В погоне за женихом

Выйдя на крыльцо, Арчер первым делом выпрямился, словно скинул со своих плеч невыносимую тяжесть, и я с немалым изумлением увидела, что он выше меня на целую голову. Пожалуй, впервые встречаю мужчину, который с полным правом может смотреть на меня сверху вниз. Наша гипотетическая пара в глазах окружающих выглядела бы не столь и смешно.

Подумав так, я немедленно нахмурилась. Ну вот, стоит признать, навязчивая идея моих родителей заразна. Сдается, я и сама начинаю рассматривать нового знакомого в качестве возможного жениха.

Арчер искоса кольнул меня внимательным взглядом и вдруг приложил палец к губам, призывая к молчанию.

– Какой у вас замечательный сосновый бор вокруг имения! – нарочито восторженно воскликнул он. – Но кажется, я слышу плеск воды.

И глазами показал куда-то в сторону. Я проследила за направлением его взгляда и увидела, как занавеска ближайшего окна подозрительно зашевелилась, будто за ней скрывался желающий подслушать наш разговор. Недовольно качнула головой. Благо, что выбор мал: это или Альба, или матушка.

– Тут рядом озеро, – так же громко ответила я. – Желаете прогуляться до него?

– Да, безусловно. – Найн Арчер любезно склонил голову и протянул мне руку.

Мне очень не хотелось притрагиваться к магу. Я прочитала множество книг, в которых говорилось разное про способности колдунов. Да, наверное, большую часть из этого составляли обыкновенные страшилки, но все-таки. Кто знает, вдруг он действительно способен украсть мою душу через прикосновение?

Неожиданно Арчер наклонился ко мне, и я отпрянула было, но он уже придерживал меня за локоть, не давая убежать.

– Знаете, если бы колдуны действительно были способны на такое, то в мире бы уже давным-давно не осталось свободных людей, – очень тихо произнес он, и его теплое дыхание пощекотало мне ухо. – Поскольку что бы в таком случае мешало им превратить всех живущих в своих рабов?

– Но кое в чем эти страшилки оказались правдивы, – так же тихо ответила я, боязливо косясь в сторону занавески, которая в этот момент начала трепыхаться особенно активно, как будто тот, кто скрывался за нею, раздраженно переступал с ноги на ногу, пытаясь услышать наш разговор.

– И в чем же? – переспросил Арчер, когда пауза чересчур затянулась.

– В том, что колдуны умеют читать мысли, – проговорила я.

А в следующее мгновение маг вдруг расхохотался, да так, что даже слезы выступили на его глазах. Я насупилась, не понимая, что такого смешного было в моих словах.

Впрочем, приступ веселья не продлился долго. Достаточно скоро Арчер затих, видимо, осознав неприемлемость и странность своего поведения. Все еще улыбаясь, посмотрел на меня и мягко проговорил:

– Пойдемте. Хватит топтаться без дела у всех на виду. Поверьте, я не причиню вам ничего дурного. Если желаете – я даже поклянусь своим именем и своими силами, данными мне небесами.

По моему скромному мнению, клятвы колдунов не стоили вообще ничего. Как можно верить тому, кто посвятил свою жизнь служению богу лжи и обмана?

На губах Арчера промелькнула какая-то странная усмешка, словно он хотел возразить мне, но в последний момент передумал. Однако продолжать спор на крыльце он не стал. Вместо этого еще раз наклонил голову и вновь протянул мне руку.

На сей раз я ее приняла. Если я хочу услышать объяснения по поводу того, чему стала вчера невольной свидетельницей, то стоит поскорее убраться с этого крыльца. Здесь нам все равно не дадут спокойно поговорить.

Всю недолгую дорогу до озера мы молчали. Арчер вроде как искренне наслаждался прогулкой. Он дышал полной грудью, и на его губах то и дело мелькала улыбка. Солнечные блики, проникающие через густые ветви сосен, блуждали по его длинному аристократическому лицу. И сейчас, при свете яркого летнего дня, казалось немыслимым, что юноша, идущий рядом со мной, умеет появляться из теней.

– Сначала я хочу извиниться, – вдруг первым нарушил молчание Арчер.

– За что? – поинтересовалась я.

– За то, что напугал вас вчера, – честно ответил он. – Вы так стремительно бросились прочь, что я разволновался. В темноте вы могли упасть в какую-нибудь яму и сильно пострадать. Но останавливать вас я не стал. Побоялся, что тем самым сделаю лишь хуже, и у вас начнется истерика, или же вы потеряете сознание.

