Чистильщики пустошей-2: Степь
- -
- 100%
- +
Тот пожал плечами:
– Думаю, хватит. Хотя бы что-то узнаю, и то хорошо. Но, если что, пойду в сам город. А там уж как получится, сам понимаешь.
– Вот и ладушки. – Капитан дернул щекой, хищно улыбнулся. Глядя на него, вновь ставшего прежним, жестким и целеустремленным командиром, остальные чуть расслабились. – Тундра, подбери людей.
– Нет, неверно. – Бирюк ухмыльнулся.
– Чего неверно? – Капитан непонимающе посмотрел на него.
– Один мне нужен из хозяйства Инженера. Чего ты вскинулся? Там не только стрелять придется. Нужно будет разобраться в чем-то на месте, кого мне просить? Жалко, что ли?
Ученый нахмурился, открыл рот, закрыл.
– Файри не дам, даже и не надейся.
– Дашь-дашь, никуда не денешься. Вон, попрошу Капитана, и сам всучишь, в красивой коробке и с ленточкой, как миленький. Хотя… ты знаешь, я эту безумную стерву не возьму. Не хватало мне еще из-за нее встревать в неприятности, а так оно и будет. Есть пацаненок какой-нибудь, чтобы стрелять умел, с каким-никаким опытом?
– Есть… даже два, – стало заметно, что Инженеру стыдно. Но вздохнул он с облегчением. – Сам выберешь, или мне доверишь?
– Тебе, я-то их не знаю.
– Хорошо. – Тот утвердительно кивнул. – Будет тебе пацаненок.
– Вот и славно. – Бирюк посмотрел за окно, где начинало светать. – Где поспать можно?
– А экипировку, транспорт? – Тундра недовольно засопел. – Какой спать?
– Утром, утром. Я больше двух суток на ногах, брат. Дай отдохнуть.
– Ладно. Капитан, я его заберу тогда с собой?
– Ага, забери. Инженер, останься.
Когда дверь закрылась, Кэп лег на кровать, закинул руки за голову:
– В людях Тундры можно быть полностью уверенным, не сдадут. А в твоих новичках?
– Не знаю. – Инженер потянулся и зевнул. – Смотрю, наблюдаю. Я бы их попробовал загипнотизировать, но сам понимаешь, на Базе этим куда профессиональнее занимаются.
– Да ты не скромничай, профессиональнее они гипнотизируют… Официально на отряд сливает информацию Тундра, но ведь явно не он один, согласись?
– Ну да.
– Значит надо придумать легенду, да такую, чтобы все поверили. А то, как так, раз и пропали два человека, и ни слуху, ни духу. Да еще и незнакомый многим Бирюк.
– Кто кроме Мерлина и Варяга в отряде его знает?
– Да, пожалуй, что Файри твоя, Ган… – Кэп задумчиво уставился в потолок. – А мысль, Инженер, мысль. Пойдешь, предупреди Тундру, чтобы он своим сказал, мол, пусть сделают вид, что незнакомы с ним. И узнай, кто, Скат или Змей, сможет понять, что это не так. Может, и успеем чего понять и решить, утро вечера мудренее.
– Хорошо. Я пойду тогда.
– Ага, давай. – Капитан прикрыл глаза.
– Ты это… – Инженер остановился.
– Чего?
– Зайди утром в медблок. Есть у меня подозрение, что ты переходил в ботинках. Грибок штука неприятная, и ненужная.
– Сволочь ты, Инженер. Хоть и интеллигентная.
– Я знаю.
Енот все-таки заснул так, как мечталось. Часа за два до рассвета, когда Первый прямолинейно указал, что одному ему дежурить интереснее, Енот забрался на броню. Расстелил спальный мешок, плотный, не дающий замерзнуть от остывшего металла под спиной. Посмотрел на звезды, думая про утро и не заметил, как провалился в сон.
