На факультете ин. яз. Душанбе

– Хотите ли выпить что-нибудь?

– От горячего чёрного чая не отказалась бы. Сегодня прохладно, – немного поёживаясь, произнесла она. И тут я заметил, что она говорит по-русски с небольшим акцентом. Да и её поведение говорило, что она не душанбинка.

– А поесть?

– Нет, спасибо, есть не хочется. Уже поужинала дома.

Я заказал две чашки чёрного чая. Нам их принесли довольно быстро. Две чашки с кипятком на маленьких тарелочках с золотистым ободком по краям, на которых лежали пакетики черного чая «Липтон», и отдельно – сахарницу с кубиками сахара.

– Вам, наверное, интересно, почему мне так срочно захотелось увидеться с Вами, да? – глядя мне в глаза, спросила она тихо, беззвучно перемешивая сахар в чашке.

– Ну, скажу так: заинтриговали словами «мне это очень важно», – честно признался я.

Она с нескрываемым интересом смотрела на меня. Затем, сделав глоток чая, сказала:

– Я наизусть знаю Ваш рассказ «Айша»…

– А почему именно «Айша», а не другой рассказ? – улыбаясь, спросил я. – У меня их много.

– Я подумала, что Вы догадаетесь об этом, увидев меня…

Я с удивлением вопросительно взглянул на неё.

– Вы не находите меня похожей на Айшу? Я дочь той самой Айши… – тихо ответила она.

И тут меня осенило! Она явно похожа на героиню моего рассказа, на Айшу. Нет, даже не явно, а очень похожа на Айшу, особенно причёской и цветом волос. Такие же густые, немного волнистые, красивые рыжеватые волосы… Как же я сразу не догадался?..

И я, с неожиданно возникшим волнением, отставив чашку чая в сторону, удивлённо спросил её:

– Вы дочь Айши, моей однокурсницы?!.

Я не знал, как реагировать на её слова. Внутри поднялась тёплая волна воспоминаний о тех далёких студенческих годах. О той новогодней ночи на третьем курсе… О нашем последнем студенческом дне в институте…

– Вы, кажется, опубликовали этот рассказ в этом году? Я прочитала его седьмого августа, в Торонто, то есть ещё в Канаде. И сразу же показала его маме…

После нескольких секунд молчания она смущенно произнесла на английском:

– May I switch into English language? My Russian vocabulary is not enough to express some feelings… 18

– Yes, sure, – с улыбкой ответил я. Я с самого начала нашей встречи заметил, с каким трудом она подбирает русские слова. 19

– When I read the story I immediately showed it to my Mom, it was Sunday morning… She became so emotional after that. 20

– Так вы живёте в Канаде, что ли?

– Yes, my parents married in 1996 while working together in UN organization in Dushanbe. She was an interpreter of my father. 21

Затем она снова перешла на русский язык.

И я сразу вспомнил далёкий 1995 год, год нашего выпуска. И вспомнил, что многие наши студенты тогда устроились в различные международные организации переводчиками. И Айша тоже…

– Я родилась в Душанбе 31 декабря 1997 года, прямо перед Новым Годом. Поэтому у меня есть и таджикское, и канадское гражданство…

Мы около часа проговорили, сидя в тёплом кафе. За это время она успела мне рассказать, что изучает лингвистику в Дублине, в Ирландии, на родине отца. Что её отец на двадцать один год старше мамы. И что в Душанбе она прилетела на несколько дней навестить маминых родственников. Что у мамы отношения с папой не сложились. Что её папа, разведясь с мамой, ещё дважды женился… И оба раза на девушках гораздо моложе себя. Таким вот он оказался ловеласом…

Что у неё есть ещё и братик Даниель, школьник. Из-за него мама и живёт в Канаде: она очень хочет дать сыну хорошее образование в этой стране. Несмотря на то, что у мамы всё хорошо, она часто вспоминает Родину.

Что вся комната Айши обвешана фотографиями Душанбе и Памирских гор. И что после прочтения рассказа «Айша» она несколько дней была очень грустна и проклинала ту войну, которая случилась на Родине…

Иногда девушка умолкала на несколько секунд и глядела на меня. Возможно, её немой интерес можно было перевести как: «так вот он какой, однокурсник моей мамы», или «а что бы было, если бы всё сложилось по-другому?». Но, возможно, она думала и о чём-то другом.

– Можете подписать ваш сборник? Для мамы… – с этими словами она достала из сумочки мой сборник в тёмно-синей обложке, изданный именно в Торонто, в Канаде. И ещё два листа формата А4, скреплённые степлером, – отдельную распечатку рассказа «Айша».

– В сборнике не оказалось рассказа «Айша», поэтому я его распечатала отдельно. Хочу сделать подарок маме ко дню рождения, с вашей подписью. Надеюсь, она ещё помнит ваш почерк…

Я взял распечатку в руки, пробежался по строчкам. Когда писал, не ожидал, что этот рассказ будет так интересен моим читателям… Новогодняя ночь… студенческие будни… невинные поцелуи… Хотя у читателей свои предпочтения.

На обороте книги я написал: «Айше. Я помню всё». И подписал. Подписал и отдельный рассказ «Айша».

Расплатившись за чай, мы вышли на улицу. Дождь то моросил, то прекращался. Некоторые редкие прохожие уже были с зонтами.

Я предложил Сурайе проехаться в такси до её дома. Она отказалась, предложив, если у меня есть время, пройтись пешком. Я согласился. Теперь она полностью перешла на английский язык.

Рядом со мной шла почти девятнадцатилетняя девушка из совершенно другого поколения, но ей были так же близки и знакомы все те же общечеловеческие чувства и желания: любить, переживать, страдать, мечтать… Ей было интересно всё… Такой уж возраст.

– А у писателей всегда есть готовые ответы на все вопросы? – неожиданно спросила она меня у пешеходного перехода, когда мы дошли до кругового перекрестка и повернули в сторону дороги, ведущей к зданию «Профсоюза». Её лицо осветилось яркими фарами проезжающей мимо нас «Тойоты», и я успел заметить выражение её лица. Оно было по-юношески искреннее.

– Нет, думаю, они просто пытаются более точно выразить то, что называется жизнью… У кого-то это получается, а у кого-то не очень.

– А вы любите осень?

– Для меня все сезоны одинаково интересны. И осень тоже.

Она задавала ещё много вопросов, свойственных юному возрасту. Девушкой она была смышлёной.

Сырой прохладный воздух щекотал ноздри мокрым запахом листьев.

У светофора перед зданием бывшего «Профсоюза» мы попрощались.

– Дальше я пойду одна. Спасибо за встречу и за подписи, то есть автографы. Думаю, мама обрадуется.

Примечания