– Я не склонна к обморокам, – огрызнулась я.

– В определенных условиях к ним склонны все, – не согласился со мной Арчер. – Впрочем, речь сейчас не об этом. Так или иначе, но я лишь проследил за вами издали, ничем не выдав своего присутствия и желая убедиться, что вы без проблем доберетесь домой. Это во-первых. А во-вторых, я хочу попросить прощения за свое замечание по поводу вашей фигуры. Это прозвучало несколько грубо.

По поводу моей фигуры? Я изумленно вздернула брови, не совсем понимая, о чем это он, но тут же покачала головой. Ах да, он что-то ляпнул насчет того, что я слишком худа. Подумаешь. На фоне тех оскорблений, которыми меня каждый день одаривают родители, его замечание прозвучало достаточно невинно. Можно сказать, почти как комплимент.

– Кстати, насчет ваших родителей, – мгновенно подхватил мою мысль Арчер. Помолчал немного, задумчиво жуя губами, затем осторожно осведомился: – Насколько я понимаю, у вас очень непростые отношения с матерью?

– Напротив, очень даже простые, – несогласно хмыкнула я.

– Вот как? – Арчер остановился, требовательно на меня глядя.

Я недовольно вздохнула. Не люблю рассказывать про свою семью, но, похоже, иначе он от меня не отстанет. Или услышит все из моих уст, или же самым неприличным образом начнет рыться в моей памяти, выискивая ответы на свои вопросы.

– Как вы наверняка успели заметить, в семье меня не особо любят, – проговорила я. – Мой отец, сьер Келиас Пристон, всю жизнь хотел сына, но после первых родов матушка оказалась не способна даровать ему наследника. Некоторое время это не казалось ему особой трагедией, но потом… – тут я замялась, но почти сразу с усилием продолжила, решив открыть перед колдуном все подробности нашей затянувшейся семейной трагедии: – В общем, вчера отец заявил, что у него родился сын. Как вы понимаете – не от моей матери.

– Вот как… – растерянно пробормотал Арчер, видимо, не ожидавший, что в ответ на простой, в сущности, вопрос, я вывалю на него целый ворох наших грязных фамильных секретов.

Я неполную минуту молча смотрела на него, но Арчер не торопился продолжить разговор. Вместо этого он досадливо морщился, будто от затаенной боли, и раздраженно потирал себе лоб. Поэтому я пожала плечами и вновь двинулась по тропинке в ту сторону, где между ровными рядами сосен угадывался просвет.

Спустя несколько секунд Арчер догнал меня и вновь пошел рядом.

– Вы так легко рассказываете о своих семейных проблемах, – наконец, чуть слышно произнес он, и в его словах мне почудился скрытый упрек.

– Вы ведь читаете мои мысли, – спокойно парировала я. – Так что какая разница? Вы бы все равно узнали, что происходит в моей семье.

– Но все же, – несогласно протянул Арчер. Удивленно качнул головой. – Обычно люди стараются скрыть подобные секреты от посторонних.

– И тем самым дают прекрасный повод окружающим для сплетен. – Я слабо улыбнулась. – Вы же знаете, людей хлебом не корми, лишь дай посудачить о проблемах других. И порой в своих домыслах они доходят до просто-таки чудовищной лжи. Но при этом она настолько изящно переплетается с правдой, что поверить в нее легче легкого. Не проще ли самой рассказать правду и тем самым перекрыть путь для пересудов?

– Такими рассуждениями вы доказываете, что слишком плохо знаете людей, – перебил меня Арчер. – Даже будь вы с ними кристально честной – и то они найдут способ переиначить ваши слова в свою пользу и додумать что-нибудь еще.

С такого ракурса я проблему не рассматривала. Возможно, колдун прав и мне не стоило вываливать на его голову всю неприглядную правду о нашей семье. Но что сделано – то сделано. Сказанного все равно не воротишь.

– И вас не обижает нелюбовь родителей? – после краткой паузы продолжил расспрашивать меня маг.

– Обижает, – честно ответила я. – Точнее – обижала. Лет пять назад я после каждого замечания ревела во все горло. Запиралась в своей комнате и с упоением ненавидела себя. Мечтала, что однажды проснусь мальчишкой или же что не проснусь вовсе. Но теперь мне почти восемнадцать. И я поняла, что если не можешь исправить ситуацию, то необходимо с ней смириться. В конце концов, боги могли намного суровее обойтись со мной. По крайней мере, у меня нет проблем со здоровьем. А внешность…

– Вы считаете себя уродливой? – вновь перебил меня Арчер, видимо, уловив обрывок моих мыслей. – И именно поэтому вчера устроили засаду около моего дома? Хотели пробраться внутрь, найти мою книгу с заклинаниями и стать красавицей?

