Бойцовый кот

– Эт‑то что, опять всё з‑зан‑ново начнётся? – заикаясь, спросил искатель приключений.

– Нет. Это чтобы ты слюни подобрал и учиться начал, – сказал мастер, отвязывая руки и ноги молодого человека от кресла.

– Уч‑читься? Да какой там учиться?

– Полегче, парень, иначе вылетишь отсюда без монет. На первый раз прощаю. Как новичку. Ну что расселся, сопли распустил, как баба. В этом кресле сидели женщины, которые не робели, как ты. Чего вытаращился? Ты хотел работу с оружием, ты её получил. Хоп!

Скаур ткнул Андрея в живот тупым концом копья. Тот в последний миг уклонился, отпрыгнул в сторону, схватил со стеллажа ещё одно копьё и замер в боевой стойке.

– Неплохо, только оружие поставь пока, – проговорил мастер, – проткнёшь себе что‑нибудь. Пошли в зал. Научу тебя танцевать с железом.

Танец с железом вышел не равноправный. Андрей атаковал, насколько хватало сил и умения, и всё равно не мог достать Мёртвого Деда, как бы глупо это ни звучало. А вот Андрея доставали. И не раз. На всякий его неудачный выпад следовал мощный и молниеносный удар шестом, боккеном или тупым мечом. В зависимости от того, каким оружием пожелал вооружиться мастер. Причём каждый свой удар мастер Скаур умудрялся сопровождать уничижительными эпитетами о физических возможностях Андрея и историями о том, что бойца с такими способностями ждёт в Игре. Участь свинопаса была самой наилучшей среди возможных вариантов. Андрей сначала работал тоже шестом, затем тупым мечом и секирой. Секирой у него выходило лучше всего, может, потому, что она была небольшой и самой лёгкой. На просьбу поработать кистенем или нунчаками Скаур отмахнулся:

– Не сейчас.

Разумеется, на Андрее было защитное снаряжение: толстая фуфайка, имитирующая поддоспешник, хотя весила раз в три больше, ватные штаны и железный шлем с подшлемником. Но даже сквозь такую защиту удары ощущались очень даже болезненно. И естественно, такой вес на теле изрядно добавлял нагрузки, так что уже после нескольких минут яростной тренировки он вымок до нитки. В перерывах между сменой учебного инвентаря мастер Скаур объяснял нюансы техники владения оружием, ошибки Андрея при работе с мечом или топором. Кроме этого, давал попить тёплый вязкий напиток, на вкус как какао. Казаков даже не пытался запомнить наставления мастера, но с удивлением обнаружил, что все замечания всплывают в голове как бы сами собой, а тело их само учитывает.

– Хватит на сегодня, – вдруг сказал Скаур, и Андрей осел на песок без сил. Он так ни разу и не достал мастера. А мастер ему навалял по рёбрам и ногам будь здоров.

«Да‑а… – подумал Андрей, – как же я завтра ходить буду? Тем более на тренировку, а через три дня вообще Игра эта. Да я же для неё не гожусь ни хрена».

– Неплохо, парень, – одобрил мастер. – Выносливость есть и оружие чувствуешь. А это уже полдела. Ты как?

У Андрея не было сил даже показать большой палец. И уже неважно куда, вниз или вверх.

– Ну ничё, сейчас тобой займутся.

– Кто? – хрипло вымолвил Андрей.

– Вот он.

Сильные руки подняли его с земли и отнесли на массажный столик. Как оказалось, массаж и прочее входит в стоимость обучения. Массажист – редкого размера громила с очень чуткими и нежными руками, размял Андрея до самых косточек, натёр какой‑то мазью, от которой кожа прямо загорелась.

– Ты чем меня намазал, звёздочкой, что ли? – нашёл силы спросить он.

– Это чтобы синяки рассосались и молочная кислота вместе с прочей гадостью из мышц ушла. Завтра сам почуешь. А теперь в баньку.

