Игра в детектив. Выпуск 3

У нее еще были сомнения, и она, стараясь не поскользнуться и держась рукой за поручни, двинулась по правому борту в сторону кормы, где под навесом оставила раненую Элис. Женщины нигде не было видно, на палубе лежали ее очки и связка ключей от номеров.

Куда идти? Кого искать?.. Оставалась Ольга, и Шерли заставила себя идти к ее номеру. Постучала, ответа не последовало. Стала стучать настойчивее, колотить в дверь. Изнутри не доносилось ни звука…

– Ну конечно! – Шерли хлопнула себя ладонью по лбу и побежала на корму. Потоки дождевой воды уже заливали связку ключей. Проходя мимо номера Дианы, Шерли остановилась и зашла внутрь. Здесь ничего не изменилось после ее ухода: тусклый свет ночника освещал спящую в кресле Диану и столик с бутылкой шотландского виски. Все вроде бы было по-прежнему, но что-то заставило Шерли вздрогнуть – на ворсистом ковре были видны следы, как если бы некто в мокрой обуви прошел по нему. Взгляд Шерли заострился и метнулся в сторону следа – он вел к окну. Шерли приблизилась. Окно представляло собой большой, квадратной формы иллюминатор, величина открытия которого регулировалась боковой ручкой. Внизу под окном были заметны следы от воды.

Окно определенно открывали, и, вероятно, потоки дождя ветром захлестнуло внутрь, на ковер, Шерли наклонилась и, проверяя свою догадку, провела ладонью по поверхности ковра – он был влажным. Она выпрямилась и огляделась. Все остальное вроде бы оставалось на своих местах… Диана посапывала в кресле в прежней позе и одежде.

Шерли вышла в коридор и прикрыла за собой дверь. Наклонившись, она внимательно осмотрела пол. Возникшая еще в номере Дианы догадка нашла свое подтверждение: со стороны кормы к номеру вели следы мокрой обуви. Очевидно, пока она бегала в апартаменты мистера Дакоты, неизвестное лицо, скрывающееся на корме, проникло в номер Дианы. Но зачем?.. Раздумывать над ответом пока было некогда, и Шерли направилась к двери номера Ольги. Опробовала несколько ключей, прежде чем автоматический замок удовлетворенно щелкнул, и дверь приоткрылась. Шерли ступила в прихожую. Одна из дверей была приоткрыта, и проникающий оттуда свет позволил Шерли рассмотреть висящий на стене прихожей плащ и стоящие внизу туфли. Шерли коснулась рукава плаща – он был мокрым, затем наклонилась и потрогала туфли – также мокрые.

– Ольга! – громко позвала Шерли. Ответа не последовало, и она уже хотела было зайти в освещенную комнату, как ее внимание привлек шум воды. Сначала Шерли приняла его за шум дождя, но, войдя в номер, она закрыла за собой дверь, и теперь шум воды доносился определенно со стороны одной из дверей номера. Шерли заглянула в гостиную – там никого не было, следующая дверь вела в спальную, погруженную в темноту, и, наконец, приложив ухо к двери ванной, она поняла, что Ольга там.

Вероятно, Шерли действовала автоматически, находясь под впечатлением произошедших событий, иначе она не стала бы так колотить в дверь ванной и громко кричать. Вздох облегчения вырвался у нее, когда дверь ванной приоткрылась, и оттуда выглянуло удивленное лицо Ольги.

– С вами все в порядке? – Шерли взволнованно приглядывалась к девушке.

На лице Ольги отразилось недоумение:

– А что со мной должно быть?

– Ольга! – Шерли говорила запыхавшимся от волнения и быстрой ходьбы голосом. – Человек за бортом! Нужно немедленно остановить яхту! Мистер Дакота, похоже, находится под влиянием сильнодействующего снотворного!

Шерли сбивчиво рассказала Ольге о ранении и исчезновении Элис.

