Забавы марионеток (сборник)

Я подняла голову, посмотрела на него, проверяя, все ли в порядке. Тот ответил мне серьезным взглядом зеленых глаз, и неожиданно я смутилась, обнаружив, что он продолжает обнимать меня.

– Сильно ударился? – нарочито грубо спросила я и тут же встала, не дожидаясь ответа. Правда, почти сразу же прижалась спиной к дверному косяку, почувствовав, как в глазах все опасно потемнело. Все-таки не стоит делать таких резких движений. Особенно после того, как отразила удар смертельного заклинания.

– Кажется, у меня будет шишка, – капризно заявил Элмер. Сел, скрестив на полу ноги, и осторожно ощупал свой затылок, выразительно кривясь и морщась при этом. Потом лукаво мне усмехнулся: – Но моя боевая рана – ничто перед тем обстоятельством, что мы вновь оказались лежащими в обнимку. Знаешь, это компенсирует любую мою боль. Правда, без свистящих над головой смертельных чар мне бы такая близость понравилась намного больше. – Подумал немного и завершил с явным намеком: – Полагаю, тебе тоже. По крайней мере я бы приложил все усилия, чтобы ты почувствовала себя полностью удовлетворенной.

– Не сомневаюсь в твоих способностях, – фыркнула я, благоразумно перебив его и не дав развить тему. – Но вообще-то у нас есть более насущные проблемы. Или тебе так не кажется?

– Какие-либо проблемы есть всегда, – пробурчал Элмер. Подумал немного и совсем тихо завершил: – Но это же не повод отказываться от маленьких радостей жизни.

Я сделала вид, будто не услышала его. Нериец еще пару секунд посидел на полу, выжидательно глядя на меня. Затем, поняв, что продолжения не последует, с приглушенным полустоном-полувздохом встал.

– Но ты права! – громко и с напором воскликнул он. – У нас имеются проблемы куда важнее. Итак, с чем мы имеем дело?

– С очередным покушением. – Я отвернулась от Элмера и потянулась было потрогать дверь, но в последнее мгновение передумала. Так и застыла, простерев перед собой руку. Кончики пальцев защипало от остаточной энергии. Интересно… Опять огненные чары? Похоже на то. Правда, теперь сдобренные немалой долей смертельного проклятия. Но зачем было совмещать два вида магии? С одной стороны, безусловно, это сработало лишь на руку нам, поскольку не будь проклятия, я бы не почувствовала неладное и не успела бы отбить удар. Однако с другой…

– Не понимаю, – медленно проговорила я, пользуясь тем, что Элмер не мешал мне исследовать дверь и лишь с искоркой любопытства наблюдал за моими действиями. – Огненные чары наверняка испепелили бы нас. Для чего было подкреплять их проклятием? Ведь данный вид магии хоть и относится к смертельному, но действует далеко не мгновенно. Бессмыслица какая-то!

Неожиданно мою ладонь, которую я, забывшись, слишком близко поднесла к двери, пребольно ужалила искра быстро затухающих остатков чар. Я приглушенно выругалась, отдернула руку и неверяще уставилась на нее, наблюдая, как ногти начали быстро менять цвет от светло-розового к багрово-черному. А затем и кожа вокруг них принялась темнеть.

– Демоны! – процедила я сквозь плотно сжатые зубы. Со свистом втянула в себя воздух и сосредоточилась, здоровой рукой быстро и аккуратно сматывая нити прилипшего заклинания и тут же прижигая пораженную кожу, чтобы зараза не расползлась дальше.

– Что ты делаешь? – Элмер испуганно покачнулся ко мне, когда по прихожей пополз неприятный запах горелого мяса.

Я исподлобья глянула – и он прирос к месту, понимая, что лучше мне не мешать. А я продолжала свою работу, пытаясь не отвлекаться на боль.

Наконец все было завершено, и я затрясла пострадавшей рукой, пытаясь остудить ожоги.

– Что это было? – Элмер перехватил ее, развернул ладонью к себе и с удивлением принялся изучать участки красной воспаленной кожи.

– Полагаю, дверь тебе лучше сжечь, – лаконично ответила я. – По крайней мере, я к ней не рискну больше прикасаться.

Элмер выразительно изогнул бровь, показывая, что не понимает моего намека.

– Проклятие черной чумы, – обронила я.

Элмер от этих трех слов вздрогнул, словно я наотмашь ударила его. Его зрачки стремительно расширились, а кровь отлила от лица.

