Домовой-2: проект «Гибрид»
- -
- 100%
- +
Тихо звякнув пряжкой, Сашка накинул ремень пулемета на шею, продел правую руку в петлю, натянул ее. Левой отрегулировал хлястик так, чтобы выставленное оружие, упертое в плечо, висело внатяжку.
– Что там? – донесся глухой голос из-за стены.
– Пусто. Ящики, бочки. Никого… – отозвался второй.
Раздался разочарованный вздох, команда "подниматься". Шаги удалились, дверь в подвал скрипнула, и в яме стало темно. Зажигать фонарь наемник побоялся, мало ли из какой щели лучик вырвется, а ночник он оставил в рюкзаке, спрятанном у Прохора дома, как и все остальное снаряжение, что сумел дотащить от замаскированного в придорожной канаве мотоцикла. Если транспорт найдут, то он потеряет, конечно, кое-что из вещей, но не так много.
Толпа над головой продолжала гудеть. В шуме слышались отдельные выкрики, но вскоре все стихло, видимо, ордынцы покинули корчму. Сзади и вверху послышался шорох. С таким же звуком открывалась тайная дверца. Затем раздались тихие шаги, шорканье ткани о стену. К нему кто-то шел. Точнее шла.
– Эй, наемник, – позвала Лина в полной темноте, остановившись у лестницы.
– Что? – так же негромко ответил Домовой, переведя оружие примерно в сторону говорившей.
– Ствол убери, я одна…
Домовой ухмыльнулся, демонстративно шумно опустил оружие, расслышал шуршание убираемого в кобуру пистолета. Снова ухмыльнулся. А баба не проста. Ох, не проста… Она ему уже даже нравиться начинает.
Зажегся маленький фонарик, Лина спустилась в яму. Домовой присвистнул. Яма-то, оказывается, была тоже не проста. На стенах висело различное оружие, а рядом на земле стояли ящики, видимо, с патронами. И как он обо все это не запнулся, когда сюда спустился? Вот бы грохоту было!
– Хороший схрон, – оценил он обстановку.
– Не такой, как хотелось бы, – скривилась женщина. – Все оружие Орден контролирует, нам изредка удается отбить у них кое-что, но чаще всего оружие повреждено…
– Ушли? – словно между делом поинтересовался Сашка, присев на один из ящиков, сложив руки на груди.
– Ушли.
– Продолжим?
– Продолжим…
***
Итогом долгого разговора с непременным боданием и меряньем яйцами стала более-менее внятная история окрестностей и озвученный план, в котором наемнику отводилась едва ли не самая главная роль. Лина – глава местного повстанческого движения, если все их движение в сторону освобождения Турманска от ига Ордена так можно было назвать, в своем распоряжении имела примерно две сотни человек, но настоящих вояк из них было всего семеро. Она да те здоровяки в корчме, остальные – поголовно крестьяне да лесорубы. Как выяснилось, женщина в прошлом служила в армии, тут Сашка немного ошибся, предположив, что Лина – такая же наемница, как и он. Она, с ее же слов, долгое время служила первому правителю города, возглавляла группу быстрого реагирования, типа тех, что Домовой на трассе разложил и кто по лесам окрестным сейчас кругали наматывает в поисках его бренной тушки. Отсюда и массивная, накачанная фигура, и привычки и стальной, закаленный характер.
Когда новый наместник Ордена занял пост предыдущего, скоропостижно скончавшегося главы города, она вместе с несколькими солдатами ушла в самоволку. Ну не смогла Лина больше выносить то, что творил новый преподобный. Казни и жестокие наказания за малейшее непослушание или провинность, безжалостные прилюдные истязания на площадях, а в последние время Отец пошел еще дальше. Каждую неделю к нему молодых красивых девушек водить стали, понятно зачем, началась торговля людьми. Рабовладельчество было хоть и в новинку, но уже цвело махровым цветом. Последней каплей ее терпения стал момент, когда крестьяне одной недалекой деревушки попытались, как говорится, поднять головы. Взяв в руки вилы и грабли, они двинули в город. Отряд Лины подняли по тревоге вечером, сообщили, что к городу приближаются бандиты и что их нужно срочно жестко остановить. Они собрались быстро, похватали оружие, прыгнули в броневик и помчались наперерез. Каким же было ее удивление, когда вместо обнаглевших бандитов она увидела худых, грязных, оборванных стариков, идущих по грязной дороге с огнем ярости в глазах. Тогда она и бросила свою службу вместе со всей своей командой, заставила стариков одуматься и вернуться домой, раздала возимые с собой пайки и медикаменты и пообещала, что остановит кровавую диктатуру Ордена, вернет людям их прежнюю жизнь и свободу.