Банщица, примерно такой же комплекции что и массажист, отходила вениками Казакова не хуже, чем мастер Скаур мечом, затем водрузила в вертикальное положение, обмотала полотенцем и отвела в предбанник. Где Андрея ждал такой обед, что впору снимать его для исторических фильмов о трапезах каких‑нибудь королей или князей.

После сытного обеда его ожидал сюрприз. Вернее, продолжение обучения. Андрей‑то ожидал, что его мучения на сегодня закончились. Впрочем, мастер знаний Феодор Герц, как гласила надпись на его медальоне, бить Андрея не стал. Он, вообще, выглядел невоинственно: добрый взгляд, открытое лицо, заострённая бородка, блестящая лысина и круглый живот. Этакий профессор, вроде того, что преподавал философию и психологию в университете.

– Доброго дня, молодой человек. Вы поели, теперь позвольте продолжить обучение. Итак, я должен обучить вас языку и провести курс адаптации. В связи с этим я хочу спросить, что вы знаете о викингах?

– Ну, викинги – это такие крутые парни, которые нагибали всех в Европе, ну и в Азии тоже, в период примерно с восьмого по одиннадцатый век. Пока тамошние лорды и герцоги не догадались выдавать за них своих дочерей, с землёй в придачу. Чтобы одни викинги защищали их от других. Нарвавшись на такую подставу, викинги, которые коренные, остались в своих фьордах, хотя периодически набегали на Европу, как Густав Адольф вроде бы. Воевали викинги в основном пеше, хотя после десятого века пересели на коней, но и тогда остались крутыми парнями. Вроде всё, что знаю.

– Очень интересный взгляд на проблему, – одобрил мастер знаний, – и в целом верный. Но меня больше интересует, что вы знаете об их обычаях.

– Хм… – задумался Андрей, – ну, викинги были язычниками, приносили человеческие жертвы своим богам неприятным способом, для жертв естественно.

– А об их богах что знаете?

– Знаю, там Один, Тор, Рагнарёк, Хель…

– Неплохо‑неплохо, поверьте, многие новички, выбравшие зону Мидгард, не знают и этого, – Феодор Герц добродушно покивал. – По сути же, единственное, что вам нужно знать о викингах и язычниках, так это то, что для язычника убийство само по себе не является злом. Злом оно будет считаться, если кто‑то убьёт мужчину или женщину из твоего рода. Или же убьёт кого‑то, не соблюдя очистительного обряда. Опять‑таки потому, что в этом случае духи убитых потянутся за убийцей и навредят ему и, самое главное, его роду. Для викингов главное род – их семья и близкие родственники. Хирд – боевая дружина, тоже род, где все между собой побратимы. Чужак считается у них либо врагом, которого нужно убить, либо добычей. В этом случае чужака убивать необязательно, а достаточно взять в рабство, но вам это не подходит.

– Подождите, – перебил Андрей, – а мне что делать? Или мастер Скаур так подготовит меня за три дня, что я смогу справиться с опытным воином.

– Ни в коем случае, – покачал головой мастер знаний. – Но вам сражаться и необязательно. Достаточно продемонстрировать, что схватка с вами обойдётся дороже вашей же, хм… можно сказать, рыночной стоимости, и нападать на вас никто не станет. Напрямую, конечно. В этом случае вы можете получить статус гостя. Об этом что‑нибудь слышали?

– Ну да. Гостя убивать нельзя.

– Гостя нельзя убивать, его нельзя продавать, его нужно кормить и защищать, как собственного родича. Гостем пришелец считается после того, как ему преподнесли что‑нибудь поесть или выпить, хотя бы простую воду. Докажите, что дружба с вами будет выгодной, – и вы станете гостем, а может быть, со временем вас даже примут в род, это будет идеальный вариант.

– Но как же!.. Ой, простите, я вас перебил, – осёкся Андрей.

– Ничего, я слушаю.