– Ну не мальчишкой же мне становиться, – неловко пошутила я. – Я как-то уже привыкла к своему телу. Хотя, полагаю, отец был бы рад получить еще одного сына.

– Да, я вижу, как долго и упорно вас калечили в угоду собственным желаниями, – с какой-то непонятной интонацией проговорил Арчер и вдруг провел рукой по короткому ежику моих волос.

Я не ожидала подобного, поэтому отшатнулась. От столь стремительного движения подол платья запутался промеж моих ног, и я едва не полетела на землю. Но в последний момент Арчер подхватил меня за талию, уберегая от падения.

– Насколько понимаю, вас и одевали долгое время соответствующе, – проговорил он, не торопясь выпускать меня из своих объятий. – Что вчера, что сегодня вы на редкость неуклюже ведете себя. Как будто не привыкли носить платья.

– А вы наблюдательны, – заметила я, чувствуя некоторое смущение от подобной близости.

Наверное, впервые в жизни до меня дотрагивался почти незнакомый мужчина. Да что там, даже мои родители избегали лишний раз прикоснуться ко мне, словно боялись, что моя уродливость может оказаться заразной.

– Тамика, – прошептал Арчер, словно пробуя каждый слог моего имени на вкус.

– Мика, – исправила его я. – Дома меня зовут именно так.

– Мика, – послушно исправился он. Тут же замотал головой. – Нет, мне не нравится. Звучит, как кличка собаки. Тами… Я буду называть тебя так.

– Да как тебе будет угодно, – отозвалась я, тоже отказавшись от излишне вежливого тона. В конце концов, первой на «ты» перешла не я.

– Твои родители идиоты, – вдруг совершенно нелогично заключил он, и его руки плотнее сомкнулись на моей талии. – Причем мать – просто глупая гусыня, а отец – жестокий дурак.

Мои губы дрогнули в попытке возразить, но я промолчала. Близость мага нервировала все сильнее. Что ему надо от меня?

– Значит, твоя мать мечтает выдать тебя замуж, – задумчиво пробормотал Арчер. – Поддерживает ли ее желание твой отец?

– Не все ли равно? – Я флегматично пожала плечами. – Так или иначе, но он вряд ли вернется в наш дом. А моя мать… По-моему, она просто хочет никогда меня больше не видеть. И замужество – самый легкий путь, так сказать, сбыть меня с рук.

– Из-за твоей мнимой уродливости?

Мнимой? Я удивленно вздернула брови, но Арчер спокойно улыбался, словно не видел в своем вопросе ничего странного.

– Из-за многих причин, – уклончиво проговорила я, силясь отстраниться от мага, однако тот продолжал обнимать меня, будто не замечая моих попыток. Я прекратила сопротивление, осознав, что иначе мне придется с силой оттолкнуть его. Пожалуй, пока на столь крайние меры идти глупо. И я с тяжелым вздохом поспешила пояснить свой ответ: – Мать, наверное, считает, что я действую отцу на нервы, каждым своим появлением заставляя вспоминать о сыне, которого она не способна ему родить. К тому же я рыжая.

– И что? – Арчер с нескрываемым раздражением фыркнул себе под нос. – Только не говори, что твои родители вдобавок к остальным своим странностям еще и суеверны и считают тебя ведьмой.

– Ни у матери, ни у отца в роду никогда не было рыжих. – Я криво ухмыльнулась, вспомнив последнюю ссору матушки со сьеррой Вайарой – моей бабушкой со стороны отца. – Злые языки говаривают, что моя внешность – неоспоримое свидетельство измены. Наверное, именно из-за этого матери пришлось научиться так открыто выражать свою неприязнь ко мне. Потому как в противном случае у отца появились бы лишние подозрения в том, что я являюсь плодом запретной любви.

Арчер не удержался и сплюнул сквозь зубы ругательство. Заиграл желваками, глядя куда-то поверх моей головы.

– А ты? – рискнула я задать встречный вопрос. – Что насчет тебя? Ты теперь знаешь обо мне, пожалуй, все, а я о тебе – ничего. Ну, кроме того, что ты поселился около кладбища и служишь тьме.

