что означает его название, наказал лишь , зазвонить в него только тогда, когда вернутся в град святого Иакова родные колокола из кордовского плена, и займут свои законные места…
Частенько в те месяцы, можно было увидеть мастера Василия, сидящим на часовне под четвертым колоколом, и смотрящим с тоскою в сторону родного края…
Когда случился очередной набег басурман, Василий, защищая стены города, был застрелен из пращи, и последние его слова случились такими: « Эх, гудит набат, то ли кот в котлы звонит, то ли кит котом гремит…»
***
Прошло 180 лет. В 1236 году, когда к Руси уже приближались полчища Батыя, кастильский король Фердинанд Третий, ныне святой, покоряет басурманскую Кордову, входит в великую мечеть, …освещает ее, превращая в собор.
Фердинанд видит, висящие в качестве люстр перевернутые колокола, велит их снять.....и вот уже мусульманские военнопленные, пешком, на себе, тысячу верст, несут колокола святого Иакова обратно, в апостольский град.
Когда колокола уже подносили к Сантьяго де Компостелла(град святого Иакова), впервые забили в четвертый колокол Василия. На звон к часовне прибежала дюжина чужеземцев, светлоглазых, бородатых, в кафтанах с меховыми отворотами,....назвались новгородскими купцами, и стали допытываться у монахов, что за колокол звонит.
Монахи показали, а заодно и спросили у новгородцев: «..не знаете ли, люди добрые, что написано на колоколе?»
«Как не знать..»–ответили купцы: « написано–ПОРА ДОМОЙ».
РОДРИК
Незадолго до роковой дуэли, Александр Сергеевич Пушкин написал набросок стихотворения «РОДРИК» про последнего вестготского короля Испании. Поэт решил воспользоваться тем фактом, что тело короля Родрика(Родериха) после битвы при Гуадалете так никто и не нашел....обнаружили лишь утонувшую в реке его боевую лошадь.
И, пускай весь мир считает, что король погиб, доказательств этому нет, значит можно вполне браться за написание произведения, в котором описывается дальнейшая судьба «выжившего» в битве Родериха. Видимо так решил наш классик.
Пушкина убили, и его «РОДРИК» остался недописанным....
«И, с пустынею расставшись,
В путь отправился король.»
– так обрывается стихотворение Александра Сергеевича.
Получается, по версии Пушкина Родрик выжил, и после долгих лет отшельничества, вновь пошел завоевывать свой трон....
Но Родрика со времен битвы никто не видел! Так как же все таки поэт сумел бы завершить стихотворение, если бы ему суждено было пожить немного дольше?
Я много лет задавался этим вопросом, а потом решился закончить начатое Александром Сергеевичем, пользуясь накопленными мною знаниями об истории и географии Испании.
Первая часть поэмы, размещенной ниже—пересказанный мною Пушкинский «РОДРИК», остальные две части мои, но если опустить мистическую составляющую поэмы, то могу утверждать, что она основана на реальных исторических событиях.