Домовой приехал как нельзя вовремя. Лина со своими людьми как раз намеревалась в самые ближайшие дни атаковать город, навести там шороху, попытаться пробиться к дворцу преподобного и убить его самого.
– Город сейчас практически без охраны, – поясняла она свой план. – Недавно караван ушел на север, всех солдат собрали, а новые из Междуреченска прибудут нескоро. Вильгельм, тот старик, который похитил твою дочурку, тоже на днях улетит, и тогда в Турманске вообще не останется никого, кто бы смог нам противостоять…
– И чем я могу тебе во всем этом помочь? У тебя двести рыл под ружьем…
Женщина горько ухмыльнулась.
– Да под каким ружьем!? Я тя умоляю! Пара автоматов, гранатометов да пулемет. Остальное все или арбалеты, или вообще – холодняк. Патронов тоже мало. У тебя вон, – она кивнула подбородком на РПЛ, – огневая мощь в руках сейчас, практически как у всей моей армии целиком. Людей тоже опытных почти нет…
– Тогда как вы планировали напасть на город!?
– Ну-у-у… были свои идеи, – уклончиво отмахнулась женщина. – План дерзкий и, честно говоря, почти не имел шансов, надеялись на то, что горожане поддержат, но с тобой… С тобой у нас точно все получится.
– Да? И как же?! – Сашка поерзал на неудобном ящике.
– Тебя сейчас весь Орден ищет. Так?
– Ну.
– Ну… – передразнила воительница. – Сольем им информацию о твоем местоположении, пошумишь, отвлечешь на себя пару ГБРок, авось и еще кто примчится, ну а мы под шумок проломимся через ворота. Потом и ты подключишься. Нам твоя огневая поддержка и умения будут очень нужны. В городе-то попроще будет. Главное КПП пройти и углубиться. Там мирные люди, ордынцы побоятся стрелять, и в рукопашной мы попытаемся задавить сопротивление одним кулаком. Наши агенты в городе уже несколько дней следят за патрулем, предупреждают местных, готовят почву понемногу. Перед самой атакой они оповестят горожан и те запрутся в домах у северных ворот. Там же устроим первый отвлекающий обстрел. Преподобный подумает, что мы, а точнее ты, атакуешь город оттуда, и стянет все свои силы к северным воротам, в то время как мы ударим с юга.
– Как-то стремненько все… Жертв среди населения точно не избежать…
– Ну, – Лина развела руками. – Это меньшее зло. Когда преподобный пришел к власти, погибло еще больше. Хватит уже терпеть. Когда мы войдем в город, к нам подключатся местные, я на это очень рассчитываю. Там наши агенты тоже постарались, так что, если будем придерживаться плана и двигаться одним кулаком по двум улицам, то сможем очень быстро продавить защиту, ну, а там… Там снова придется тебе действовать. Мы пойдем вместе. Дом преподобного охраняется очень хорошо, и неопытные бойцы нам попросту будут мешать. С тобой нас будет восемь человек – два квадрата. Должны справиться. Охраны – человек двадцать ордынцев и пара тварей.
– Мне нужен подробный план города и дома преподобного.
– Сделаем, – улыбнулась Лина, понимая, что наемник на крючке.
– Еще мне нужно вернуться в дом к Прохору, у него мое. И мотоцикл забрать тоже надо, я его в канаве, километрах в семи от него спрятал.
– Хорошо.
– Когда атака?
– Вообще планировали через три дня, но… Вильгельм тоже сладкая добыча, потому нужно сейчас. Завтра после заката мы начнем свое наступление.
– Профессор точно не сбежит? Мне ваши перевороты тут на хрен не упали, напомню, мне нужно спасти дочь. И я сразу предупреждаю, если случится так, что доктор сбежит с ней, я брошу ваше дело и займусь своим.
– Хорошо. Точно не сбежит раньше завтрашнего дня. Я сегодня передам информацию своим агентам, они попробуют посмотреть, разузнать и подготовиться. Как она выглядит? Может кому-то удастся ее отыскать, разузнать, как у нее дела, да передать от тебя весточку…
– Это было бы хорошо, – вмиг разволновался Сашка.
Вот это действительно отличная идея и новость! Было бы просто здорово, если бы Саша знала, что он здесь и скоро придет за ней… Он сжал кулаки, скрипнул зубами.