– Что?! – гневным окриком оборвал мои рассуждения Арчер.

Я невольно втянула голову в плечи. Ой, кажись, я что-то не то ляпнула и обидела мага. Вон каким яростным огнем заполыхали его янтарные глаза.

– Род Ульер никогда и никому не служил! – отчеканил ледяным голосом Арчер. – Ни тьме, ни свету, никому из богов!

Видимо, мое невинное предположение слишком сильно разозлило мага. Он даже воинственно сжал кулаки, но тем самым наконец-то убрал свои руки с моей талии. Я поспешила воспользоваться этим и попятилась, не спуская с мага настороженного взгляда. Надо быть наготове. Бегаю я быстро, возможно, получится спастись.

– Ох, прости, я напугал тебя, – тотчас же опомнился Арчер. – Но никогда так больше не говори! Для любого из Ульеров даже намек на подобное является настоящим оскорблением!

– Да я уже поняла, – пробурчала я. Помолчала немного и вкрадчиво добавила: – Но все-таки, давай вернемся к моему предыдущему вопросу. Не желаешь рассказать о себе что-нибудь?

– О, боюсь, моя история окажется слишком долгой, – загадочно обронил Арчер.

– А разве мы куда-нибудь торопимся?

Маг усмехнулся в ответ на мое простодушное замечание и двинулся дальше по лесной тропинке. Мне ничего не оставалось, как последовать за ним.

Дорожка между тем сделала последний крутой поворот, и перед нами предстало озеро. Заключенное между крутыми берегами, оно казалось голубым оком неведомого гигантского животного.

– Глаз дракона, – произнесла я.

– Что? – Арчер резко повернулся ко мне, видимо, не поняв смысла моей фразы.

– Озеро так называется, – пояснила я. – По-моему, точно подмечено. Сосны как ресницы, берега – как глазницы.

– Интересно, где это ты видела голубоглазых драконов? – с сарказмом фыркнул Арчер.

– Неуместная шутка, – парировала я. – Я вообще никогда не видела драконов.

Губы мага искривились, но в последний момент он удержался от какого-либо замечания. Вместо этого он сделал несколько шагов вперед, остановившись в опасной близости от крутого склона, где обрывалась тропинка, заложил за спину руки и о чем-то глубоко задумался.

Я не мешала ему. Вместо этого я исподволь принялась изучать его внешность, пытаясь понять, что это за человек.

Итак, как я уже говорила, мой новый знакомый был высок. Правда, обычно он немного сутулился, но даже так он был выше меня почти на голову. Худощав. Лицо длинное и аристократическое. Глаза янтарно-желтые, словно у наглого рыжего кота, любимчика всей семьи. Встрепанные темные волосы, которые, пожалуй, не мешало бы немного укоротить. Можно сказать, маг был симпатичен. Правда, впечатление немного портили оттопыренные уши, через которые красным просвечивало солнце. Но это был настолько крохотный и смехотворный изъян, что о нем не следовало и упоминать. У меня, к примеру, недостатков куда больше.

– Значит, своим родителям ты по сути не нужна, – медленно проговорил Арчер, резюмируя все узнанное от меня.

Я молча пожала плечами. Ну, пожалуй, это прозвучало слишком категорично и грубо. Думаю, если со мной что-нибудь случится, то родители все-таки огорчатся. Где-то в глубине души я продолжала лелеять надежду, что их суровое отношение ко мне – лишь такой прием воспитания. Да, я во многом не оправдала их надежд, но в этом есть и их вина. Право слово, не сама же я выбрала себе такую отталкивающую внешность.

Наверное, Арчер прислушивался к моим мыслям. По крайней мере, я заметила, как он недовольно дернул щекой, когда я дошла в своих рассуждениях до сего момента.

– И мне не нравится, как пахнет в твоем доме, – вдруг совершенно нелогично заявил он.

– То есть? – растерянно переспросила я, слегка опешив от подобного поворота разговора.

Чем таким странным и неприятным может пахнуть у нас в доме? Да, в последнее время из-за преклонного возраста и самочувствия, соответствующего прожитым годам, Альба не столь хорошо справляется со своими обязанностями служанки, как прежде, но в грязи мы все-таки не утопаем. И пахнет в нашем доме так, как пахнет во всех обычных домах.

