Игра в кошки-мышки

– И при чем тут я и мои встречи с Себастьяном? – Я с нарочитым недоумением вскинула бровь. – Вы оплошали – вы и исправляйтесь. Только не втягивайте меня в свои разборки с начальством. У меня и без того бед хватает.

Янор не ответил на справедливый упрек. Лишь несколько раз дернул кадыком, словно какая-то фраза встала ему поперек горла. Заложил за спину руки и прошелся по комнате, словно меряя ее шагами.

– Видите ли, Беатрикс, – наконец глухо сказал он. – Себастьян не сложил с меня обязанностей по вашей охране. Более того – намекнул, что если с вашей головы упадет хоть волос, то я могу паковать вещи и бежать из Арильи. Поэтому я приглядываю за вами. Пока это не составляло особого труда. Но если он отправит вас на какое-нибудь задание – я должен быть в курсе. Ради вашей же безопасности.

– Вы за мной следили? – недоверчиво переспросила я. – Но…

– Вы меня не замечали, – за меня продолжил фразу Янор и самодовольно усмехнулся. – И ничего странного в этом нет. Напротив, я бы весьма удивился, если бы дело обстояло иначе.

Я молча проглотила вертящееся на языке язвительное замечание. Мол, если Янор считает себя настолько хорошим телохранителем, то как в таком случае он допустил мою гибель при расследовании прошлого дела. Но не стоит сыпать ему соль на рану. Мне и самой было чрезвычайно больно вспоминать все обстоятельства недавнего происшествия, в результате которого Седрик оказался вынужден покинуть Итаррию.

– Предположим, – сухо сказала я. – И какое отношение все это имеет к цели вашего визита?

– Что от вас хотел Себастьян? – без обиняков спросил Янор. – Беатрикс, мне необходимо это знать, чтобы обеспечить вашу дальнейшую безопасность.

– Не лукавьте. – Я покачала головой. – Если Себастьян решил бы, что вам надлежит это знать, то поставил бы вас в известность. Но он этого не сделал. Значит, не посчитал нужным. И я не вижу причин идти наперекор его желанию. По крайней мере, в этом случае.

Янор зло скривился после моей отповеди. Несколько раз сжал и разжал пудовые кулаки, и мне невольно стало не по себе. Вспомнилось его прозвище – Кровавый. Пожалуй, стоит быть немного осторожнее в своих высказываниях. Янор убил достаточно людей, чтобы заслужить столь жуткое прозвище. Вряд ли он будет переживать, добавив к этому списку одну слишком острую на язык особу. Что может быть проще? Поздний вечер, две женщины в доме. Соседи вряд ли обратят внимание на крики – у нас частенько бывает шумно.

Волосы невольно зашевелились у меня на голове от ужаса. А ведь и впрямь Янор способен расправиться со мной, не моргнув при этом и глазом.

Пауза снова слишком затянулась. Я не желала более ничего говорить, молчал и бывший палач, лишь исподлобья буравил меня тяжелым взглядом, словно пытаясь сообразить, что же делать дальше.

– А вот и вино! – Дверь внезапно распахнулась, и на пороге предстала Дора, осторожно несущая перед собой тяжело груженный поднос. Комната в одно мгновение оказалась заполненной терпким тягучим запахом трав и корицы.

– Позвольте. – Янор, стряхнув с себя оцепенение, подскочил к моей компаньонке и взял у нее из рук поднос. Затем сгрузил все его содержимое на столик перед диваном.

Появление Доры немного разрядило обстановку. Я с удовольствием пригубила горячий ароматный напиток, в свою очередь тоже не спуская глаз с незваного гостя и не торопясь занять кресло, вдруг придется спасаться бегством от разъяренного позднего гостя.

Ну и что ты будешь делать дальше, мой дорогой товарищ? Я не забыла твои разговоры в карете, которая везла меня к Себастьяну. Тогда мне показалось, будто ты уговариваешь меня предать его. Неужели то впечатление было верно? Иначе к чему твое появление здесь?

Янор дождался, когда Дора вновь покинет нас. Видимо, потерпев сокрушительное поражение в первый раз, теперь она победила свое любопытство и не осталась подслушивать у двери, поскольку почти сразу после ее ухода бывший палач заговорил вновь.

– Простите меня, Беатрикс, – извинился Янор со смущенной улыбкой. – Я неправильно начал беседу. Конечно же, я не имею ни малейшего права требовать от вас чего-либо. Но я подумал, что наше сотрудничество может быть полезным для обоих.

