100 великих спортивных достижений

Низкий старт в спринте

Американский атлет Томас Бэрк на играх I Олимпиады оказался единственным спринтером, использовавшим низкий старт. Во многом благодаря этому он и стал двукратным олимпийским чемпионом. Для конца XIX века низкий старт оказался великим спортивным событием, произведшим в одном из видов легкой атлетики – спринте – настоящий переворот.

Выйдя на старт стометровки, Томас Бэрк весьма удивил соперников. Он захватил с собой… детский металлический совочек, которым выкопал на беговой дорожке ямки, выше послужившие ему упорами для стоп. Перед стартом Бэрк опустился на одно колено, потом чуть приподнялся, а при выстреле стартового пистолета резко оттолкнулся от упоров-ямок и сразу набрал скорость, вырвавшись вперед. Лидерства он уже не упустил, завоевав золотую медаль. То же самое повторилось в забеге на 400 метров.

В наши дни спринтеры тоже стартуют с низкого старта, отталкиваясь от специальных стартовых колодок. Но в конце XIX века низкий старт произвел в спортивном мире сенсацию, позволив сразу же заметно улучшить результаты спринтеров.

Справедливости ради надо сказать, что изобретателем низкого старта был не Томас Бэрк, двукратный олимпийский чемпион, а другой американский атлет – Чарлз Шерилл. Свое великое спортивное изобретение он сделал за восемь лет до игр I Олимпиады, побывав в 1888 году в Австралии. Там ему довелось подсмотреть, как прыгает кенгуру. Перед самым прыжком кенгуру пригибается, что позволяет резко оттолкнуться от земли и совершить далекий и стремительный полет.

Томас Бэрк

Шерилл был пытливым человеком. Вернувшись на родину, на первой же тренировке он попробовал начать бег, с силой оттолкнувшись от земли, как это делает кенгуру. Результат оказался заметно лучше.

На очередных соревнованиях, когда соперники, как обычно, выстроились перед стартом в линию, Шерилл ко всеобщему изумлению опустился на одно колено и оперся руками о землю. Поначалу судьи было этому воспротивились, но Шерилл сумел убедить их, что новый способ старта ничуть не противоречит правилам. К финишу Шерилл пришел первым…

Поначалу над необычной манерой старта посмеивались. Но когда Шерилл победил и на нескольких следующих состязаниях, подражать ему стали другие бегуны. В конце концов Томас Бэрк, будущий двукратный олимпийский чемпион, догадался выкапывать ямки, чтобы еще резче отталкиваться от земли. Позже, для того чтобы старт был еще более энергичным, стали использовать специальные колодки. И теперь все спринтерские забеги на короткие дистанции, к которым, кроме стометровки, относятся еще дистанции на 200 и 400 метров, а также на 50 и 60 метров, начинаются с низкого старта.

Кстати говоря, современные стартовые колодки устроены довольно сложно. На дорожке они укрепляются с помощью металлических шипов. Ноги спринтера опираются о пластины, на которых есть специальные датчики, соединенные с прибором, позволяющим зафиксировать фальстарт с точностью до тысячных долей секунды.

Первый чемпион-марафонец

Во время I Олимпиады 1896 года впервые состоялся марафонский забег. Принять в нем участие решились немногие спортсмены: бег на 40 с лишним километров казался немыслимым испытанием, превышающим человеческие силы. А победитель, которым стал грек Спирос Луис, вписал свое имя в историю спорта золотыми буквами.

Составление программы соревнований игр I Олимпиады вызвало среди устроителей немало споров. Некоторые полагали, что на возрожденных Олимпийских играх все должно быть точно так же, как тысячи лет назад, и атлетам следует состязаться только в беге, борьбе, кулачном бое, метании копья и диска, прыжках в длину.

Спирос Луис

Но победила все-таки иная точка зрения: с античных времен спорт не стоял на месте, и без новых, современных его видов на возрожденных Олимпиадах не обойтись. Поэтому к «античным» видам состязаний добавились также велосипедные гонки, теннис, фехтование, тяжелая атлетика, пулевая стрельба…

А еще одно состязание стояло особняком и вызывало огромный интерес: спортсменам предстояло повторить легендарный путь марафонского бегуна Фидипида.

