Икар должен упасть

– Черчилль, Черчилль. – Валентина покачала головой. – Что же с тобой стало…

Судя по звукам, на другой стороне кольцеобразного коридора работала сварка. Валентина собралась с мыслями и полетела в ту сторону. Не в её полномочиях было устраивать капитану трёпку, но ситуация совершенно вышла из-под контроля, и кому-то надо было вправить остальным мозги.

– Генрих!

Валентина приблизилась к силуэту в защитной маске. Тот мельком посмотрел на неё, после чего отключил сварку и снял маску с головы.

– Эм… – Валентина прищурилась. – Кайл?

– Каин. – поправил её инженер из третей смены.

Все три экипажа перед стартом проходили финальный брифинг вместе, и там Валентина познакомилась и с Томом, и с Дмитрием, у которого принимала смену, и с некоторыми другими инженерами. Сам Каин был первым помощником Стивена, а сейчас выглядел так, как человек, которому самому нужна помощь. Лицо его было грязное, как и волосы, а взгляд совершенно пустым и неосмысленным. Он смотрел сквозь Валентину, перебегая глазами по сторонам, словно не в силах сфокусироваться.

– Да, Каин. – Валентина подняла руку в знак приветствия. – Привет.

– Привет.

– Я Валентина, помнишь?

– Да, помню.

– Ты тут как?

– Нормально.

– Как самочувствие?

– Хорошо.

– Заканчиваешь?

– Да.

– Помощь нужна?

– Нет.

– Ладно. – Валентина кивнула. – А… где Генрих?

– Там. – Каин кивнул в сторону стены.

Валентина посмотрела в ту же сторону, а потом вновь перевела взгляд на Каина:

– Где там?

– Там.

– Там?..

– В космосе.

– Эм… – Валентина быстро поморгала, собираясь с мыслями. – Он в спасательной капсуле?

– Нет.

– Но ведь в космосе не выжить, пока работают двигатели.

Он кивнул:

– Да.

– Он что, мёртв?!

Каин прищурился и глубоко вздохнул:

– Величия семь ноль. Проводка новой антиграв. Сваривать рычаг земле. – оттарабанил он почти без пауз.

– А… – Валентина спешно задумалась. – Величия хочу я. Буду новой королевой. На богатой земле.

– Неверный ответ. – Каин с равнодушным лицом схватил длинную отвёртку из ящичка, что висел рядом, и тут же полетел к Валентине. – Новая угроза.

– Каин?! – Валентина сдала назад, не отрывая глаз от приближающегося мужчины. – Ты что удумал?!

– Ликвидация.

– Нет, нет, нет! Каин!

Тот и не собирался останавливаться. Она оттолкнулась, рванув прочь по коридору.

– Каин, я… забыла!

– Я виноват. Много сказал. Обязан ликвидировать.

Он быстро к ней приближался. Валентина то и дело оглядывалась, с ужасом понимая, что Каин перемещается намного быстрее её самой, а лицо его говорило о полной серьёзности его намерений.

– Каин, я всё это знала, только забыла!

– Ложь.

Валентина не рассчитала скорость и пролетела мимо лестницы вниз, не сумев до неё дотянуться.

– Чёрт! – она ударилась о стену и спешно начала перебирать по ней руками, выходя на второй круг. – Каин, остановись!

– Ты пройдёшь ликвидацию.

– Я всё доложу Стивену!

– Я всё доложу Стивену.

– Каин!

– Ликвидация.

Каин был уже совсем близко и уже пытался схватить её за ногу. Превосходство в физической силе играло ему на руку. Оттолкнувшись от стены, Валентине почти удалось схватить паяльную лампу, но Каин влетел в девушку, впечатав её в стену. Затылок жёстко ударился о трубы, и она на мгновение едва не потеряла сознание. Острая крестообразная отвёртка вошла в её левое плечо.

– А-а-а… – Валентина стиснула зубы, а слёзы маленькими шариками разлетелись во все стороны. – Каин, прошу… Каин!

– Ликвидация.

– Нет! А-а-агрх-х!..

Он крепко сдавил её горло.

– Каи…

Валентина пыталась разжать его пальцы. Каин лишь сдавил ещё сильнее, а лицо его стало красным от напряжения. Не сумев справиться с его хваткой, Валентина потянулась к его лицу, но он отвёл голову. Она лишь беспомощно махала перед ним руками, так и не сумев до него даже дотронуться.