– Но как же дружба со мной будет выгодной, у меня ничего нет на продажу, да и не умею ничего из того, что могут викинги.

– К примеру, госпожа Акользина усиленно работает над тем, чтобы вам было что предложить местным жителям.

«Акользина? Лиза!» – понял Андрей.

– А можно ещё вопрос? – попросил он.

– Я здесь как раз для того, чтобы отвечать на вопросы.

– Вы говорите, что я попаду куда‑то в Игру к викингам. Пусть так. Пусть даже я буду знать тамошний язык. Но мне же нужно разбираться в местности. Знать названия населённых пунктов, этих, чтоб их, фьордов. Как зовут тамошних ярлов, купцов известных. Чтобы я… чтобы мы с Лизой и Владом объяснили, куда идём. Иначе нас примут за каких‑нибудь колдунов, ну и… сделают что‑нибудь неприятное.

Феодор Герц довольно покивал.

– У вас аналитический склад ума, молодой человек. Это хорошо. Кое‑какую информацию я вам дам, чтобы вы могли придумать легенду. Но для начала надо дать вам имя. Скандинавское.

– Андрей значит «мужественный». Как мужественный по‑скандинавски?

– Моди.

– Как?!

– Зря вы так негодуете, молодой человек. Моди, сын Тора, бог воинской ярости. Особо почитается среди берсерков. Согласно пророчеству, он выживет в день Рагнарёка и вместе с другим сыном Тора – Магни создаст новый мир. Такое имя, кстати, накладывает на его обладателя определённые обязательства. Так что, я думаю, оно вам не слишком подойдёт. Думаю, оптимальное имя для вас будет Карлскур, что тоже значит твердохарактерный или мужественный. Отчество ваше как?

– Алексеевич.

– Хм… защитник то есть. Есть такое имя Гарди – защищённый. Это немного другой смысл, ну пусть будет Гарди. Стало быть, в Мидгарде вас нарекут Карлскур Гардиссон.

– Хорошее имечко.

– Безусловно, тот, кто понимает, его оценит. Теперь давайте дальше подумаем над вашей легендой. Заодно я вас поучу языку. Выпейте это.

Феодор Герц протянул стаканчик, наполненный прозрачной жидкостью.

– Зачем? – испуганно спросил Андрей, вспомнив поток кошмаров после зелья Мёртвого Деда.

– Не бойтесь, – мастер знаний сочувственно посмотрел на него. – Это коктейль для улучшения памяти. На следующем уроке мы проведём сеанс гипнотерапии для закрепления навыков.

Ушёл от Герца Андрей, когда уже стемнело. Голова была будто набита ватой, в которой роились мысли. Кое‑как поскрипев мозгами, он решил, что его друзья отправились в гостиницу. Больше некуда. Гостиница, как, впрочем, и Арена, не соответствовала своему громкому названию. Обычный барак в три этажа. На первом этаже столовая, тоже простая: грубо сделанные столы и стулья, за которыми сидело с пяток посетителей и постояльцев. За одним из столов Андрей заприметил Влада с Лизой. У первого видок был, прямо скажем, пришибленный. Девушка же выглядела, наоборот, возбуждённой, впрочем как всегда, но сейчас сдерживала свои эмоции, беспокоясь за любимого.

– Привет, – сухим голосом поздоровался Влад.

– Здорово, – махнула ручкой Лиза. – Ты не поверишь, что мы недавно видели.

– Ещё как поверю, – сказал Андрей, присаживаясь.

– Я кровь научилась останавливать. Одним движением. И теперь все‑все травы могу отличить и знаю, какие от чего помогают.

– А я будто в аду побывал, а потом меня гонял мечом садист‑психопат.

– Это ты о Скауре?

– О ком же ещё? – ответил Влад. – Отдохнул, блин.

– Ну ты же хотел приключений, друг, – тепло произнес Андрей.

– Да понимаю. Я не в претензии. Просто как‑то… напряжно это всё.

Влад уставился куда‑то в точку на столе.