– Что вы имеете в виду? – поинтересовалась я, не понимая, куда он клонит.

– Видите ли, Беатрикс, я желаю реабилитировать себя в глазах Себастьяна, – пояснил Янор. – Более того, мне жизненно необходимо это сделать, и как можно скорее. А для этого мне надо знать все, что он затевает. Если я буду в курсе происходящего, то мне легче будет предугадывать события. Что же касается вашей выгоды… Скажите, вы все еще мечтаете избавиться от его навязчивого внимания и воссоединиться с Седриком?

– Предположим, – осторожно произнесла я, по вполне понятным причинам не желая откровенничать с бывшим палачом. Вдруг это очередная проверка, которую затеял именно Себастьян, чтобы оценить мою преданность?

Янор подошел ближе, наклонился ко мне и прошептал, глядя прямо в глаза:

– Я могу помочь вам в этом, Беатрикс.

– В чем именно? – так же тихо спросила я, и по спине поползли мурашки от осознания того, что происходит нечто опасное.

– В том, что я только что сказал. – В темно-карих, почти черных глазах Янора промелькнул хищный огонек. – С моей помощью вы без особых проблем покинете Итаррию и найдете покой в объятиях вашего жениха. Там, где Себастьян при всем своем горячем желании вас не достанет.

Опять в памяти возник тот разговор в карете. Получается, я не ошибалась, и тогда Янор действительно намекал мне на игру за спиной Себастьяна? И я беззвучно охнула, прижав руку ко рту. Небо, как же страшно! Если он узнает…

– Я не требую от вас предавать его, – поспешно проговорил Янор, заметив мой ужас. – Да не приведи Альтис! В конце концов, я ваш телохранитель. Никто не складывал с меня этой обязанности. Если я буду заранее знать, куда именно вы направляетесь, то это поможет мне намного лучше выполнять свою работу. Не правда ли?

– Вы предлагаете мне шпионить за Себастьяном? – переспросила я, без особого труда расшифровав завуалированное предложение заблаговременно ставить Янора в известность о планах главы Тайной канцелярии.

– Беатрикс, вы не слушаете меня, – укоризненно произнес Янор. – Меня интересуют лишь ваши передвижения. Неужели я не имею права знать это, учитывая то, что именно мне поручено защищать вас?

Я отступила от Янора на шаг. Дрожащей рукой поднесла к губам бокал, о котором совсем забыла в ходе напряженной беседы, и отпила остывшее вино, пытаясь понять, как же надлежит поступить. Здравый смысл велел мне немедля выгнать Янора прочь и навсегда запретить ему переступать порог моего дома. Но сердце, это глупое сердце, радостно забилось от дарованной крохотной надежды на побег. В некотором смысле Янор прав – он не предлагает мне ничего дурного. Никто не запрещал мне общаться с ним. Я не буду говорить ему о том, куда собирается или что делает Себастьян. Я всего лишь буду рассказывать о себе и своих планах. Что в этом дурного?

«Репетируешь оправдания? – насмешливо шепнул внутренний голос. – Ну-ну, они тебе понадобятся, если Себастьян узнает об этом соглашении. Как он тогда сказал? Ты можешь сколько угодно обманывать себя, обмануть его у тебя не получится. Что бы там ни говорил Янор, какой бы паутиной лжи ни прикрывал свои слова, суть одна – предательство. Если Себастьян узнает, какую возню ты устроила за его спиной, то уничтожит тебя, не моргнув и глазом. Более того, он уничтожит тебя и в том случае, если ты не передашь ему этот разговор с Янором».

Я покачала головой и одним глотком допила вино, пытаясь успокоить расшалившиеся нервы. Затем посмотрела на Янора. Тот терпеливо ожидал моего решения, покачивая в ладони по-прежнему полный бокал.

– Я больше не желаю ничего слышать о Себастьяне и ваших с ним взаимоотношениях, – наконец глухо сказала я. – Я запрещаю – слышите? – запрещаю даже намекать на него в наших разговорах! Но вот про свои планы я поболтать не против.

– Вот как? – В зрачках Янора заплясали веселые искорки. – Хорошо, Беатрикс, я понял вас. Итак, как ваши дела? Есть что-нибудь новенькое?

– Представляете, меня пригласили на королевский бал. – Я кивком указала Янору на кресло позади него и сама присела напротив. – Я согласилась, но сейчас начала сомневаться в своем решении. Пожалуй, стоит отказаться. Как думаете?

