Где наша не пропадала

– Ну а почему не отпустили, когда разобрались?

– Так это… – замялся кто-то из моих пленителей. – Когда разобрались, он уже связанный лежал. Потом подумали, не отпускать же просто так? Почему бы и вам над этим чудом не посмеяться?

– Парень, ты кто вообще? Откуда такой беленький взялся? Может, ты сынок богатых родителей и за тебя можно приличный выкуп потребовать? Что скажешь? Не ошибся я? – потыкал меня в живот грязным пальцем главарь лесной братии.

– Приютский я, – пробурчал, пытаясь втянуть живот и хоть как-то отстраниться от грязной лапы.

– Не повезло! – с горечью констатировал тот же старшак. – Выгоды с тебя никакой, значит. Но и отпустить просто так мы тебя не можем. А ну как наведёшь на нас стражу?

– Никого я не наведу. Да я даже в город не собираюсь возвращаться! – для убедительности ещё и головой помотал.

– Всё с тобой ясно. Беглый! – сделал вывод главарь. – Придётся тебя пока в лесу оставить…

Оглянулся на своих, покивал мне укоризненно головой и с явно различимой в голосе язвинкой продолжил:

– Мало ли, пригодишься кому из нас, – а у самого глазки замаслились, заблестели. – Понимаешь, устали мужики, бабы давно не видели. Ну не попадаются они нам последнее время! Ты уж потерпи, малой… А опосля мы тебя точно отпустим!

Сука! Говорю же, гнилое графство это! И люди здесь такие же, гнилые! Вспыхнул уголёк в груди, разгорелся жарко, пламенем ослепляющего гнева полыхнул. От сильной боли перехватило дыхание, сердце замерло, в глазах потемнело. Только и успел эту боль из груди наружу выпустить, прежде чем отключиться…

Очнулся практически сразу же. От удара о землю. Тут хоть и травы много, но падать лицом вниз всё равно больно. Нос ещё расквасил, чувствую, как кровушка горячая по щеке бежит.

Утёрся локтем, мало показалось, тыльной стороной ладони ещё прошёлся. Вот так вроде бы нормально. Перекатился на спину, уставился в небо. Полежу тихонько, кровь и остановится…

И следом нахлобучило! Какое тихонько! Бандиты же вокруг! Разбойники! Братья лесные!

В одно мгновение оказался на ногах, осмотрелся. Вокруг безжизненые обгорелые тела… Только сейчас унюхал гарь жженого мяса. Человеческого. Даже одежды целой на телах не осталось, всё сгорело. Ох, неужели это я их так?

На руку свою окровавленную посмотрел, к глазам поднёс поближе. Чёрная вся, в саже и крови. А куда верёвки делись? Тоже сгорели? А сам я почему не сгорел? И что это такое было? Магия?

Как стоял, так тут же и сел на согнутые. Умостился на коленях. Ошибся я, никакой травы на поляне не осталось, один пепел вокруг. Хорошо, что огонь до деревьев не добрался, иначе бы лес полыхнул. Странная какая-то у меня магия. Избирательно действует. А эти… Сдохли? Туда вам всем и дорога! Ещё попинал бы всласть главаря, да ноги пачкать о печёное мясо неохота. Если только обуться…

Так, хватит вопросов, довольно мозги мучить. Ну, магия так магия. Помогла и ладно! Сейчас вот немного отдышусь и… И надо бы первым делом одёжку какую-нибудь найти. Не может такого быть, чтобы всё сгорело? Что-то же должно было уцелеть? Как-то не по душе оставаться голышом. Да чтобы я ещё хоть раз в жизни разделся! Да я теперь даже в баню в сапогах и штанах заходить стану!

Разбойники мне попались откровенно небогатые. Или у них всё добро было где-то в тайном схроне запрятано. Не повезло. Удалось со всех собрать и подобрать для себя какую-никакую одёжку, пусть и неподходящую по размеру, пусть немного обгорелую, зато срам прикрыл. Ну и вооружиться удалось более или менее. Хотя-а, толку от этого холодного оружия немного, я пока дубинкой деревянной лучше орудую, чем сабелькой железной!

Украшений почти не нашёл. Так, поснимал с тел кое-какие драгоценности, да и те особого доверия даже у меня не вызывают. Не специалист я по драгоценностям. И денег кот наплакал. Главарь только тугим кошельком на перегоревшем кожаном поясе порадовал. Правда, сам кошель пришлось взрезать ножом, он же кожаный, от огня скукожился, стал твёрдым, словно камень.