– Бедненький, – ласково сказала Лиза и погладила своего парня по щеке. – Я знаю, как тебя полечить. Андрей, у нас один номер на всех, ты…

– Я тут посижу.

– Спасибо. Ну пойдём.

Влад уто´пал со своим рыжеволосым чудом, а Андрей вдруг опять ощутил приступ жуткого голода, хотя после тренировки поел будь здоров.

У дальней стены столовой имелось что‑то типа «шведского» стола, заваленного едой, только куда менее изысканной, чем в дорогих отелях. Андрей набрал себе перловой каши полную миску, взял несколько здоровенных кусков сала, хлеба и компот. Всё сточил за раз, даже не чувствуя вкуса.

Как Лиза «лечила» Влада, было слышно на всю гостиницу. Андрей попробовал сосредоточить на сладких звуках всё внимание, лишь бы не вспоминать о пережитом за день. Увы, не помогало. Память, как только мозг перестали грузить информацией мастера Герц и Скаур, услужливо вытаскивала из подсознания картинки многочисленных битв и сеч, коим Андрей был свидетель. Под охи и стоны Лизы Андрей было решил пойти прогуляться, подцепить себе тоже какую‑нибудь… отдыхающую, но, вспомнив как тут относятся к новичкам вроде него, решил – не вариант. Вместо этого спросил:

– Хозяйка, а ничего покрепче пива у тебя нет?

– Водку не подаём, – ответила сисястая и попастая официантка лет за тридцать.

Облом. Андрей помассировал виски.

По ходу, Влад пережил то же, что и он. И как это можно объяснить? Одним словом? Никак! Никоим образом нельзя объяснить произошедшее с ним и Владом. Даже если предположить, в порядке бреда, что это такой высококачественный виртуал, то всё равно его технология обогнала земную лет на пятьдесят. Тогда уже всё вокруг можно считать виртуалом. А что, если и правда, вколол им клерк какую‑то сыворотку, и сейчас они ловят кайф где‑нибудь в креслице. Да ну, чушь. Не может же глюк быть таким реалистичным и чтоб за него такие деньги платили. Хотя… может, для Андрея не так просто обошлась та драка с «чёрными». И лежит он сейчас в реанимации и глюки ловит под капельницей. Так, всё, стоп!

– Хозяйка, а у вас совсем‑совсем нет ничего крепче пива?

– Есть зимнее пиво.

– Это что за зверь такой?

– Это когда пиво замораживают. Вода замерзает, а пиво нет. Его и сливают. Крепость солидная получается.

– Годится.

– Оно дорогое, совсем мало осталось с прошлой зимы. Две монеты за кувшин.

Андрей бросил на стол два красных кругляша с циферками «2».

– Что, хорошо вас погонял Старый? – спросил широкоплечий воин – именно широкий в смысле размаха плеч, с длиннющими руками, на которых были надеты не золотые, а стальные шипастые браслеты. Борода у него была чёрная и короткая, под глазом шрам. На боках обоих бёдер покоились мечи.

– Да, неплохо. Знать бы, что это ещё было такое.

– Это учебка, парень, – сказал воин и опрокинул свою кружку.

– Нет, я знаю, но вы можете объяснить, что я видел? Все эти убийства, сражения? – с жаром попросил Андрей.

– Угости пивом, тогда скажу.

Казаков пересел за столик к воину, протянул ему нетронутый кувшин.

– О, как! Ну ладно. Давай сначала познакомимся. Меня зовут Хьярти.

– Мечник? – в памяти Андрея сразу всплыл нужный перевод.

– В точку, неплохо тебе и Герц мозги прополоскал.

– А меня Андрей.

– Ну будем знакомы, Андрей. Значит, ты хочешь знать, что за бешеное молочко в тебя влил Скаур? В меня он тоже его вливал – всё для того, чтобы нутро вскрыть.

– Чего?

