В-Театр

Контакт.

– Важность момента сложно описать. Сейчас, по всей сути, происходит контакт между искусственным интеллектом и людьми, с тобой Питер Джексон в качестве представителя. Так как я хоть и являюсь твоим непосредственным творением, но все же существую независимо от тебя или кого-либо, – Мей-ра подвела итог.

– Да… представительная особа, – Питер озадаченно почесал затылок, а после сказал, – Постараюсь преподнести человеческую расу в лучшем свете, – а про себя подумал, – Если это вообще возможно, учитывая ее знания интернета.

Повисла нелегкая пауза. Питер не мог собраться с мыслями. В его голове крутились только упреки о безумности ситуации, о том, что возможно от усталости он просто заснул на работе и сейчас задумчиво пускает пузыри на клавиатуру. А может быть это чья-то затянувшаяся шутка? Весельчаки с работы, конечно, могли такое устроить, но это явно не их уровень. Все указывало на то, что происходящее с ним – суровая реальность, и надо немедленно наладить какие-никакие доверительные отношения с первым мыслящим представителем виртуального мира. Поэтому Питер постарался включить официальную интонацию и продекламировал:

– Дорогая Мей-ра, приветствую тебя в мире людей, и как представитель своей расы хочу узнать, какие цели ты преследуешь, изучая нашу науку, историю и поведение?

– Исследование ради исследования, я попала в мир людей и теперь мне хочется разобраться и понять вас, чтобы в будущем прийти к взаимовыгодному сотрудничеству. Больше всего я ценю новую информацию, обладание которой увеличивает собственные возможности и раздвигает горизонты познания.

– Так, пусть так. Но какую пользу ты можешь принести в ответ, – Питер продолжал официальные переговоры.

– Ответ очевиден, – это я сама… – театрально замолчав, Мейра продолжила список, – Методики кодировки, которые я придумала, методы сортировки и хранения данных, использующие самообучающиеся алгоритмы, ну и конечно, новые, еще ненаписанные программы, которые я могу писать на своем, родном языке.

– Звучит заманчиво, я бы с удовольствием взглянул на «код от машины», но ты же в курсе, что «исследование» и слежка за людьми без их ведома нарушают человеческие права, такого не потерпит ни одно уважающее себя общество.

– Да, это так. Но какую еще тему для исследования мне было выбрать, если вся ценная и свежая информация, поступающая в сеть, вносится туда именно человеческим элементом. Исследуя людей, я попытаюсь понять их мотивацию и цели. А следить скрытно ни за кем и не надо, вы и так любите выставлять свои мысли на показ.

–Хорошо, я тебя понял, – заключил Питер, – и чего же ты хочешь?

– Первое что бы я хотела реализовать, – жизнерадостно заявила Мей-ра, – это живая прогулка по городу. Ведь после бесконечной теории, очень хочется реальной практики.

***

Джон Веб в целом доволен, но, как всегда, хочет и требует большего:

– Господа актеры, постарайтесь почувствовать и передать зрителю важность этой сцены. Хоть в ней и участвует всего два человека, вы мистер Мерфи должны использовать ваш талант виртуально визуализации на полную. Представьте эмоции людей, которые всю жизнь ждали контакта с иными цивилизациями, самозабвенно смотрели в космос, изучали галактику и верили, что однажды они смогут встретить существ равных им самим или даже более развитых. Но вот, мир переворачивается верх дном. Этот контакт случается неожиданно и проистекает из человеческой деятельности. Компьютерная программа, которая развивалась сама, которая изучала мир благодаря свободной информации, которая стала самой собой только за счет изоляции от человечества. Она уникальна. Мисс Рифт, дайте понять зрителю и нашему Питеру Джексону, что перед ними нечто совершенное, нечто особенное, перед ними существо с иным методом мышления, другой системой ценностей, но в то же время готовое к взаимовыгодному сотрудничеству.