– Пожалуйста… – еле выдавила из себя Валентина. – Хва… тит…

Взгляд её становился всё более неосмысленным, а веки почти закрыли глаза. Руки ослабли настолько, что уже скоро начали просто безвольно висеть в воздухе.

Я открыл глаза за секунду до того, как она почти потеряла сознание. Схватив летевший мимо разводной ключ, я со всего размаха вдарил им по затылку Каина. Рука его разжалась, и Валентина глубоко вздохнула и закашлялась.

– Кто здесь… – она принялась озираться по сторонам, уже не наблюдая никого, кроме Каина. – Кто здесь?

– Ликви… – вымолвил тот, уже приходя в себя. – Дация.

– Господи боже, да что происходит?!

Она оттолкнула Каина, сразу же направившись к лестнице:

– Черчилль! Черчилль, мать твою!

– Что-то случилось? – ответил Уинстон.

– Да, что-то случилось! Кха-х… – она вновь прокашлялась. – Мне срочно нужно в медицинский отсек!

– Ты ранена?

– Да, я ранена! Тут Каин из третей смены совсем с катушек слетел! Всадил в меня в отвёртку! Пытался задушить.

– Ужас. – Уинстон затих на пару секунд. – Так, спускайся вниз по той же лестнице. Затем, направо, налево, направо и снова вниз на два этажа.

– Хоро-а-ахакх… – она выдернула из себя отвёртку, запустив в воздух небольшой фонтан крови. – Твою мать!

– Валли?

– Всё нормально… всё нормально…

– Ладно, а что случилось? Ты что-то не так сделала?

– Он… – слёзы ещё сильнее полились из её глаз, но Валентина продолжила движение, вылетев в коридор. – Черчилль… они убили Генриха…

– Да.

– Ты… знал?

– Я пытался предупредить тебя, но ты не слушала.

– Какого чёрта, Черчилль?!

– Это для твоей же безопасности.

– Ты что, с ними заодно?!

– Прости, Валли.

– Не-е-ет…

– Валли…

– Нет, пожалуйста, не говори, что ты с ними!

– Валли…

– Черчилль, пожалуйста!

– Мне нечем тебя обрадовать. Прости.

– Нет, я не… – она покачала головой, смахнув слёзы с глаз. – Я не верю…

– Мне очень жаль.

– Почему? Почему, Черчилль?!

– Потому что это единственное возможное будущее. Для тебя. Для меня. Для нас.

– Черчилль…

– Для всех нас.

– Валентина! – раздался рёв сзади.

Она развернулась, обнаружив за собой след из шариков крови, висевших в коридоре. Некоторые из них уже столкнулись со стенами и трубами, размазываясь красными кляксами. Сверху лестницы вынырнул Каин. Его глаза горели яростью, а лицо было всё таким же бордово-красным.

– Валентина! – он понёсся к ней с беспрецедентной скоростью. – Я тебя убью!

– Каин, остановись! – она рванула от него, в спешке вспоминая правильный путь. – Каин!

Направо, налево, направо… Валентина знала, что ей не оторваться от Каина. А если бы и удалось, он точно бы её выследил по следу из крови. Единственным возможным вариантом оставалось подловить его на повороте или лестнице.

– Ва-а-а-а-алли…

– Черчилль, не сейчас!

– Ва-а-а-а-алли…

– Заткнись!

Валентина подлетела к лестнице, быстро проскочив целый этаж.

– Валентина! – вновь услышала она рёв Каина. – Ты! Пройдёшь! Ликвидацию!

Она резко затормозила в конце лестницы и поднялась под самый потолок так, чтобы сверху её не было видно. Рука крепко сжимала окровавленную отвёртку. Лестница зашаталась из стороны в сторону, а сверху послышалось глубокое и даже гулкое дыхание Каина. Сердце её замерло. Дыхание остановилось. Всё тело хотело сжаться в комок, а руку с отвёрткой начало сводить от напряжения. Голова показалась первой:

– Валентина!

Отвёртка со всего размаха направилась к его шее. Каин тут же крепко перехватил её руку, устремив свой яростный взгляд на Валентину:

– Привет.

Отвёртка вылетела из пальцев. Валентина быстро схватила её второй рукой и сделала резкий выпад вперёд, тут же отпустив инструмент. Каин сжал её руку ещё сильнее и задёргался в конвульсиях. Его правый глаз излучал из себя всю ярость и ненависть, на которые он был способен. В левом торчала жёлтая отвёртка. Валентина всадила её в глаз Каина под самое основание.

– Вален… я… – его рука начала слабеть, а рот невнятно пытался что-то произнести, пока не застыл в кривом оскале.