Снилась какая-то ахинея, в которой фигурировал грозно смотрящий на него заместитель командира отряда Тундра, распекающий его за все промахи и отправляющий смывать позор на кухню. Рядом стоял радостно гоготавший давешний бородатый нарушитель, по какой-то непонятной причине нацепивший зеленый фартук из комплектов медицинского блока. В руках он крутил мерзкого вида клещи-гвоздодеры оружейника Гана и кровожадно щелкал ими. Откуда-то Енот знал про добавочное наказание. Ему должны были перед позорным изгнанием на кухню удалить зуб. Без наркоза. Проснулся он как раз в тот момент, когда его вежливо и настойчиво попросили открыть рот. И еще рядом стояла Файри, гладящая его по голове и уговаривающая не спорить и слушаться. Открыв глаза, машинально проверил языком наличие всех зубов. Сел, непонимающе уставившись перед собой.
Вместо панорамы степи, ставшей такой знакомой, перед глазами болтался взад вперед какой-то серый кисель. Только сейчас стала ощущаться неожиданная сырость, пропитавшая сверху одежду. Сразу же стало неприятно, хорошо, что хоть нижнее белье осталось таким же теплым и сухим. Верхний слой комбинезона не пропустил внутрь мерзкую влажность, которую Енот совсем не ожидал ощутить поутру, проснувшись. Каверза Степи вышла очень уж нежданной и негаданной. На какой-то момент все ее очарование, так сильно захватившее его, начало тускнуть, сворачиваясь в грязную половую тряпку. По щеке мягко мазнуло чем-то свежим, колыхающаяся завеса дернулась, разрываясь пополам, и еще и еще. Ветер начал разгонять серые и низкие тучи, громоздящиеся одна на другую.
Сбоку кашлянули. Енот повернул голову и увидел Мерлина. Тот стоял, привалившись к боку броневика, и щелкал маленькими ножницами, равняя ногти. Солнце-то уже встало, ладно хоть не светило прямо в глаза. И он проспал, хотя, ему вроде как положено после дежурства. Енот сел, задумчиво почесав в затылке.
– Сон плохой? – Мерлин с интересом уставился на него.
– Почему так думаешь?
– Да ты зубами скрипел и ерзал, как будто на муравейник голым задом сел. Вставай, Енотище, и пошли получать наказание.
Твою мать! Енот покачал головой и занялся спальным мешком. Мерлин терпеливо дождался окончания его хозяйственной операции, аккуратно полируя ногти пилочкой. Хороший признак, ставший знакомым за два года. У невозмутимого старшего штурмовой группы отряда недавно появилась новая женщина. К женщинам Мерлин предпочитал являться сразу чистым и ухоженным. Енот был уверен – в запасном рюкзаке у того уже давно готов чистый комплект одежды. С броневика и на бал, одним словом. Вот только наказание…
– Енот. – Мерлин шел рядом, не отрывая глаз от правой ладони. – Ночью ты не слышал никакого разговора, и никто к нам не проникал. Ты мужика остановил и проводил ко мне, понял? И я с ним незнаком. Доступно изложил?
– Очень, – интересные дела, подумалось Еноту. – Для всех ты его не знаешь?
– Абсолютно. Давай, иди к Капитану, он тебя ждет.
– Завтрак там?
– В дороге поешь. Сухпай получишь вместе со всем остальным.
Енот остановился.
– То есть?
– Енот, ты сейчас уедешь. Есть задание, краткие инструкции получишь у Тундры, слушай, запоминай. Чего? Ты же сам хотел вроде как еще тут взад вперед погонять, нет?
– Хотел… Неожиданно просто.
– Не страшно. Так, я пошел, давай спальник, не хрен к командиру с ним переться. Да, твои вещи уже там. Змей! – Мерлин окликнул новичка, топтавшегося у дальнего конца капитанского «крузера». – Что стоим, кого ждем? Давай, заходи и не стесняйся. Я пошел, как закончите получать ценные указания от командования, постарайтесь зайти ко мне.