– Вильгельм мой! Я жопу ему его же головой порву…
– А ты кровожаден… – Лина кивнула.
– Это я еще спокоен, и, поверь, злить меня не стоит…
***
Глава 5. «План-капкан»
– Спасибо вам, – вдоволь напившись вкусной, холодной воды поблагодарила спасительницу Александра.
– Да за что? – улыбнулась хозяйка магазина, назвавшаяся Галей. – Все нормально. Не переживай, спрячем тебя. А ты откуда вообще, кто такая?
– Я – Саша, – улыбнулась, девушка, вытирая лоб от испарины и собирая растрепавшиеся волосы. – Меня похитили, а я сбежала…
– Похитили? – ахнула спасительница. – Кто?!
– Да старик полоумный. Какой-то ученый…
– Ох, ты ж, – снова ахнула Галя и нервно огляделась.
Подойдя к дверям магазинчика, она закрыла дверь на замок, задернула плотные шторы.
– Это страшный человек, дочка, как же ты сбежать-то смогла?
– Случайно, – вздохнула беглянка. – Они отвлеклись, и мне удалось вырваться. Спряталась в подворотне, а там вы меня нашли…
– Ох-хо-хонюшки! – продолжала причитать женщина, нервничая.
– За мной дядя скоро приедет, – поспешила успокоить Галю Александра, видя, как женщина в раздумьях косится на дверь. – Мне бы его дождаться. Он воротами уже должен быть…
Видимо, услышав, от кого именно девушка бежит, женщина пожалела о совершенном. Одно дело от пьянчуги-отца или мужа спрятать девку, а другое – от этого чокнутого профессора… Сердце Галины забилось сильнее.
– Слушай, – выдавила она из себя, не зная с чего начать.
– Ничего, ничего, я все понимаю, я скоро уйду, – остановила Саша, сразу считав мысли и перемену настроения женщины. – Мне бы только передохнуть чуть-чуть…
– Прости, доченька, но если он узнает, что я тебя укрываю… У меня же дети, отец больной…
– Да-да, – попыталась скрыть досаду Саша, начав усиленно растирать руки, словно те у нее замерзли. – Я же сказала, что все понимаю…
На душе стало как-то гадко. Обидно. Умом, конечно, девчонка понимала – она тут временно, а Гале этой жить еще, но в первое мгновение она готова была вызвериться на спрятавшую ее хозяйку. Ей дали надежду на спасение и тут же отобрали. Это было неприятно и на минуту выбило Сашу из равновесия.
– Подскажите, тогда, может вы хотя бы знаете, где я могу спрятаться?
Галина покачала головой, встала. Снаружи нарастал шум толпы. Выглянув на улицу в щелочку меж шторами, она тяжело вздохнула. Два десятка бойцов в черных одеждах перекрыли район, жестоко разгоняя толпу.
– Уже не убежишь, все перекрыли… – прошептала хозяйка магазина и добавила еще тише, уже самой себе под нос. – И свалилась же ты на мою голову, зря я двери открыла, ой зря…
***
– Как это случилось!? Как вы могли упустить девчонку!? – рвал и метал Вильгельм.
Он расхаживал посреди большого, красиво оформленного в стиле древней европейской церкви помещения, нервно сжимая и разжимая кулаки. Лицо суровое, раскрасневшееся, пальцы сжаты до бела. Преподобный, невысокий круглый человечек, мерзко хихикая со своего высокого трона в конце длиннющего стола, уставленного разными яствами, обсасывал очередную куриную ножку. Вильгельм не находил себе места, уже час стража пыталась отыскать беглянку по горячим следам, но та словно сквозь землю провалилась. Найти одну-единственную девчонку в не таком и большом городе, оказалось той еще задачей.
– Профессор, – попытался оправдаться один из бойцов охраны, понурив голову. – Все так быстро произошло… к тому же в городе людно, легко потеряться…
– Людно?! – взревел старик, наконец-то остановившись. – За одной сраной девчонкой углядеть не смогли!
Вильгельм скривился, потер грудь. От нервов и криков снова начало давить сердце. Он покачал головой, облокотился на ближайший стул, тяжело задышал.
– Найти, и привести! Живой! – прошипел он, глядя на провинившихся исподлобья. – Не дай бог, она сбежит, я вас… я вам…
Договорить, что именно он сделает, ученый не успел. Двери в залу открылись, и в помещение вошло четверо солдат. Старший, самый рослый, не глядя на ученого, прошел на середину комнаты, встал на одно колено и, приложив руку к груди, склонил голову. Преподобный, кряхтя, поднялся, бросил тоскливый взгляд на недоеденное мясо и вздохнул.