Эта история хорошо известна даже по школьным учебникам. Античные историки рассказывают, как во время греко-персидских войн 11 тысяч афинских воинов под командованием стратега Мильтиада встретились близ селения Марафон с огромным войском персидского царя Дария. Несмотря на подавляющий численный перевес, персы были разбиты и бежали к морю, чтобы погрузиться на свои корабли и немедленно отплыть от берегов Эллады. Победу афинянам принесло умелое использование рельефа местности Марафонской долины и неожиданная для врага тактика ведения боя.

Мильтиад понимал, с каким волнением и нетерпением в Афинах ожидают вестей с поля сражения. Ведь поражение афинского войска обещало неминуемую гибель самого города-государства. Поэтому сразу после победы Мильтиад призвал к себе молодого воина Фидипида, славившегося быстрым бегом и выносливостью. Выслушав приказание стратега, Фидипид снял доспехи и побежал в сторону Афин.

Воин не успел отдохнуть после жестокого боя, а бежать пришлось под палящим солнцем, расстояние было немалым. Когда Фидипид вбежал в Афины, он изнемогал, ноги у него были сбиты в кровь. Но все-таки, прежде чем упасть замертво, он успел крикнуть: «Афиняне, радуйтесь, мы победили!»

Идея повторить в программе игр I Олимпиады легендарный забег греческого воина Фидипида, сумевшего принести в 490 году до н. э. в Афины радостную весть о победе в Марафонской долине, но отдавшего за это жизнь, принадлежала французскому филологу Мишелю Бреалю, профессору парижского университета и известному специалисту по древним италийским языкам. Он написал Пьеру де Кубертену: «Если бы организационный комитет афинской Олимпиады согласился повторить знаменитый бег греческого воина, я вручил бы победителю этого состязания серебряный кубок».

Кубертену идея очень понравилась, хотя многие высказывали сомнение – под силу ли человеку без вреда для здоровья преодолеть около сорока километров, разделяющих Марафон и Афины?

Тем не менее заявки на участие в марафонском забеге подали 24 спортсмена. Из них только четверо были иностранцами, остальные оказались греками, за которых, естественно, переживала вся страна. В день забега, 10 апреля, казалось, что спустя 2386 лет история повторяется: Афины с нетерпением и волнением ждали бегуна из Марафона. И вся Греция ожидала, что победителем станет соотечественник.

Одним из спортсменов, решивших попытать свои силы, был 24-летний Спирос Луис, по профессии почтальон из маленького селения Марусси близ Афин. Бегом он увлекался, можно сказать, по роду занятий, поскольку никакого транспорта для доставки писем у него не было. Больше того, он был беден настолько, что не мог даже купить себе обувь для участия в марафонском забеге. Деньги собрали его односельчане, искренне верившие в его выносливость и упорство.

Кадров кинохроники, на которых был бы запечатлен первый в истории олимпийский марафонский забег, не существует. Ведь киноаппарат, изобретенный братьями Люмьерами, появился лишь за считанные месяцы до этого. Судить за всеми перипетиями состязания марафонцев теперь можно лишь по воспоминаниям современников. Но они в полной мере дают возможность почувствовать и накал борьбы, и напряженную атмосферу ожидания на афинском Мраморном стадионе, где победителя ожидали около 70 тысяч зрителей.

В селении Марафон, близ которого состоялась знаменитая битва, бегуны собрались накануне забега, чтобы провести здесь ночь. Бежать им предстояло той же дорогой, по какой, очевидно, бежал и легендарный воин Фидипид. Назавтра, как сообщил марафонцам представитель оргкомитета Олимпиады, ожидалась сильнейшая жара. Несколько спортсменов сразу же решили отказаться от участия в забеге, опасаясь получить солнечный удар, и покинули Марафон.

Старт состоялся после небольшой торжественной церемонии. Все собравшиеся понимали, что марафонский забег – кульминация игр I Олимпиады. И вот раздался стартовый выстрел, группа бегунов стартовала. Они бежали в сопровождении большого количества конных солдат и велосипедистов. Здесь были и конные двуколки, в которых ехали самые почетные зрители.