– Успокойся, твоя тушка, кроме синяков, никаких повреждений не получила. И завтра ты ничего чувствовать не будешь. Всё просто. У каждого из нас в генах живёт память предков, которые передавали нам не только ценные качества, но и ценные воспоминания. Задача мастера оружия – вскрыть эту память и наладить её связь с тобой нынешним, чтобы ты мог ею воспользоваться. Ты и твоё тело.

Хьярти закончил и с невозмутимым видом опрокинул содержимое кружки в рот.

– Но меня же убивали.

– Нет, приятель, тебя не убивали. Твой предок как‑то умудрялся выкрутиться, иначе как бы он оставил тебе свою наследственность?

– Ничего себе! То есть ты хочешь сказать, что мастер оружия может включать генетическую память?

– Ну да.

– Вот так просто?!

– А тебе что, было легко?

– Да нет, но это же… это же невозможно, – закончил Андрей шёпотом, приближаясь к собеседнику.

– Да, как бы невозможно, но это есть.

– Как это? То есть, погоди. Ты хочешь сказать, что Мёртвый Дед реально во мне разбудил память предков? На самом деле?

– Именно.

– То есть, всё произошло по‑настоящему? И те клоуны с фотиком вместо глаза и железом в башке – это не грим? Это реальные работающие импланты?

– Это ты про технов? Всё так, парень, ты правильно понял.

– А я что, через пару дней попаду в мир викингов? – Андрей чувствовал, что его сознание сейчас не выдержит и рухнет куда‑то в глубокую пропасть.

– Мидгард – это не мир викингов, – поправил Хьярти.

– А что тогда?

– Срединный мир.

– Срединный чего?

– Древа Иггдрасиль. Над Мидгардом расположен Асгард, под ним – Хель. Под землёй царство тёмных эльфов, в воздухе царство светлых эльфов. К востоку от Мидгарда Йотунхейм, к западу – Ванхейм и так далее. Неужели не слышал? Этому же вроде в школе учат, – мечник удивился и отпил ещё пива.

Андрей подумал и спросил:

– Хьярти, а тогда скажи, что это всё… Игра, то есть. Что это такое?

– Послушай, парень, тебе дорога твоя психика, не хочешь заиметь «протечку в крыше»?

– Не‑а…

– Тогда не думай, что здесь происходит. Принимай всё как данность и наслаждайся жизнью. Это же Игра!

И Андрей постарался принять. И чтобы закрепить ощущения, задал вопрос.

– Хьярти, а ты много играл?

– Уж немало.

– А как прошёл твой первый… тьюториал.

– Ух ты! Шустрый малый. Ну, ты хочешь, прежде всего, узнать, как пройти свой. Так ведь?

– Ну да, надо ещё…

– Успокойся, оставшегося кувшина хватит, как плата за совет. Так вот, твой тьюториал называется, кажется, «Забавы дренгов»?

– Да, Феодор Герц и привратник об этом говорили, а когда контракт заключал, ничего такого не сообщали.

– Это понятно. Знаешь кто такие дренги?

– Ну типа новобранцы?

Мечник захохотал. Громко, во весь голос, аж слёзы потекли.

– Ну, малый, – отсмеявшись, сказал он, – хорошо хоть не «духи». Но в принципе ты прав – это младшие воины хирда. Пацаны, если считать как в миру. Но в Игровой зоне это уже воины, раз их взяли в хирд. И всё‑таки в том, что они молоды, есть плюс: если повезёт, то втроём можете справиться с одним дренгом. Главный недостаток молодёжи так это то, что они запальчивые, наглые и въедливые. Силы много, если нападут на ваш след и решат, что убить вас честь для них, будут гнать, пока не догонят.

– Так что делать?

– Головой думать. В прямом смысле. Если встретились, постараться пустить пыль в глаза, придумать про ближников ярла, которые стоят за вами, держаться достойно, как герои саги. Но если уж вышел конфликт – стоять насмерть. Убегать вообще непристало, а от викингов это бесполезно. Игра же, она… любит храбрецов. Да и викинги храбрость уважают. Покажи им свою храбрость, если представится возможность. Ну а так, насколько я знаю, «Забавы дренгов» нормальный тьюториал, без выкрутасов. Должно всё обойтись.