– Но, кроме мистера Дакоты, никто не умеет управлять яхтой, – Ольга растерянно смотрела на Шерли. – Только он знает коды доступа к управлению…

– Хорошо, – на ходу бросила Шерли. – Не покидай свой номер до утра. Никому не открывай, кто бы тебя ни спрашивал!

Шерли вернулась в кабинет мистера Дакоты и сделала еще одну попытку разбудить его, но все было тщетно. В состоянии полного отчаяния, она выкрикнула в сторону системы управления:

– Я хочу изменить курс!

– Произнесите или введите пароль, – последовал лаконичный ответ умной машины.

До боли прикусив губу и стиснув от обиды руки, Шерли выкрикнула несколько пришедших в голову слов. Разумеется, корабль оставил ее попытки без внимания…

Она вернулась в свой номер, обессилено рухнула в кресло, глаза сами закрылись… Было около полуночи, она сидела закрыв глаза, неподвижно, бесцельно, безо всяких мыслей… и не заметила как погрузилась в сон.

Ближе к полудню все пассажиры яхты собрались в салоне, все… за исключением Элис. Мистер Дакота уже остановил яхту, но не было никакого смысла возвращаться назад и пытаться найти в океане место, где предположительно оказалась за бортом несчастная Элис. Ночная стихия поутихла, но слабо ощущаемая качка яхты наглядно демонстрировала, что размеры волн не оставляли никаких шансов раненому человеку, упавшему более десяти часов назад за борт.

– Вероятно, я была последней, кто видел Элис живой, – Шерли старалась говорить спокойно, но ее голос выдавал волнение и усталость от перенесенного ночью стресса. – За исключением преступника, который нанес ей ранение и, похоже, скрывался на палубе, пока я говорила с ней. Мистер Дакота уполномочил меня до прибытия полиции провести собственное расследование. В моем распоряжении находятся бутылки, которые были в употреблении всеми вами: ваше шотландское виски, Диана, ваш херес, Скотт и ваш виски, мистер Дакота. Полагаю, что не ошибусь, если заявлю, что экспертиза обнаружит в них наличие снотворного, похищенного у мистера Дакоты. Я лично была свидетелем тех симптомов, которые проявляются после приема этого сильнодействующего препарата. Сегодня утром я осмотрела кормовую палубу и обнаружила по правому борту вот эту пуговицу, – Шерли показала собравшимся небольшую пуговицу в виде якоря. – Мы с мистером Дакота провели осмотр одежды всех присутствующих на яхте и выяснили следующее: такие пуговицы находятся на плаще Ольги, причем… одна из них отсутствует, – Шерли замолчала и перевела взгляд на сидящую поодаль девушку.

– Да, – встрепенулась Ольга. – Я сегодня утром заметила, что у моего плаща отсутствует одна пуговица. Я его надевала вчера вечером. Была непогода, вероятно, из-за качки я за что-то зацепилась, пуговица и отлетела, – голос Ольги звучал с неподдельной искренностью и непониманием всего трагизма происходящего. У Шерли сразу сложилось мнение: либо Ольга непричастна к преступлению, либо она – превосходная актриса.

– Принимаем к сведению, – продолжила Шерли. – Теперь я попрошу каждого рассказать о своих действиях после вчерашнего ужина. Начинаем с вас, мистер Дакота.

– Я прошел в свой кабинет, пил виски, смотрел новости, после чего почувствовал неодолимое желание поспать… и, как оказалось впоследствии, уснул, сидя в кресле.

– Спасибо, теперь вы, – Шерли обратилась к Скотту.

– Да… собственно говоря, и рассказывать-то нечего, – Скотт развел руками, – прошел в оранжерею, думал, погоняю бильярд. Прихватил с собой бутылочку хереса, сделал пару глотков, потом плохо помню… проснулся уже утром, лежа в обнимку с бильярдным столом… – Скотт громко рассмеялся.

– Я видела, что бутылку вам принесла Элис. Она была открыта?

– Да… – вальяжно протянул Скотт. – Открытием бутылок у нас занимается прислуга, вернее, занималась…

– Спасибо. Ваша очередь, Диана, – Шерли встретила настороженный, жесткий взгляд девушки.