Валентина вырвалась из хватки Каина, оттолкнув того в сторону. Он медленно и недвижимо полетел вперёд по коридору, разбрызгивая повсюду кровь. Валентина схватилась за лестницу, второй рукой прикрыв рот:

– Господи…

– Валли?

– Черчилль…

– Валли, что случилось?

– Я… – она покачала головой. – Я…

– Валли, что произошло?

– Я его убила…

– Кого? Каина?

– Да… он мёртв… я…

– Это плохо. – он замолчал на пару секунд. – Это очень плохо!

– Я не… а-а-а! – она заревела. – Я знаю… но я… он… а-а-а… – она хотела закричать во весь голос, но не смогла. – Прости…

– Ты всё ещё ранена.

– Да…

– Тебе нужно в медицинский отсек.

– Да…

– Валли.

Она не отозвалась. Обхватив колени руками, Валентина уткнулась в них лицом, продолжая реветь.

– Валентина!

– Что?!..

– Соберись!

– Как?!..

– Просто… соберись. Мы ещё не закончили.

– И пусть!..

– Что значит, «и пусть»?

– Я устала! Я… я не хочу так жить! Это кошмар какой-то!

– Валли, отправляйся в медицинский отсек.

– Я так больше не могу… прости… Черчилль…

– Прямо по коридору. – игнорируя её плач, продолжил Уинстон. – Пропусти два поворота направо, а затем лети вниз. Там будет тупик со скрытым входом в дополнительный грузовой отсек.

– Какой ещё… – Валентина всхлипнула. – Дополнительный грузовой отсек… он всего один. И один склад с запчастями.

– Нет. На Икаре два грузовых отсека. Или ты думала, что он самый большой, потому что на нём колонистов больше?

– Да…

– Нет. Он самый большой, потому что у него два грузовых отсека. Главный, то есть, обычный, и один специализированный, но о нём знают лишь некоторые члены экипажа. Для доступа туда тебе потребуется ключ-карта капитана. Ты не потеряла ту, что дал тебе Генрих?

Валентина нащупала её в кармане:

– Нет… она у меня.

– Хорошо. Когда будешь на месте, ищи скрытую панель. А как проникнешь на склад – лети прямо. В противоположенной стене есть скрытый переход к медотсеку. Ты обнаружишь его по небольшой панели доступа.

– Тоже скрытой?

– Нет. Там все панели открыты.

– Ладно… – она кивнула. – Ладно.

Все четыре первопроходца отличались друг от друга. Каждый из них был экспериментальным, и имел свои сильные и слабые стороны, как и специализацию. На «Одиссее» отсек гидропоники был в девять раз больше, чем на остальных кораблях. Так же он вёз на борту значительно больше образцов земной растительности. Это было связано с особенностью планеты, на которую он направлялся. Как показали разведывательные зонды, несмотря на развитую экосистему, она была, в целом, непригодна для пищи. Сам же «Одиссей» по прибытии должен стать научной лабораторией, где колонисты будут скрещивать и выводить виды, пригодные в пищу и приспособленные, как к местной флоре и фауне, так и экосистемам остальных колоний. И, вероятнее всего, уже стал, потому что должен был прибыть к месту назначения ещё два года назад.

«Ясон» был самым крупным и самым медленным. Можно сказать, мамонтом на фоне слонов. Из-за наличия в системе аж двух пригодных планет, а так же нескольких в ближайших звёздных системах, на нём было столько же колонистов, сколько на остальных первопроходцах вместе взятых. Так же он вёз оборудование и комплектующие для создания космопорта и новых транспортов. По прибытии, «Ясон» должен стать огромной орбитальной станцией, откуда будет вестись сообщение и с планетой, и с остальными колониями.

«Эпей» имел инновационную модульную структуру, где каждая из пяти частей могла отделиться и стать самостоятельным транспортом. При этом каждый модуль имел улучшенный и куда более мощный двигатель Кюранова-Хиггса, из-за чего сам «Эпей» сможет развить скорость в два раза большую, чем «Икар». По прибытии, все модули разъединятся и разлетятся по колониям. Когда колонии начнут добывать достаточно ресурсов, модули наполнят ими свои трюмы, соберутся в «Эпея» и отправятся к Земле.

Провисев рядом с лестницей ещё несколько минут, Валентина собралась с духом и двинулась дальше. Она обернулась, долетев до нужного поворота. Каин недвижимо висел в воздухе, окружённый скоплением своей крови. Скоро Стивен заметит пропажу одного из членов его экипажа, а потом кто-то найдёт само тело. Что последует за этим, она не знала, а до тех пор ей следовало быть более осторожной в том, что и кому говорить.