– Докладывай, – проскрипел он, подойдя ближе.
– Преподобный, – распрямился Змей. – Мы не смогли отыскать напавшего на караван мотоциклиста. Стемнело. Дальнейшие поиски нецелесообразны. Люди устали но с рассветом мы снова двинемся в путь. Мы обязательно найдем его, если он еще не покинул ваших земель…
– Не покинул, – бесцеремонно вклинился Вильгельм. – У меня то, что ему нужно… – старик досадливо цокнул языком. – Точнее он думает, что девчонка у меня… – он зыркнул на своих подчиненных, те снова вжали головы в плечи.
Все знали, что если старик не в духе, ждать от этого чокнутого можно чего угодно. Ни раз он собственноручно разделывал провинившихся на куски только потому, что у него было плохое настроение… Причем разделываемые тушки при этом были в сознании и все чувствовали. Потеря девчонки была далеко не мелким проступком и даже то, что собственно говоря, виновником в побеге был гибрид, и сам профессор, не уменьшало вины охраны. Доктор не будет разбираться…
– Да, я уже в курсе, – презрительно дернул губой здоровяк, явственно давая понять, что он не любит, когда его перебивают. – Мои бойцы хоть и порядком вымотались, но уже исследуют место, где вы потеряли объект. Район оцепили. Деваться ей некуда и это просто вопрос времени.
Вильгельм, напрягся, сузил глаза, подошел ближе к здоровяку и заглянул тому в лицо снизу вверх.
– Что ты сказал?! – прошипел он. – Мы. Потеряли…
– Вы! Потеряли! – Твердым голосом, глянув на ученого так, что тому снова поплохело, ответил начальник группы быстрого реагирования.
Профессор чуть не задохнулся от негодования, а здоровяк перевел взгляд на преподобного, игнорируя трясущегося от гнева старичка.
– Ваше преподобие, разрешите возобновить поиски с утра и тогда я вам обещаю…
– Разрешаю, – ухмыльнулся хозяин города, видя, как зазнавшийся профессор просто таки уже не может стоять на месте от возмущения. – Отыщите мне этого гада и найдите девчонку, а то наш дорогой гость вне себя от расстройства…
Повинуясь царственному жесту, Змей развернулся на каблуках и, чеканя шаг, вышел из комнаты. Следом за ним двинулась и тройка молчаливых подчиненных.
– Вильге-е-е-ельм, – слащаво растянув губы в улыбке, наместник Ордена сделал широкий жест над столом. – Полно те! Садись, покушай. У тебя от нервов сахар, наверное, упал. Найдут, не переживай! Найдут они твою девку! Куда ей деться с подводной лодки-то в степях Казахстана?! Подожди немного, никуда она не денется! У меня лучшие люди твоим вопросом занимаются…
– Она нужна мне сейчас! Я хотел перед завтрашним вылетом наконец-то нормальные анализы провести! – старик уселся, осмотрел стол и, схватив вилку, вонзил ее в здоровенный окорок. – Как там, кстати мой дирижабль, готовится?
– Готовится, готовится, – не спуская с лица улыбки заверил гостя хозяин города, усаживаясь рядом. – Завтра к обеду будет готов к вылету, но мои эксперты говорят, что к ночи обещают грозу, так что… – он развел руками. – Может быть, отложишь свой полет? Погостишь еще не много? Теперь-то уже не скоро увидимся… Последние денечки в этой дыре доживаю…
– Ох, Вася, – ухмыльнулся Вильгельм, видя, как преподобный заводится от того, что кто-то посмел назвать его по имени. – Смотри, накаркаешь!
– Да ладно тебе, – удержал себя в руках преподобный. – Я не суеверен. – Он встал, осмотрелся, словно впервые видит это место. – Скоро, друг мой! Скоро я покину эти жалкие стены и займу свой трон в достойном месте. Ну надоело мне вот это вот все! – кругляш потряс себя за горло, как бы показывая, на сколько «все это» его достало. – Грязь, нищета… Видел я Столицу… Совсем другое дело! Вильгельм! Совсем другое дело! Вот это по мне! Вот это мой уровень!..
– А не торопишься? – откусив небольшой кусок от ножки, кажется, индейки, ученый придирчиво изучил мясо на степень прожарки. – Может, еще пару караванов сперва отправим, все же это тебе не эта нищета, а Столица Федерации! Там и армия посильнее, да и народ другой. Я тоже там бывал и видал, на что местные наемники способны. Силенок то хватит? Это ж тебе не деревеньки кошмарить… Вам вон, один из них проблем устроил, а ты на целый регион нацелился!