– Как вы помните, Шерли, я попросила вас подойти ко мне, хотела обсудить конфиденциально… один личный вопрос. Попросила у Элис бутылочку охлажденного шотландского виски. Я иногда люблю побаловать себя им. Она принесла… разумеется, бутылка была открыта. Я прошла к себе и ждала вас, помню… сделала несколько глотков и… заснула.

– Теперь вы, Ольга, – Шерли повернулась к молодой девушке, пытаясь по ее взгляду и поведению попытаться оценить ее затаенные мысли и переживания.

– Мне особенно нечего и рассказывать, – Ольга оглядела окружающих, словно ища поддержки ее недоумению в связи с задаваемыми ей такого рода вопросами. – Я уже вам говорила, Шерли, обычно после десяти я выхожу на палубу, постоять полюбоваться закатом, океаном, помечать. Этим вечером погода испортилась, но я все равно вышла. Постояла минут… десять, может, двадцать, не помню. Стояла, пока не почувствовала холод, стало неуютно, и я вернулась в номер и прошла в душ.

– Вы не посмотрели время, когда вернулись? – Шерли продолжала внимательно изучать сидящую перед ней девушку, но ничего подозрительного в ее жестах или взглядах уловить не могла.

– Не знаю, не смотрела на часы.

– Когда вы находились на палубе… может… кого-то видели или слышали что-нибудь?

Ольга только недоуменно пожала плечами.

Мистер Дакота связался с инспектором Форрестером, сообщив ему ситуацию с исчезновением Элис и спросив совета насчет дальнейших действий. Инспектор посоветовал ему продолжать путешествие, заверив, что он свяжется с консульским отделом в Рио-де-Жанейро и, возможно, лично будет встречать судно в порту.

– Инспектор поинтересовался вашим самочувствием. Мне показалась, он испытывает к вам… э… личную симпатию, – Тони улыбнулся, бросив на Шерли иронический взгляд.

Разговор происходил вечером. Тони вызвал Шерли, чтобы с глазу на глаз обсудить создавшееся положение. От него не укрылось секундное замешательство Шерли, ее слегка заалевшие кончики ушей.

– Нет, ничего подобного, – быстро ответила Шерли. После исчезновения Элис, по просьбе мистера Дакоты, обязанности судового кока взяла на себя Шерли.

– Тогда что получается? – мистер Дакота совершил привычный ритуал с рюмкой виски и теперь сидел, откинувшись на спинку кресла, попыхивая сигарой. Шерли морщилась от дыма, но пыталась сохранить деловое выражение лица, что, стоит сказать, ей почти не удавалось – она пару раз чихнула, и ее глаза заслезились. Тони деликатно спохватился и включил кондиционер. – Если вы дадите показания полиции, то Ольгу арестуют по обвинению в убийстве?

– Эта мысль постоянно держит меня в напряжении, – призналась Шерли. – Не в убийстве, а посягательстве на жизнь… я видела Элис, согнувшуюся, поджимающую руками левый бок. И только с ее слов я могу повторить, что на нее напала Ольга.

– Ну, это не меняет сути дела, – Тони удрученно вздохнул. – Но я не верю, чтобы Ольга могла напасть на кого-то с ножом! – он пристально посмотрел на Шерли. – Не верю! Она еще ребенок, совсем девчонка!

– Но этот ребенок выходит за вас замуж, – осторожно заметила Шерли. – Хорошо. Оставим этот момент. Допустим, гипотетически, Элис была ранена неизвестным лицом, а затем, когда я побежала к вам за помощью, она могла, поскользнувшись на мокрой палубе, скатиться за борт. Яхта несильно, но раскачивалась.

– Не боитесь, что вы – очень нежелательный для меня свидетель, – на лице Тони заиграла мрачная улыбка. – Мало того, что вы обвиняете мою невесту, так вы еще создаете алиби всем остальным – они же были под воздействием снотворного! С ваших слов получается, что никто, кроме Ольги, не мог напасть на Элис.