День 10 апреля и в самом деле выдался необыкновенно жарким даже для Греции. Тем не менее марафонцы бодро двигались вперед. Первые десять километров они держались одной тесной группой. Греческие крестьянки, ничего не знавшие об Олимпийских играх, при виде бегущих в страшную жару людей испуганно крестились.

В первом контрольном пункте, селении Пекерми, марафонцам на бегу дали воды и даже для бодрости немного вина. Тем не менее двое участников забега почти сразу же упали в обморок. Вскоре определилась лидирующая группа: вперед вырвался француз Альбин Лермюзье. От него немного отстал австралийский спортсмен Эдвин Флэк, до этого уже завоевавший золотые олимпийские медали в забегах на 800 и 1500 метров. Следующими бежали венгр Кельнер и американец Блэк.

В местечке Карвати, на выходе из Марафонской долины, сопровождающие сообщили Лермюзье, что он опережает австралийца уже на целый километр. К унынию греческих болельщиков, первый из греческих бегунов уступал французу уже три километра.

Но силы француза были на исходе. Пробежав тридцать километров, он в изнеможении остановился на обочине. Сопровождавший его велосипедист-соотечественник натер ноги Лермюзье специальной мазью, после чего тот собрался с силами и продолжил бег. Однако два километра спустя француз, не выдержав страшного напряжения и жары, упал, потеряв сознание.

Теперь лидером гонки стал австралиец Флэк. До финиша оставалось всего несколько километров. Однако вскоре к австралийцу приблизился Спирос Луис. Расстояние между ними неумолимо сокращалось. Когда грек настиг двукратного олимпийского чемпиона и стал его обходить, тот без сил рухнул на дорогу.

Сельский почтальон уже никому не уступил лидерства. До Мраморного стадиона дошло известие, что первым к нему приближается греческий спортсмен. Зрители встали с мест. Прогремел пушечный выстрел, затем воцарилась полная тишина. Стадион ждал.

Наконец на беговой дорожке показался почерневший от пыли Луис. Теперь стадион взорвался криками восторга. Но марафонцу предстояло пробежать по стадиону последний круг. Не выдержав, вслед за ним побежали и судьи, сопровождавшие Луиса до самого финиша. Потом героя подхватили на руки….

Восторженный современник, которым был не кто иной, как сам Пьер де Кубертен, оставил такое описание: «Тысячи цветов и подарков были брошены к ногам победителя, героя I Игр. В воздух поднялись тысячи голубей, несущих ленты цвета греческого флага. Люди хлынули на поле и стали качать чемпиона. Чтобы высвободить Луиса, наследный принц и его брат спустились с трибун навстречу чемпиону и отвели его в королевскую ложу. И здесь под несмолкающие овации публики король обнял крестьянина».

Марафонскую дистанцию, составившую около 40 километров, Спирос Луис пробежал за 2 часа 58 минут 50 секунд. Он опередил пришедшего к финишу вторым грека Х. Василакоса на 7 минут 13 секунд. Кстати говоря, в первой шестерке пришедших к финишу марафонцев пятеро, к восторгу страны, были греками. Лишь венгру Д. Кельнеру удалось финишировать третьим.

Надо ли говорить, что после этой победы Спирос Луис стал национальным героем Греции?! Его ожидали неслыханные почести. Само собой разумеется, как и все чемпионы I Олимпиады, в день закрытия игр он получил золотую медаль, диплом и оливковую ветвь, срезанную в священной роще Олимпии, а голову его увенчали лавровым венком. Однако на героя обрушился поток и других наград.

Он получил серебряный кубок, учрежденный Мишелем Бреалем – французским филологом, предложившим включить марафонский забег в программу игр I Олимпиады. А правительство Греции даровало Луису бочку вина, тонну шоколада, 10 коров, 30 баранов, талон на бесплатное питание во всех ресторанах в течение года, а в течение всей жизни – бесплатный пошив одежды и пользование парикмахерскими услугами.