– Королевский бал? – Переносицу бывшего палача расколола тонкая вертикальная морщинка. – Насколько понимаю, вы говорите о приеме, посвященном прибытию прерисской делегации во главе с наследником престола?

– Да. – Я кивнула и поставила перед собой опустевший бокал. Янор, поняв намек, сразу же потянулся за кувшином, все это время подогревавшимся на небольшой жаровне, и налил мне еще вина со специями, а я рассеянно продолжила: – Сначала мне показалось, что это хорошая идея. Наверняка я встречу кого-нибудь из знакомых отца и расспрошу, как родители обосновались в чужой стране. Но потом…

– Разговоры, – догадливо завершил за меня Янор. – Вы боитесь за свою репутацию. Ну что же, это вполне объяснимый страх. Однако я настоятельно советую вам не упускать представившейся возможности и все же принять это приглашение.

Я демонстративно вскинула брови, молчаливо предлагая ему объяснить свои слова.

– Принц Винсент, старший сын Сигурда Третьего, короля Прерисии, чрезвычайно интересный собеседник, – проговорил Янор и чуть мазнул губами по краю своего бокала. – Более того, говорят, он весьма романтически настроенный мужчина и вряд ли останется равнодушным к бедам девушки, попавшей в затруднительное положение.

Я несколько раз размеренно ударила пальцами по подлокотнику кресла, размышляя над туманными словами Янора. Значит, он предлагает мне очаровать принца и в его лице найти могущественного покровителя и защитника. Некоторый резон, безусловно, в этом есть. Себастьян не пойдет из-за меня на обострение политической ситуации между двумя странами, тем более что Прерисия во много раз превосходит Итаррию по военной мощи. Но не потребует ли этот самый Винсент слишком многого в обмен на мое спасение?

– Не попробовав – не узнаешь, – продолжил Янор, словно прочитав мои мысли. – Не правда ли, Беатрикс?

Я лишь тяжело вздохнула в ответ. Ох, в какое безумие я в очередной раз лезу! Не лучше ли отступить, пока дело не приняло слишком серьезный оборот? Правда, тогда получится, что я смирилась и сдалась на волю победителя, не сделав ни одной попытки выбраться из западни.

– Игра в кошки-мышки, – задумчиво проговорила я. – Прячься, убегай или же нападай.

– И только вам выбирать, будете ли вы кошкой или мышкой. – Янор отсалютовал мне поднятым бокалом, без особых проблем поняв, что именно я имела в виду.

Всю ночь после этого разговора я не сомкнула глаз. Постель огнем жгла кожу, поэтому я вертелась, не в силах успокоиться. То и дело в памяти всплывали обрывки разговора с Янором. Правильно ли я сделала, что не выставила его из дома сразу же, едва только запахло жареным? Но в конце концов я не присягала Себастьяну на верность, и он должен сознавать, насколько меня унижает сложившаяся ситуация, а следовательно, я сделаю все, лишь бы освободиться от его навязчивого присутствия в своей жизни. И потом, я не обещала Янору следить за Себастьяном. Я лишь рассказала о том, что он предложил мне сопровождать его на королевский бал.

Однако подспудно я понимала, что все это – пустые отговорки. Если детали нашей беседы с Янором станут известны, то мне не поздоровится, и это мягко сказано. Не пора ли испуганной серой мышке спрятаться в уютную норку и сделать вид, будто ее ничего не касается? Но с другой стороны – не станет ли это признанием окончательного поражения?

– Да что он мне сделает? – рассерженно прошептала я, пытаясь поудобнее взбить подушку. – Не отшлепает ведь, право слово, как грозился. А не попытаться сбежать я просто не имею права.

И замолчала, грустно понурившись. Ярость Себастьяна не будет знать пределов, если все это вскроется. И мое наказание будет куда более серьезным, чем полушутя обещал Себастьян.

Не выдержав, я встала, накинула на плечи легкий пеньюар и подошла к туалетному столику. Щелкнула пальцами, пробудив дремлющий под потолком магический шар, приглушила его свет до минимума и достала нераспечатанную колоду. Если я сама не могу принять решение, то, возможно, его мне подскажет Артайна?

Я долго тасовала карты, пытаясь сформулировать в уме вопрос, на который желала получить ответ. Стоит ли мне принимать предложение Янора? Нет, не так, ведь по сути он мне ничего не предложил. Должна ли я передать состоявшийся разговор Себастьяну? А лучше – надлежит ли мне пойти на королевский прием?