– Ты уверена? – почему-то шепотом переспросил он.

Настала моя очередь показывать мимикой, что думаю об его умственных способностях. Впрочем, Элмер и сам понял, что сморозил глупость. Он еще раз посмотрел на мою руку, разукрашенную ожогами, затем накрыл ее своей ладонью, и по коже заструилось приятное тепло, уничтожающее последствия моих необдуманных действий.

– Спасибо, – кратко поблагодарила я, когда сеанс лечебной магии был завершен.

– Не за что! – отмахнулся тот. Задумчиво уставился на дверь, которая тихонько раскачивалась на сквозняке. – Говоришь, проклятие черной чумы…

– По-моему, кто бы ни установил эту ловушку, он поступил с поистине изощренным коварством, – проговорила я, наконец-то поняв, как можно объяснить противоречие, которое мучило меня прежде. – Да, я заметила западню именно из-за установленного под огненными чарами проклятия. Но преступник не мог знать, что тебя будет сопровождать специалист по подобному виду магии. А неподготовленному человеку весьма тяжело распознать этот вид чар, особенно когда он прикрыт другим заклинанием.

– Получается, мой неведомый противник убивал двух вампиров одним осиновым колом, так сказать, – подхватил мою мысль Элмер, поняв, куда я клоню. – Если бы огненные чары не прикончили меня, то это сделало бы проклятие черной чумы. Я наверняка полез бы осматривать дверь, отразив первый удар и желая исследовать следы взлома. А в итоге погиб бы.

И он передернул плечами, видимо, воочию представив, насколько жуткая смерть его ждала бы в этом случае.

– Такой участи и врагу не пожелаешь, – резюмировала я.

– Вопрос в другом, – протянул Элмер, вряд ли услышав мое замечание. Посмотрел на меня блестящими от непонятного возбуждения глазами. – Получается, маг, который убил мою мать, до сих пор в Озерном Крае.

Я лишь пожала плечами. Если все так, то из этого следует, что теперь охота ведется на самого Элмера. Кажется, кто-то понял, что он ни за что не отступит, расследуя гибель матери. Беда была лишь в том, что под удар по вполне понятным причинам попадала и я. Ох, а не слишком ли мало я запросила за столь опасное дело? Два покушения за два дня – это чересчур даже по хекским меркам.

В камине уютно потрескивало иллюзорное заклинание. Я придвинула кресло ближе к пусть ненастоящему, но огню. Почему-то вид живого пламени меня успокаивал, даруя ложное ощущение защищенности и уверенности. Забавно, но я уже начинала скучать по родине. Сырость и холод Озерного Края успели наскучить мне, а ведь еще и суток не прошло.

В гостиной было тепло, даже жарко, однако то и дело по спине пробегали холодные мурашки, когда я вспоминала детали последнего неудавшегося покушения. Даже в трактире, лежа на полу и слыша, как щит опасно трещит под действием чужих чар, мне было не так страшно, как при виде гибельной черноты, быстро расползающейся по моей руке. Пожалуй, смерть прошла чересчур близко от меня. Причем смерть страшная и мучительная. Как же мне повезло, что некогда я потратила немало вечеров, разбираясь с данным видом проклятия! Просто не могла поступить иначе, поскольку это имело непосредственное отношение к трагичной истории моей семьи. Я и подумать тогда не могла, что однажды это спасет жизнь уже мне.

Я еще раз посмотрела на руку. Сейчас на ней не осталось и следа от произошедшего, во многом стараниями Элмера. Но все равно я то и дело пристально вглядывалась: не потемнел ли кончик ногтя, не зазмеилась ли по коже чудом возродившаяся нить смертельного заклинания.

Из прихожей еле слышно доносились мерные удары молотком. Следуя моему совету, Элмер уничтожил дверь. Просто сжег ее. И сейчас вызванные рабочие спешно устанавливали новую.

За окном между тем ненастье лишь набирало силу. То и дело слышалось глухое ворчание грома, дождь упруго барабанил по стеклам, и я невольно придвинулась еще ближе к камину, благо что иллюзорное заклинание хоть и несло тепло, но не могло обжечь. Благодаря ему мои одежда и волосы уже высохли. Хотя я бы все равно не отказалась укутаться теплым пушистым пледом.