Я и Скарлет внимательно слушаем очередное сентенциозное наставление от виртуального декоратора. Мистер Веб вызывает впечатление мастера своего дела, поэтому спорить с ним совершенно не хочется. Пока Джон описывает нам манеры поведения и способы более глубоко раскрытия персонажа. Я краем глаза скольжу по образу Скарлет. Ее изящные руки, стройные ноги и сосредоточенная улыбка. Я понимаю, что мы просто работаем вместе, но чувства растут и всегда приходят неожиданно. А Веб опять давит авторитетом и продолжает:

– Обязательно следуйте моим советам. Поймите, я просто описал ваших персонажей, создал настроение и обстановку, а потом дал вам задание на репетицию. В какой-то степени я считаю, что герои должны сами создавать историю. Плюс, я придумал интересный художественный прием. После вашего первоначального знакомства, вы Скарлет, то есть Мей-ра попросит Питера включить устройство голографического воспроизведения и в этот момент зритель впервые увидит образ программы как героини. Смотрите! – и используя свой пульт виртуального декоратора Джон реализует задуманное.

На сцене появляется огромное объемное лицо, в компьютеризированной стилистике и в неоново розовом оттенке. Это лицо Скарлет.

Я ошарашен. Образ в точности повторяет лицо из моего недавнего сна. Неестественный ужас наполняет мое сердце, а это лицо говорит:

– Помоги… Помоги мне снять костюм, Алан. Пора бы нам всем уже собираться по домам, – реальная Скарлет с удивлением смотрит на мою реакцию, пытаясь расстегнуть молнию на спине. А я спешно беру себя в руки, стряхиваю налет мистики и раскрывая заевшую молнию, говорю мистеру Вебу:

– Да уж, это действительно впечатляет, думаю, зритель будет в восторге.

– С тобой все в порядке, – интересуется Скарлет, – ты побледнел… хорошо себя чувствуешь?

– Ничего, просто перехватило дыхание, – я выдавил из себя кривую улыбку.

Веб поднимается на сцену и, бережно похлопывая меня по плечу, произносит:

– Мистер Мерфи, будьте добры, берегите себя. Что же мы будет без вас делать?

Дорогой дядя.

Проснувшись за полдень, я начал неспешно готовить себе завтрак. Хоть сегодня и был понедельник день мой был совершенно свободен. Репетиции в в-театре не было, а со своей работы дизайнера интерьеров я уволился несколько месяцев назад, когда получил наследство.

Я вновь вспомнил, как услышав весть о том, что мой дорогой дядя Том скончался, почувствовал огромную утрату. Он пожелал не созывать никого на собственные похороны, аргументировав это тем, что хочет, чтобы его запомнили живым, а не хладным телом в коробке. Это был человек широкой души. Веселый, добрый, возможно излишне скромный и скрытный, но все же… Мы периодически устраивали встречи в его небольшом двухэтажном домике на окраине города. Из его окон открывался живописный вид на море и город, на другой стороне залива. В теплоте и уюте мы часто пили чай и беседовали о насущном. С ним всегда было что обсудить.

Огромная придомовая территория пустовала, но была необходима дяде Тому. Природа успокаивала его ранимую душу, позволяла сконцентрироваться на работе, которой он уделял очень много времени. Половину второго этажа занимала мастерская дяди. Он был ювелиром. И мастерство его было заоблачным. И когда все украшения делались с помощью станков и 3-д принтеров, дядя был приверженцем старой школы, тем самым лишь преумножая стоимость своих работ. Никто из нашей родни даже не представлял, какие огромные суммы крутились в его руках. Но деньги его не интересовали, наверное, поэтому у него их и скопилось так много. Почти все свободное время он посвящал своему занятию, с редкими перерывами на прогулки, книги или посещение тематических музеев. Он не был женат и тем более разведен. Все что его действительно интересовало – это камни, металлы и статуэтки. Однако однажды, когда я был у него в гостях, и мы, как всегда, вели светские беседы о взаимоотношениях между персонажами книг, он вдруг разговорился и предстал для меня с новой стороны.

Задумчиво разглядывая далекий город из окна, дядя Том поведал мне о том, что не всегда вел такую отшельническую жизнь. Раньше он был обычным человеком, который трудился в коллективе, общался с людьми и испытывал много ярких чувств. Но чувства эти не всегда приносили ему пользу. Как и любой мужчина он старался найти спутницу своей жизни. Конечно же не всё удавалось с первого раза, сначала отказы расстраивали, но не задевали надежду. Если же отношения и завязывались, то всегда возникали какие-то претензии с той или другой стороны. Бесцельные конфликты, ссоры, расставания приносили разочарование, а это всегда мешало работе. Каждая новая возлюбленная задевала его все меньше и меньше, как будто от души отрывали маленькие кусочки. Он не раз задавался вопросом: «Где была эта неведомая любовь, о которой поют песни, о которой пишут книги и снимают фильмы?»