– Черчилль?

– Валли?

– Кто ещё с вами?

– О чём ты?

– Кто ещё состоит в вашем заговоре?!

– Ты имеешь ввиду, из новых людей?

– Новых людей? – Валентина непроизвольно закатила глаза. – Так вы себя называете?

– Да.

– Ладно. Кто ещё с вами? Или я одна не в курсе?

– Нет. Из нашей смены я, Генрих, Масатоси, Уайт и…

– Масатоси? Нет… он же…

– Да, Валли. Он тоже. И Америка.

– Невероятно… – Валентина покачала головой. – Америка была самой ярой патриоткой из всех, с кем я когда-либо сталкивалась. Как она могла предать свою страну?

– Это не предательство.

– А что тогда?

– Возрождение. Мы построим новый мир. Новую цивилизацию. Без ошибок предыдущей. Всё с чистого листа.

– Ты это серьёзно?

– Да. А что?

– Вы уже убили… троих! Каин стал четвёртым, и только потому, что хотел убить меня! Это называется с чистого листа?

– Америка и Воробей стали вынужденными жертвами. Поверь, если бы у Стивена был выбор, он бы не разгерметизировал отсек.

– У него был выбор!

– Нет, Валли, не было. Я был здесь и всё видел. Медотсек действительно мог загореться в любую секунду. Марта подняла температуру в гидропонике сверх критической отметки. Если бы не Стивен, мы все уже были бы мертвы, а я… – Уинстон вздохнул. – Я не смог сделать то, что должен был сделать.

– Ну а Генрих?!

– Генрих ушёл в отставку добровольно, так как…

– В отставку?! – перебила его Валентина. – Чего?!

– Отставка – это самое верное определение.

– Вы убили его! Это не имеет с отставкой ничего общего!

– В данном случае, это синонимы.

– Нет!

– Отдавая тебе ключ-карту, он прекрасно понимал, что должен быть ликвидирован, потому что допустил…

– Угрозу цели миссии… бла-бла-бла. Значит, Филиси не с вами?

– Нет.

– А Майкл?

– Нет, но он уже сбежал.

– В смысле, сбежал?

– Покинул корабль на спасательной капсуле.

– Господи… давно?

– Где-то через час после пожара в отсеке гидропоники. Стивен пытался его отговорить, но Майкл был не в себе. Говорил что-то про Бездну, про её зов. Бредил. Стивен приказал не распространяться по этому поводу.

– А ты что-то не очень исполняешь приказы, да?

– Просто… думаю, ты должна знать. И я понимаю, о чём говорил Майкл.

Валентина добралась до того тупика, о котором говорил Уинстон. Он ничем не отличался от десятка таких же, и, если бы она не знала о тайном проходе, то просто развернулась бы и улетела дальше. Валентина принялась тщательно его осматривать в поиске спрятанной панели.

– Эм… – брови её хмуро надвинулись на глаза. – Что значит, понимаешь, о чём говорил Майкл?

– Бездна. Она рядом.

– Не городи чушь, Черчилль. Мы просто попали под какое-то неизвестное космическое излучение.

– Нет, Валли. Это далеко не так. Бездна реальна.

– Это невозможно. – она покачала головой. – Ненаучно, понимаешь? Ты же любишь всякую научную ерундистику, никак не связанную с твоей деятельностью. И это в её рамки никак не вписывается.

– Почему же? Как раз наоборот. Это новая, неизвестная нам форма жизни, которая обитает меж звёзд. Я чувствую её. Внутри. Ледяная. Ярко-чёрная. Она пожирает меня.

– Это бред, Черчилль. Я тоже попала под это излучение и не чувствую ничего подобного.

– Мы все её чувствуем. Просто по-разному. Иначе как ты объяснишь всё, что творится на корабле?

– Космическое излучение. Это научно и правдоподобно, в отличие от… каких-то там неизвестных форм жизни. В этой вселенной нет никого, кроме нас. Ни одной другой развитой формы жизни…

– Ей и не нужно быть развитой. Возможно, ей на нас вообще наплевать. Просто… случайность свела нас вместе.

– Бред.

– Я точно это знаю, Валли. Я чувствую это всем собой. И не спорь.

– Только не вздумай сбегать, потому что я с тобой ещё не разобралась. – Валентина прищурилась. – Кажется, я нашла панель.

– Хорошо. Как ты думаешь, сколько протянет Майкл?