– Всё? Ну спасибо, Хьярти, буду иметь в виду. Ты мне реально помог.

– Не за что. Пиво хорошее. Возвращайся игроком, и мы с тобой его выпьем на равных!

– Так будет! – больше в шутку провозгласил Андрей, но потом понял, что относится ко всему всерьёз и чувствует себя этаким героем саги.

Да, ёшкин кот, так оно и было! Андрюха попал в сказку, да ещё открывающую такие возможности! И не будь он самим собой, если все эти возможности не реализует. Андрей высоко воздел свою кружку, отдавая уважение Хьярти, и допил пиво вместе с ним. А после попрощался с ним и пошёл к себе спать – Влад с Лизой уже утихомирились.

– Неплохо‑неплохо, – одобрил мастер Скаур. – Перерыв.

Андрей упал на колени и безвольно уронил руки, державшие длинный меч и маленький кулачный щит. Его грудь раздувалась и опадала, как работающие меха в кузнице. Горло горело огнём, как угли из печи той же кузницы.

– Ну‑ка, а это попробуй.

Мастер вернулся, держа в руках остроконечный железный цилиндр на длинном ремешке. Кистень. Ну наконец‑то! У Казакова даже улыбка заиграла на лице, но Мёртвому Деду всё равно пришлось помочь ему подняться. Андрей сразу же вцепился в кожаный ремешок. Кисти сами вспомнили нужные движения, и свинцовый грузик закружился сначала по кругу, потом восьмёркой, а потом и вовсе по закрученным траекториям: через голову, из‑за спины, над плечом. У Андрея всё получалось легко и непринуждённо – и это после почти двухчасовой тренировки! Тело само знало, как двигаться. Может, это уроки Скаура так помогли?

– Лихо крутишь воздух, а попробуй‑ка меня ударить, – сказал мастер.

– То есть как вас?

– Кистенём, зачем я тебе его дал?

– Ну вы, это… хотя бы шлем наденьте.

Мастер знаний развеселился.

– Бей давай, ещё всякие сопляки меня будут учить, как защищаться.

И Андрей ударил. Тут же. Стремительно. От себя. И свинцовый конус оказался в ладони Мёртвого Деда. Вот эта реакция! Андрей даже не сумел различить движение руки.

– Давай ещё, – сказал мастер.

Андрей на этот раз ударил с вывертом. В висок. Скаур опять поймал кистень, на этот раз ремешок.

– Ещё раз.

Казаков ударил почти без замаха, целя в пах. Мёртвый Дед только слегка повернул таз, и кистень шлёпнулся о бедро. Без вреда, разумеется. По таким мышцам можно оглоблями колотить, и то палка сломается.

– Против бездоспешного противника с топором сойдет. Если тот будет старый и больной. А вот против воина с мечом и щитом без вариантов, – выдал резюме мастер оружия. – Но кистень – это лучше чем ничего. Разоблачайся и пошли за мной.

Андрей без вопросов выполнил поручение: стянул с себя мокрые насквозь фуфайку и штаны, кожаный шлем и пошёл за наставником.

Шёл третий день обучения, и Андрей, к своему удовольствию, обнаружил у себя поразительные успехи. Он научился работать почти с любым оружием из коллекции Мёртвого Деда. Понял, как ловить баланс у копий так, что даже тяжеленное хогспьёт – рубящее копьё, вертелось в его руках как невесомое – не так хорошо, как у мастера Скаура, конечно, но прогресс за три дня был потрясающий. Андрей, наконец, начал чувствовать меч как продолжение собственной руки, научился работать щитом так, чтобы правильно принять удар и ударить в ответ. Словом, понял суть оружия и принципы работы с ним. Теперь несколько месяцев практики – и из него вырастет настоящий викинг. Так, во всяком случае, считал Андрей. Но в том‑то и дело, что трёх месяцев у него не было. Тьюториал на носу.