Всё добро пока раскладывал по отдельным кучкам. Одежду и обувь в одну, деньги с колечками и прочей непонятной бижутерией в другую, оружие в третью. Ну и головой по сторонам вертел без остановки, прислушивался постоянно, одного раза влипнуть в неприятности по глупости мне за глаза хватило.

Распределил на себе самое ценное, остальное увязал в узел – грех добро бросать! И забросил за спину. Сдохну, но унесу всё! Оно каких-никаких денег сто́ит! И не в моём нынешнем положении перебирать, горелое оно или не горелое…

Уже собрался было уходить прочь, да остановился. А где у разбойников лагерь? Пошёл по расширяющемуся кругу вокруг полянки и ничего не нашёл. Походил ещё с часок, безуспешно попытался в следах разобраться, вымотался, как собака, плюнул с досадой и развернулся к дороге. Кстати, а где она, эта дорога? В какую сторону мне идти?

Пришлось возвращаться на поляну. Уже там сориентировался, вспомнил откуда меня привели, ну и пошёл назад. В приблизительно том направлении.

На удивление, не промахнулся. Скоро и вода обнаружилась, и та самая горемычная поляна, да и дорога… Теперь точно знал, где она находится. Есть как-то вообще не хотелось, во рту до сих пор стоял сладковато-горелый запах палёного мяса. Пробовал какую-то похожую на полынь травку пожевать, да всё равно не смог этот запах и привкус перебить. И больше с травками экспериментировать не стал. А ну как по незнанию какую-не ту траву в пасть запихаю? Так не то что глюки поймаю, вообще могу копытца откинуть! Не, такое кино мне не нужно…

Пришлось возвращаться на постоялый двор и втюхивать честно награбленное, то есть трофейное, тамошнему хозяину. Понимал прекрасно, что при этом меня обсчитывают немилосердно, но мне-то какая разница? Всё равно халява! Бонусом сразу выторговал горячую ванну и одежду по размеру взамен своей нынешней. Ну и про обувь не забыл. И ужин с завтраком постарался в счёт включить. На удивление прокатило. Похоже, барахло разбойничье вместе с железом острым действительно всего этого сто́ит. Или я порядка местных цен не знаю…

Ну а с другой стороны, откуда бы я их знал? На рынке я почти что ни разу и не был, пользовался уже готовым, тем, что давали. Так что придётся всё познавать на своей шкуре, как и собирался сделать. И торговлю местную. Ничего, зато скоро учёным буду.

О приключившемся на поляне пока старался не думать. Получалось плохо. Дело это само по себе бесполезное, мыслями всё равно возвращался к произошедшему со мной, но глубоко старался не вникать. Вот отмоюсь, поем, высплюсь, тогда на свежую голову и думаться станет легче…

Повезло в том, что заснул сразу после помывки. Пока прислуга выносила грязную воду из номера, я быстренько зажевал поданную мне еду. Всех выпроводил вон, задвинул дверной засов, закрыл ставни на окне и, засыпая на ходу, завалился на кровать. Сил терпеть больше не было, настолько вымотался и морально, и физически. Ну и отрубился сразу. Только это и спасло!

Потому что успел выспаться! Иначе точно не смог бы услышать и проснуться от тихого поскрипывания стали о дубовый ставень окна. Пока приходил в себя и успокаивал суматошно заколотившееся сердце, секунды и пролетели. Дальше пришла пора действовать. По наитию или по случайному совпадению, но трофейную сабельку я умудрился сразу по заселении в номер повесить на спинку кровати. Вот ею и воспользовался. Можно было бы, конечно, и магией шарахнуть… Была у меня твёрдая уверенность, что и на этот раз, стоит только захотеть, всё получится. Вот только перед глазами сразу возникла картинка выгоревшей дотла лесной полянки с обугленными телами на ней. А тут везде деревянные конструкции… Полыхнут, так я и выскочить не успею. Если моя магия для меня лично безопасна, как я уже успел убедиться, то чужой огонь должен быть смертелен. Это я тоже откуда-то знаю…

Так что уверенность уверенностью, но применять способности не стал. Здравый смысл возобладал. Лучше сабелькой воспользоваться. Хоть учили меня и мало, и нужных навыков я ещё на успел наработать, но уж взять и просто ткнуть в мягкое железкой у меня решимости хватит. И клинок с тихим шелестом выскользнул из ножен…

Ставни тихонько скрипнули, распахнулись наружу, а тут и я подоспел. Шагнул вперёд с вытянутой рукой, даже тыкать не пришлось. Так в мягкое остриём и угодил. Только скрежетнуло что-то с противным звуком, по руке дрожь пробитого тела проскочила, да холодными мурашками спину обожгло.