В углах комнаты медленно, но неуклонно, сгущались сумерки раннего вечера. Лиловые тени наползали друг на друга, сливаясь в чернильные пятна. Наверное, стоило бы пробудить парочку светляков, но мне совершенно не хотелось этого делать. Поэтому, думаю, не было ничего удивительного в том, что достаточно скоро я стала клевать носом под монотонный убаюкивающий шум ливня.

Разбудила меня неожиданная тишина. Видимо, работа в прихожей наконец-то подошла к своему логическому завершению. Я сидела с закрытыми глазами, прислушиваясь к происходящему. Вот Элмер что-то сказал рабочим, раздался дружный смех, после чего последовал звук захлопнувшейся двери. Буквально сразу же очередью протрещали защитные заклинания, которые Элмер поспешно устанавливал на свое жилище.

Я лениво приоткрыла один глаз. Отстраненно удивилась тому, как сильно потемнело в комнате за то время, пока я нежилась в полусне. По стенам уже плыли радужные разводы охранных чар, но Элмер все никак не успокаивался. Через несколько минут непрерывный треск наконец затих, и я слабо усмехнулась. Да, теперь дом даже штурмом не возьмешь. Нет, еще раз убеждаюсь в том, что моя зацикленность на безопасности вполне в пределах нормы. Бывают случаи и похуже.

– Спишь? – В следующее мгновение в гостиную влетел Элмер. Прищелкнул пальцами, и в воздух сразу же взмыла парочка светляков. Я с недовольным восклицанием зажмурилась, не готовая к столь резкой смене тьмы на свет.

Элмер вряд ли обратил на мою реакцию внимание. Не в силах сдержать нервное возбуждение, он метался по комнате подобно дикому зверю, то замирая напротив окна и вглядываясь в темноту ночи, искаженную отблесками защитных заклинаний дома, то вновь принимаясь наворачивать круги по комнате.

– Успокойся! – наконец не выдержала я, когда поняла, что от беспорядочного бега Элмера по комнате у меня начинает кружиться голова. – Что за муха тебя укусила?

Элмер рухнул на кресло, стоящее напротив меня, сгорбился и спрятал лицо в руках.

– Прости, – выдохнул он и резким движением взлохматил свои волосы. Затем уставился на меня со странным выражением отчаяния и восторга.

Я забеспокоилась. Уж не сошел ли он с ума, не выдержав очередного жестокого испытания судьбы? Как-то не прельщало меня остаться наедине с безумцем, тем более что на разблокировку охранных чар наверняка уйдет немало времени и еще больше сил.

– Ты в порядке? – уже мягче поинтересовалась я, постаравшись придать своему тону максимальную ласку и заботу. Говорят, именно так надо общаться с сумасшедшими.

– Не разговаривай со мной, как с ребенком. – Элмер лишь усмехнулся, без особых проблем поняв причину моей неожиданной участливости. – Я в полном порядке, Доминика. Просто не могу поверить в произошедшее. Получается, тот негодяй, который расправился с моей матерью, все это время был где-то поблизости. Затаившись, он наблюдал за ходом расследования, наверняка в душе потешаясь над недогадливыми дознавателями. А теперь, осознав, что дело приняло действительно серьезный оборот, решил выйти из тени. Разве ты не понимаешь, что из этого следует?

По моему скромному мнению, из этого не следовало ничего хорошего. Хотя бы лично для меня. Лучше худой мир, чем добрая ссора. Соглашаясь на выгодное предложение Элмера, я и представить не могла, что буду втянута в столь серьезные разборки. Как-то не улыбалось мне каждый миг ожидать нападения. Но, по всей видимости, мой собеседник не разделял данную точку зрения. Он жаждал войны – он ее получил.

– Наконец-то… – прошептал Элмер. – Доминика, наконец-то эта сволочь показала себя! Видать, забеспокоилась, осознав, что дельце-то пахнет для нее жареным. Вот и заметалась, пытаясь избежать заслуженного наказания.

Я лишь неопределенно пожала плечами. Здравый смысл подсказывал, что радоваться этому не стоит. Даже добродушный элеф, загнанный охотниками в западню, может развернуться и дать кровавый бой. Что уж говорить про убийцу, понимающего, что вот-вот его темные делишки выплывут наружу.

– Давай обсудим наши дальнейшие действия, – проговорила я, пытаясь вернуть Элмера из радужных мечтаний о скорой мести к более насущным проблемам. – Итак?..

Элмер откинулся на спинку кресла и несколько раз размеренно стукнул пальцами по колену, должно быть, пытаясь переключить ход мыслей на более конкретные вещи.

