Индустриальный район

Девушка молчала. Раздумывала. Конечно, то, что Матвей опять пойдет сюда маловероятно, но чем черт не шутит.

– Ладно, еще несколько шагов и если ничего не увидим – возвращаемся. – Кристина всё-таки согласилась.

Сердца молодых людей бешено колотились. Несколько раз они останавливались, прислушивались, но ночь была тихая, без потусторонних вмешательств и мистерий. И именно это и пугало – после звучания города, даже ночного, эта немота казалась зловещей. Создавалось впечатление, что пространство было вывернуто наизнанку и окружающая действительность не создает, а наоборот поглощает звуки. Было страшно, но и интригующе.

– Смотри, – Матвей остановился и начал шарить фонариком по какой-то стене, – это вроде бы дом!

Кристина боязно подняла глаза. И в самом деле – это был дом. Двухэтажный. Пустые глазницы окон таращились на нежданных гостей. Дверь была закрыта, но не заколочена. Небольшая трещина прошила боковую стену. Гадливо выделялись лишаями места, где обвалилась плитка. А в общем – не такое уже и удручающее впечатление, если вспомнить не самые благонадежные районы их города. Даже стекла в окнах сохранились, и, как бы странно это не казалось, не были грязными и запыленными, а наоборот – очень весело отражали блуждающий луч фонарика.

– Заглянем? – спросил Матвей и кинул комок света в одно из окон.

Кристина легко согласилась, что было весьма неожиданно.

На удивление комната, в которую они заглянули, не была захламленной, в ней было чисто, даже имелись некие предметы мебели. В остальных окнах такая же картина.

– Ничего себе! – Сказала сбитая с толку девушка. – Даже если тут бомжи какие или наркоманы на зиму захаживают, то такого порядка после себя они не оставляют… Странно, тебе не кажется?

Матвей пошел дальше, Кристина даже не удивилась. Шла за ними, жадно вглядываясь в то, что выхватывал из темноты фонарик.

– Объяснение одно: этот дом так и пустует с тех пор, как его покинули, и нашей «интеллигенции» о нем неведомо, от того и остался он в таком состоянии.

Но с каждым шагом по обе стороны, как оказалось улицы, возникали дома, домики, какие-то промышленные помещения. Улица начала разветвляться, от нее уходили рукава в стороны. Молодая пара случайно свернула в один из таких. Там так же были постройки – запущенные, но целые. Дорога была неровной, но мусора нигде не было. Как будто кто-то в меру своих скромных сил следил за этим местом.

– Так что, он и правда существует – этот Индустриальный район? – Кристина задала вопрос самой себе. Парень, тоже об этом думая, озвучил свои мысли.

– Как оказывается – да! Мне даже сложно поверить. И почему…

Но договорить до конца ему не удалось. Кристина как-то странно пошатнулась. Он еле успел ее подхватить, а то бы так и повалилась на землю.

– Кристина, что с тобой?

Девушка, приходя в себя, с трудом выговаривала слова.

– Мне что-то плохо… подташнивает, да голова кружится. Не могу стоять…

Матвей начал быстро соображать. Оглянулся вокруг. Сказал.

– Тебе нужно прилечь… В одном из домов я видел диван. Я тебя сейчас туда отнесу. Полежишь немного и пройдет, а там двинемся обратно?

Кристина его уже не слушала, она тяжело дышала. Матвей подхватил ее на руки и понес в один из мрачных домов, как он и предполагал – дверь была не заперта. Он вошел, испугано оглядываясь по сторонам – две комнаты, не грязные, не обгаженные, пружинная кровать с матрасом, стол, два стула. Было бы время удивиться, он бы удивился, но сейчас все мысли Матвея были сосредоточенны на Кристине. Он снял свою футболку, постелил на матрас и положил туда девушку. Она стонала. Кирилов дальше не знал, что делать и просто стоял бездейственно, глядя на то, как мучится его подруга. И зачем ему сдалась эта поездка! Самые разные мысли крутились у него в голове, но все были не радостны. Со временем он заметил, что Кристина дышит уже ровно. Значит уснула. Доморощенный искатель загадочных городов немного успокоился. Решил дать подруге отдохнуть, поспать. Он подождет, посторожит.