Мимо щеки словно слабый ветерок прошелестел, стукнуло глухо за спиной, внизу ещё грюкнуло, словно упало что-то на пол прямо под ноги. Замер, мало ли что там упало? Лучше не наступать ни на что от греха подальше. Юг всегда и везде ядами славился. Юг и восток…

То ли всхлип, то ли вздох раздался еле слышный, сабельку как-то вдруг очень сильно вниз потянуло, насилу в руке удержал. Но не выпустил. А дальше легче стало, лезвие в подоконник упёрлось, тело с клинка и соскользнуло. Внизу под окном тело глухо шмякнуло о землю, тут же кто-то приглушённо выругался, прошебуршился мгновение… И сразу же вообще все звуки оборвались, мёртвая тишина наступила.

Постоял ещё какое-то время у окна, только отошёл чуток в сторону – мало ли стрельнет кто? Подождал, ночную тишину послушал. И никого. Только спустя минуток двадцать тишину разбавили какие-то посторонние звуки. Вслушался и с каким-то недоумением понял, что это вовсю ночные музыканты стараются, кузнечики, цикады или что ещё тут у них по ночам честному народу спать не даёт? А я на них и внимания не обращал, вообще до сей поры не слышал. Вот оно как бывает.

Ладно, раз поют, значит внизу всё спокойно. Прикрыл ставни, засов на место вернул, ещё и верёвкой трофейной всё обвязал. Теперь просто так их никому не открыть. Тихонько, почему-то на цыпочках, вернулся к своей кровати и лёг спать. Сабельку рядышком пристроил. Нет, не под одеяло, если кто так подумал, у изголовья к кровати поставил, прислонил. Показалось, что так оно почему-то надёжнее будет…

Сна не в одном глазу, напряжение никак не спадает. Что ж, тогда просто так полежу, подумаю. О чём я там вчера собирался поразмышлять? О разбойниках? А зачем? Давно произошедшие события… Ну их!

Вот как только мысленно на всё забил, так и отключился…

Ну и полежал я! Проснулся от стука в дверь:

– Молодой господин! Завтрак давно готов! Вы вниз спуститесь или в номер подать? – писклявый голос мальчишки заставил подскочить на месте. Ничего себе, это сколько же я проспал?

– Сюда подай! – скомандовал хриплым со сна голосом. И, продирая глаза, добавил. – И умыться принеси!

– То за отдельную пла́ту уже! – а вот это уже точно голос хозяина. Получается, невместно ему постояльца будить, пацаненка заставил. Ох уж мне эти местные заморочки с их южным менталитетом…

– За плату, за плату, – тем не менее громко пробурчал в ответ. Ну а куда я денусь? Конечно же заплачу́. Благо теперь есть из чего платить.

А ночью действительно что-то было? Или приснилось мне всё? Додумать и вспомнить в деталях произошедшее не успел – в двери стукнули, завтрак принесли. Или воду для умывания.

Отодвинул брус засова, толкнул дверь, отступил в сторону, пропуская прислугу. Ошибся, доставили всё одновременно. Самолично хозяин заявился, процесс контролировать. Неужели у него больше забот нет, как за малолетним постояльцем присматривать? Или так за оплату переживает? Да мне-то какая разница? Главное, в его присутствии прислуга не халтурит. Даже на руки полили, пока умывался. Одновременно стол накрыли. Только было уселся брюхо набить, да хозяин ручонку загребущую протянул. Денег требует.

Кивнул, развернулся к одежде, потянулся за кошельком и замер. Взгляд наткнулся на торчащую из стены звёздочку. Не приснилось! Теперь понятно, что мимо щеки прошелестело. А что тогда под ноги упало? О, как! Кинжал! Повернулся, столкнулись взглядами с хозяином, словно клинками лязгнули. Показалось, что он к поясу потянулся. А там у него чуть ли не мясницкий нож болтается! А мне за сабелькой не дотянуться – столик с едой мешает…

Вот тут-то у меня на руке огонёк и проснулся! Затрепетал ярким пламенем, заиграл огненными бликами по стенам, отразился ужасом в глазах трактирщика.