– Норма-а-а-ально! – усмехнулся преподобный, усаживаясь на стул и закидывая ноги на стол, прямо поверх какого-то салата и фруктов. – Это уже седьмой караван! С твоими ребятками мы быстро их сопротивление сломим! К тому же, кто нужно, уже куплен, а остальные у меня в кулаке. Дело за малым. Оружия хватит мою заброшенную армию снабдить и устроить этим зажравшимся тварям кровавую баню! Поверь! Они и пикнуть не успеют, как на собственных кишках висеть над воротами будут. Федерация будет во власти Ордена, вот тебе круг!.. – наместник осенил себя святым кругом, от живота до лба и обратно.
Вильгельм хмыкнул, сунул в рот вторую порцию мяса, и принялся задумчиво его жевать… Ну-ну, – подумал старик про себя. – Ордена, как же…
***
Гюрза шла по следу. С момента побега девчонки прошло слишком много времени и по улице прошло слишком много народу, но ее радовало то, что область поиска была сравнительно не большой. Военные прошерстили окрестные дома, где могла бы укрыться девчонка, но так ее и не нашли. Видимо, кто-то укрывал беглянку, а это означало, что, сколько бы стража не стучалась в дома, магазинчики и квартиры, все было бы без толку.
Уж шел рядом, обращая внимание и фиксируя все, на что указывала старшая следопытка. Словесный портрет беглянки практически ничем не помогал. «Большие, голубые глаза, черные волосы и огромные сиськи» – в один голос описывали все, кто видел сбежавшую девчонку. Ни во что одета, ни какая обувь на ногах, ни веса, пускавшие слюни на грудь и задницу молодой девчонки мужики, не знали. А это бы на много ускорило поиск! Знай Гюрза хотя бы обувь … Эх… Но приходилось работать с тем, что есть.
Они добрались до места, где стража потеряла объект из вида. Длинная улица, несколько закоулков, впереди перекресток. Там ее уже не видели. Справа – узкая грязная улочка, ведущая снова к воротам, слева – длинный проспект, перекрытый стражами с другой стороны. Там девчонка точно бы не проскользнула, попросту бы не успела. Охрана перекрыла там проход раньше, чем беглянка до него добралась. Выходило, что она пропала где-то на этой, предыдущей или следующей улочке…
Взгляд следопытки уткнулся в темную подворотню. Внимательно осматривая дорогу, группа из трех бойцов приблизилась к ней. Женщина присела, внимательно осмотрела грязь, прищурилась. Встав, сделала странный жест ногой, словно поскользнулась в воздухе. Оскалившись, она перевела взгляд куда-то на стену, оскалилась еще шире и, чуть было не облизала ржавую железяку, торчащую из стены. Уж, молодой, но уже опытный следопыт, заметил на ней странное светлое пятно. Гюрза положила руку поверх пятна и расплылась в охотничьей улыбке.
– Она была здесь, – проговорила ищейка, осматривая темный закуток. – Поскользнулась, схватилась за трубу… Следы ведут туда…
Женщина указала пальцем на маленькую дверь, видимо черный ход какого-то магазинчика. Удав шагнул вперед, поднял автомат. Теперь пришла его очередь действовать…
***
– Это что? – нахмурился Домовой, глядя на расстеленное на столе белое полотно застиранной скатерти.
– Схема города, – саркастически ухмыльнулась Лина.
Выспаться этой ночью наемнику не дали. Как тут уснешь, когда столько дел внезапно нарисовалось?! Надо и план действий разработать и подготовиться и кучу дел еще успеть сделать.
Нормальной карты города, само собой, ни у кого из местных не было. Раньше, говорят, со спутников карты составляли, а сейчас? А сейчас художники рисовали примерные схемы с примерным же расположением основных зданий. Даже не в каждом городе такие найти можно было, что ж можно говорить о какой-то захудалой деревне? Да и кучке повстанцев, проживших в нем многие годы, знавших его вдоль и поперек всякие там карты – не требовались. Зачем они им? Но наемник в этих землях впервые и простая просьба оказалась довольно сложной в исполнении. Пришлось взять у хозяйки корчмы большую скатерть и исчеркать ее цветными карандашами, с кривыми подписями.
– Да по такой схеме не то, что наступление, бабу по городу не проведешь, до ближайшей едальни!