И я смело выложила первую карту. Раздраженно забарабанила пальцами по столу, когда с картинки мне хищно улыбнулась зеленоглазая черная кошка. И как это понимать? Мне выпала, пожалуй, одна из самых загадочных карт в раскладе. Говорят, даже боги не могут приказывать кошкам. Они гуляют сами по себе и всегда поступают так, как выгодно только им. Да, явно не самое удачное начало для гадания.

Я еще раз перемешала колоду и выложила вторую карту. С трудом сдержала нервный смех, когда увидела, какое изображение мне выпало на сей раз. Крот. Несчастное подземное создание, лишенное зрения. Означает ли это, будто я не вижу, что происходит вокруг меня? Но если это так, то как мне победить свою слепоту?

– Ты гадаешь?

От вкрадчивого голоса, раздавшегося над моим ухом, я подскочила. Наверняка бы заорала от ужаса, но мгновением раньше чья-то ладонь накрыла мне рот.

– Спокойнее, Трикс, это я, – прошептал мне на ухо Себастьян. – Только не кричи, а то Дору переполошишь.

Я с трудом кивнула, показывая, что услышала его слова, хотя сердце гулко колотилось где-то у меня в горле.

– Вот и отлично. – Себастьян убрал руку и присел на стул рядом со мной. С интересом уставился на меня, и я моментально покраснела, вспомнив, что на мне только полупрозрачная ночная сорочка и тонкий пеньюар, почти не скрывающий очертаний моего тела.

– Когда ты наконец-то научишься предупреждать меня о своих визитах? – пробурчала я, моментально запахиваясь как можно плотнее. – Эдак и заикой можно остаться.

– Прости. – Себастьян нагло и без малейшего раскаяния ухмыльнулся, плотоядно уставившись на мою грудь.

– А вот сейчас ты мне очень напомнил сьера Арбальда Варейского, – укоризненно сказала я, прекрасно при этом понимая, что вряд ли Себастьян испытает раскаяние.

– Извини, Трикс, но я мужчина и реагирую так, как и должно в подобной ситуации. – Себастьян с явным усилием отвлекся от созерцания моей фигуры и посмотрел мне в глаза. – Итак, ты гадаешь на себя? С чего вдруг?

– А с чего вдруг ты решил меня навестить? – вопросом на вопрос ответила я. – Тем более в столь поздний час. Я ведь могла уже спать.

– Если бы ты спала, я бы ушел. – Себастьян мило улыбнулся. – Впрочем, как уже не единожды делал. Однако я полчаса наблюдал за тем, как ты ворочаешься. Что тебя так встревожило?

– Ты не единожды наблюдал за мной? – вновь переспросила я, упорно не желая отвечать на его прямые и столь неудобные вопросы, и мой голос зазвенел от искусно сыгранного негодования. – Себастьян, тебе не кажется, что ты несколько перегибаешь палку? Ты же обещал…

– Я обещал не приставать к тебе, и я этого не делаю. – Он досадливо поморщился и перебил меня, не позволяя начать ссору. – И не переводи, пожалуйста, разговор на другую тему. Почему ты волнуешься? Только из-за королевского приема?

– Тебе не все ли равно? – огрызнулась я, изо всех сил пытаясь не покраснеть под его испытующим взором. Н-да, кажется, в гениальном плане Янора есть один существенный недостаток: Себастьяну невозможно лгать. Он за милю чувствует неладное. После чего встала, раздраженно бросив карты на стол, и сказала, упорно избегая встречаться с Себастьяном взглядом: – И вообще, тебе не стоит тут находиться.

Противная улыбка наконец-то сползла с его губ, но от этого мне стало лишь страшнее. Я уже давно заметила, что серьезность Себастьяна зачастую означает для меня куда большие проблемы, чем его самые сомнительные шутки и остроты.

– Так, все интереснее и интереснее, – обронил он и с неприятным хрустом потянулся, словно разминаясь.

Я нервно наблюдала за его действиями из-под полуопущенных ресниц. Кажется, я сумела его разозлить. И это не сулит мне ничего хорошего.

– Неужели я просто не могу погадать себе? – торопливо произнесла я, пытаясь избежать возможных неприятностей. – Что в этом такого странного? Да, я решила раскинуть карты на сон грядущий, так сказать. И потом…

Я не успела закончить фразу. В следующее мгновение Себастьян одним размытым движением пересек разделяющее нас пространство. Один удар сердца – и вдруг оказалось, что он стоит совсем рядом со мной.