Мерлин хлопнул Енота по плечу, забрал тугой сверток из рук и пошел в сторону палатки, где у входа с шумом и фырканьем плескался Толстяк. Енот посмотрел ему вслед, оценивая все услышанное и еще не понимая, какие можно сделать выводы. Осталось только подняться к Кэпу и разрешить собственное неведение. Змей подошел, но не решился первым подниматься по откинутой лесенке. Дверь открылась, выпуская наружу Тундру.
– Заходите, молодые люди. – Заместитель командира, по своему утреннему обычаю оказался насуплен и хмур. Зато, как и всегда, гладко выбрит и пах дорогим, привезённым с Портов, заграничным одеколоном. – Ну, Енот, и горазд же ты дрыхнуть…
Глава третья: сборы, начало пути и бешеные индюки
«Было сказано – не соверши плохого поступка,
не нарушь Заветов и не обмани.
Оставь это для Дома, для дома и близких.
С врагом следует воевать любым оружием,
ибо выигрыш есть жизнь твоя, Дома, дома и близких»
Из наставления
«Biblionecrum», гл. «Ложь».
M.A. Erynn, ph.d., Culto Nocto
Енот оказался на воздухе, но в голове не прояснилось. Задача, казалось бы, сложная. Но доверяют ее ему и совсем молодому, не нюхавшему пороха, Змею. И непонятному Бирюку, к которому Енот не испытывал пока никакого расположения… Да и немудрено, после прошедшей ночи. Нет, сомневаться не стоило, они оба постараются сделать все как нужно. Но Капитан так и не пояснил – почему отряд не может дождаться подкрепления и отправиться на поиски с усилением? Только приказ, он и есть приказ. Пришлось выбросить из головы лишние и ненужные мысли, и отправиться к Гану, как указал Тундра.
– Странно как-то. – Идущий чуть сзади Змей прервал молчание.
– Ты про что? – Енот оглянулся на него.
– Да все это странно. – тот пожал плечами. – Разве так надо поступить в таком случае?
– Ты не очень раздумывай. Капитан дал приказ?
– Да.
– Вот и исполняй, что тут лишний раз голову ломать. Не забывай про прикрытие, понял?
Змей, под нос, что-то недовольно буркнул. Енот остановился, заставив парня затормозить практически на ровном месте, застыв в смешной позе, чуть наклоняясь вперед и выставив руку, чтобы не толкнуть товарища.
– Послушай, Змей… – слова подбирались с трудом. – Я сам удивлен не меньше твоего. И честно, предпочел бы ехать в другой компании. Не потому, что чистильщик из тебя как из суслика домашний хорек. Мне ведь ничего про твою личность непонятно и неясно, ты уж не обижайся. Но разве возмущаюсь, задаю нелепые вопросы из-за сомнений? Нет, не задаю, хотя у меня их предостаточно. Давай договоримся…
– О чем? – Совсем молодому Змею явно нелегко удалось не вспылить во времятирады Енота. Еще один плюс в копилку хорошего отношения.
– Молчим, не задаем никому лишних вопросов и не выпускаем из вида это бородатое чудовище в кепке. А там посмотрим, что да как. Наше дело понятное, и это, прежде всего надо нашему Капитану. И всему отряду, а отряд наша с тобой семья.
– Хорошо. – Змей хотел продолжить, но по плечу звонко хлопнула широченная пятерня. Бирюк подошел незаметно, и неизвестно, многое ли он услышал из их разговора.
– Чего до сих пор не в оружейке? – Черная борода торчала вперед, яростно и агрессивно. Странно, но в ней совсем не оказалось седых волос. Хотя Бирюк должен быть ровесником Кэпу, как минимум. – Нам торопиться надо, малышня. Так что давайте, раз-раз и оказались где нужно.
– А чего ты раскомандовался то? – Енот покосился на него. – Не рано?
– Лишь бы не поздно. – Бирюк уставился на него. – Хочешь поспорить по поводу моего командования, шкет?
– Пока не хочу.