– Если она сама на себя не напала, – почему-то вслух проговорила Шерли. Позднее она вспоминала этот момент. Вероятно, где-то на самых задворках сознания у нее возникла такая мысль. Она задавала себе вопрос, почему? Возможно, ответ крылся в поведении раненой Элис, в ее словах, выражении лица… что-то там было не так, но что?

– Напасть на себя – это, разумеется, полная чепуха. Ни один судья, а тем более присяжные, вам не поверят, – усмехнулся Тони. – Но возможность подсыпать снотворное в бутылки виски и хереса была только у нее. Кроме нее, никто не имел доступа на кухню.

– Я добавлю, до конца ужина никто не знал, что попросят с собой Диана и Скотт. Насколько я помню по прошедшим вечерам, они редко что-то просили с собой, а если и просили, то разные напитки, – Шерли тяжело вздохнула. – Вывод один: снотворное Скотту и Диане могла подсыпать только Элис, когда ходила за бутылками на кухню. С вашим виски ей это было провернуть легче. Ключи от вашего кабинета у нее были, а открытая бутылка виски всегда находится у вас на столе, – кивком головы указала Шерли.

– Тогда я ничего не понимаю, – Тони покачал головой, – зачем ей всех усыплять?

– Есть одна странность… Кому понадобилось проникать в номер Дианы после меня? – мозг Шерли работал напряженно, пытаясь найти ответ. – Неизвестный прятался на корме, его обувь промокла от дождя, в коридоре остались мокрые следы. По ним, правда, нельзя было идентифицировать размер и форму обуви… И потом – все указывает на то, что неизвестное лицо открывало иллюминатор в номере Дианы. Достаточно было беглого взгляда, чтобы понять это – от порывов ветра следы дождя были на ковре возле иллюминатора.

– А если дело было так, – Тони медленными глотками допивал очередную рюмку виски, – преступнику надо было что-то взять из номера Дианы. Он дожидается, когда вы уйдете, и проникает в номер, находит то, что ему было нужно и решает выбросить находку на палубу, чтобы затем ее там подобрать или вообще выбрасывает ее в океан.

– В ваших рассуждениях что-то есть… – Шерли хмыкнула и прищелкнула пальцем, – нечто подобное крутится и у меня в голове…

– Слушайте, – предложил Тони, – давайте осмотрим номер Элис, может, найдем что-нибудь, проливающее свет на ее исчезновение.

В номере Элис все оставалось таким, как будто хозяйка на минутку покинула его. По-видимому, она не была склонна поддерживать порядок: на кровати, креслах и стульях лежали ее вещи, на столе стояла неубранная после ужина посуда, включая чашечку остывшего кофе. В шкафу находилась большая дорожная сумка.

– Здесь лучше ничего не трогать до прибытия полиции, – предусмотрительно заметила Шерли.

Мистер Дакота и Шерли, еще более озадаченные, покинули номер Элис. Шерли закрыла дверь на ключ, теперь связка ключей находилась у нее.

Яхта приближалась к экватору, и в последующие два дня установилась жаркая погода. Диана, ссылаясь на недомогание, редко покидала свою каюту, не загорала и не купалась, что пробуждало неудовольствие Скотта:

– Она как будто избегает меня, – ворчал он, плескаясь в бассейне. – Хорошо, что вы тут, а то бы я совсем захандрил.

К концу третьего дня после исчезновения Элис Шерли задумчиво смотрела, как оранжевый диск солнца медленно выплывал из гряды скрывающих его облаков, все ниже опускаясь к границе океана на горизонте. Шерли подвинула кресло к иллюминатору, стараясь не пропустить момент, когда солнце окончательно скроется в чертоге Нептуна. Девушка сидела неподвижно, подобрав под себя ноги. Солнце коснулось океана, сначала слегка, словно пробуя воду, затем – смелее и вскоре наполовину погрузилось в воду. Океан в этом месте приобрел яркий, пылающий отблеск…

