Создана для него

Глава 8

– Вероника… Вероника, – меня будит голос Анны Григорьевны, – Миюша уже проснулась.

Я вздрагиваю и быстро открываю глаза. Моргаю несколько раз, пытаясь сфокусировать взгляд на лице, склонившемся надо мной.

– Простите. Задремала, – встав с качели я виновата отпускаю взгляд. С моей стороны это не профессионально, уснуть на рабочем месте. Могу конечно за себя заступиться, тем что не спала практически ночью, но в этом и заключается моя работа…

– Ничего страшного, – говорит она, – Ты ничего не пропустила. Она вот только встала, я как раз зашла посмотреть куда это вы делись.

Как же мне повезло, что не сделали выговор, хотя могли.

Я застенчиво улыбнулась и быстрыми шагами зашла в комнату.

Девочка еще сонная, потягивалась, и я успокоилась.

А то, что Глеб читал ей сказки, это мне приснилось? Странно, но я и сама уже не уверена был ли это сон или реальность.

– У тебя завтра выходной? – отвлекает меня от моих мыслей Анна Григорьевна.

– Да? Уже? – удивляюсь я и начинаю вспоминать какое сегодня число.

У меня в договоре прописано, что раз в месяц я беру сутки выходного. Они не в курсе куда я буду пропадать в этот день, ну и им и не стоит этого знать. Не хочу жалости, да и не привыкла к этому.

– Да, вот так быстро время летит, – кивает хозяйка дома, – Завтра зайду за малышкой в семь утра, нормально?

– Да, – соглашаюсь я и подхожу к кровати, где Мия уже тянет ручки.

Уже почти пять вечера. Сегодня обеденный сон выдался слишком продолжительным, уже и ужинать пора.

Спустившись к столу, к моему разочарованию, там был Глеб. Не знаю почему, но не хотелось с ним пересекаться.

– Как спалось? – выдает он, как только мы присели.

Покосившись на него и уловив его ожидающий взгляд, я поежилась. И почему мне только в присутствии его так некомфортно?

– Хорошо, – почти шепотом ответила я, но решила добавить, – Не то, что ночью. У Мии режутся зубки…

– Я в курсе, – прерывает он грубо, и я затыкаюсь. Обидно? Да не то слово… Будто мне вообще тут не место, и он просто терпит моё присутствие.

Анна Григорьевна ощущает накалённую обстановку и берет все в свои руки.

– Сынок, может завтра в парк съездим? Ты, я и малышка. Уточек покормим?

Он будто пропускает все мимо ушей, молчит. Потом откладывает столовые приборы и смотрит на меня в упор.

– А няня?

Я даже поперхнулась от такого наезда и холода в голосе. Да что я сделала такого, чтобы он так со мной обращался? Или хочет, чтобы я передумала и сдалась?

– У Вероники завтра выходной, – отвечает за меня Анна Григорьевна, а я просто опускаю свой взгляд в тарелку. Невозможно выносить это напряжение. Даже кусок в горло не лезет. Хочу просто выйти из этого дома и громко хлопнуть дверью. Но… не могу подвести маму. Нужно просто не обращать внимание и позволить вытирать о себя ноги, иначе все напрасно. Да и Мия ни в чем не виновата.

Я посмотрела на девочку и будто мир поменялся из серого на розовый. Одно только её озорное личико, с вздернутым носиком может изменить моё настроение.

– Ня… – произносит Мия и тянет кусок пирога в её маленькой ручонке, Глебу.

Это первое проявление в его сторону от девочки и поэтому он просто смотрит на маленький кулачек, измазанный в малиновом варенье с растерянным взглядом.

Подумала, что он отмахнется, это все не для него – нежности, чувства, милости.

– Это все мне? – вдруг выдает он и смотрит в наивные детские глаза.

Мия кивает и улыбается во все лицо, от чего в гостиной становиться будто светлее.