– Ты не понимаешь. – Арчер покачал головой. – Я говорю не про обычные запахи. В твоем доме кто-то занимается колдовством. И очень плохим колдовством. Я совершенно в этом уверен! Заклинания подобного толка воняют гнилью и разлагающимся мясом.

Я недоверчиво заулыбалась. Да ну, чушь какая! Но тут же улыбка медленно сползла с моих губ, когда я вспомнила таинственные зеленые огни, увиденные вчера ночью в спальне моей матери. Неужели она дошла в своем отчаянии и желании вернуть отца до попытки призвать темные силы?

– Да, я понимаю, о чем это ты, – без малейшего стеснения ответил на мой мысленный вопрос Арчер. – Вчера я проследил за тобой до самых дверей дома и тоже заметил это. Во многом именно поэтому и решил заявиться с утра пораньше в гости. Думал, что на месте разберусь, однако вопросов только прибавилось.

Он испытующе взглянул на меня после этого признания, но я лишь пожала плечами и пнула камушек, который улетел в сторону озера. Увы, но я сама не в курсе происходящего. Да что там, думаю, он все-таки ошибается. А те зеленые огни… Возможно, это было лишь обманом зрения.

– В любом случае, одна вещь совершенно ясна и понятна, – продолжил маг.

– Какая же? – вяло переспросила я, в этот момент думая о том, не забеспокоится ли матушка из-за нашего слишком долгого отсутствия.

– Тебе нельзя возвращаться домой! – твердо отчеканил Арчер, глядя мне прямо в глаза.

– Это еще почему? – Я фыркнула от сдерживаемого с трудом смеха, решив было, что маг неудачно пошутил. Но он смотрел так серьезно, что мне мгновенно стало не до веселья.

– То колдовство, которое я учуял… – медленно произнес Арчер. – Оно наверняка рано или поздно потребует человеческой жертвы. И ты для этого – самая подходящая кандидатура. Нелюбимый всеми ребенок, к тому же девственница…

На последнем слове парень запнулся и покраснел, сообразив, что ляпнул нечто в высшей степени неприличное.

– Ну… то есть… – промямлил он, пытаясь исправить положение. – Ты невинна… Плотская любовь и все такое прочее…

На этом моменте он окончательно смолк, видимо, осознав, что своим сбивчивым лепетом делает лишь хуже, и стыдливо опустил голову, не смея взглянуть на меня.

Теперь его оттопыренные уши пламенели столь жарким огнем, что у меня нестерпимо зачесались руки их потрогать. Интересно, обожгусь или нет?..

Воцарившуюся тишину нарушало лишь жужжание пчел и прочих насекомых. Где-то высоко над нами вывел заливистую трель зяблик и вновь замолчал, словно испугавшись собственной наглости.

– Да все в порядке, – милостиво произнесла я, вдоволь налюбовавшись на сгорающего от стыда парня. – Я прекрасно знаю, что именно девственниц любят приносить в жертвы, призывая помощь Альтиса. Но я не верю тебе.

– То есть? – растерянно переспросил Арчер, продолжая стыдливо расковыривать носком сапога землю.

– Во-первых, в нашем роду никогда не было колдунов и ведьм, – произнесла я. Провела рукой по своим жестоко обкорнанным волосам. – И даже народное поверье, что все рыжие – ведьмы, увы, не даровало мне магического таланта.

– Но ты ведь сама видела те огни… – попытался было перебить меня Арчер.

– А во-вторых, кто даст гарантию, что ты не дуришь мне голову? – чуть повысила я голос, торопясь завершить свои рассуждения. – Ты вроде как не отрицаешь, что обладаешь определенными способностями. Впрочем, я сама накануне стала свидетельницей кое-чего странного, связанного с тобой. И ты честно признался, что проследил вчера за мной до самого порога моего дома. А что, если те огни были лишь мороком, насланным тобою? Не знаю, правда, зачем именно это тебе понадобилось. Возможно, ты хотел меня напугать. Или же пытался таким образом не дать мне пообщаться с матерью и поведать то, что я увидела. А сейчас ты продолжаешь рассказывать мне всякие страшилки, истинность которых я при всем желании не могу проверить.

– Это не страшилки! – возмущенно вскинулся Арчер.