В памяти всплыл разговор с Элис после случая проникновения в кабинет мистера Дакоты. Почему она вспомнила этот эпизод именно сейчас, в момент, когда солнце погрузилось в океан, Шерли объяснить не могла. Словно внутренне озарение вдруг всплыло в сознании. Откуда Элис могла знать, что сейф в кабинете мистера Дакоты открывается ключом с ее связки, если ранее про сейф она даже не слышала?! Большинство сейфов имеют кодовые замки, шифры и прочие механизмы отпирания. Ключи в данном случае – редкое исключение. Выходит, она солгала…

Ночью Шерли проснулась от громких ударов в дверь ее номера. Светящийся циферблат часов на ночном столике показывал половину третьего. Накинув халат и поймав носками ног ускользающие в темноте тапочки, она подбежала к двери. Из коридора доносился встревоженный голос Ольги:

– Шерли! Откройте! Нужна ваша помощь! – Ольга была в ночной пижаме и тапочках. – Кажется, на яхте пожар!

Они выбежали на палубу и направились в сторону правого борта яхты. Небо было безоблачным, и мириады звезд матовым светом посеребрили поверхность океана. Слышался только шум воды, рассекаемой движущейся яхтой. Неприятное зрелище открылось перед ними: один из иллюминаторов каюты Элис был разбит, и наружу тянулась полоса темного дыма.

– Посмотрите! – Ольга указала на осколки стекла внизу на палубе.

– Пожар! – вскрикнула Шерли. – Но… должна же сработать система пожаротушения?! Ольга, бегите за мистером Дакотой, а я поищу огнетушители!

Ольга ринулась в сторону носовой части яхты, Шерли последовала за ней. Она бегло осмотрела бортовую часть палубы и обнаружила небольшую нишу, где в застекленном ящике находились средства пожаротушения. Сорвав пломбу, Шерли схватила огнетушитель и, пробежав глазами инструкцию, приблизилась к разбитому иллюминатору.

Пламя уже охватило ковер и подбиралось к мягкой мебели. Шерли отчаянно нажала на рычаг огнетушителя. Густые белые хлопья заволокли мебель и снежными потоками сползали на ковер. Пламя зашипело, обдав Шерли густым едким дымом. Размазав по щекам слезы, Шерли схватила второй огнетушитель…

С помощью вовремя подоспевшего мистера Дакоты с возгоранием удалось быстро справиться.

– Хотел бы я знать, где сейчас находятся мой брат и Диана? – Тони с удивлением огляделся по сторонам.

Они находились в своих номерах.

– Я спал, – Скотт поеживался, вынужденный стоять на сквозняке возле открытой двери. Он попробовал улыбнуться, но встретив мрачный взгляд Тони, осекся на полуслове, – … э… да и окна моего номера выходят на другой борт яхты. Поэтому я ничего не слышал…

Примерно таким же было объяснение Дианы. Шерли приняла их к сведению и предложила мистеру Дакоте позаботиться об изоляции номера Элис, что не составило особого труда. В конструкции яхты были предусмотрены различные внештатные ситуации, и каждый номер был снабжен системой, наглухо блокирующей металлическими водонепроницаемыми щитами иллюминаторы и дверь. Задраив таким образом номер Элис, мистер Дакота и Шерли смогли перевести дух и отправиться по своим номерам.

Прерванный сон улетучился, подобно растаявшим в тумане берегам Британии. Возбужденный мозг Шерли лихорадило от переполняющих мыслей и гипотез. Она заварила чай, села в кресло и закуталась в плед. Раскладывая по полочкам каждый день пребывания на яхте, она методично анализировала все события, свидетелем которых оказалась… Кому был выгоден поджог номера уже исчезнувшей прислуги?.. Или… хотели устранить номер?.. Устранить номер?.. А ведь это идея… У меня же был прецедент… Так, надо развить эту мысль… Шерли мелкими глотками отпивала чай, чувствуя, как приятное тепло распространяется по телу, и вместе с ним возвращается ясность мысли…