– И правильно. Шевелите булками, малолетние, не хрен время тратить на ерунду.
– Ты им еще полный комплект носимой защиты всучи, Ган. – Бирюк чуть ли не хрюкнул от удовольствия. – И светящейся краской напиши сверху «я чистильщик, целиться в голову».
– Чего? – Оружейник недовольно нахмурился.
– Да того самого. Тундра, мы же все обговорили, в чем дело то? Эти двое пацанят едут со мной как подмастерья. В пустоши, к мутантам, степнякам, отмороженным ухорезам и прочей шелупони. Ты на меня посмотри и подумай – как и что у них должно быть. Отрядные автоматы отставить, Ган, да ты чего? Там и боеприпасов то для них нет нормальных.
– А это? – оружейник достал из металлического ящика, утопленного в стену, новый ствол.
– Ну-ка… – Бирюк взял в руки автомат, очень похожий на тот, которым обычно пользовался Енот. – Даже номер есть и клеймо Ижевского оружейного заводе ЕИМ. Пойдет, если подумать. Кстати, два безруких обалдуя, кто из вас умеет стрелять из винтовки с прицелом?
– Ты, Бирюк, темп бы сбросил. – Тундра посмотрел на бородача неодобрительно. – Не хами, пожалуйста, сверх меры. Чего ты на парней набросился, тебе с ними еще вместе сколько быть?
– Вот ты видишь, Тундра, что они оба стоят и молчат? Значит, есть из-за чего молчать, да, шпана? С сегодняшнего дня у вас настоящее обучение начнется, а не тот детский сад, который случился в вашей жизни до этого.
Енот непонимающе посмотрел на молчащего Тундру. Ну да, ночью и он сам, и Змей опростоволосились дальше некуда. Бирюк прошел в самый центр лагеря как к себе домой. Только что будет дальше, если сейчас хочется наплевать на все и дать ему в зубы?
– Вижу. Так Бирюк, ты прессуй все же поменьше. Змей, у тебя показатели по стрельбе ведь хорошие?
– Я ему потом на месте найду из чего стрелять. Сейчас выдай вон… да вон ту кочерыжку, – Бирюк ткнул пальцем в сторону карабина со складным прикладом-рамкой. – Доедет.
– Куда? – Енот посмотрел на бородача.
– Куда надо. Одежду с обувью подобрать надо сейчас. Тундра, а у вас есть обычные вещевые мешки, или рюкзаки, купленные у кустарей? Не вся амуниция с Базы или со складов Альянса?
Заместитель Капитана задумчиво поскреб в затылке. Еноту, злившемуся на самого себя и задание, становящееся все более неприятным, хотелось ляпнуть что-то в ответ. И лишь чуть помолчав, приведя мысли в порядок понял – Бирюк прав. Один человек в экипировке войск Альянса опасности не представляет. Дезертир, недавний отставник, мало ли, затесавшийся в компанию охотника за головами. Двое же могут привлечь ненужное внимание к своим персонам.
– Хотя… – Бирюк посмотрел на Енота и подтвердил его мысль. – Вот этот за дезертира сойдет, само то. Ган, экипируй его чем хочешь, прокатит. Надо будет только подумать насчет легенды, кто, где служил, чего сбежал. И сделать документы, липовые, что, мол, в отпуске. Само то, даже денег платить не придется.
– Настолько все серьезно? – Молчавший до этого Змей заговорил.
– Начнут с твоей спины ремни клещами тянуть, вот тогда и подумаешь, серьезно или нет. Так… с тобой что придумать?
– Да чего с ним придумывать. – Тундра покачал головой. – Останется в чем есть. Ну, ветровка, мало ли их по степи ходит? В дорогу возьмет вон тот карабин, как и говорил. Патронташ, сумку и нормально. Сразу и не поймешь кто такой. Волосы хорошо, что не короткие, не побреется пару дней, так совсем обрастет. Ладно тебе, Бирюк, где и кто за вами смотреть будет?