– Первым делом следует навестить моих несостоявшихся родственников, – проговорил он после паузы. – Краген Райен по-прежнему живет в Микароне. Полагаю, у него мы застанем и Стефана. Он часто гостит у отца, хотя владеет собственным домом. – В этот момент вновь раздалось рокотание грома, и Элмер бросил машинальный взгляд в сторону окна. Вздохнул и негромко продолжил: – Вообще-то я хотел нанести визит сегодня, но, полагаю, уже поздно. Да и погода не располагает к прогулкам.

– Кстати насчет погоды. – Я выжидательно вздернула бровь. – Тебе не кажется, что моя одежда тоже не располагает к прогулкам под дождем?

– Не беспокойся. – Элмер улыбнулся моему намеку на обещанные покупки. – Я помню об этом. Разберемся.

– Надеюсь, – проворчала я, не имея ни малейшего желания разгуливать по улицам Микарона в легких брюках и футболке. Эдак ведь и простудиться недолго.

– Если мы не обнаружим ничего подозрительного в доме Крагена, то отправимся на бывшую работу моей матери, – проговорил Элмер, по обыкновению пропустив мимо ушей мое замечание. – Полагаю, было бы глупо считать главной виновницей произошедшего только Оливию. Ведь доказательств ее участия в убийстве у нас все равно нет. Не исключено, что истинного преступника надлежит искать в другом месте.

– Согласна. – Я кивнула, подтверждая ход размышлений Элмера. – И кем же работала твоя мать?

– У нее был небольшой книжный магазинчик, – пояснил мой собеседник. – Когда-то она начинала там продавщицей, помогала владелице, Алисии Вайбах. Помнится, они очень подружились. У Алисии не было своей семьи, поэтому она заменила мне бабушку. Да, у нее, как и у матери, был первый уровень подчинения, но в магии она смыслила несравнимо больше. Поэтому именно она учила меня обращаться с даром. Благодаря этому и неограниченному доступу к самым редким книгам и учебникам я и получил бюджетное место в нерийской Академии.

– Алисия до сих пор жива? – поинтересовалась я.

– Нет. – Элмер покачал головой. – Она уже три года как тихо и мирно упокоилась от старости. По завещанию моя матушка получила все ее состояние. К слову, не столь уж и большое. Но главное, ей отошел магазин.

– Щедрая старушка.

– Как я уже говорил, у Алисии не было родственников, – с досадой произнес Элмер, уловив сарказм в моем высказывании. – По крайней мере близких. Наверное, какие-нибудь пятиюродные сестры и прочая седьмая вода на киселе и имелась, но я про это не в курсе. Никто не опротестовывал завещание, если ты на это намекаешь. Соседи, правда, пошушукались немного, но это обычное явление. Напротив, было бы куда удивительнее, если бы все местные сплетницы проигнорировали сие обстоятельство.

Я выудила из кармана брюк блокнот и сделала еще несколько пометок. Пригодится. Информация никогда не бывает лишней.

Элмер не стал дожидаться, пока я закончу писать. Вместо этого он встал и вышел прочь из гостиной, ничего мне не сказав. Хм-м… А сейчас-то он куда помчался?

Впрочем, отсутствовал Элмер недолго. Я как раз прятала блокнот обратно, когда он вернулся, неся перед собой тяжело нагруженный поднос.

– К сожалению, горячего ужина я тебе предложить не сумею, – виновато проговорил он, выставляя на стол тарелки с мясной и сырной нарезкой, а также с фруктами. – Но, полагаю, перекусить нам хватит. Как говорится, хвала человеку, придумавшему замораживающее заклинание!

Я не имела ничего против, поэтому подвинула кресло, развернув его спинкой к камину.

Элмер тем временем достал бутылку вина и ловко раскупорил ее.

– Не беспокойся, – с иронией проговорил он, заметив, как я мгновенно скривилась, вспомнив, каким позором для меня закончились подобные вечерние посиделки в доме его друга-гнома, – гарантирую, что от этого вина у тебя не будет никаких неприятных последствий в виде похмелья или потери памяти. Если, конечно, ты не собираешься выпить всю бутылку в одиночку. Или поискать для тебя самогона? Кажется, Альтас присылал мне его как-то в подарок.

– Спасибо, обойдусь, – пробурчала я, невольно содрогнувшись всем телом.