– Чего ты добиваешься? – в ответ рявкнула я. – Мне почти восемнадцать. Все эти годы я прожила здесь, с родителями. Да, вряд ли их можно назвать идеальными, но, заметь, убить меня они все-таки не пытались, кормили и одевали, в общем – по мере сил и возможностей заботились. А сейчас ты пытаешься доказать, что мне грозит некая смертельная опасность с их стороны. И по какой-то неведомой причине это совпало с твоим появлением в наших краях. Согласись: звучит как полный бред! Однако ты настаиваешь, более того, утверждаешь, что мне нельзя возвращаться домой. Но куда мне идти? Уж не к тебе ли? К тому, чей магический талант вроде как неоспорим. Прости, но возникает резонный вопрос – а не пытаешься ли ты заполучить новую жертву для своих ритуалов? Что может быть проще: втереться в доверие, затем запугать и сыграть роль спасителя. А уж потом открыть свою истинную черную сущность!

И я замолчала, пытаясь отдышаться после своего гневного монолога.

– Если бы я действительно нуждался в жертве, то вчера ты бы просто не добралась до дома, – возразил Арчер. – К чему мне было отпускать тебя, более того – знакомиться с твоей матушкой? Только полный тупица так сделает! Ведь теперь, если ты не вернешься с прогулки, то первым делом заподозрят именно меня!

Я кисло скривилась. А ведь он прав. Об этом я как-то не подумала.

– Прости, если обидела тебя своими подозрениями, – буркнула я. – Возможно, я погорячилась. Просто… глупо верить каждому слову колдуна. Особенно если учесть, как коротко наше знакомство.

– И ты меня извини, – неожиданно проговорил Арчер.

– За что?

Вместо ответа парень таинственно усмехнулся. В один гигантский шаг преодолел разделяющее нас пространство, нагнулся ко мне и заговорщицким тоном прошептал:

– За то, что собираюсь похитить тебя!

– Что? – Я заулыбалась, решив, что новый знакомый меня разыгрывает. К тому же я не ощущала исходящей от него опасности. Напротив, было такое чувство, будто мы уже очень давно и хорошо знакомы.

А в следующий миг воздух вокруг мага замерцал. Мгновенно стало темнее, будто на яркое солнце набежала туча. Повеяло ледяным ветром.

Мои колени сами собой задрожали и ослабли.

«Бежать! – мелькнуло в голове заполошное. – Бежать, бежать!»

Однако было уже поздно. Я так и не поняла, как это случилось. Но симпатичный забавный парень, с которым было так интересно болтать обо всем на свете, вдруг исчез. Осталась лишь его тень, которая расплескалась чернильными пятнами около моих ног. А еще через миг эта тень зашевелилась, поползла вверх, быстро приобретая объем и мощь. Секунда, другая – и я удивленно задрала голову, изучая огромного дракона, стоящего подле меня.

Поразительное дело, но страх вдруг куда-то исчез. Наверное, потому, что фигура древней рептилии то и дело шла рябью, словно рискуя в любой момент растаять.

«Я принадлежу к роду Ульер, – раздался в моей голове негромкий голос. – К роду сумеречных драконов. И, как видишь, глаза у нас не голубые».

В самом деле, глаза этого дракона были янтарно-желтыми. Слишком хорошо знакомый мне цвет. Правда, впечатление портили узкие вертикальные зрачки.

А потом мне стало не до рассуждений. Последнее, что я помню, как моя тень, до сего момента спокойно лежащая на траве, вдруг зашевелилась и резко дернулась вверх, словно пытаясь поймать меня в свои тенета.

Увы, это ей удалось с легкостью.

«Забавно начался день», – промелькнуло в голове. Правда, я так и не поняла, кому принадлежала эта мысль – мне или колдуну, так неожиданно и подло продемонстрировавшему свое черное естество и взявшему меня в плен.

И я перестала существовать.

Сознание вернулось так стремительно, будто кто-то прищелкнул пальцами, приказав мне очнуться. Не было никакого переходного момента между небытием и явью. Я просто открыла глаза и вновь осознала себя сьеррой Тамикой Пристон.

Я помнила все произошедшее до малейших деталей. Мою глупую попытку пробраться в дом колдуна, окончившуюся провалом в самом начале осуществления. Визит этого самого колдуна в наш дом. Прогулку, за время которой я умудрилась легко и без малейшего принуждения выболтать все семейные тайны. И, как финал, похищение.

Но страха почему-то не было. Напротив, меня то и дело тянуло рассмеяться. Ну надо же, меня похитили! Причем не какой-нибудь разбойник, а самый настоящий дракон! Говорят, их интересуют только особы королевской крови. Даже немного лестно, что этот экземпляр по каким-то неведомым причинам польстился на представительницу второго сословия.