– Где? – Бирюк почесал подбородок. – А в Сороке и могут смотреть. Эти двое в городе не появлялись?
– Зачем в Сороку? – Тундра запнулся. – Ты же ни слова не говорил.
Бирюк пожал плечами:
– Зачем говорить очевидное? А… то есть вы не знаете на чем мы с этими двумя шкетами отправимся куда надо? Та-а-а-к, а скажите мне, двое из ларца, разные с лица, на конях ездить доводилось?
Тут Енот про себя взвыл. Не хватало для полного счастья только этого. Лошадей он не любил. За запах пота, за отбитые при скачке задницу и промежность, за низкую скорость. И оказывается, что в довесок к бородатому упырю, прибавляются лошади. Чудесно, прекрасно… да что там, просто замечательно.
Бирюк коротко и скотски гоготнул, глядя на вытянувшиеся лица обоих подопечных. Судя по всему, Змей верховую езду тоже не жаловал.
– Тогда понятно. – Тундра кивнул головой. – А вы чего такие недовольные, я не понял? На поезде вначале хочешь проехать?
Этот вопрос предназначался уже Бирюку. Тот лишь кивнул и начал придирчиво заниматься вещами, как по волшебству возникавшими на длинном верстаке оружейника. Как все это добро умещалось в не самом большом отсеке Гана, оставалось только гадать. Енот подошел, понимая, что все богатство, громоздящееся на металлическом листе, предназначено для него.
Костюм из грубой и прочной ткани, выкрашенной в сероватый цвет. В таких чаще всего ходила пехота Альянса. Надежное и удобное обмундирование, с капюшоном, пристегивающимся по мере необходимости. Сапоги вместо привычных ботинок, хотя ботинки Енот не собирался оставлять. Свитер он возьмет свой, купленный на рынке в одной из экспедиций и лежащий в маленькой кучке его вещей, принесенных кем-то из ребят к Кэпу. А вот второй, войсковой, на всякий случай уже упаковывал в полученный тут же солдатский ранец.
Вместо разгрузочного жилета придется нацепить пусть и удобную, но все же кустарную конструкцию из кожаных ремней и брезентовых подсумков, в которые туго вошли четыре чуть изогнутых магазина. Перчатки, плотные, из шерсти и вторые, кожаные, давно вытертые, для верховой езды. Две пары шерстяных же чулок, толстых и высоких. Енот покрутил их в руках, стараясь понять – зачем?
– Ну не портянки же тебе выдавать. – Тундра оценивающе посмотрел на высокие сапоги. – Хотя… Ган, у тебя не завалялись?
– Не жалко, – широкие и длинные ленты из плотной ткани шлепнулись тут же. – Держи, братишка, помни доброту и заботу.
Бросалось в глаза, что Ган нервничал. На душе стало тепло. Енот успел давно сдружиться с рыжим весельчаком, никогда не унывающим и постоянно что-то делающим. Товарищ волновался за него, уходящего к черту на рога, в компании с не пойми кем и совсем зеленым собратом по оружию, как тут не переживать?
– Спасибо. – Енот похлопал оружейника по плечу. – Дашь гранат?
– А то, – четыре металлических яйца в рубленых рубашках добавились к стопке бумажных, чуть промасленных пачек с патронами. – Держи, Енотище, надеюсь, не пригодятся.
– Одевайся, время не ждет. – Бирюк прихватил две цинковых коробки с патронами к пулемету. – Жду вас на выходе. Змей, ты тоже не тормози, давай быстрее.
И ушел. Хам, кряжистый и опасный, по-крестьянски хозяйственно неся подмышками две тяжеленных коробки с патронами. Бородатый мучитель, свалившийся на голову Енота и Змея, которому не говорил ничего против даже Тундра.
Хмурый, впрочем, как обычно, зам Капитана, проводил его взглядом. Повернулся к Еноту и Змею.