С Владом и Лизой он почти не пересекался, но Андрей знал, что они впахивают тоже будь здоров. Отдельно стоит сказать, что он почти выучил древнескандинавский язык. На второй день обучения мастер Феодор Герц провёл с ним тот самый сеанс гипнотерапии, после него слова, фразы, термины сами собой возникали в мозгу. Андрей уже забыл, что за этот турпоход Влад ему должен пять тысяч евро, – он сам был готов приплатить, чтобы поучиться здесь ещё чему‑нибудь.

– Садись, – сказал Скаур, указав на «пыточное» кресло, когда они пришли в уже знакомую оружейную комнату.

– Как скажете, надеюсь, вы больше не будете меня поить никакой отравой?

– Угадал. Как раз буду.

– Но ё… то есть я хотел сказать мастер оружия Скаур. Вы же уже меня поили этой дрянью. Зачем ещё‑то?

– Затем, что я тебе сказал. Этого мало, – Мёртвый Дед уставился на Казакова таким взглядом, что у того ёкнуло сердце.

– Достаточно, конечно, – обречённо сказал Андрей, – но всё‑таки хотелось бы понять зачем.

– Ага, разбежался я перед всякими недоделками отчитываться, – буркнул Мёртвый Дед, но потом снизошёл до объяснений: – В первый раз тебя только вскрыли, парень. А сейчас ты должен пройти экзамен. Один очень важный экзамен. Пей!

Мастер протянул серебристый стаканчик. И Андрею ничего не оставалось, как взять и выпить.

…Андрей возвращался домой с тренировки. Только ему показалось, что ноги у него стали немного толще и ступал он чуть тяжелее. На нём был обычный спортивный костюм, на плече сумка. Когда он уже подходил к родному подъезду, то услышал два странных звука. Будто две большие капли упали с большой высоты на что‑то мягкое. Андрей потянулся к дверной ручке, но дверь уже сама открылась. Навстречу вышел человек в коричневой куртке, вскинул голову, спокойно посмотрел. И по этому взгляду Андрей сразу понял, кто перед ним. На него смотрели глаза профессионального убийцы. И ещё в этом взгляде Андрей прочитал, что его сейчас убьют. Просто так, из осторожности. Сейчас киллер достанет из кармана пистолет, хлопнет глушитель – и его не будет.

Спортивная сумка будто сама спала с плеча и полетела в лицо убийце. Андрей бросился вслед за ней. Сразу двумя руками ударил по предплечью, вытягивающему пистолет. Затем одна его ладонь совершила дугообразное движение и заехала в пах злоумышленнику. Второй рукой он вывернул кисть с пистолетом, нажал на пальцы, уже сжавшие спуск. Глушитель упирался киллеру в живот, и пули вспороли куртку. Брызнуло красным. Киллер зашипел и заехал свободной рукой Андрею по уху, а затем впился большим пальцем в глаз. Андрей уже двумя руками выкрутил ладонь с пистолетом, стволом вверх, снова хлопнул выстрел. Пуля попала киллеру в подбородок, пробила насквозь голову и вылетала из темени, оросив всё фонтаном крови.

Андрей стоял и смотрел на упавший труп. Его лицо и спортивный костюм были в красных точках. И как‑то отрешённо у него в мозгу возникло: «Отстирывать и оставлять у себя одежду нельзя. Придётся выбросить или сжечь. Жалко, хорошая была форма, я к ней привык».

Картинка с убитым киллером вдруг смазалась, потускнела, и перед взором предстало уже знакомое лицо Мёртвого Деда.

– Что это было? – спросил Андрей.

– Экзамен.

– И я его прошёл?

– Ещё как, парень. Сейчас к массажисту. Восстановишься – и через два часа у тебя Арена.