– Я так и думал. – Элмер лукаво подмигнул мне и сел напротив. Приподнял свой бокал и провозгласил: – За наше сотрудничество?

Я чуть склонила голову, принимая его тост. Затем осторожно пригубила ярко-алую жидкость, подспудно все-таки ожидая какой-нибудь гадости со стороны нерийца.

Однако беспокоилась я зря. Вино оказалось высшего качества, и, осмелев, я сделала уже большой глоток, после чего закинула ногу на ногу и негромко спросила:

– Хорошо. Сначала мы навестим Крагена, потом побываем в магазине, который принадлежал твоей матери. Но что мы будем делать, если оба визита пройдут впустую? Если в обоих местах мы не обнаружим ни малейшего намека на присутствие мага, убившего твою мать?

Элмер помрачнел. Отставил бокал, к которому почти не прикоснулся, в сторону и так резко встал, что порывистым неловким движением едва не снес початую бутылку со стола. Отошел к окну и уставился на что-то только ему ведомое, будто был способен видеть через переливы охранного заклинания и мрак ночи.

Я наблюдала за его действиями с известной долей любопытства. И когда я уже отчаялась услышать от него хоть какой-нибудь ответ, Элмер совсем тихо обронил:

– Такого не может быть, Доминика. Просто не может! Я чувствую, что эта сволочь где-то совсем близко. Недаром он так забеспокоился, когда понял, что я намерен объявить ему настоящую войну. В любом случае я не успокоюсь, пока не найду его, пусть для этого нам придется переговорить со всем населением Микарона!

Я приподняла брови и одним глотком допила вино. Надеюсь, что до таких крайностей все-таки дело не дойдет. Иначе я рискую задержаться в этой серой, промозглой и крайне неприятной местности на слишком продолжительный срок.

Эту ночь мы с Элмером провели в разных спальнях. Нет, он, конечно, попытался просочиться в комнату, выделенную для моего проживания, но так и не сумел найти ни одного приемлемого объяснения тому, почему я должна терпеть его присутствие. Дом был надежно защищен от проникновения извне, слуг Элмер не держал, следовательно, никто не удивился бы тому обстоятельству, что невеста и жених предпочитают проводить время по отдельности друг от друга.

Утром я проснулась под тот же звук дождя, под какой и заснула. По всей видимости, ливень шел всю ночь, лишь изредка унимаясь, чтобы потом возобновиться с прежней силой. Не думала, что конец августа для Озерного Края означает наступление осени. Хотя не мне судить, конечно. У нас на Хексе есть только два вида погоды: очень жарко и терпимо жарко.

Подумав так, я со вздохом сожаления откинула одеяло в сторону, поборов желание немного понежиться. Села, спустив ноги на пушистый ковер, и уныло уставилась в окно, затянутое паутиной мельчайших капель. Интересно, а который сейчас час? Вчера я долго не могла уснуть, взбудораженная путешествием и пережитым покушением, поэтому не удивлюсь, если окажется, что время приближается к полудню. Но тогда непонятно, почему Элмер меня не разбудил. Как показал опыт, он не страдает излишней стыдливостью и вполне мог бы ввалиться ко мне в комнату даже без стука, не особенно переживая при этом, что может застать меня в неподобающем виде.

Стоило мне так подумать, как дверь в спальню без предупреждения распахнулась и на пороге предстал герой моих дум, лучащийся жизнерадостной улыбкой.

– Доброе утро! – провозгласил он. Затем с намеком покосился на циферблат часов, встроенных в мыслевизор, и исправился: – Точнее, уже день.

– И тебе не хворать, – мрачно отозвалась я, едва успев юркнуть под одеяло, поскольку не имела ни малейшего желания в очередной раз обрадовать бесцеремонного парня видом своей обнаженной натуры.

– А у меня для тебя подарок. – Элмер важно вступил в спальню, и я увидела, что он несет в каждой руке по увесистому пакету с рекламным лозунгом какого-то магазина.

– Вот как? – Я недовольно хмыкнула, уже предполагая, чем он рассчитывает меня порадовать. – Вообще-то я привыкла подбирать себе одежду самостоятельно.

– Да ладно, не стоит благодарностей! – Элмер лишь отмахнулся от моего резонного возражения и поставил пакеты на пол около кровати. – Когда я заглянул к тебе, ты так сладко спала, что мне стало просто жалко будить тебя. И потом, твоя одежда как-то не располагала к прогулкам. Вдруг еще простудишься с непривычки. Поэтому я решил взвалить тяготы похода по магазинам на собственные плечи.