Я взвизгнула было, но его ладонь вновь предусмотрительно закрыла мне рот. Отшатнуться я тоже не могла, поскольку другая рука Себастьяна оказалась у меня на талии. Правда, меньше всего это напоминало объятие. Скорее, он держал меня, не давая убежать. А этого, что скрывать, мне хотелось больше всего на свете. С воплем ужаса ринуться куда подальше, лишь бы меня не настиг его гнев.

– Твоя беда в том, что ты совершенно не умеешь лгать, – холодно уведомил он меня, и его светлые глаза словно заледенели изнутри. – Трикс, я и подумать не мог, что мой поздний визит тебя настолько взволнует. Что происходит? Из-за чего ты так нервничаешь?

Я промычала что-то невразумительное, поскольку он все так же закрывал мне рот.

– Упорствуешь, – каким-то невероятным образом верно расшифровал столь невнятные звуки Себастьян и укоризненно добавил, будто разговаривая сам с собой: – Неужели придется прибегнуть к крайним мерам?

Я гулко сглотнула и уставилась на него взглядом перепуганного кролика, замершего перед голодной лисой. Какие еще крайние меры он имеет в виду? Неужели собрался пытать меня? Но это же запрещено законом!

«Себастьян сам себе закон, – сочувственно шепнул внутренний голос. – Сдается, одна маленькая птичка все-таки допелась и доигралась».

– В последний раз спрашиваю, Трикс, ты собираешься мне рассказать, что за муха тебя укусила сегодня? – прежним ледяным тоном осведомился Себастьян. – И учти, я такой терпеливый с тобой лишь из-за того, что ты мне нравишься. Будь на твоем месте сейчас любой другой, то…

В его словах так явственно послышалась угроза, что мне окончательно подурнело. Наверное, если бы он не придерживал меня, то я бы безвольно осела на пол, поскольку колени уже давно тряслись мелкой противной дрожью. Но еще страшнее мне было рассказать про разговор с Янором, а главное – признаться в том, что я согласилась на подозрительное до крайней степени предложение бывшего палача.

– Сьерра Беатрикс Ильен, – медовым голосом промурлыкал Себастьян, – итак, как вы провели сегодняшний вечер после того, как вернулись от меня? У вас были гости? Или, быть может, вы получили какое-нибудь послание? – После чего осторожно отнял ладонь от моих губ, позволяя ответить на его вопросы. Беда была лишь в том, что я скорее откусила бы себе язык, чем призналась в намерении начать за спиной Себастьяна собственную игру.

– Ты будешь злиться, – прошептала я, чувствуя, как на глаза наворачиваются горячие слезы.

– Все будет зависеть от того, что ты скажешь. – Себастьян слабо усмехнулся. – Но куда вернее меня взбесит, если ты продолжишь молчать. И без того уже с трудом сдерживаюсь. Ну?

– Ко мне заходил Янор, – еще тише проговорила я.

Себастьян удивленно вскинул бровь, и его руки на моей талии ощутимо потяжелели.

– Мы с ним немного побеседовали. – Я невольно вжала голову в плечи, сочтя, что сказала уже достаточно и сейчас последует неминуемая расплата.

– Было бы удивительно, если бы вы занимались чем-нибудь иным, – съязвил Себастьян. – Трикс, о чем именно вы говорили?

– О королевском приеме. – Слова царапали пересохшее от волнения горло. – Я думала отказаться от твоего предложения, но он убедил меня, что не стоит так поступать.

– Н-да, – негромко посетовал Себастьян. – Эдак я с тобой весь остаток ночи провожусь. Каждую фразу словно клещами тянуть приходится. Что же, попробуем иной метод.

– Не надо! – сипло взмолилась я.

Себастьян словно не услышал моей отчаянной просьбы. Он мягко прикоснулся к моему подбородку, заставив поднять голову и взглянуть ему в глаза. Усмехнулся и мизинцем смахнул слезинку с моих ресниц.

– Глупая перепуганная девочка, – прошептал он, и я почувствовала, как растворяюсь в его светлых глазах, теряя ощущение твердого надежного пола под ногами. – И почему ты так нервничаешь?

