Лига яхтенных пассажиров

© Барт Малеев, 2023

ISBN 978-5-4490-8950-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

ФРАГМЕНТ 1

Марк замешкался у транспондера на выходе с перрона аэроэкспресса в Шереметево… Красные лучи не считывали код на экране. Держать телефон у стойки было неудобно, ремень тяжёлой сумки сполз с плеча. Позади образовалась небольшая очередь из беспокойных попутчиков. Поводив гаджетом у считывателя, Марк обнаружил, что экран вообще погас. Вот жеж…

– Сделайте экран поярче, – охранник подошел немного ближе.

– А, вон в чем дело, – Марк поставил баул на колесики. На него сверху положил сумку. Освободившимися руками загнал «солнышко» смартфона до упора вправо и вновь приложил сияющий QR-код к аппарату. Прозрачные дверцы раздвинулись.

– Окей, спасибо.

Красный баул постукивал колесиками по стыкам плитки. Эскалатор. Очередная остановка и мрачноватое разглядывание свисающего стенда с указателями терминалов запутанного Шереметево. Так… D. Прямо, и в коридор с интроскопами на входе.

Где тут стойки регистрации? Ну, норм. Заметил шкипера с женой. Воздушные поцелуи. Жене, понятно. Они в очереди – впереди. Пролезать поперек ограничительных лент Марк не стал. Торопиться некуда. Остальные пассажиры на римский рейс уже настроились на итальянскую мяучистость и непосредственность. Ну, в том виде, в каком ее себе представляют среднеобеспеченные россияне. Поэтому, когда некоторые… э… торопыги, все же пролезают под лентами и присоединяются к своим компаниям – остальные пассажиры взирают на это очень спокойно, хотя и брезгливо.

Будь это очередь, например в регпалате, а не на итальянский рейс – вряд ли бы все прошло так безболезненно.

На паспортном контроле.

– А где остальные?

– Ну, я созванивался… Едут еще.

– Отлично, и Б-г с ними, не пропадут. Кэп, предлагаю в зоне вылета немедленно отправиться в бар.

– А там теперь только вино. И пиво.

– И это хорошо. Зато есть место, где можно прекрасно посидеть. А захочется взбодриться и спокойно пережить взлет – дьютики работают исправно… я куплю тебе вискаря в мелкой посуде…

– Погоди… не так… Надо :

– я куплю вискаря тебе…

в мелкой посуде…

чтобы ты разговор начала…

Капитан яхты чрезвычайно поэтичен. А-ха-ха. Напоминает «нас баюкает в мягкой качели, голубая испано-сюиза…»

Марк в целом большой поклонник ЗОЖ. И яхтинг рассматриваем им, как элемент ЗОЖ. С этим не поспоришь: яхтсмены в большинстве своем – здоровы. Поэтому возникает некая коллизия. Видите ли, яхтинг подразумевает употребление алкоголя (который с точки зрения формального зож – есть зло) – для восстановления сил, для сугрева, для борьбы с начальными явлениями депрессии, для смелости и прочее. В итоге, путем несложных сопоставлений приходится прийти к выводу, что для поддержания ЗОЖ необходимо выпивать. По крайней мере – в период яхтенных прогулок и подготовки к ним. Коллизия? Коллизия. Компромисс? Да. И что?

Б-же! Еще свежи воспоминания о нормальных барах в зонах вылета, где за большие, но вменяемые деньги можно было выпить всякого-приятного, а не только вина или пива.

Ныне же приходиться сидеть за столиком в фастфудной столовке или унылом баре и попивать кисленькое винцо. Или пиво, извините…

Впрочем, магазины беспошлинной торговли этот досадный пробел ловко восполнили. Участники круиза уже прошли вдоль стеллажей с напитками и прикупили по паре литров купажированного виски – каждый на свой вкус. Марк взял «Балантайнс» и «Знаменитую тетерку». Шкипер – «Балантайнс» и возможно «Учительский», точно сказать сложно. Джин – всегда покупает Мезенцев. Марк не любит джин – а вот шкипер и Мезенцев делают вид, что любят. Ну, вот купили и запаковали герметично для проноса в самолет и для выноса через таможню…

Однако возле каждой кассы – имеются витринки, стойки, тумбочки, ящички уставленные пятидесятимиллилитровыми флакончиками из пластика в виде типичных бутылок с похожими наклейками. В них содержится искомый напиток в количестве – два глотка. Они удобно помещаются в кулак и могут быть спокойно выпиты без явного нарушения нелепых законов о распитии.