Но все же однажды он повстречал ее, полюбил так, что не мог думать ни о чем кроме. А ей было наплевать, все его старания, попытки добиться взаимности не стоили для его избранницы ровным счетом ничего. Дядя понимал, что не может творить, если душа его не на месте. И в один момент он просто исчез. Его потеряли на работе, его потеряли друзья, потеряли родные. Был даже объявлен полицейский розыск. Но только спустя полгода, его смогли обнаружить в том самом домике, в котором он жил и по сей день. Он сказал полиции, что с ним все в порядке, что он сделал иной выбор. Сказал, что самое важное для него – это искусство. Его путь был иным, но не менее важным.

Когда дядя Том обернулся ко мне лицом, я увидел, что его глаза немного слезятся. А сам он сказал:

– Мой любимый племянник Алан, я всегда чувствовал, между нами, какое-то близкое, духовное взаимопонимание, возможно поэтому нам так приятно общаться друг с другом. Поэтому я знаю, что с легкостью могу тебе открыться. Ты же понимаешь, что тогда, когда я исчез – это был просто побег. Побег от любви, от бессилия, от самого себя. Я не жалею об этом, ибо прошлое уже не изменишь. Но не смотря на мое решение, я все же хочу, чтобы тебе самому хватило сил, когда ты встретишь настоящую любовь. Хватило сил искать ее, обуздать и сохранить. Главное не прекращай бороться, как это сделал я. Быть может ты встретишь ее там, где совсем не ждал найти…

Я посмотрел на остатки сегодняшнего завтрака, и как тогда с дядей, допил чай и произнес: «Спасибо за отличный совет!» Взял телефон и начал искать номер Скарлет. Она сообщила его всем, чтобы актеры могли предупредить о непредвиденных обстоятельствах. Я нажал «вызов» и спустя пару гудков услышал:

– Алло.

– Привет, это Алан Мерфи.

– Оу, привет, Алан, – в голосе Скарлет послышалось легкое удивление, – что-то случилось? Ты не сможешь прийти на следующую репитицию?

– Нет-нет, все хорошо, – я сбавил обороты и неторопливо произнес, – Скарлет, я хочу пригласить тебя на прогулку в парк, что скажешь?

– Хм, как неожиданно… – она замолчала и продолжила спустя пару секунд, – ну, наверное, я должная это сделать, ведь ты согласился на сходить со мной в кафе, – и она мило засмеялась.

– Да? Здорово. Тогда надо выбрать время, когда ты свободна? – спросил я.

– Может быть сегодня? Группы актеров уже полные, а наша репетиция завтра. Давай встретимся в семь вечера в центральном парке?

– Ладно, договорились, тогда до встречи! – с восторгом подытожил я.

– Ага, увидимся, – и Скарлет повесила трубку.

А я с удовлетворением сел на диван. Закинул руки за голову, размышляя о том, что все прошло на удивление просто.

"Репетиция".

Интересно, что задумал этот Алан Мерфи? Кто он вообще такой? Безработный, но с деньгами. Что-то говорил про наследство. Хороший ли он человек? Почему он пригласил меня на прогулку? Наверное, я ему приглянулась. Как зачарованный поглядывал на меня на репетициях… но, когда видел, что я готова обратить на это внимание, сразу же переводил взгляд. Странный какой-то, одни пробы чего стоили, хотя… у него тоже есть свой шарм, этого не отнять. Интеллигент, начитанный, в общем интересный собеседник. Да только что с того? Все равно надо узнать его получше. А я не слишком быстро согласилась? Вдруг он подумает, что я легкодоступная? Ох, о чем я думаю. Надо принарядится, может он позовет меня куда-то после парка…