Кроме того, неслыханную щедрость проявил и некий греческий бизнесмен, выделивший национальному герою Греции 25 тысяч франков, – огромную по тем временам сумму. Так Спирос Луис стал богачом и смог наконец жениться на любимой девушке. Прежде ее отец, справедливо считавший сельского почтальона почти нищим, не желал и слышать об этом.

Больше участвовать в Олимпийских играх Луису не доводилось. Но марафонская дистанция теперь включалась в программу всех последующих Олимпиад. Другое дело, что длина самой дистанции поначалу незначительно менялась.

Спирос Луис пробежал около 40 километров – то же самое расстояние, которое в античные времена преодолел воин Фидипид. А на играх II Олимпиады в Париже марафонцы бежали 40,26 километра. Во время III Олимпиады в американском Сент-Луисе дистанция оказалась равной 40 километрам. На играх IV Олимпиады, прошедшей в 1908 году в Лондоне, марафонская дистанция впервые составила 42,195 километра – таким оказалось точное расстояние от лужайки перед королевским дворцом в Виндзоре, где стартовали марафонцы, до лондонского стадиона «Уайт-Сити».

В конце концов, это расстояние и стало «классическим» для марафонского бега, но окончательно утвердилось уже на играх VIII Олимпиады 1924 года в Париже.

А в жизни самого Спироса Луиса был все-таки еще один «олимпийский» эпизод. По злой иронии судьбы в 1936 году во время открытия игр XI Олимпиады в Берлине именно ему в качестве почетного гостя пришлось вручать оливковую ветвь мира Адольфу Гитлеру…

Десять золотых медалей Раймонда Юри

Если бы результаты, показанные на Внеочередных Олимпийских играх 1906 года в Афинах, включались в официальную олимпийскую статистику, то американский атлет Раймонд Юри был бы абсолютным рекордсменом по числу завоеванных золотых медалей – десять. Но и без этого на его счету восемь высших олимпийских наград.

XIX век подходил к концу. Достойным его завершением стал грандиозный смотр достижений человечества – очередная Всемирная выставка, проходившая в 1900 году в Париже. К ней были приурочены и игры II Олимпиады.

Париж был выбран местом проведения Олимпийских игр в честь Пьера де Кубертена, как признание его заслуг. Однако «соседство» Олимпиады и Всемирной выставки оказалось не слишком удачным. Игры растянулись на несколько месяцев, с мая по октябрь. Спортивные площадки, на которых проходили соревнования, находились в разных концах Парижа, а то и за его пределами. Иногда трибуны оставались полупустыми, если в то же самое время проходили какие-то важные мероприятия Всемирной выставки.

И тем не менее игры II Олимпиады вошли в историю спорта, как яркое и во многом примечательное событие.

По некоторым видам спорта олимпийские соревнования проводились впервые – среди них гребля, конный спорт, стрельба из лука, а также игровые виды спорта – футбол, регби, гольф, водное поло.

Впервые в Олимпийских играх принимали участие женщины: шесть спортсменок разыгрывали медали в соревнованиях по теннису и столько же в соревнованиях по гольфу. Первой в истории олимпийской чемпионкой стала теннисистка из Англии Шейла Купер. Она же вместе со своим соотечественником Р. Дохерти выиграла в смешанном парном разряде.

На парижской Олимпиаде впервые в легкоатлетическую программу были включены статичные прыжки, иными словами, прыжки с места – в высоту, длину, а также тройной прыжок.

Но просуществовать этому виду состязаний суждено было не слишком долго. Уже восемь лет спустя, на играх IV Олимпиады 1908 года в Лондоне, из программы был исключен тройной прыжок с места. А немного позже навсегда были упразднены и олимпийские соревнования по прыжкам с места в длину и в высоту.

Раймонд Юри

Но как раз в этих трех видах состязаний, ныне забытых, выступал легендарный американский легкоатлет Раймонд Юри. На трех Олимпиадах, начиная с парижской 1900 года, он завоевал восемь золотых медалей. Превзойти это феноменальное достижение в дальнейшем удалось только великому финскому бегуну Пааво Нурми, советской гимнастке Ларисе Латыниной, американскому легкоатлету Карлу Льюису и американскому пловцу Марку Спитцу, на счету которых по девять золотых медалей.