Но усталость – она непредсказуема, а сон-то вообще проказник. Матвей, силясь нести дежурство, тоже уснул на старом деревянном, жутко скрипящем стуле.

Разбудили Матвея какие-то шорохи. Очнувшись, он непонимающе оглянулся, но это усилие давалось с затруднением – шея затекла, спина болела, от такого непривычного сна на стуле. Понемногу он начал осознавать, где находится, и мигом позабыв о всяких там болях, кинулся к кровати. Кристина свернувшись клубочком, блаженно похрапывала. Он посмотрел в окно – солнце уже припекало, значит дело движется к полудню. Жаль, даже часов с собой в спешке не прихватил. И вообще, как это он умудрился, на ночь полезть в совсем незнакомую местность, не зная что там и кто. Но с утра, как всегда, мысли упорядочнее и трезвее, не то, что в таинственном сумраке, когда кажется, что тобой движет кто-то совсем иной, а не ты.

Нужно было будить подругу и сматываться с этих мест. Он узнал то, что хотел – большего и не нужно. Индустриальный район существует. Но нет, червь любопытства и лавры первооткрывателя, всё же проникали в мозг – хотелось разузнать отчего о нем все забыли, почему он исчез с карты города, а единственный документ, свидетельствовавший о существовании такового, был тщательно скрыт в самом засекреченном архиве.

Сосредоточившись на своих мыслях и глядя в окно на стену здания напротив, бывшей частью какого-то склада, он даже не заметил, что Кристина пробудилась, и зевнув, начала осматриваться.

– Я думала, это всё сон. – Проговорила девушка.

Ее голос, который в этой комнате звучал диковато и неестественно, испугал Матвея. От неожиданности он даже вздрогнул. Видно девушка и сама не ожидала от своего родного голоса таких модуляций.

– Ого, ну здесь и акустика! Это ты меня притащил сюда? А голый отчего, футболка где?

Отвечать на последний вопрос не было необходимости, когда Кристина присела на кровати, и заметила, где футболка и чему в эту ночь она ей служила. Протянула парню. Тот ее подхватил, быстро натянул, при этом спрашивая:

– Как ты себя чувствуешь?

Девушка уже полностью проснулась. Как и предполагалось, первым делом начала шарить взглядом по стенам, пытаясь найти хотя бы что-то, что отдаленно напоминало бы зеркало. Но попытки были тщетны. Это ее, видимо, раздосадовало.

– Чувствую себя нормально, если не считать того, что спала на матрасе, которому лет, как нам вместе взятым. – Сделала небольшую паузу, потянулась, и уже совсем другим голосом, более радостным, спросила: – Ну что, доволен? Прав оказался. Ты свое сделал. Теперь наступает мой черед…

Матвей, конечно, понимал, что имеет в виду Кристина – их мысли были созвучны. Но притворился, что не совсем понял.

– Что ты хочешь сказать?

Девушка ходила по комнате приглядываясь.

– Ты, как историк свою роль выполнил. Теперь наступает моя, как журналиста. И скажи что тебе неинтересно – почему исчез этот район с официальных карт, источников, и прочих документальных материалов?

Парень знал, что лукавить не стоит, потому честно признался:

– Конечно интересно…

Кристина другого ответа и не ожидала. Внезапно лицо ее изменилось, сделалось озадаченным. Вскоре она объяснила смену своего настроения.

– Попить бы чего… Да, ладно вернемся в нашу палатку, позавтракаем, и сразу же сюда. Нет больше желания бродить здесь ночью, когда тени оживают и всякая нелепица лезет в голову.

С этим, конечно, нельзя было не согласиться. Молодая пара направилась к выходу из своего временного пристанища.

Только они отворили дверь, так сразу холодок побежал по спине. На крыльце дома, в котором они заночевали сидел старик, как ни в чем не бывало греясь на солнце. В этой картине не было ничего необычного – но появление в этом месте человека было так неожиданно и даже неестественно, что на несколько минут парень с девушкой оцепенели от какого-то ужаса. Видимые ими пейзажи явно не вмещали в себе живого человека.

Старик почувствовал присутствие еще кого-то, мигом повернулся в их сторону. На его лице ничего нельзя было прочитать: ни враждебности, ни удивления, ни проявления какой другой эмоции. Его лицо выражало полное равнодушие. Старик заговорил.