Все это проделано. До вылета еще довольно времени. Шкиперская жена слоняется по магазинам, а сам Кэп и Марк ждут Мезенцева, который должен привести с собой двух или трех новых участников экспедиции.

Шкипер, Мезенцев и Марк – это костяк. Причем Марк – как бы хрящик. В силу того, что он к яхтингу привлекся сравнительно недавно, но крепко. А Шкипер и Мезенцев – уже лет десять гуляют. А скорее всего, дольше. Шкипер – шкипером, а Мезенцев матросом и организатором. Поэтому Марк – еще хрящик, а Мезенцев и Шкипер – яхтенная косточка. Марк – пассажир. Звучит – не очень. Но посмотрим. В дальнейшем по этому поводу можно будет порассуждать. Поётся ведь в старой песенке: «…да кто есть кто, да, кто был кем? Мы никогда не знаем…»

Марк сидел вместе с Кэпом рядом с выходом на посадку. И они лениво предавались воспоминаниям. Турция, Греция… Это там, где Марк побывал. Кэп погулял больше… ну, на то он и Кэп. Карибы, Венеция, Хорватия, Ла-манш и все такое. На Сейшелах они были вместе. Слегка позлословили вспоминая эклектичный подбор экипажа. В том рейсе выявился запойный алкаш, который выпил весь запас и чуть не помер. Даже пришлось его палкой потыкать, чтобы убедиться, что он еще жив. Но обидно было, как раз то, что не помер. Запах стоял уж очень крепкий. Живые так вонять не должны!

Всем остальным пришлось воздерживаться в известном смысле. Пока не зашли в марину, где распахивали двери соответствующие лабазы.

К этому времени, надо сказать, алкаш оклемался и, освежившись под шлангом с технической водой, совершил выход в магазин. Пошатываясь и бормоча грубости. Но привез грузовичок с напитками.

– Кэп, ты помнишь «Такамаку»?

– О, да! И крепкий дистиллят и готовый к питию. Практически идеальный напиток.

– Угу… И в чистом виде и в коктейлях…

Оба помолчали, вспоминая вкус сейшельского рома и адское солнце Индийского океана. У Марка ожоги на ушах и предплечьях зажили только через полгода.

Ну, где там Мезенцев!? Сколько народу он с собой приведет?

– Во, звонок. Он еще в такси. Может не успеть. С ним Кот Консильери и две тетки. Новые какие-то.

– Ты, в смысле… с ними еще не знаком?

– Нет. Стас сказал, что это типичные яхтенные пассажирки – одинокие сильные женщины, – оба сдержано хмыкнули.

Давно известно, что тетки на яхтах подбираются чаще всего именно такие. Те, кто ни у кого не отпрашивается и те, кто может сам себя профинансировать. Консуматорши и профессионалки, чаще попадаются на больших моторных яхтах, а на парусных моногулах – такие – редкость и случайность…

И поскольку Мезенцев вертится в среде эффективных заскучавших менеджериц, он приводит их на лодку. С ними интересно, особенно, когда они начинают раскрываться. Ну, там медитирование на баке или приготовление ризотто с фруктами и рыбой. Сырой. Для всего экипажа. Вместо обещанного простого плова.

В целом нормальные тетки, диковатые только. И лица у них напряженные, перекошенные, как бы. Но когда выпивают – расслабляются и рассказывают всякое с их точки зрения захватывающее. Вроде того, что они проявили выдающуюся выдержку и кого-то перехитрили. Или, как послали нах переговорщиков от смежников. Шкиперу, мадрозам и пассажирам в такие моменты полагается сурово и одобрительно качать головами. Улыбаться нельзя. Восхищаться нужно.

И все же даже без таких теток было бы скучно. Они как-то оттеняют. И заботятся о туалетной бумаге еще. В общем – масса достоинств.

К ним вырабатывается привычка. Их приглашают в очередной рейс. И вот тогда, пребывая в знакомой обстановке, они могут показать себя во всей красе. Что и говорить, ПМС и климакс – это вопрос воспитания. А такие тетки им пренебрегают.

Через некоторое время в отношении некоторых становится очевидной спецификация – «на борту нежелательна…». Ну, по крайней мере – часто. Здесь ведь, как всегда, главенствующими становится вопрос совместного финансирования. А не предпочтений. Видите ли, домашние, ласковые и воспитанные женщины… во-первых на яхтах ездить не любят, а во-вторых, денех на яхты у них нет. Поэтому на парусниках подбираются совершенно конкретные тетки из числа тех, о которых было сказано выше.