– Ну, извини, – всплеснула руками воительница. – Художников у нас нет. Зачем тебе она вообще? На месте разберешься!
– Разберусь, – задумчиво пробурчал наемник, покусывая губу. – Эт что?
Палец ткнулся в центр "города" с большим овалом.
– Стадион.
– А это?
– Это жилая пятиэтажка…
– А это?
– Пятно от салата, извини…
– Так! А здесь что за квадраты?
– Склады…
– Сколько вот тут этажей?
– Пять… Или четыре…
– Мне нужно знать точно!
– Пять, пять! Слушай, зачем тебе это? Какая разница?!
Лина скрестила руки на груди, нахмурила брови. Она не понимала, зачем пришлому знать такие подробности, как количество этажей в том или ином здании. И вишь, как, подписывает каждый домик еще, циферки ставит, пометочки какие-то делает, что-то дописывает, стрелочки подрисовывает …
– Затем! – буркнул Домовой, критически оглядывая получившееся будущее поле боя. – Вот тут например, как я понимаю, резиденция преподобного? – палец обвел кубик с крестиком внутри возле самого стадиона.
– Ну, – все еще ничего не понимая, буркнула Лина.
– Сколько этажей?
– Семь… Кажется… да, точно семь!
– Вот! – наемник облизнул обломок карандаша, на чистом куске ткани принялся рисовать что-то объемное. – Если здесь здание в семь этажей, а эти… – он сверился со своими цифрами, – всего три, то выходит, что… Хм…
Закончив рисовать, он прищурил глаз, кивнул своим мыслям.
– Смотри. Выходит, что если вот здесь на пятиэтажке посадить снайпера, он сможет прострелить почти все это здание, «трехи» тут не мешают, другие дома тоже ниже, если ваша схема точная. Видишь? – Лина задумчиво кивнула. – Здесь вот двухэтажка, заходим сразу с улицы, группа через дом по перекрытиям в трешку переходит и занимает позицию. Отсюда они и вышки с охраной смогут контролировать и дворец вашего преподобного. Здесь вот высотка. Они будут закрыты от стрелков с западной стены, а с восточной под таким углом им не даст вот этот дом… – Домовой скрестил руки на груди, ухмыльнулся. – Теперь поняла?
Женщина кивнула, нахмурилась еще больше.
– Слишком сложно…
– Понятно, что сложно, – ухмыльнулся Сашка. – У вас, у вояк голова с тремя извилинами! Две глаза держат, одна уши. Спуск только нажимать умеете. Тут думать надо! Вот смотри, сколько нас будет? Двести рыл, плюс местные. Ворвемся мы в город и что, побежим с криками и воплями на амбразуры? А если вот тут, например, – он ткнул пальцем в какое-то строение, – противник сядет, ты как будешь объяснять, откуда огонь ведется? – Лина скрежетнула зубами, сжала кулаки.
– Слушай, не люби мозги. Прямо говори…
– Короче, – вздохнул наемник, удивляясь беспросветной тупости местных ополченцев и радуясь тому, что Штырь, его наставник, крепко-накрепко вбил ему, еще мальчишке, основы тактики, подготовки и ведения боя. – Короче, каждому объекту нужно дать свое уникальное имя, которое запомнят все бойцы, ну или хотя бы старший группы. У нас не будет времени объяснять, что вон в том доме, да нет, не в том, а вон в том, с красной стеной, да, где еще магазин на первом этаже, на пятом, в шестом окне сидит снайпер. Вместо этого можно просто сказать «Новостройка, пятый этаж, шестое окно», или «Недострой», «Тетрис», «Шар», да хоть что, понимаете? Кодовое название должны иметь все уникальные строения, тогда у нас на много меньше времени уйдет на объяснение и ориентирование.
– Сложно как-то, – почесала лоб Лина, осмотрела хмурых парней, которые тоже ничего не понимали.
– Ай, – махнул рукой наемник. – Короче, здесь что?.. А тут… А это? Так, хорошо. Это будет «Пятина», это мы назовем «центром», это будет «площадь»…
***
На распределение ролей, постановку задач и споры ушла половина ночи. Домовой настаивал на том, что он будет помогать Лине и ее людям только при условии, что он в бою главный. Из максимума, что делали раньше бывшие вояки, так это гоняли мелкие банды по лесам и полям, давя их массой и вооружением. Теперь же им придется действовать совсем по-иному. Минимум оружия и боеприпасов к тому же, дефицит личного состава, потому придется учитывать все.