– А я вот тут сижу, жду когда вы пробудитесь.

И больше ничего не сказав, как ни в чем не бывало, как будто с ним такое случалось уже не впервой, он поднялся и вошел в дверь дома.

Матвей смотрел на Кристину, она на него. Оба перебывали в недоумении.

Через несколько минут старик вышел. Миновав пару, как будто их здесь и не было, заковылял улицей.

Кристина оторвалась от своего спутника и пошла следом за незнакомцем. Догнав, спросила:

– Извините, а вы что там живете, в этом доме?

Старик повернулся в сторону девушки. Смотрел он на нее, как будто впервые увидел, потом перевел взгляд на Матвея. Ответил:

– И тут тоже…

Старик вытянул из кармана платок, вытер вспотевший лоб, и, ничего дальше не объясняя, продолжил свой путь. Кристина осталась стоять на том же месте, глядя в след удаляющемуся странному человеку.

Матвей присоединился к ней. Для себя он уже нашел объяснение такому не совсем нормальному поведению старика и решил своим умозаключением поделиться с подругой.

– Это вполне логично – человек живущей один в пустом районе, уже так свыкся с отсутствием людей, что их уже не замечает. Да и вообще, мало ли какие могут быть отклонения в человеке, живущем в покинутых домах.

Кристина провожала взглядом чудака пока тот не скрылся в одном из переулков. Только когда силуэт старика исчез из поля ее зрения, девушка соизволила ответить:

– Наверное, ты прав. Но всё же знаешь, какое-то странное впечатление он произвел. Ему даже было безразлично кто мы и как сюда попали, не выказал никакой ревности по поводу того, что мы вторглись в один из домов. Он даже проявил некое чувство такта – не обрушился на нас с нецензурной бранью, а скромно сидел на крыльце, поджидая, когда наконец-то мы проснемся. Интересный дяденька…

Приключение приключением, но желудок интригующими историями не накормишь.

– Ладно, Кристина, будем возвращаться. Для дальнейших твоих свершений нужны силы…

Девушка согласилась. Пошла следом за Матвеем в сторону противоположную той, куда заковылял старик. Долго еще оглядывалась.

При свете дня можно было увидеть больше и лучше. И теперь они заметили, что это не было каким-то районом с редким вкраплением домов, как им представлялось ночью, это был добротный квартал. С домами, магазинам, прочими постройками. Вдалеке виднелись трубы заводов. Многоэтажек не было, максимум – это четыре этажа. Улицы чистые, можно было подумать, что за ними смотрели. Деревья на обочине не запущенные, некоторые даже побелены от насекомых.

Кристина внезапно остановилась.

– Ты слышишь?

Матвей остановился прислушиваясь. Какой-то нарастающий гул.

– Кажется – мотоцикл… – сказал он.

Девушка смотрела на парня, вслушиваясь в шум.

– Точно, мотоцикл… Здесь кто-то еще есть, или же старик помимо прочих чудачеств еще и байкер?

Матвей пожал плечами.

– Не знаю, может это с трассы слышно. Ветер как будто в эту сторону.

Кристина замедлила шаг, посматривая по сторонам. Спросила:

– А у тебя, случайно, не появилось такое чувство, будто за нами наблюдают?

Парень был озадачен, но совсем не тем, о чем спрашивала подруга, машинально ответил:

– Такое всегда бывает в покинутых местах. Слушай, а туда ли мы идем? Мы же вчера с этой стороны пришли?

Девушка оглянулась, но никак не могла вспомнить вчерашний маршрут. При свете фонаря он не очень-то запечатлелся в памяти.

– Я-то думала ты знаешь куда идешь! Мы что, не туда свернули?

Лицо Матвея осунулось. Кругом были дома, но настолько похожи друг на друга и непохожи на те, что вчера ночью наблюдались, что впору было и растеряться.

Кристина вполне обычным голосом, нисколько не злым, нисколько не встревоженным, спросила своего спутника:

– Мы что – заблудились?

Вид Матвея убедил ее в правильности догадки.

– Что ж, останемся без завтрака… Если бы только не жажда… – заключила она.