Марк и Кэп это много раз уже обсуждали. Но поскольку яхтенная болтовня по своей природе спиралеобразна, то тема пассажирок с вариациями все равно всплывает и увлеченно обсуждается.

Очередь на посадку начала двигаться. Марк подумал – как здорово, что есть люди, могущие стоять в очередях. Ведь, если бы все продолжали сидеть, то, как тогда узнать, что пора уже.

Шкиперова жена не выдержала и тоже пристроилась в хвосте. Издали посылала знаки, предлагая присоединиться. Но Шкипер и Марк были заняты ожиданием Мезенцева и Кота Консильери.

Виски, попав в изможденный ЗОЖ организм, резвился и напитывал синапсы. Они от этого включались несколько неторопливо и возможно даже с чавкающим звуком. В отличие от трезвого – сухого и стремительного потрескивания. Поэтому, если прислушаться, … сейчас в голове был приятный басовитый гул. А не утомительный привычный «белый шум…» мозговой деятельности трезвого человека.

Ох, ну что ж, пора вставать. Обе стойки посадки с заскучавшими белорубашечными сотрудниками контроля освободились. Шкиперова жена уже прошла в тоннель посадочного терминала. И затерялась. Марк с Кэпом поднялись с насиженных и согретых перфорированных кресел, подошли к стойкам и протянули паспорта с посадочными талонами. Лениво блуждала мысль о том, что круиз все равно полностью проплачен, а на яхте вполне можно и втроем управиться. Гулять по Риму – тем более. Впрочем, самолеты ведь летать продолжают – так что опоздавшие смогут прибыть следующим или каким-еще рейсом.

– О, бегут… Вдоль мелких магазинчиков, кафешек, в пределах видимости, возникла движуха, и из недифференцированной человеческой массы стремительно выделилась группа усердно шевелящих булками граждан среднего возраста. Впереди широкими шагами, размахивая вещмешком морского пехотинца поспешал Мезенцев, а за ним, увешанный разномастными рюкзаками, топал Кот Консильери. Две тетки семенили позади… быстро, но стараясь сохранять достоинство. То есть несколько шагов – быстро и наклонившись вперед, а следующие – выпрямившись и помедленнее. Со стороны эта группа выглядела забавно.

Марк и Кэп ждали их уже в проходе посадочного рукава. Легкая неразбериха и поиски паспортов с посадочными талонами. Все. Привет-привет. Идут по коридору.

ФРАГМЕНТ 2

Сурово пройдя через бизнес-класс, пассажиры которого дисциплинированно сидели в своих широких креслицах и скромно смотрели прямо перед собой, Марк со товарищи остановились на входе в эконом. Народ увлеченно распихивал свои пожитки по полкам и усаживался. Младенцев коварно дожидающихся возможности разрыдаться, поблизости не наблюдалось. И агрессивных старушек тоже.

Пока шли по коридору, Марк понял, что приведенные тетки – не просто тетки, а нежно опекаемые тетки. Стасом и Котом. Возможно это будет забавно. По крайней мере в исполнении Стаса. Что же касается Кота, то экипажу, скорее всего, придется следить за развитием трагического романа. Иными словами наметились не просто взрослые яхтенные пассажирки, но еще и упрошенные. Впрочем, нужно надеяться, что все будет также весело, как и обычно.

Места в он-лайн регистрации распределял Мезенцев. И поэтому Марк спокойно дожидался возможности расположиться рядом с проходом. Расселись.

– Марк, это Даша, мы с ней вместе работаем…

– Привет, Даша. Я – Марк.

– Здравствуйте. Меня зовут Дария… Извините, мне трудно будет первое время общаться на «ты»… Хорошо?, – сказала Дария используя в голосе модуляции высококультурной женщины…

Мезенцев сделал вид, что не участвует в разговоре. Хотя сидел между.

– Как скажешь, Даша, – Марк протянул Стасу маленькую бутылочку с «Популяной тетеркой».

Стас подумал и сообщил, что они с Дарией, пожалуй, выпьют шампанского, …у них с собой. А то голова разболеется.