А в следующий момент перед моим мысленным взором с небывалой и пугающей четкостью встала картина встречи с Янором. Будто я каким-то невероятным образом перенеслась в прошлое. Я вспомнила наш разговор, каждое слово в нем, каждое изменение интонации, даже свои мысли по поводу происходящего.

Это было очень странно. С одной стороны, я осознавала, что стою в своей спальне, глядя в глаза Себастьяну, а с другой – я как будто вновь вела светскую беседу с Янором, сидя на диване в гостиной. Да что там, я вновь ощутила вкус вина на губах. И самое страшное в этом было то, что я никак не могла остановить это наваждение.

Впрочем, оно быстро схлынуло, оставив после себя головную боль и сильнейшее чувство разбитости.

Себастьян был так любезен, что усадил меня на кровать, иначе, боюсь, я бы упала. Пол и потолок почему-то решили поменяться местами, комната вокруг кружила в бешеном танце. Словно я залпом выпила несколько бокалов крепчайшего вина.

Я откинулась на подушки, закрыв глаза и хотя бы таким образом пытаясь избавиться от тошноты. Нахлынувшая дурнота освобождала меня от необходимости смотреть на Себастьяна, поэтому я была ей даже рада. Однако при этом понимала, что долго она не продлится. В любом случае мне предстоит дать ответ. Проклятый Янор! Ну что его привело ко мне сегодня вечером? Да и я хороша. Надо было выставить бывшего палача прочь, едва только в его разговоре послышались пугающие намеки на предательство. Но ведь он обещал мне помочь с бегством из Итаррии. В одиночку у меня никогда не получится благополучно пересечь границу.

– Выпей. – В руку ткнули холодным запотевшим стаканом. Это Себастьян плеснул мне воды из графина, стоящего на прикроватном столике.

Меня так трясло от пережитого напряжения и страха, что я едва не расплескала все на себя, а зубы звонко застучали о край стакана. Однако мне удалось сделать несколько глотков. Это помогло – бешеная круговерть комнаты перед глазами почти улеглась, и я с опаской посмотрела на Себастьяна.

Тот к моему удивлению не выглядел разъяренным. Напротив, на его губы вернулась привычная снисходительная улыбка. Обычно она раздражала меня до безумия, но сейчас, как ни странно, я была просто счастлива ее видеть.

Себастьян, заметив, что мой взгляд обрел осмысленность, присел рядом. Взял меня за руку, крепко обхватив запястье.

– Ты крупно провинилась, Трикс, – с непонятной веселостью проговорил он. – Понимаешь это?

Я в ответ лишь кивнула, отчаянно прижимая полупустой стакан к груди, словно он мог спасти меня от Себастьяна. Если дело примет совсем дурной оборот, то, возможно, у меня получится запустить им в моего мучителя и сбежать, пока он будет приходить в себя.

– Ну-ну. – Себастьян как-то странно хмыкнул, угадав мои мысли, и я со вздохом сожаления поставила стакан на столик. Кого я хочу обмануть? Теперь меня способны спасти только боги, да и то вряд ли.

– Я удивлен твоим поведением, – спокойно произнес Себастьян, продолжая сжимать мою ладонь в своей. – Раньше ты казалась мне весьма здравомыслящей особой. Конечно, ты вспыльчива, но, что лукавить, этим недостатком страдают многие женщины. И я, право слово, не ожидал, что ты способна на подобную глупость.

– Но я же ничего не сделала, – жалобно пискнула я в смехотворной попытке оправдаться.

– Порой намерение значит намного больше, чем действие. – Себастьян пожал плечами. – Я бы еще мог понять, если бы ты не осознавала, что именно тебе предложил Янор. Но твой страх говорит только об одном – ты отдавала себе полный отчет в свих действиях. И как это понимать?

– Я не обещала Янору ничего совсем уж страшного, – слабо запротестовала я. – Он и без того, как мой телохранитель, знал бы обо всех моих передвижениях.

– Вот именно, Беатрикс.

Я дернулась как от удара, когда Себастьян назвал меня полным именем. Это означало только одно – его спокойствие было кажущимся. Он злился, и злился сильно.

Тем временем Себастьян тяжело вздохнул и продолжил растолковывать мне всю ужасающую тяжесть моего проступка:

– Ты ведь достаточно сообразительна. Неужели у тебя не возникло вопроса, с какой стати Янор просит тебя о столь пустяковом на первый взгляд одолжении, если обязан быть в курсе всех твоих передвижений?

– Он сказал, что ты еще не простил его полностью за тот провал в доме семейства Криас, – пролепетала я.