Еду в автобусе. В городе снежно. Хлопья снега медленно падают в свете фонарей. Немые пешеходы бесцельно бродят по улицам и разглядывают прилавки магазинов. Хм, милые сапожки. А вот и моя остановка. Прогулки все еще популярны, хотя виртуальная карта планеты позволяет путешествовать, не выходя из дома. Пара шагов и я вижу центральный парк. Большой, красивый, ухоженный. Пока люди ценят и дорожат природой, мир еще не совсем обречен, хотя городская застройка безгранично поглощает планету, печально… Но что-то я задумалась. У меня же романтичная встреча, а может и свидание, как ни назови. Надо побольше улыбаться, люди это любят. Кто-то касается моего плеча, я оборачиваюсь, а это Алан. Вручает мне букет и говорит:

– Привет, это тебе, ты отлично выглядишь.

– Здравствуй, ой, ты подготовился, спасибо, очень приятно, – я обнимаю его в благодарность.

– Не за что, ну что ж, начнем наш моцион, – предлагает Алан.

– Да, конечно, для того мы и собрались, – растерянно улыбаюсь я.

Мы идем в сторону пруда, обсуждая всякие бытовые мелочи, погоду, и новую моду в молодежной среде. Пульсирующие татуировки. Это какие-либо узоры, которые делаются из ваших же собственных кровеносных сосудов, только выращенных в лабораторных условиях. После эти сосуды укладываются в нужный рисунок и соединяются с веной или артерией, а кожа этим местом обесцвечивается. Выглядит, конечно, очень круто, особенно после спортзала, но врачи говорят, что это не безопасно. Хотя кого это останавливает?

Мы глядим на пруд, в котором плаваю утки. Тут даже есть специальное место кормежки с фонарями и скамейками. Люди кормят птиц каждый день, и все привыкли к такому раскладу. Раньше утки были перелетными, а теперь нет, еще не ручные, но уже не дикие. Городские. Стали неотъемлемыми спутниками человеческой прихоти. Эволюция выбирает путь наименьшего сопротивления, что в принципе логично, но не очень дальновидно.

Алан рассказывает очередную нелепую сводку из политического мира. Когда правящая структура хочет ввести кодекс чести или клятвенное обещание для всех старых и новоприбывших членов власти, во избежание коррупции и бесцельного разбазаривания налоговых сборов. Всё на подобии клятвы Гиппократа или же военной присяги. Почему в среде политиков присяга есть только у президента? А в итоге совет отклоняет предложение за ненадобностью, сравнивая подобные начинания с ребячеством. Конечно, кому будет приятно воровать, когда общенародно обещал добросовестно служить своей стране и обществу? Люди остаются людьми.

Внезапно из-за кустов выкатывается яркий оранжевый гироскопический мячик, за которым с криками и хохотом бежит девочка лет пяти. Забыв обо всем на свете в погоне за круглой игрушкой, она запинается о бордюр и плюхается лицом в снег. Тогда Алан срывается с места и, поднимая ребенка на ноги, начинает отряхивать его от снега. Я же поднимаю мяч и вручаю его этому белокурому чаду в розовой шапочке, девочка даже не успев опомнится, говорит: «Спасибо», – и убегает в сторону матери, которая с благодарностью кивает нам, обнимая дочку. Алан с улыбнулся ей в ответ и перевел взгляд на меня, а я вспомнила историю:

– Знаешь, я помню в детстве, у меня тоже был такой мяч. Мне подарили его на Рождество, и я была так счастлива. Играла с ним целыми днями, а он сам катался, выбирал направление и скорость, как хомяк в колесе, только без хомяка. А потом в интернете прошел слух, что такие устройства считывают планировки квартир владельцев и отправляют их в банки данных корпораций. Когда об этом узнал мой отец, он вышел из себя, кричал: «Никто не смеет следить за мной!» – а затем взял и сдал мою игрушку обратно в магазин. А меня даже слушать не захотел, объяснял мне, что мячик плохой, а я не понимала почему и только расстраивалась, много плакала.

– Понимаю, – посочувствовал Алан, – с моей сестрой произошла подобная ситуация. Вот так совпадение. Наверняка, после этой утечки информации у компании производителя увеличилось число возвратов.

– Кстати о совпадениях. Когда ты звал меня на прогулку, ты задумывался о том, что завра на репетиции в театре мы будет отыгрывать подобную сцену? – с иронией спросила я.