«Для общества потерян», – успел подумать Марк прежде, чем стюардесса, прижавшись к его подлокотнику бедрами, задрала руки, чтобы закрыть дверцу багажной полки. Он старался такие моменты не пропускать, хотя и понимал, что стюардессы на работе, и им вряд ли нравится, когда на них снизу пялятся. «Ну, хорошо, хорошо – больше не буду», – в очередной раз подумал Марк, и попробовал отыскать взглядом остальных попутчиков. Кэп с женой сидели наискосок – позади, и добродушно улыбались. Консильери и его спутница – обнаружены не были.

Громкая связь транслировала команды первого пилота. Закрыть то, открыть это. Проводницы устраивали перфоманс со спасательным снаряжением. В общем, обычная предвзлетная суета, о которой знают почти все.

Вырулив на взлетку, аэрбас клюнул носом и остановился.

«Вот же срань», – среднемагистральник, раскричавшись турбинами, и мелко топоча лаптями по стыкам бетонки, понесся на взлет. Марк закрыл глаза и попытался выключить сознание. Но ни фига… «Б-же, не в этот раз…». Самолет перестал трястись, и спустя мгновение, взмыл вверх. Лифтовое ускорение, заложенность ушей, очевидный крен на борт. «Все, земли не видно. Летим ровно. Можно расслабиться до момента приземления. Не, еще пару минут попереживаю».

Марк окончательно открыл глаза и посмотрел на табло. Курить, как всегда, нельзя.

****

Напитки. Вода и сок апельсиновый. «Вот забыл, что говорят лайфхаковые сайты в интернете – почему нельзя заказывать чай и кофе в самолетах? Что-то там с кипячением воды связано…». Попытки послушать музыку через убогие наушники. Ковыряние в лотке с питанием. Напитки. «Воды, пожалуйста, газированной». Вроде задремал. Болтовня с Мезенцевым о судьбах мира. Небольшая прогулка вдоль прохода между рядами кресел, пока он свободен от огромного чемодана на колесиках, который возят стюардессы. Ой, хорошо – можно разогнуться и сделать потягушеньки. О, кстати, зеленый флажок на дверце. И очереди нет. Восхищение вакуумной системой смыва в крошечном клозете. Всё – по местам. «Пристегните ремни». Грохотание воздуха в выпущенном шасси. Лайнер, как коршун над жертвой распушил перья-закрылки и прочие элероны. И навис над плитами. Касание. Бдыщ-бдыщ-бдыщ – побежали… «Блин, давай, врубай уже реверс… Слава те хоспади, затормозили». Мельтешня за окошком прекратилась. «У-ух. Хорошо на земле… И в море».

Стюардессы с обреченными выражениями на лицах уже и не пытались усадить выстроившихся в очередь пассажиров. На всех рейсах, всех компаний половина пассажиров предпочитает ожидать приглашения на выход, стоя в проходе. В чем секрет – не понятно. Впрочем, сидящим – тоже не очень хорошо. Встать и вклиниться в движущуюся толпу трудно, не пускают. Но и это не страшно. Марк продолжал сидеть, пока не возникла очевидная лакуна. Встал, снял сумку от «Кэмел актив» с полки и направился к выходу. В коридоре присоединился к капитану.

****

Возрастные итальянские пограничники сдержанно и значительно проштамповали паспорта. Лента багажного транспортера без задержек доставила красный баульчик на колесах. Пятеро дожидаются Консильери и его женщину. Что-то долго. По указателям прошли на перрон пригородного поезда и в правильной кассе1 купили билеты до Термини. Консильери уже здесь дожидаются. Они, оказывается, билеты на электричку еще в Москве сделали. Разбрелись по вагонам. За те полчаса, что ехали в Рим, строгий итальянец (звучит смешно, но правда) в синем блейзере, галстуке и с хитрой кондукторской сумкой через плечо проверил билеты у почти всех негритят, коих было немало. Азиатов, не трогал. Марку, капитану и его жене сказал: «Скузи», и, не улыбнувшись, пошел дальше.

В Термини выяснилось, что экипаж будет жить в трех гостиницах. Марк, Кэп и жена – на виа Карло Альберто, а оставшиеся – еще в двух. Но неподалеку.

Продравшись через развалы китайского текстиля и прочего ширпотреба, коими окружен главный железнодорожный узел Рима, наша троица по наитию двинулась искать свою ночлежку. В районе Термини итальянский язык вообще-то не потребовался, как и английский. Объяснили по-русски, хотя и с различными акцентами. Спокойная, неширокая улица. Старинный дом. Подъезд с множеством табличек и мраморным полом. Домофоны. Стеклянные двери. Крутая лестница с плавными поворотами, и системой для подъема инвалидного кресла. Узенький коридорчик и вот – стойка миниотеля на три номера. А что – уютненько!