Но Кирилов Матвей никак не мог разделить оптимистического настроения своей подруги. Они продвигались, сворачивая то в одну, то в другую улочку, заходили в тупик, поворачивали обратно и всюду унылые, однообразные дома. Нет такой привычной глазу рекламы, яркости цветов. В некоторых местах висели покрытые годовой пылью таблички с надписями магазинов, ателье, но двери были закрыты, а заглядывать в окна смысла не было, так как с пятиметрового расстояния было заметно, что там нет ничего кроме стен, залепленных старыми выцветшими обоями.

Временами рядышком, вроде бы, слышались голоса, приглушенные, но это всё казалось. Солнце уже начинало припекать не по-детски. Еще немного и дело должно было бы дойти и до визуальных галлюцинаций. В горле пересохло, в желудке от пустоты урчало.

Видно у Кристины настроения уже немного поубавилось.

– Жутковато, конечно, тут, – начала она, как всегда, ни с того ни с сего, – такое чувство, что сейчас из подвалов и чердаков начнут вылезать «дети кукурузных полей» или какие-то другие плоды воображения короля ужасов. Самый подходящий фон.

Матвей хотел было улыбнуться замечанию девушки, но сил не было, и к тому же он заметил какое-то мимолетное движение за углом следующего дома.

– Ты видела? – спросил он.

Кристина повернулась в его сторону, пока еще не совсем понимая о чем речь. Парень же продолжил:

– Пойдем быстрее, там кто-то есть!

И, воплощая свой замысел в реальность, он схватил девушку за руку и потащил к месту, где было замечено шевеление. Обогнули угол дома и остановились в оцепенении. Настолько их потряс вид человека, безмятежно кормящего кошку.

Женщина в возрасте наклонилась над животным и крошила ему хлеб.

– Здравствуйте! – проговорил Матвей.

Женщина выпрямила спину и повернулась в сторону потревожившей ее пары. Посмотрела прямо, открыто. Ответила:

– Добрый день! – и замолчала, как можно было понять, не особо желая продолжения разговора.

Кристина же разочаровала женщину и сражу же накинулась на нее с интересующим вопросом.

– Скажите, пожалуйста, как нам дойти до города? В какой стороне он находится? А то мы заплутали и совсем сбились с пути…

Женщина удивленно посмотрела на молодую девушку.

– Я и не знаю о чем вы говорите. Нам здесь неплохо…

Видно, заданным вопросом мы нарушили какие-то интимные струны в душе местной жительницы, она снова повернулась к кошке и продолжила кормежку.

– То вы нам не подскажите? – наседала Кристина.

Местная, уже немного раздосадованная тем, что ее отвлекают от занятия, ответила:

– Я не могу ничего знать, о чем вы спрашиваете. Может пойдете к Гавриле Ивановичу, он тут дольше моего, с рождения, может он вам скажет…

У девушки от безысходности опустились плечи. Уже не возлагая никаких надежд, она сделала еще одно усилие.

– А где тут можно купить чего-то поесть и попить?

Теперь женщина повернулась к ним с совсем иным лицом, довольным. Как видно, она услышала вопрос на который сможет дать ответ.

– А вы пойдите к церкви – в конец улицы, потом направо, увидите склад, а там за ним… и овощи есть и хлебец. Там и колодец…

Такой счастливой улыбки молодым людям еще не доводилось видеть. Улыбались не только губы и глаза, а все лицо, каждая морщинка излучала радость и умиротворение. Женщина даже помолодела.

– Спасибо! – сказал Матвей и подтолкнул Кристину, которая не моргая смотрела на женщину.

Девушка оторвала взгляд и пошла следом. Прошла несколько шагов в задумчивости. Спросила:

– А что это с ней случилось? Какая-то необъяснимая метаморфоза…

Матвей был сосредоточен и не сразу ответил. Только завернув за поворот и увидев здание, напоминающее собой склад, и убедившись, что женщина их не обманула, заговорил:

– Возможно тебе покажется такая мыслью немного странной и идиотской, но я могу предположить, что это место – своего рода хоспис, где доживают свой век люди без семей и без родственников…

Кристина нахмурилась.

– И что – по твоему, сюда с позволения властей, или даже по приказу, свозят стариков и старух, чтоб они доживали вдали от наших высокоученных очей, и не загаживали нам улицы и транспорт? Ты циник! Увидел двух пожилых людей и уже бредишь о каком-то хосписе…

Оскорбление парень проигнорировал. Немного погодя продолжил свою мысль.