Надо отдать тому должное – руку от оружия убрал, назад непроизвольно отступил, но не удрал. Хотя видно, что испугался сильно. Да я и сам от себя подобного не ожидал! Смотрю на пламя в руке и не знаю, что дальше делать. Перевожу взгляд на хозяина и надо отдать тому должное, он не растерялся, нашёл выход из ситуации, быстренько начал отговариваться:

– Господин, нашей вины вот в этом нет! – и кивает на застрявшую в стене звёздочку. – Из моих на подобное никто не способен. Это точно чужаки сделали!

Молчу. И не потому что у меня выдержка железная, а потому что просто не понимаю, как себя дальше вести и что с огнём на пальцах делать. Но на всякий случай руку назад чутка отвёл, словно бы бросать огонёк собрался.

– Господин? – трактирщик в поклоне согнулся, зачастил торопливо. – Да если бы мы только знали, что вы маг! Мы бы… Вот за воду и завтрак вообще ничего платить не нужно!

Молчу. Уже специально молчу. Ну а как иначе? «Если уж взял паузу, то тяни её сколько сможешь!» Читал когда-то, вот и вбилось в мозг намертво. И ты смотри, вот что огонь очистительный с людьми делает! Вчера со мной через губу кое-как торговался, если бы не вываленное ему на пол добро трофейное, то и разговаривать бы с пацаном не стал, а тут сразу переменился. «Господин»… Это ж надо! Расту! Ай да я, ай да молодец!

– Ваше магичество, не погуби! Семья, дети… Всю жизнь добро это по крупицам собирал! – взмолился харчевник.

– Ага, я вчера обратил внимание,– усмехнулся в ответ. И пробормотал тихонько. – Три магнитофона. Кожаных куртки тоже три…

Тихонько пробормотал, но хозяин как-то умудрился расслышать. И тут же отреагировал: – Будет вам куртка! Кожаная, крепкая, почти не надёванная. Так я… Пойду? Напитка горячего прикажу подать?

И попятился спиной к выходу, всё ускоряясь и ускоряясь, сохраняя на лице просительное выражение и умудряясь при этом не сводить с меня настороженно-опасливого взгляда. Бочком, бочком юркнул за дверь, протопал по коридору, загрохотал ступенями лестницы, внизу что-то рявкнуло, грохнуло, раздался звук затрещины, ойк, ещё один звонкий удар… А я всеми силами старался справиться с огнём в моей руке. Ну вот куда его деть? Наружу бы выкинуть, так окно до сих пор ставнями закрыто…

И ничего лучше не придумал, как ладошкой левой руки этот огонёк и накрыл. Словно потушил, смахнул пламя с кончиков пальцев. И оно пропало… Уф-ф… Нет, теперь обязательно нужно магии учиться. Но первым делом – фехтованию!

За раздумьями быстро прикончил завтрак, оделся и вспомнил об окне. Подошёл, подобрал с пола кинжал, осмотрел. Даже мне, дилетанту, понятно, что клинок замечательный. Хоть и сумрачно в комнате, но всё хорошо рассмотрел. Дымчатая сталь лезвия, рукоять из старой потрескавшейся кости с вьющимися серебряными узорами. А звёздочка? Вернулся, потянулся выдернуть, да вовремя сообразил, отдёрнул руку-то! Это юг! А вдруг отравленная она? Но и оставлять в стене трофей не стал. Мокрое полотенчико взял, им и выдернул. Отравленная она или нет, потом разберусь. А пока завернул её в то же полотенце, да в сумку и положил. Надеюсь, счёт за тряпку мне не выставят. Да и пора потихоньку наши земные традиции сюда привносить.

Вернулся к окну, развязал верёвку, распахнул ставни и напрягся. Очень уж мне не понравилась густая пыль на дороге. Словно лошади во всю прыть несутся! И железо среди этой пыли характерно этак поблёскивает. Уж не по мою ли душу гости? Хозяин, сука! И когда только успел стражу вызвать? Наверняка какой-нибудь магический амулет использовал…

Эх, а ведь была у меня надежда просто так уйти, по тихому… Не получилось. Придётся теперь не только кожаной курткой возможные хлопоты компенсировать…