Валентина с трудом открыла панель за едва заметную щель:

– Если будет экономить кислород, то не больше… – она покачала головой, глубоко вздохнув. – Двух суток. И это ему ещё повезло, что капсулы переоборудовали компенсатором поля Кюранова-Хиггса, иначе бы он уже стал шматком… чего-то. Есть.

Панель пискнула, подтвердив пропуск. Стена впереди тупика чуть отъехала назад и опустилась вниз. Впереди, во тьме дополнительного склада, медленно загорались лампы. Валентина, прикрыв рану рукой, с осторожностью полетела вперёд, рассматривая большое помещение, забитое огромными ящиками и контейнерами. Спецсимволы на них были ей не знакомы, и она подлетела поближе, всматриваясь в таблички с надписью. Большая их часть гласила о правилах транспортировки и хранения, и только некоторые указывали на то, что находилось внутри.

– Что? – она прищурилась, перечитав название. – Черчилль, а зачем нам ударные фрегаты?

– Чтобы воевать.

– С кем?!

– С другими колониями. По прибытии на Новую Землю, «Икар» будет переоборудован под авианосец.

– Это что – шутка? На сборку упакованных фрегатов и переоборудование «Икара» уйдёт лет десять!

– Мы намерены управиться за семь. После этого мы подчиним остальные колонии Новой Земле.

– Невероятно…

– Согласен.

– Нет, не согласен! Невероятно то, что даже решив начать строить новый мир с чистого листа, да ещё и избежав ошибок прошлого, первое, что вы решили сделать – это наступить на те же самые грабли.

– Ты не понимаешь, Валли.

– Нет, и не… – Валентина вновь прищурилась. – Термоядерные боеголовки?! Черчилль, мы везём термоядерные боеголовки?!

– Это на крайний случай. Если война пойдёт не так, как запланировано.

– Да вы идиоты! Вы все! Сборище тупоголовых кретинов!

– Перестань.

– Может, вам стоит перестать?! Мы летим на огромной пороховой бочке, которой хватит, чтобы разнести целую планету!

– Мы всё предусмотрели и приняли все меры предосторожности.

– Ага, а то, что творится с «Икаром», тоже предусмотрено?

– Нет, это форс-мажор.

– Как у тебя всё хорошо объясняется, господи, да тут тонны оружия!

– Мы готовы ко всему.

Валентина злорадно улыбнулась:

– Нет. Земля разнесёт вас в пух и прах.

– Это невозможно.

– С чего бы? Земля намного сильнее вас. И даже если вам удастся победить вначале, то на каждый ваш фрегат, или даже крейсер, она построит сто таких же. Вас размажут по вашей Новой Земле так, что через пару лет не останется даже намёка на ваше существование!

– Говорю же, мы всё предусмотрели. Всё хорошо.

– Ничего хорошего! Вообще ничего! Как меня вообще сюда занесло?! – Валентина громко выкрикнула нецензурное слово. – Дёрнул меня чёрт… – она глубоко вздохнула. – А тот, невидимый, на чьей стороне?

– Какой ещё невидимый?

– Ну… не знаю. Не из наших.

– Не понимаю, о чём ты.

– Хватит врать, Черчилль! Я знаю, что на Икаре есть кто-то ещё! И я уже видела его. На земле, ещё до взлёта.

– Хочешь сказать, что кто-то из колонистов проснулся? Подожди…

– Нет, он не похож на колониста. Одет не так. Деловитый. В костюме. Очки модные.

– Это точно не колонист. Да, все криокамеры закрыты. Все на месте. Ты уверена, что он тебе не…

– Почудился?

– Да.

– Хочешь сказать, я совсем с ума сошла?

– Недавно ты общалась с дочкой.

– Это… другое, хотя… возможно. Не знаю. Но он точно спас меня.

– Спас?

– Каин чуть не придушил меня. Я почти потеряла сознание, как он… появился из ниоткуда, вдарил ему разводным ключом и исчез. Как… – Валентина пожала плечами. – Невидимка.

– Тебе это точно не почудилось?

– Я не знаю! – она вздохнула. – Но…

Тишина.

– Но?.. – спросил Уинстон.

– Если бы не он, я бы уже была мертва.

– Валли.

– Черчилль?

– Я ни за что не поверю, чтобы на борту кроме нас и колонистов находился кто-то ещё, и мы бы об этом не знали. Он просто бы… не выжил. Да и не было ещё таких технологий, чтобы человек из мяса и костей смог стать невидимым. Даже специализированные костюмы всё равно можно заметить, если носитель двигается.