Однако многие склонны считать рекордсменом из рекордсменов именно Раймонда Юри: ведь помимо восьми своих золотых олимпийских наград он завоевал и еще две золотые медали на Внеочередных Олимпийских играх, которые прошли в 1906 году в Афинах. Правда, Внеочередные игры, надо напомнить, не были признаны официальными, и результаты их не зарегистрированы в олимпийской статистике…

Но сколько бы ни было у Раймонда Юри золотых олимпийских наград, самую великую свою победу он одержал задолго до того, как впервые появился на спортивной арене. Это была победа над самим собой. Трудно поверить, но до десяти лет Раймонд мог передвигаться только в инвалидной коляске.

Диагноз паралитический полиомиелит был поставлен ему сразу после рождения. Родители год за годом показывали сына лучшим врачам его родного города Лафейетт в штате Индиана, но ни один не мог сказать ничего утешительного.

Медицина не могла помочь, но Раймонд поверил одному из врачей, который сказал: надежда победить болезнь есть, но для этого нужны сверхчеловеческие усилия – изо дня в день, не давая себе пощады, выполнять специальные упражнения, разрабатывая мышцы ног.

Упорства и силы духа у Раймонда хватило, и в 10 лет он начал вставать, делая первые шаги. А потом, чтобы укрепить ноги, стал прыгать с места. Падал, не удержавшись после прыжка, ушибался, вставал и снова прыгал. О грядущих спортивных победах он, конечно, и не помышлял – пока только о том, чтобы научиться ходить, как ходят все люди. Так продолжалось годы, и в конце концов Раймонд в буквальном смысле слова встал на ноги.

Он смог учиться, как все. В 17 лет поступил в университет, чтобы стать инженером-механиком. Но любой американский университет – это еще и спортивный центр, а к этому времени у Раймонда уже были великолепно тренированные ноги со стальными мышцами.

Да и сам он вымахал ростом почти под два метра. Никто бы не поверил, что когда-то врачи считали его безнадежным. В университетские годы Раймонд играл в американский футбол и конечно выступал на соревнованиях легкоатлетов – в прыжках с места в высоту, длину и тройном прыжке.

Став дипломированным специалистом по гидравлике, Раймонд Юри работал в Нью-Йорке, занимался вопросами городского водоснабжения. Но без спорта он себя уже не мыслил и выступал за нью-йоркский легкоатлетический клуб. Вскоре стал чемпионом Соединенных Штатов все в тех же прыжках с места.

В последующие годы Юри побеждал в национальных первенствах 15 раз. Его успехи были столь впечатляющи, что спортсмена прозвали «гуттаперчевым прыгуном» или «человеком-лягушкой». Зрителей особенно поражала манера его прыжков в высоту. Юри первым из всех прыгунов с места освоил «ножницы», как это делали классические прыгуны в высоту. Поэтому перед прыжком он становился не прямо, а сбоку от планки, низко приседал, а потом резко распрямлялся словно пружина. В полете одна нога уже была вытянута параллельно планке, а над самой планкой к ней резко подтягивалась другая. Такая техника была отработана упорными долгими тренировками и не давалась многим другим прыгунам.

Когда на играх II Олимпиады в программу состязаний были включены прыжки с места, Юри решил поехать в Париж. Однако это не вызвало большого восторга у его начальства – специалист по гидравлическим системам был ценным работником, отлучиться же ему предстояло не на день-другой, а плыть за океан. Тем не менее Юри добился отпуска и провел интенсивную двухнедельную подготовку к играм.

Основными соперниками Юри на парижской Олимпиаде были его же товарищи по олимпийской команде Соединенных Штатов, а главным из них Ирвинг Бэкстер. Но тот неизменно оставался вторым во всех видах прыжков с места – и в длину, и в высоту, и в тройном прыжке. А все три золотые медали выиграл Раймонд Юри, причем в один день – 16 июля 1900 года.