– С удовольствием. Спасибо малышка, – добавляет он и берет, тоже руками этот кусок и кладет себе на тарелку.

А мы с Анной Григорьевной сидим с открытыми ртами и не знаем, как реагировать.

Ладно я… еще не знаю его, но Анна Григорьевна тоже восседала с удивлением на лице, думаю она видит проявление чувств у сына в первый раз.

Глава 9

Когда я заключала договор с Анной Григорьевной, то была согласна на все условия. Но с моей стороны был только один пунктик, один раз в месяц они дают мне выходной на целые сутки. Они не интересовались куда я уезжаю, с кем встречаюсь и у кого ночую и меня это вполне устраивало.

Я приехала в старый район города и зашла до боли знакомый многоэтажный дом. Здесь со временем ничего не меняется – те же исписанные стены, запах гнили и разбитые стека в подъезде.

Дом кажется еще более убогим после того особняка, где я сейчас живу.

Останавливаюсь на третьем этаже, перед старенькой входной дверью и достаю связку ключей. Доли секунды тупо стою. Всегда так… Я набираюсь сил, чтобы выдержать эту встречу. Встречу с… мамой.

Она серьезно болеет, у неё рак четвертой степени. Полгода назад, врачи отправили доживать дома… Я все понимаю, но все равно пытаюсь ей помочь. Мне нужны деньги, чтобы покупать маме хорошие обезболивающие. Я не знаю сколько ей осталось, но хочу, чтобы это прошло не как в аду.

– Мамуль, – оповещаю я и разуваюсь в прихожей. Она уже почти не встает и к ней каждый день приходит сиделка из общества помощи раковым больным. Женщина, которая к ней приходит, очень хорошая, она не только – стирает, убирает, кормит и моет, но и просто посидит и поговорит с ней, а иначе это была бы не жизнь, а каторга. Каждому человеку, нужно понимать, что он не один в этой жизни.

Мама дремлет и мне приходиться сесть на краешек кровати и потрясти её за плечо, – Мамулик. Я пришла.

Она всегда плачет, когда я прихожу, потому что скучает. Знала бы она как я скучаю по нашим беззаботным дням, прогулкам и нашей с ней жизни… Но я не показываю ей слёз, а надрываюсь только по ночам и только в подушку. Я должна быть сильной, независимо от своего возраста.

– Доченька, – очень тихо говорит она и опять с её глаз катятся слезы.

– Не плачь. Тебе не идёт, – пытаюсь шутить и натянуто улыбаюсь, – Как ты? – я глажу её по руке, и она прижимается ко мне. Она очень исхудала за время болезни и стала почти прозрачной.

Я не видела её месяц, но как будто год прошел. Она выглядит намного хуже, чем при нашей последней встрече. Я могла бы остаться с мамой до конца, но может я эгоистка, просто не могу на это смотреть, боюсь, что она умрёт на моих руках.

– Как дела на учёбе? Тебя не обижают в общежитие?

Да… Я не сказала ей, что пошла работать, она думает, что лекарства ей достаются бесплатно, по полису ОМС. И женщина, которая к ней приходит, в курсе моих дел, но тоже молчит. Спасибо ей огромное за это.

– Не обижают. Не переживай, – одобряюще отвечаю я, – Хочешь чаю?

– Не откажусь, – она пытается перевернуться на бок, но ей уже и это дается тяжело.

Придя ей на помощь, я пошла на кухню заваривать чай и нарезать торт наполеон, который я купила по дороге сюда. Его она раньше обожала, но сейчас, по традиции, я его просто нарезаю, а завтра выкину в мусорку, когда буду уходить.

Как бы это печально не звучало, но такова моя реальность.

Я часто думаю, как бы мы жили если бы не болезнь… В эти моменты я будто попадаю в свой мир и там у нас все хорошо – мама работает продавцом игрушек, я учусь на дизайнера и впереди только светлое будущее.

Но когда я открываю глаза, серые будни, как холодная вода, отрезвляет меня.

На ночь, рядом с маминой кроватью я ставлю раскладушку, и мы до глубокой ночи с ней вспоминаем давние времена, а на утро, я ухожу, с огромным камнем на сердце и полными слёз в глазах.

Глава 10

Приехав в особняк к девяти утра, Анна Григорьевна сообщила, что вечером будут гости. А точнее, к Глебу придут друзья и слава богу, я там могу не присутствовать.

Меня не было всего сутки, но я так соскучилась по малышке. Как только её взяла на руки, не могла оторваться. Её запах, смех и сладкий голосок впитался в меня, и я понимаю, что это не нормально, но уже поздно.

Целый день мы с Мией провели на заднем дворе и даже обедали там же, на веранде. Вообще свой дом, это круто и когда я встану на ноги, в будущем возьму ипотеку и куплю себе домик. Конечно, не такой крутой как здесь, но все же…

Мия начинает сонливо тереть глаза, и я мысленно себя упрекаю, что не отнесла её на обеденный сон.

– Пойдём зайчик домой, – говорю и она тянет ручки.

Я замедлила шаг, когда проходила мимо гостиной, в ней собрались незнакомые мне мужчины. Они устроились вокруг стола, в центре которого стоял алкоголь и всевозможные закуски. Все были одеты в солидные костюмы, как и сам Глеб и о чем-то негромко переговаривались между собой.

– Здравствуйте, – громко поздоровалась я, проявив уважение.

Мужчины тут же отвлеклись от беседы и с любопытством посмотрели в нашу сторону. Они поочередно поздоровались и мне стало как-то не комфортно.

Поэтому быстро кивнув, я поднялась на второй этаж.

К моему удивлению, малышка уснула за пять минут. Ну и что мне делать?

Поразмыслив немного, я решила спуститься вниз, на кухню и поужинать.

Пришлось опять идти мимо гостиной, но сейчас меня вроде никто не заметил, и я быстренько прошмыгнула.

Заглянув в холодильник, я нашла все для бутерброда. Была и другая еда, приготовленная поваром, который приходит с утра и готовит на целый день, но не хотела задерживаться здесь.

Быстренько нарезав все ингредиенты и поместив на тост, я с удовольствием пила чай. Интересно, а где сейчас Анна Григорьевна? Обычно она всегда в доме? Ей, наверное, тоже не комфортно среди друзей Глеба находится…

Помыв за собой тарелку, я так же быстро ретировалась через гостиную. Но только я поднялась на второй этаж, услышала голос Глеба и еще какого мужчины. Я остановилась и прислушалась.

– Что за красотка у тебя в доме? – произнес незнакомец.

– Няня для Мии, – холодно ответил Глеб.

– Она живет здесь?

– Да.

Мне нужно уйти и не слышать этого разговора… но ноги, как будто вросли в пол.

– Она такая вся сочная, – с восхищением сказал гость.

Мои щеки вспыхнули от такого откровения. Вот что за мужики такие? Хуже девчонок треплются…

– Ты её уже оприходовал? – спрашивает он у Глеба, а меня уже начинает подташнивать от этого голоса.

– Ты дурак? – спрашивает тот и продолжает, – Она маленькая, а ты знаешь, меня такие не интересуют и не заводят. Это скорее твоя тема.

Его друг негромко рассмеялся и что-то ему ответил, но я уже не услышала, так как они ушли в гостиную.

А я поспешила к себе в комнату. Я думаю, все мужики такие. Им только одно нужно… Им наплевать на чувства девушки, для них все игра. А когда есть деньги, тем более.

Я направилась в душ и пыталась забыть, что услышала.

Глава 11

Эта девушка влетела в мою жизнь как вихрь. Я еще не отошел от того, что маленький ребенок остался на наше с мамой ответственность, а тут появился ещё один. Она же совсем маленькая, для такой работы. Ей самой ещё учиться надо, а не подгузники менять.

А еще она меня раздражает. Своей тихушностью и податливостью. Или она очень хорошая актриса или действительно так любит детей.

Если бы я знал, что мама хочет взять её няней, я бы не уехал так на долго в командировку и помешал этой сделке. И когда я вернулся, хотел выставить девчонку за дверь, но видя, как Мия привязалась к ней за такое короткое время, просто не решился. Малышка и так перенесла стресс по потере родителей…

Информацию я все равно на неё нарыл, хоть с виду и обычная девчонка, но перестраховка нужна.

У неё есть только мать, которая тяжело больна и находится дома. Почему она за ней не ухаживает, про это я не в курсе. Высшего образования у неё, естественно, нет, отучилась курсы и все. Ну хоть криминала нет, все чисто.

– Ничего такая, – выдает мой приятель Вова, когда увидел первый раз няню. Она вернулась с прогулки с Мией и со всеми поздоровалась. Ей, конечно, плюс в карму, за приветствие, но мужчины, которые находились в гостиной, чуть головы не свернули.

Я заметил азартный блеск в глазах приятелей. Вот кобели…

Когда я направился на кухню за бутылкой виски, меня нагнал Вова и начал задавать вопросы про Веронику. А точнее обсуждать её сочные формы.

Вообще я не привык делиться своими мыслями по поводу девушек, даже с друзьями, но Вова как настырный червяк…

– Она еще совсем молоденькая, – сказал я ему сухим тоном.

Он лишь посмеялся и наклонился поближе, чтобы посторонние уши не услышали.

– Не такая она и маленькая, друг, – заговорщическим тоном выдал он и подмигнул мне, – Такие тихие девушки, как особый сорт, раскрываются только для тебя. И ты знал, что в тихом омуте черти водятся? Да… да…

Опыт с малолетними девчонками у меня уже был, поэтому так негативно и высказываюсь. Когда еще учился в колледже, мама приводила в гости своих подружек, а те в свою очередь – своих дочерей. Естественно, такую партию как я, хотели заполучить многие, но вот что больше меня удивляло, это мамаши, которые без принципов подсовывали под меня девчонок.

А мне что? Я был тогда бестолковый, одним местом только думал. Пока однажды, одна из них, чуть не покончила с собой, когда я с ней порвал.

Это был для меня переломный момент, так как чувствовал себя виноватым. И с тех пор, никаких подруг мама не приводила, просто ходила сама по гостям, а я начал выборочно встречаться с девушками и с порога предупреждал о том, что это не навсегда.

– Ты редкостный говнюк конечно… – осадил я его.

– Как знаешь, – пожал он плечами и продолжил, – Но, если она не с тобой, значит я могу попытать удачу? А?

– Только не в этом доме, – уже резко ответил я, – И яйца свои подкатывай не в присутствии Мии. Понял?

– Обижаешь, – ответил он с довольной рожей и потер ладонями, – У тебя есть её номер телефона?

– Нет, – выдал я сухо.

Конечно, у меня есть её номер, но вот так просто я не намерен облегчать его задачу.

Я пошел на кухню, давая понять, что разговор окончен.

Вмешиваться в его дела, я тоже не планирую. За пределами особняка пусть делают что хотят, но в доме разврата не допущу.

Про себя все же усмехнулся, так как у няни всего один день в месяце, когда она берет выходной. Посмотрим, как он будет клинья к ней подбивать.

Глава 12

– Мия, аккуратней, держись за руку, – говорю малышке, пока мы спускаемся со второго этажа.

Сегодня прекрасная погода и мы решили съездить в парк. Как ни странно, Глеб решил нас сам свезти.

– Здравствуйте, дамы, – слышу мужской голос и смотрю в низ.

Там стоит парень, облокотившись на перила. Я узнаю в нём приятеля Глеба и скромно улыбаюсь в ответ.

– Добрый день.

Он немного отступает в сторону, чтобы мы прошли и краем глаза в руке я замечаю какую-то коробку, красиво упакованную.

И тут он её протягивает и сообщает веселым тоном, – Я проезжал рядом и решил заехать и угостить сладеньким. Ты любишь торты?

– Сладкое вредно, – со стороны раздается грозный голос Глеба, и мы с незваным гостем поворачиваемся в его сторону. Мия, наверное, точно хочет покушать сладкое, так как отлипает от моей руки и тянется к коробке.

– Немножко можно, – выдает приятель Глеба и сев на корточки возле малышки, дает ей взять коробку.

Глеб нахмурил брови и молча прошел на кухню. Мы все засеменили вслед за ним.

– Я налью чай, – говорю я, усаживая малышку в стульчик, – Вы будете?

Это я обратилась к хозяину дома, и он просто кинул.

Пока я готовила напиток, друзья о чём-то все разговаривали, и я не вникала в суть, что-то про работу и про то, что зерно не вовремя приехало. А еще они успевали отвлечь Мию от того, чтобы она не размазывала торт руками.

– Какие люди? – в кухню заходит Анна Григорьевна и радостно улыбается.

Приятель Глеба тут же вскочил, будто вошла королева и заключив ей в объятия, поцеловал в щёку.

– Здравствуйте, – выдал он и продолжил говорить с восхищением, – Вы, как всегда, на высоте. Красотка. Глаз не оторвать, – и в подтверждении своих слов он обводит взглядом фигуру женщины.

Что вообще здесь происходит? Я вижу, как загораются глаза матери Глеба, и она смущается. Это я вижу в первые и как-то неудобно стало.

Глеб не придает этому значение, потому что отвлечен Мией.

Тут явно что-то есть. Однозначно… Но это не моё дело.

– Анна Григорьевна, будете чай? – я нарушаю их идиллию, и они как будто опомнились, рассаживаются на стулья.

– Да, спасибо, – коротко бросает она и переключается на сына, – Глеб, а у тебя сегодня какие планы?

Я ставлю чашки перед ними тремя, а Мию отодвигаю в сторону, чтобы не дотянулась до горячего напитка.

– Мам, я тебе говорил уже, – выдыхает он с нетерпением, – Я везу Мию в парк.

– Ааааа… – тянет она и когда отпивает чай, косится на друга Глеба.

– Вова, а у тебя как дела? – спрашивает она у него.

Ну вот теперь я хоть имя его узнала. Вова значит… и наблюдаю со стороны.

– Хорошо. Потихоньку. Не жалуюсь, – он улыбается ей как-то двусмысленно.

Я смотрю на Глеба, но он занят чем-то в телефоне и ничего этого не замечает.

А у меня только одна мысль, на сколько он её моложе?

Но может это все мое разыгравшееся воображение и между ними только дружеское общение?

– Ты готова? – прерывает мой поток мыслей Глеб, – Я вас отвезу, а мне еще кое-куда нужно отъехать.

– Да, – я ставлю чашку в раковину и вытаскиваю Мию из стульчика, – Сейчас только щёки сладкие умоем, – я говорила Глебу, а сама теребила щёки малышки, а она только улыбалась.

– Жду в машине, – коротко бросил он и вышел из-за стола, – До встречи, – это он уже пожал руку Вове и пошел на выход.

– До свидания, – слышу из-за стола голос Вовы и отвечаю ему тем же, тоже удаляюсь.

Нет. Тут явно что-то есть, даже дурак заметит. Там искры летают в разные стороны и думаю они не чай будут сидеть пить, когда мы уедем.

Глава 13

В своих размышлениях я и не заметила ка сижу в машине и смотрю в окно. Понимаю, что это не моё дело, но внутренне беспокойство никуда не девается.