– А быть может они сами сюда явились… И вообще, это только предположение…

Но это предположение разлетелось на куски, стоило им только увидеть двух мужчин, спешащих и молчаливых, которые, не видя ничего вокруг себя, прошли мимо. Одеты они были обычно – штаны, рубаха, футболка, тапочки на босу ногу, одежда не новая, но чистая. Да и мужчины были побриты и подстрижены коротко, без каких-либо признаков запущенности.

Матвей хотел было их окликнуть, но их целенаправленность говорила о том, что распылятся на какие-то другие внешние раздражители они не намерены.

Еще несколько шагов – и молодые люди услышали голоса, и это явно не было плодом их воображения, разогретого полуденным солнцем. Разговор был урывочатый и совсем нескладный. За деревом оказалась молодая женщина, которая слушала наставления более старшей. Хоть заблудившиеся и не прислушивались, но слышали разговор четко, благо не было здесь тех шумов города, что глушат наши слова, мысли и сердца.

– Нужно чтобы был порядок. Если они не увидят порядка в этом, они его не увидят ни в чем. Окна нужно закрывать плотно, и двери. Если гость, то нужно перебираться в другой дом. А зачем? – спросила женщина постарше.

– Потому, что когда мы заблудимся, он нас пустит в свой. – Ответила молодая особа.

– Правильно. Ты запомнила, как это называется?

Женщина помоложе задумалась. Сообразила. Сказала:

– Сосуществование…

Та, что постарше закивала одобрительно головой.

Кристина, заслышав этот диалог, задергалась, начала нашептывать Матвею:

– Ага, вот тебе и все ответы – сектанты. Вот тебе и причины автаркии и уединённость. И эта старая кляча «вербует» еще не вполне созревшую…

Девушка первой не утерпела и вышла из тени, с уже рвавшимся из уст вопросом:

– И что, когда там у нас очередной конец света по вашему учению?

Женщины, стоявшие и разговаривающие, не ожидали такого внезапного вторжения в их личное пространство. Молодая посмотрела на Кристину и начала опасливо озираться по сторонам. Как только взгляд ее наткнулся на Матвея в глазах ее замелькал нескрытый ужас. Та, что постарше держалась более сдержанно, даже нашла в себе силы улыбнуться. Появление незнакомых людей, казалось, ее нисколько не удивило.

– О чем это вы? – задала она встречный вопрос.

Кристина была готова к любой другой реакции, но не к той, что последовала. Думалось, что ее загнали в тупик. Но всё же нашла в себе силы к противоборству. Стоит еще заметить, что Кирилов готовился ко всему, зная «расположение» подруги ко всяким религиозным организациям и ее несдержанность.

– А зачем вы девочку мучите, захочет обрести «истину» или как там у вас это называется, сама разберется, что ей нужно, без вашего сектантского совета. – Когда заметила, что улыбка с лица женщины не сходит, простота взгляда говорит о полном внимании, Кристина заговорила немного другим тоном. – Хотя, что с вами говорить, я и так поняла – вы останетесь при своем, вас видать уже здорово обработали, коль отправили в поиски новых жертв.

Матвею тоже казалась неуместной улыбка женщины. Такая она была тихая и мирная, никаких тебе задних мыслей. Но другая – молодая, могло показаться, уже тряслась от страха, лицо ее было бледным, можно было подумать, что она вот-вот расплачется.

– Я, конечно, не совсем поняла о чем вы. Но вы ошибаетесь, мы довольны. – Заговорила женщина-наставница, и обернувшись к другой, спросила: – Правда?

Та же, залилась краской стыда, и ничего не ответив, убежала и мигом исчезла за поворотом.

Женщина, с укором матери глядящей на шалящего ребенка, посмотрела вслед убежавшей. И с теплотой в голосе сама себе сказала:

– Она еще болеет…

Молодая пара должна была опять остаться без внимания, к ним был утерян интерес. Женщина медленной походкой удалялась. Но природные инстинкты порой нарушают этические чувства и уважение. Матвей тронул незнакомку за плечо. Та повернулась и сказала:

– Здравствуйте!

Еще одна ненормальная – подумалось молодым людям. Но даже этот небольшой порок не помешал парню обратится с крайне важным вопросом к странной женщине: