Беременна по обмену. Часть 2
- -
- 100%
- +
Еда на светлой стороне отличалась от кухни темной. Здесь было намного больше различной зелени, особенно понравился салат, состоящий исключительно из зеленых трав и овощей, заправленный маслом, похожим на оливковое. Помимо салата были вареные яйца, даже меньше перепелиных, и тосты с джемом. К выпечке я не притронулась, и без того насытившись едой, которая пришлась мне по вкусу. Даже слишком.
Вскоре пришли модельеры. С ними я была почти два часа, они сняли все мерки магическими артефактами и показали эскизы. Мода Ардахейма напоминала моду восемнадцатого века, этакие наряды времен Джейн Остин с одним отличием: длина некоторых платьев позволяла открывать щиколотки, но позволяли себе её, как я поняла, в основном модницы из числа молодежи. Интересно, а к какой “возрастной категории” принадлежит эрлорд? Ему ведь уже около семидесяти – получается, он не приемлет открытые щиколотки?
Чудесно! Наберем таких платьев побольше!
– Вы не хотите прогуляться по саду? – спросила Авина, когда модельеры ушли. – Вам нужен свежий воздух.
– С удовольствием, – легко согласилась я, к тому же мне действительно хотелось посмотреть сад.
Если он хотя бы вполовину такой же красивый, как во дворце Темного правителя, то там определенно есть на что посмотреть. Надо бы еще попросить вывезти меня в город, только, разумеется, в присутствии охраны, а еще лучше – самого эрлорда. С ним как-то безопаснее.
Воздух на светлой стороне не был иным, да и солнце светило ярко и тепло. Сад был прекрасен: широкие каменные тропинки, по обеим сторонам которых росли цветущие кустарники, разнося аромат на мили вокруг; высокие деревья, создававшие полутень; и каменные скульптуры, у каждой из которых я застывала, с наслаждением отмечая росчерки талантливых мастеров. Сладкий, манящий запах цветов расслаблял и вселял чувство уверенности и счастья. Справимся! Со всем на свете справимся.
– Авина, чем можно занять будни в Жемчужном дворце? – спросила я во время прогулки.
– В Жемчужном дворце есть комнаты музицирования, женские гостиные, где часто собираются придворные эстрессы и леди. Два раза в неделю проходят театральные и музыкальные выступления. Хотя, думаю, сейчас количество мероприятий должно быть увеличено, – поделилась Авина, задумавшись, – через пару дней бал-открытие.
– Бал-открытие? – переспросила я задумчиво.
– Да, начало Отбора невест для его светлости, – ответила Авина.
Ах да, как же я могла забыть об этом! Эрлорд ведь скоро женится. Почему ему так необходимо устроить Отбор именно сейчас? Не мог перенести его на следующий год? Он ведь уже давно узнал о беременности Аламинты, к чему эта спешка?
И почему меня это так раздражает, задевает? В конце концов, почему я должна быть свидетельницей того, как он выбирает себе невесту? Быть может, еще не поздно вернуться во Дворец Ночи? Хотя кто меня туда отпустит?..
И вообще, меня это не волнует! В первую очередь – наша с ребенком безопасность. А чтобы обеспечить её, следует как можно больше узнать о реалиях этого мира. Например, прочитать подробнее об ордене наваитов, который приложил руку к моему похищению. Теперь я была уверена, что это сумасшедшие фанатики, но мне нужно иметь хоть какую-то защиту, а знания – лучшая защита. Предупрежден – значит, вооружен. Да и в Жемчужном дворце наверняка будет больше информации о пророчестве. По крайней мере, я на это надеялась.
– Есть ли тут библиотека? – спросила я, сменив тему. – После обеда я бы хотела её посетить.
Но ответить Авина не успела. Я услышала ржание, а после сразу же увидела приближающуюся точку в небе. Вскоре точка трансформировалась в карету, запряженную двумя крылатыми лошадьми. Они перебирали сильными ногами с золочеными копытами; их огромные крылья рассекали воздух; а лоснящиеся гривы самых разных цветов были заплетены в замысловатые косы. Карета, которую они тянули, тоже обязана удостоиться внимания: сказочная, словно у Золушки, она была будто сплетена из тонких серебряных прутьев. На крыше – флюгер, а дверцы увиты позолоченным гербом. В такой карете, наверное, должна летать как минимум принцесса.
Я прошла вперед по дорожке и остановилась возле зелёных кустов: отсюда открывался вид на парадный вход. Крылатые кони опустились на гравий перед дворцом, и к ним тут же поспешили слуги. В небе стремительно приближалась еще одна повозка, не менее впечатляющая. За ней последовала и третья, и четвертая. Все они снижались у парадного входа.
Из первых двух вышли леди в пышных платьях. Их встретили лакеи. Выглядели девушки так, словно приехали как минимум на бал, где принц должен выбрать невесту. Хотя берите выше: сам повелитель должен выбрать повелительницу.
– Как быстро летит время! Казалось, эрлорд лишь недавно взошел на престол – и вот уже женится. Сколько девушек прольют слезы, оплакивая холостяцкую жизнь повелителя! – Авина хихикнула, тоже завороженная зрелищем, но быстро опомнилась: – Ох, простите меня, леди Аламинта! Голова моя бедовая, сама не понимаю, что несу!
– Все в порядке, – спокойно откликнулась я. – Разве эрлорд уже не приветствовал невест во дворце? Что-то такое я слышала от эрледи.
– Он приветствовал семьи невест и их самих недавно, – подтвердила Авина. – Но тогда это был светский прием, сейчас же претенденток пригласили погостить во дворце на время всего Отбора.
– Вот как… Расскажи подробнее о невестах.
– Первая леди в красном платье – Дария эр Мари, дочь одного из одиннадцати Великих лордов Ардахейма.
Великие лорды, так же как и на Темной стороне, здесь кто-то вроде герцогов. Дария была миловидной девушкой с родинкой над правой губой и черной прядью волос, искусно вплетенной в прическу, что создавало ей дополнительный шарм.
– А вон та леди в золотом платье – дочь Великого лорда Дависа, Жатенна.
Ну эту леди сложно не заметить. Во-первых, она сама была пышных форм, во-вторых, с ней было столько багажа, что удивительно, как пегасы (или как здесь их называют в этом мире?) его выдержали. Мне даже стало жаль бедную животинку. Леди Жатенна надменным взглядом окинула соперниц и повернулась к лакею, с ужасом посмотрев, как он небрежно подхватывает саквояж.
– Что ты делаешь?! – визгливо начала она. – Да ты представляешь, сколько стоит косметика, которая там лежит?! Аккуратнее, милейший, аккуратнее!
– Не стоит так волноваться, Жатенна, – пропела третья, чьего имени Авина не знала, но девушка чем-то напоминала внешностью Анджелину Джоли, разве что была блондинкой, – никакая косметика тебе все равно не поможет. Поэтому, разобьется она или нет, неважно.
Гордо подняв голову, “Джоли” направилась к входу, оставив Жатенну сжимать кулаки и недовольно глядеть ей вслед. Видимо, от переизбытка эмоций она еще раз накричала на лакея, после чего ей стало гораздо лучше.
– Вижу, отбирали действительно самых прекрасных, – не могла не съязвить я.
Нет, разумеется, я была за бодипозитив, но в надменном лице девушки, в тех золотых украшениях, которыми она была обвешана, и бесчисленном багаже не было ничего позитивного. Если она окажется вполне приятной в общении (в чем я сомневаюсь из-за её обращения со слугами), готова взять свои слова обратно и даже извиниться. А “Джоли” была вообще невероятной красавицей, но с черствым сердцем.
Пожалуй, уже мечтаю, чтобы одну из них эрлорд взял в жены и всю жизнь был несчастлив. Ну вот откуда во мне столько ехидства?..
– Это самые родовитые, если не считать Иоланту эр Франс, – не распознав в моих словах сарказма, продолжила Авина, – но она прибудет на бал несколько позже, как поговаривают. Остальные девушки – дочери Блистательных и Почтенных лордов.
Авина с наслаждением разглядывала дорогие наряды, блестящие украшения и красивые экипажи участниц Отбора. Её это привлекало. Да и кто бы мог устоять? Вокруг столько красоты и приключений, а ты в них всего лишь горничная. Блистательные, как я понимаю, равны графам, а Почтенные – баронам. В Фарахейме была аналогия, но там было гораздо меньше титулованной знати.
– Леди, давайте продолжим прогулку, – предложила Авина. – Пройдем еще один круг, а после вернемся во дворец.
Я безропотно послушалась, бросив последний тоскливый взгляд на крылатого коня. Полетать бы на таком! Хотя бы в карете.
Хотя грифон тоже был неплох. Эх, и почему я не выбрала Дворец Ночи? Если бы делорд успел раньше, быть может, я не приняла бы столь поспешных решений.
Глава 3
Я сидела за бюро и переписывала всё, что произошло со мной за последние дни. Мне просто важно было структурировать всё, чтобы разобраться. Эстресс Марисель так и не пришла, а от лорда де Шалиса не было никаких новостей. Я допускала самый печальный исход…
Когда попросила сегодня Авину принести мне газету, девушка стушевалась и сменила тему. Кажется, она начала рассказывать о новых шторах.
– Новые шторы, – пробормотала я и откинулась на спинку стула. – Какого черта происходит?..
Меня выкрали, это я знаю точно. А что происходило во дворце лорда де Шалиса? Он пытался меня спасти, я видела рану, была ли она смертельной? Мне, бесспорно, его жалко, более чем, особенно учитывая, сколько всего он сделал для меня, но я не то чтобы впаду в истерику, услышав новость о его смерти. Скорее, я уже ожидала этого, когда Даргерт пришел за мной. Главный ужас я уже пережила, и, к счастью, с ребенком все в порядке.
Да, жестоко, но любая ложь, даже самой себе, претит моему характеру. Я не терпела малейшего проявления двуличия и лжи.
Авина боялась сказать, потому что уверена, что навредит мне новостью о смерти “отца”, но эрлорд почему молчит? Неужели он в чем-то меня подозревает? Или же есть что-то еще, о чем мне будет неприятно услышать?
И все-таки, как так вышло, что меня выкрали при наличии охраны? Получается, во дворце был предатель. Давно ли? Насколько близко он находился ко мне?
– Леди, – в комнату вошла Авина, – к вам пришел эрлорд. Он ждет вас в гостиной.
Неужели? Пожалуй, пора задать ему несколько вопросов. Неоправданная ревность и злость на него из-за тайного уговора с Хассаиром уже утихла во мне, и я решила мыслить рационально, будто мы деловые партнеры. Еще у двери я услышала странное рычание. Быстро преодолев разделяющие нас двери, я вышла в гостиную и застыла.
Эрлорд разместился на диване, а у его ног сидел серо-дымчатый то ли котенок, то ли щенок в темных пятнышках. Хвост чудо-зверя был как у льва, на ушках обнаружились милые кисточки. И этот котенок (внешне) с повадками щенка был размером с крупного бульдога. Зверь слегка зарычал, открывая два ряда острых зубов.
– Ты будешь знакомиться с хозяйкой? – спросил у него эрлорд, лукаво посмотрев на меня. Затем, подхватив зверя на руки, подошел ко мне. – Света, познакомься, это рыфенок.
Тот самый рыфенок?!
– Какой хорошенький! – воскликнула я, но руки протягивать не спешила. – Это мне?
– Да, но не для того, чтобы подкупить тебя милым животным, а для защиты. У тебя есть пара минут для того, чтобы придумать ему кличку перед магическим ритуалом.
– Магическим ритуалом? – удивилась я, подняв взгляд с рыфенка на эрлорда.
– Конечно, – ответил он, смотря на меня серьезно, лишь уголки губ подрагивали, – почти брачным. Связываем одного рыфенка с другим…
– Анвэйм!
Мужчина рассмеялся и поставил котенка на пол. Тот начал принюхиваться ко мне.
– Он не опасен?
– Нет, – прищурился эрлорд, – видишь ли, это удивительные животные. Несмотря на свою смертоносность, они никогда не нападут без команды хозяина. Могут выпускать коготки, рычать, но не нападут. Пока они котята, хозяев у них нет, поэтому они полностью безобидны. А еще очень умны и сообразительны. Прям как ты.
– Анвэйм!
– Разве я не прав? Ты так же забавно выпускала коготки. Смотри.
И правда – едва я потянулась к рыфенку, как он выставил мохнатую лапку, выпустил коготки и оскалил зубы. Но выглядело это так смешно и мило, ни капли не устрашающе, что вызывало только улыбку.
– Видишь, вы похожи, – подтвердил Анвэйм. – Имя придумала?
– Ты мне не дал времени!
– Кстати, – неожиданно произнес Анвэйм и задумчиво посмотрел на меня, – имя ребенку мы ведь тоже еще не придумали.
Я застыла, с неверием глядя на эрлорда. Тот, казалось, не заметил моей реакции, внезапно погрузившись в собственные мысли. Неужели он даст мне право выбора? Да нет, глупость какая! Он ведь не мог всерьез это спросить? Здесь же патриархальный мир! Или?..
– Я мало разбираюсь в именах этого мира, однако мне хотелось бы принять участие в выборе. Хотя бы одобрить один из предложенных тобой вариантов.
– Я сам не думал об этом, – произнес он, – не ожидал стать отцом так скоро.
– У тебя было восемь месяцев! – воскликнула я, рассмеявшись. – Недостаточный срок?
Он улыбнулся.
– Видишь ли, эти месяцы я потратил на препирания с двумя особами. Сначала с Аламинтой, затем – с тобой. Теперь придется наверстывать упущенное.
Рыфенок вновь зарычал. Анвэйм присел рядом и погладил его по холке. Мне неожиданно захотелось увидеть его нежность не с котенком, а с настоящим ребенком, с его ребенком. Для меня было важно, чтобы он был любящим отцом, который не даст сына или дочь в обиду.
– Вэйм, – неожиданно произнесла я, и эрлорд перевел на меня удивленный взгляд. – Надо же мне отомстить тебе за то, что ты называешь меня рыфенком. Мне кажется, с моей стороны будет честно назвать рыфенка частью твоего имени. Теперь мы квиты.
Сказать, что эрлорд был удивлен, – ничего не сказать. Он встал с рыфенком на руках и направился к выходу, по пути говоря ему:
– Пойдем отсюда, выберем тебе хозяина, который подберет другое имя.
Я рассмеялась. Эрлорд обернулся.
– Идем, Света. Погуляем с ним в саду. И ты сразу решишь, насколько уверена в выборе клички для рыфенка.
– Может, и прогуляюсь, но решения не изменю! – ответила я, поравнявшись с правителем. Вновь протянула руку к рыфенку, но тот оскалился. – Почему он не принимает мою ласку?
– Ему не нравится имя, – хмыкнул эрлорд и уже серьезнее добавил: – Они преданные существа. Пока у него связь со мной, но временная. Это что-то вроде родительской привязки. У меня есть небольшой заповедник с рыфями. Можно сказать, они моя страсть.
– Неужели такой лед возможно чем-то воспламенить? – спросила я между делом, и глаза Анвэйма стали на несколько градусов горячее.
– Просто они, в отличие от людей, не способны ранить своими эмоциями.
Я сглотнула, не зная, что ответить. А что я должна отвечать? Что не обижу его эмоциями? Он и так это знает: мои чувства для него скрыты, его дар на меня не действует. Поэтому я просто развернулась в сторону выхода и первой вышла в коридор.
Рыфенка эрлорд опустил на пол, а сам подал мне руку. Я посмотрела на неё с некоторым опасением, после чего подняла взгляд на Анвэйма.
– А если нас увидит кто-то из твоих невест? Не думаешь, что они начнут ревновать?
– Во-первых, я не делаю ничего предосудительного – всего лишь хорошие манеры. Возможно, в твоем мире не принято мужчине и женщине, не связанным брачными узами, ходить под руку, но здесь мальчиков учат этому с детства. Во-вторых, – продолжил он, все-таки забрав мою руку и положив её за сгиб локтя, – ни одна из участниц отбора не имеет права меня ревновать.
Мы медленно направились к выходу. Я держала левую руку на животе, что не укрылось от эрлорда. Казалось, его взгляд становится теплее.
– И в-третьих, – продолжил правитель, – поверь мне, никто не в курсе наших отношений. Да, все знают, что я женюсь на светлой, но пока многие вольны думать, что мы любовники. Хотя они также могут думать, что я тебя берегу для рождения светлого ребенка по каким-то своим неведомым причинам. Это их проблемы.
– Тебя совсем не волнует, что думают о тебе? – спросила я, и Анвэйм бросил на меня насмешливый взгляд. Да-да, ваше совершенство, вам абсолютно наплевать на эмоции других людей, что уж говорить об их мнении относительно вас! – Почему ты не хочешь говорить, зачем тебе на самом деле этот ребенок? Неужели в тебе взыграли отцовские чувства сразу, как увидел беременную Аламинту?
– Нет, – хмыкнул эрлорд, но ответа не последовало. Вместо этого он сменил тему: – Как ты себя чувствуешь? В эмоциональном плане. О твоем физическом здоровье мне докладывают. Никакие сны не мучают? Призраки прошлого?
Кстати, о призраках. Один из них остался во дворце лорда де Шалиса. Интересно, что с ним? И с призраком, и с Великим лордом.
Мы с его светлостью вышли в сад через лестницу с балкона на втором этаже. Я тут же вдохнула свежего воздуха. Будь моя воля, я бы, наверное, даже спала в саду под открытым небом. Авина постоянно проветривала комнаты.
– Анвэйм, – обратилась я к эрлорду, подбирая нужные слова, – лорд де Шалис… он ведь погиб?
– Да, – после некоторой паузы ответил правитель, – его рана была несовместима с жизнью: эфиат пропитан специальным ядом, если он попадает в грудь, то быстро проникает к сердцу, а это означает смерть… Человек проживет еще недолго, но уже никакие целительские заклинания не помогут вытащить его с того света.
– Как печально, – проговорила я. – Пусть он мне и не отец, но мне жаль его. Он пытался меня защитить от светлого, но отвлекся, распространив на меня щит.
– Думаю, он еще не полностью магически восстановился после твоего перемещения. Этот его дар забирает немало магии. По крайней мере, мои информаторы рассказывали о том, что лорд де Шалис последний месяц почти не пользовался магией.
– У тебя были информаторы во дворце Седьмого лорда?
– Не во дворце, – отрицательно качнул головой Анвэйм, – за его пределами. Они расспрашивали слуг, собирали информацию. Если бы они были в самом дворце, твоего похищения удалось бы избежать.
– А что с тем стражем? Его ведь тоже пронзили эфиатом.
– Он погиб мгновенно: ему нанесли рану в самое сердце.
– Мне так жаль, – отозвалась я. – А эстресс Марисель? Я слышала, как один из злоумышленников направился к ней в покои, чтобы обезвредить. Пожалуйста, Анвэйм, скажи, что она жива! Новости еще и о её смерти я не смогу вынести.
– Она жива, – подтвердил эрлорд. – Но была серьезно ранена. Не волнуйся раньше времени, она сейчас в госпитале. Её жизнь уже вне опасности, но до стабилизации её состояния мне не хотелось тебя тревожить.
– Почему она в этот момент не была в Ардахейме? Какая чудовищная случайность, – пробормотала я, пытаясь совладать с эмоциями.
На глазах навернулись слезы. Что уж говорить: гормоны вызывали излишние приливы чувств. И если к лорду де Шалису я не успела привязаться, но к эстресс Марисель – более чем. Как и к Авине.
– На неё напали в гостиной её покоев, когда она побежала в коридор, услышав крики.
Я пыталась осознать всё, что только что сказал Анвэйм. Это с трудом укладывалось у меня в голове. Мы немного помолчали. Я обдумывала, сколько людей пострадало из-за Даргерта. Нет, не только из-за него. А еще из-за Аламинты и ордена наваитов. Я нашла взглядом свободную скамью. Анвэйм без труда понял мои желания и помог присесть. Рыфенок мяукнул и запрыгнул к нему на руки.
– Когда проведешь ритуал?
– Когда ты передумаешь насчет имени, – хмыкнул эрлорд.
– Не передумаю!
– Уверена? – спросил Анвэйм, и уголки его губ дрогнули. Да он ведь сам рад, что я выбрала такую кличку для питомца! Тогда почему ломает комедию? – Дай руки.
– Только не на крови…
– Иначе никак, – пожал плечами мужчина и достал кортик, после чего сделал неглубокий надрез на моём пальце. – Когда я создам вокруг вас сферу, продолжай произносить его кличку.
Рыфенка ранить не пришлось, ему дали понюхать мою кровь, даже лизнуть, после чего Анвэйм заключил меня и питомца в магическую сферу и начал читать заклинание. Сначала животное словно пыталось вырваться, а потом покорно приняло клятву. Когда сфера вокруг нас растворилась, на кончике моего пальца, откуда брали кровь, осталась маленькая татуировка в форме цветка. Такой же узор обнаружился на хвосте рыфенка. Даже его взгляд, направленный в мою сторону, изменился.
– Теперь он мой?
Вэйм мяукнул и попытался запрыгнуть на меня, но эрлорд вовремя перехватил его, усадив к себе на колени. Я рассмеялась и погладила своего нового защитника. Разумеется, я о рыфенке, а не о его светлости.
– Какой он чудесный!
– Это ты пока так говоришь. Сейчас он будет усиленно расти, и, увидев его итоговые размеры, ты уже не будешь так рада подарку.
– Глупости! Хороших питомцев много не бывает, правда? – Я подмигнула рыфенку и пожала ему лапу. Мы с его светлостью некоторое время просидели в тишине, я просто наслаждалась новоприобретенным пушистым другом, а эрлорд наблюдал за нами. Наконец я решилась нарушить тишину: – Авина не хотела тревожить меня, поэтому не говорила о смерти лорда де Шалиса. Я понимаю, что она думает, будто он мой настоящий отец, но почему ты мне не хотел ничего рассказывать? Случилось что-то ужасное? Газету Авина мне тоже не дала. И что с теми убийцами в масках? Их удалось поймать.
На лицо Анвэйма легла тень. Некоторое время он сидел так, а потом решился заговорить:
– Удалось. Мертвыми. Кто-то решил замести следы, использовав их в своих целях и выкинув. Убиты они не магическим способом, а обычными кинжалами, поэтому отследить по следу магии не получится. Но, понимаешь, их кто-то пустил во дворец, снял защиту с замка и усыпил всех слуг – к счастью, не отравили.
– Во дворце был предатель, – прошептала я. – Кто-то из ближайших соратников лорда де Шалиса?..
Я осеклась под внимательным взглядом эрлорда. Помощь изнутри была. От кого? Аламинта? Или же?..
– Магистр Энрад? – тихо прошептала я каким-то неестественным голосом, словно мне нанесли удар в сердце. – Он наваит?
– Думаю, да, – кивнул эрлорд, – о его связи с орденом я не знал, но догадки появились, когда я не обнаружил его тела во дворце. Он вернулся в Ардахейм после того, как лорд де Шалис умер: клятва верности потеряла свою силу. Думаю, из-за клятвы он и не мог причинить вреда ни ему, ни слугам, лишь усыпил их. Но вот впустить таким образом в дом чужаков-темных он смог – тут границы клятвы заканчиваются.
– Неужели он обманул всех?
– Видишь ли, во дворце Седьмого Великого лорда на момент твоего похищения не было ни лорда де Шалиса, ни придворного мага. Придворного мага вместе с его учеником отправили к Хассаиру, якобы на аудиенцию. По его словам, эту информацию ему передал магистр Энрад. Половина стражи была отослана в город, якобы на помощь жандармам по приказу главы стражи. Слуг и оставшихся стражников опоили еще за завтраком снотворным с отложенным действиям. Магистр Энрад также сообщил лорду де Шалису о том, что его ждут в гостях в резиденции Почтенного лорда, даже отправился с ним для вида, вот только из той резиденции он чудесным образом испарился. Таким образом, все выводит на магистра Энрада, но лишь косвенно. Никаких прямых улик мы не имеем, поэтому, даже зная о месте его нахождения, ничего не можем сделать.
– Чудовищно, – прошептала я, – почему они действовали столь грязными методами? Почему нельзя было напасть на меня во время прогулки?
– Во время прогулки с тобой была эрледи – она сильный маг, это раз, и второе – лишние свидетели. Подозреваю, что они хотели действовать более деликатно, но в планы вмешалась несдержанность любовника Аламинты. Пришлось все делать быстро, оставляя следы. Но опять же, следы – не улики. В данном случае все, кто причастен к убийству лорда де Шалиса, мертвы, а остальным, в частности ордену наваитов, нам нечего предъявить.
– И что же, они останутся безнаказанными?! – возмутилась я, поджав губы. – Ненавижу подобную несправедливость!
Анвэйм криво усмехнулся.
– Ну кое-какой подарок я им все же преподнес, – произнес он, но мой интерес на эту тему не удовлетворил. – Также сейчас отдел тайной канцелярии проверяет дела самых значимых наваитов. Если удастся найти хоть какие-то противозаконные действия в делах, даже не относящихся непосредственно к ордену, они будут призваны к суду. Подобное хоть ненадолго, но отвлечет их и даст пищу для размышлений: так ли стоит выступать против меня? Тем более совершать столь чудовищные поступки.
– Это уже радует, – тихо ответила я и обхватила свой живот, погладив. – И чего малыш им сделал? Он даже еще не родился. Не успел чем-то насолить им.
– Я обещал тебе рассказать о пророчестве, – произнес Анвэйм, и я кивнула.
– Эрледи тебя опередила.
– Даже так? Тогда тебе должно быть понятно, что они фанатики. Они верили, что сражаются за правое дело – не допустить смешения крови. Сейчас Хассаир тщательно проверяет каждый дом высокородных темных, чтобы выявить, как сильно разрослись мысли о закрытии границы.
– Закрытие границы? – удивилась я. – Это возможно?
– Когда-то граница была закрыта. Её считали концом света. В то время группа ученых открыла её, с тех пор магический фон стал меняться. Тогда же и образовался орден, очень и очень давно. Особенную силу он набрал при правлении моего деда, мужа Джины.