Скорее всего, Глеб не догадывается об их связи, а что, если он узнает? Как он это воспримет? Но почему-то я ни хочу это видеть, так как мне кажется, что он будет совсем не в восторге.

– Через сколько за вами приехать? – спрашивает Глеб и я поворачиваюсь к нему.

Он смотрит на дорогу и черты его лица кажутся очень суровыми… но красивыми. Я секунду даже залюбовалась им.

– Думаю пару часиков, – тихо выдала я и быстро отвернулась опять к окну.

– Хорошо. Постараюсь успеть.

Оставшуюся дорогу мы ехали в тишине, не считая то, что Мия на заднем сиденье смотрела мультики.

Высадив нас в парке, он уехал.

Здесь было много народу, но то, что парк оказался весьма огромным, не создавалось больших скоплений людей.

Посередине располагалось озеро, в котором жили утки. Я не стала приобретать хлеб чтобы их покормить, кто-то мне давно сказал, что он этого у них происходит вздутие живота, вплоть до летального исхода. Поэтому мы просто подошли с малышкой и наблюдали. Мия даже одного селезня хотела ущипнуть за хвост, но он ловко от неё всегда уходил.

Затем мы пошли на аттракционы. Покатались на лошадках, машинках, качелях. Веселью девочки не было предела, она все воспринимала очень эмоционально и не капризничала.

Последнее, где мы не были для её возраста, это на катамаранах. Мы, конечно, подошли к кассе и видели, как другие с восхищением плавают, но я испугалась, что могу не уследить за Мией одна.

Мы с малышкой развернулись и только хотели уходить, как мой путь преграждает Глеб.

– Почему не поехали?

Первая мысль была – он за нами следит? Но сама себя одернула… он просто приехал пораньше и нашел нас.

– Я переживаю, что не услежу за Мией, – честно ответила я, смотря ему прямо в глаза.

– Поехали, – коротко отрезает он и идет к кассе за билетами.

Через пять минут, мы втроём сидели в катамаране.

Если честно, то я тоже впервые катаюсь и для меня, как и для Мии, все в новинку. Мы обе сидим, оглядываемся по сторонам или трогаем тёплую воду.

Глеб в основном обращался к малышке, но меня это не расстраивало. Так в принципе и должно быть, я для него всего лишь прислуга.

Краем глаза замечаю какое-то барахтанье и приглушенный писк. Поворачиваюсь и мне хватает доли секунды, чтобы решиться.

– Держи, – быстро передаю малышку Глебу и прыгаю в воду. Плыву очень быстро, что есть сил и ныряю, когда последний раз виднелась голова ребенка.

Вода мутная, но я хватаюсь за одежду и вытаскиваю его на поверхность.

В голове только одна мысль, счет идёт на минуты. Вижу, как вокруг образовалась толпа людей и рядом со мной истеричный голос мамочки.

– Я только на минуту… на минуту отвлеклась. Он умеет плавать. Как так?

Но я не могу сейчас успокаивать родительницу и при этом спасать жизнь. Но слава богу, я проходила уроки по первой помощи при утоплении.

Ребенку от силы лет семь, губы посинели, но прощупывается пульс. Я мигом его переворачиваю и слега постукиваю посреди лопаток. Вода начинает выходить и когда жидкость перестала вытекать, я перевернула на спину и стала делать искусственное дыхание. Через доли секунды вышла остаточная вода из легких, и парнишка задышал.

Вокруг я услышала аплодисменты, но меня так колбасило, что только с мальчишеским вздохом, будто сама задышала. Меня обняла та мамочка и поблагодарив, прильнула к своему ребенку. Тут и скорая подъехала.

Я встала с корточек, и почувствовала, что меня чем-то укрыли тёплым. Смотрю на себя, это плед. Поворачиваюсь к этому доброму человеку, это Глеб, с Мией на руках.

– Спасибо, – выдаю я охрипшим голосом.