Марк занял большой номер с балконом, выходящим в итальянский дворик, двуспальной кроватью и жеманным круглым столом на гнутых тонких ножках, в ансамбле с такими же изящными креслицами. Напротив кровати – дверь в миниатюрную ванную комнату с автоматическими включателями всего. Душ, теплая вода. Чистое бельишко. Балкон. Зевание на солнце.

Хозяин отеля поскребся в дверь, вернул паспорта, по-английски обозначил расценки и поинтересовался выбором варианта континентального завтрака. «Вай-фай, плиз. Аривидерчи, аста маньяна». Ключами озаботился Кэп.

Уютная капитанова жена из чего-то своего, домашнего придумала легкий перекус к паре глотков виски и эспрессо из имевшейся тут же машинки. Чудесно. Марк подумал, что Люба – прекрасное исключение из общей концепции яхтенных пассажирок. И, если она способна портить настроение, то это распространяется только на Кэпа. В остальном Люба – прелесть.

– Предлагаю вздремнуть полчасика и пойти погулять. Люба, ты как?

– Хорошо.

– Договорились. Я постучу, будьте готовы.

****

Кэп наделен жовиальной внешностью шефа из пятизвездочного ресторана. Высокий, с животом, при усах и с седой шевелюрой. Оливковокожий. Глаза черные, с ленивым маслянистым взглядом. Ни дать – ни взять грек. Люба – нежная сероглазая шатеночка. Красивая. Сдержанная и некрикливая. Идеально.

****

Марк откинул простынь, встал и подошел к зеркалу. Худощавый, лысоватый субъект среднего роста. И возраста. Подмигнул своему небритому отражению, вышел на балкон. Жара начала спадать. Можно собираться на прогулку.

Льняные белые брючки, поло, мокасины. Пусть на босу ногу носят мокасины – кто хочет! А Марк решил, что мокасины – не сандалии, можно и низкие носочки натянуть. Постучал в соседнюю дверь. Кэп открыл и сразу направился в Марков номер, а именно к тому самому жеманному столу на тонких гнутых ножках. Уселся в кресло и разложил туристическую карту.

Нашли свою гостиницу – вокзал рядом, все остальные римские туристические достопримечательности – тоже.

– Предлагаю просто прогуляться пешком по не слишком большим улицам и найти кафешку для местных.

– Да, это правильно. Сейчас Люба выйдет, и мы двинем.

В гостинице на стойке регистрации уже никого не было. Наши знакомцы заперли двери в отель и подъезд, и пошли вверх по Виа Карло Альберто. Дошли до уже знакомого поворота на Термини и далее вдоль вокзала к станции метро. На «Термини» Кэп и Марк создали небольшую очередь возле билетного автомата, пока разбирались с интерфейсом. Доехали до Большого Цирка и пешком направились к Колизею.

Легкая заброшенность Рима впечатляла. Вид огромного пустыря, коим в настоящее время является Большой цирк, с сидящими в тени деревьев на вытоптанном газоне клошарами, (или как они в Риме называются?) заставил наших эстетов немедленно вспомнить «Великую красоту» Соррентино2. Разошедшись во мнении о перспективах европейской цивилизации, тем не менее, они заметили у одного из торцов ипподрома студенческое кафе со столиками на улице. Наконец-то.

Свободный столик. Ун литро ди вино бьянко. «Да. Рим – прекрасный город». Подумалось. Эти средиземноморские типичные стеклянные графины для вина, напоминающие старые советские литровые молочные бутылки, как-то сразу располагали к созерцательности. Марк почувствовал, что он ни за какие отбивные не будет носиться по избитым туристическим тропам и натирать мозоли на глазах и пятках. С еле сдерживаемой страстью он поведал об этом капитану и Любе. Шкипер промокнул усы характерным движением нижней губы.

– Мы в Риме уже несколько раз бывали и обошли все достопримечательности – бегом. В очередях. Удовольствия – мало. Так, что ты, Марк – прав. Давайте просто гулять.

– Только будем останавливаться, чтобы сделать фоточки, – попросила Люба.

– Это просто необходимо… Я вот еще, что думаю. В Риме изобилие небольших уютных церквей. В них никто не ломится. Будем туда заходить. Постепенно. Подозреваю, что красот мы увидим – не меньше!