– А ты уверен, что мне подойдет купленное? – недоверчиво осведомилась я.

– Абсолютно! – Элмер показал в широкой ухмылке все свои зубы. Нагнулся ко мне и заговорщицки прошептал: – Не забывай, что я уже имел чудесную возможность во всех подробностях оценить твою фигуру. Глазомер у меня отличный. Думаю, никаких проблем не возникнет.

Я скептически кашлянула, но удержалась от каких-либо замечаний. Попробуй объясни мужчине, что дело не только и не столько в размере, сколько в самом факте. С ранних лет я предпочитала выбирать себе одежду самостоятельно, а теперь придется ходить в том, что в первую очередь понравилось совершенно постороннему человеку, который, по большому счету, случайно появился в моей жизни и вряд ли надолго в ней задержится. Для меня это было равноценно вторжению в личное пространство, причем вторжению грубому и бесцеремонному. Все равно что…

«Что проснуться однажды утром в постели с незнакомцем, – завершила я мысленно и покачала головой. – Впрочем, сдается, для Элмера подобный стиль поведения в порядке вещей. Н-да, нелегко мне с ним придется».

– Ну? – Элмер выжидательно приподнял бровь и вновь покосился на мыслевизор. – Доминика, солнышко мое, надеюсь, на этом мы завершим наши пререкания. Краген Райен ожидает нас к обеду. Я позвонил ему утром и предупредил о нашем визите. Было бы невежливо опаздывать.

– И надолго мы к нему собираемся? – вяло спросила я.

– На пару дней точно. – Элмер неожиданно бухнулся на кровать рядом со мной. Приобнял меня за обнаженные плечи, не позволяя отстраниться. И пока я ошарашенно хлопала ресницами, всерьез прикидывая, не залепить ли ему пощечину, так сказать, во избежание возможных приставаний, наклонился ко мне и жарко выдохнул в ухо: – Так что помни, моя драгоценная, с сего момента ты – моя невеста.

После чего звонко чмокнул меня в щеку и шустро выскочил прочь, не дожидаясь моей реакции.

– Псих, – пробормотала я, как только дар речи вернулся ко мне. – И угораздило же меня связаться с ненормальным!

Стоило признать очевидное – глазомер у Элмера действительно был выше всяческих похвал. Все привезенные им вещи оказались мне впору и даже больше – сидели как влитые, словно были сшиты именно на меня по индивидуальным лекалам. Вкус нерийца меня тоже вполне устроил. Ничего вызывающего, несколько строгих шерстяных платьев средней длины, парочка брючных костюмов, теплый жакет. В общем, как раз по погоде и соответственно случаю. Именно так в моем представлении должна была выглядеть девушка из приличной семьи во время представления родственникам жениха.

Я быстро переоделась, выбрав темно-синее платье, слегка оживленное белым кружевным воротничком. Убрала волосы в тугой пучок, прежде немало поборовшись в попытках укротить густую вьющуюся шевелюру и потратив на это дело множество шпилек. После чего влезла в удобные туфли на невысоком каблуке и удивленно покачала головой. Надо же, Элмер и тут не ошибся в размере. Такое чувство, будто он снял с меня мерки, пока я спала.

После быстрого завтрака, состоявшего из чашки кофе и парочки бутербродов, мы наконец отправились в путь. Сидя в самодвижущейся повозке, я терпеливо ожидала, когда Элмер закончит устанавливать на свое жилище охранные заклинания. На сей раз он не ограничился защитой лишь двери, а обошел по периметру весь дом, через каждые полметра бережно прикрепляя к стене очередную нить заклинания. Видать, решил оставить несколько сюрпризов на случай повторения нападения.

Все это время я отстраненно наблюдала за ним через залитые дождем стекла повозки и размышляла. По словам Элмера, этот дом некогда принадлежал его матери, в то время как сам он лишь изредка навещал ее в краткие выходные. Все бы ничего, но почему-то я не ощутила, что здесь так долго безраздельно властвовала женщина. Та же гостиная выглядела какой-то безликой и безжизненной, словно номер в отеле семейного типа. Ни памятных фотографий, ни фарфоровых безделушек, которыми так любят украшать свои жилища одинокие дамы среднего возраста. Странно. Я, правда, не поднималась на второй этаж, где, по словам Элмера, располагалась комната его матери, но спокойнее от этого не становилось.