В прыжках в высоту с Юри соперничали шесть участников из трех стран, но равных ему не было. Здесь инженер-гидравлик из Нью-Йорка установил мировой и олимпийский рекорд, показав 1 метр 65,5 сантиметра. Это оказалось на целых 12,5 сантиметра больше, чем у серебряного призера Бэкстера.

В двух других видах соревнований выступали по семь спортсменов из четырех стран. В тройном прыжке с места Юри опередил Бэкстера уже на 63 сантиметра, показав 10 метров 58 сантиметров. Последними в программе были прыжки в длину с места. Юри, уже уставший за этот день, прыгнул на 3 метра 21 сантиметр, а Бэкстер на этот раз отстал лишь на 8 сантиметров. Так в один день Раймонд Юри, которому шел 27-й год, стал трижды олимпийским чемпионом.

Четыре года спустя на играх III Олимпиады в Сент-Луисе европейских участников было совсем мало. Теперь трижды олимпийскому чемпиону пришлось соперничать исключительно с соотечественниками, но ни один из них не выступал сразу во всех трех видах прыжков с места. А Юри вновь завоевал все три золотые олимпийские медали. При этом вновь установил мировой и олимпийский рекорд, на этот раз в прыжках в длину – 3 метра 48 сантиметров.

А в 1906 году Юри, уже шестикратный олимпийский чемпион, отправился в Афины – на игры, которые получили название Внеочередных. Здесь он вновь был первым в прыжках в высоту и в длину, пусть афинские золотые медали и не считаются «официальными». Серия побед «гуттаперчевого прыгуна» продолжилась на следующих играх IV Олимпиады 1908 года в Лондоне, где Юри еще дважды стал олимпийским чемпионом…

Тогда ему было уже 35 лет, и победы давались труднее, чем прежде. Во всяком случае, Раймонду Юри не суждено было бить мировые и олимпийские рекорды. Состязания в тройном прыжке с места на играх IV Олимпиады уже не проводились. В прыжках в высоту Юри опередил ближайших соперников лишь на 2,5 сантиметра, показав результат 1 метр 57,5 сантиметра. В прыжках в длину, правда, он был заметно сильнее остальных участников – 3 метра 33,5 сантиметра, в то время как второй призер – греческий атлет К. Циклитирас – прыгнул на 3 метра 23 сантиметра. Так Юри стал в общей сложности «официальным» восьмикратным олимпийским чемпионом.

Если же прибавить к этим восьми золотым медалям еще и две высшие награды Внеочередных игр, получится результат, какого никогда больше не добивался ни один из олимпийских чемпионов. Так и оценивает его Книга рекордов Гиннесса, где Раймонд Юри с десятью золотыми олимпийскими наградами опережает и Пааво Нурми, и Карла Льюиса.

В 1912 году 39-летний атлет намеревался принять участие и в играх V Олимпиады, проходивших в Стокгольме, но в самый последний момент отказался от этой мысли и вообще оставил спорт. А кто знает, не стал бы он уже «официальным» десятикратным олимпийским чемпионом? Там, в Стокгольме, состязания по прыжкам с места в высоту и в длину проводились в последний раз – их уже не было на следующих Олимпиадах…

Как бы то ни было, Раймонд Юри стал спортивной легендой. И мир восхищается не только его олимпийскими титулами, но и главной победой этого великого чемпиона – над болезнью, не отпускавшей его долгие годы.

Первый четырехкратный

На играх II Олимпиады 1900 года в Париже одному из спортсменов суждено было впервые выиграть сразу четыре золотые медали. Сделал это американский легкоатлет Алвин Кренцлейн. Причем три он завоевал на беговой дорожке, а четвертую – на состязаниях прыгунов в длину.

Такой успех особенно удивительным кажется в наше время, когда у легкоатлетов, как правило, узкие «специализации». Впрочем, бывают и исключения. Яркий пример – выдающийся американский легкоатлет Карл Льюис, побеждавший на четырех Олимпиадах подряд с 1984 по 1996 год, и также выступавший и в беге, и в прыжках в длину.