Если вы бывали в Риме с туристическими целями, то, наверное, поддержите утверждение о том, что как не гуляй – все равно наткнёшься на всем известные римские достопримечательности. И наша троица этого не избежала. Однако их модус операнди заключался в перемещении по маленьким переулочкам в двух трех кварталах от больших виа и пьяцца. А также в посещении крошечных – на два-три столика барчиков и кафешек, которыми так приятно нашпигован центр. В итоге, страхи и слухи о пешеходной непереносимости Рима не подтвердились. Ужинали в таверне «Треска и Жарёха». На самом деле заказали интересную, на парУ приготовленную трешочку (видимо возят из Португалии) в каком-то хитром перцовом соусе со свежим зеленым салатом. Типично по-итальянски – не сытно. Как раз хватило, чтобы добраться до гастронома на площади Санта-Мария Маджиори, от которой начинается виа Карло Альберто. В гастрономе «просто-зайди» и в расположенном напротив кафе, с оригинальным названием «Древнее – Святой Марии» прикупили легкой закуски и, конечно, белого вина. Жеманный стол был прекрасно сервирован сырами, фруктами, и прочим. Четких планов на завтрашний день не строили. Ни к чему это в Риме!

****

Эти римские гостиницы в центре… Высокие потолки, слегка пружинящее, легенькое постельное бельишко. Огромная кровать, и ты – морская звезда. Лучики солнца сквозь жалюзи.

Адриано-хозяин экономно постучал в дверь и, спустя минуту после отпирания замка, торжественно внес поднос с типичным-скромным, но столь необходимым континентальным завтраком.

– Бонжорно… Монин…, Бон аппетит.

– Монин… спасибочки.

«Так что тут у нас? Круасан еще тепленький, …большая чашка капучино. Маслице. Ну что ж, все очень кошерно. Надеюсь, кофеек не остынет, пока я в душе поплещусь», – думал Марк, пританцовывая рядом с подносом прежде, чем ринуться в зону рекреации.

ФРАГМЕНТ 3

Этим утром и следующим, завтраки были одинаковыми. И ничего плохого о них сказать было нельзя, кроме того, что круасан Марк предпочел бы не с какао, а с фруктовым джемом.

Нынешний день подразумевал джинсы, удобную синюю футболку и плетеные кожаные туфли от того же немецкого «Активного верблюда».

Позвонил Мезенцев. Сообщил, что они с Дарией сегодня обследуют Ватикан и папский дворец. Но не плохо было бы встретиться вечерком. «Да, это бесспорно. Созвонимся еще раз в районе пяти и выберем ресторан». Консильери прислал смс – тоже по собственному плану.

Капитанская чета сидела в ажурных креслах и, слушая, кивала. Адриано с утра разместившийся за конторкой при входе, пожелал хорошего дня и явно собрался провести несколько веселых минут в обществе уже приготовленного пылесоса.

До обеда гуляли по Ватикану, но внутрь из-за огромных очередей не пошли. Поговорили с украинкой водившей экскурсии в папские покои. И соразмерив предлагаемое со своими желаниями, от настойчивых предложений отказались. На площадь Святого Петра Марк, Капитан и Любовь зашли с правого бокового прохода, и аккуратненько просочившись сквозь очередь, из представителей самых разных народов, вышли к Египетскому обелиску. Многорядная очередь толстой, ленивой змеей окаймляла весь периметр площади и энтузиазма не вызывала совершенно. Марк честно попытался уговорить самого себя постоять, чтобы получить возможность быстрым шагом, в толпе туристов отметиться в католической святыне. Но здравый смысл в сочетании с рациональной ленью возобладали, и он ограничился тем, что постепенно прогулочным шагом прошелся вдоль левой части зданий, вокруг площади и посмотрел на Ватиканскую почту, и интересный ему пункт первой медицинской помощи от Мальтийского святого ордена. Ближе к храму св. Петра обнаружился отдельный вход для привилегированных слоев, с постом швейцарской гвардии. Было забавно смотреть, как разводящий офицер в нелепой и старинной желто-сине-красной форме щебетал по мобильному телефону и, не снимая стальной шлем-марион, любезничал с какой-то дамой, утомленно переминающейся на высоких каблуках. Повернувшись спиной к собору, наши герои пошли по улице Примирения (виа делла Кончилиационе) в сторону Тибра. Этот участок, вплоть до моста Виктора-Иммануила полностью отдан на откуп туристической индустрии. Шарики, мыльные пузыри… Обнаружили диппредставительство России при Мальтийском ордене, делящее здание с посольством одной из латиноамериканских стран.