– На самом деле опыт, полученный с Бирюком, будет полезен всем. Но тяжеловато дастся, не отнять. Парни, вы же помните в чем задача? Это очень важно, так что делайте все, что будет необходимо. Даже если Бирюк прикажет танцевать посреди деревенской площади голышом, изгваздавшись в свином дерьме и в куриных перьях – так танцуйте. Хотя, надеюсь, что не доведется. Прощаться не будем, проводов устраивать тоже. Готовы?
– Да. – Енот успел переодеться и бросить снятую одежду и небольшой кожаный складень с личными вещами в ранец. Тот оказался добротный, толстой кожи, настоящее шевро, крашеный в коричневый цвет. Надежные медные замки, ремни по бокам и сверху, куда Ган уже приторочил спальный мешок и подложку для холодной земли. Вскинул ранец на плечи, поправил кобуру на правом бедре… удобно. Змей тоже успел снять все, что относилось к отрядной амуниции, оставив только тот самый незаменимый пистолет.
В руках он тоже держал снаряженный вещевой мешок. Ему-то проще, жилой отсек «научников» находился в этом же «крузере». Странно, но когда Змей вернулся к Гану, за дверью виднелся только Инженер. Ни Ската, ни Файри с Фростом, обычно находившихся здесь, он так и не приметил.
– Бывай, братишка. – Ган пыхнул неизменной самокруткой и протянул ладонь, сплошь покрытую точками от попаданий металла. – Вернись живым и невредимым.
– Бывай. – Енот пожал руку ему, Тундре и пошел в сторону выхода. На душе почему-то прокатилось что-то мерзкое. Они со Змеем уходили надолго, но все делали вид, что это не так. Как будто за домашним хлебом отправились съездить в ближайший поселок.
Сбежал вниз лестничке, за ним, не отставая, спустился Змей. В лагере было непривычно пусто. От транспортера Капитана доносились ругань и звуки загружаемых вещей. Что-то несколько раз лязгнуло. У грузовиков, все еще закрытых сеткой, натянутой по периметру походной столовой, виднелась кучка отрядных. Судя по муравьиному мельтешению с коробками, ящиками и вьюками, там тоже вовсю происходила погрузка. Енот не стал задерживаться, памятуя про указание Кэпа. Быстро прошел в сторону узкого прохода между «жнецом» и «скаутом» Жука. Уже когда они подходили, с брони спрыгнула высокая и подтянутая фигура. Мерлин, явно не дождавшись, решил проводить их, а из-за высоких колес выбрался Хан, отряхнулся и уткнулся в колени своего друга.
Таким вот незамысловатым образом, не сказав никому до свидания, Енот оказался за территорией лагеря. Бирюк, нацепивший из-за неожиданного похолодания свою серую куртку, ждал их около ближайшего взгорка, покрытого не отступающей перед осенью травой. Бородач чуть насмешливо окинул взглядами двух прикомандированных к нему чистильщиков и пошел за холм. Серый кисель уже полностью растащило резким ветром, дующим с северо-востока, и видимость была хорошей. Хоть что-то.
Лошадей не оказалось. Также, как и мулов, ослов или неожиданных зебр. Вместо них, накрытая куском маскировочной сети, за холмом стояла довольно длинная и высокая машина. Угловатые, совсем несмазанные, как у «скаута», очертания. Никаких торчащих стволов, давно ставших привычными в пустошах. Когда Бирюк махнул им рукой и сам первый взялся за шнуры, сдергивая сеть, стало заметно, что и фонарей тоже не видно. Машина, обладающая формой неправильной трапеции, очень походила на шишку. От верха и практически по середину широких и высоких покрышек сходились лепестками стальные тонкие плиты.
– Сверните сетку. – Бирюк покопался в карманах куртки. – Эй, пацан, отойди от крыла, быстрее, быстрее давай.
Змей, пытающийся рассмотреть это чудо, недовольно зыркнул в его сторону, но приказ выполнил. И вовремя. Бирюк наклонился к заднему крылу чудо механизма, скрежетнуло, с легким свистом из невидимых углублений вышел воздух. «Лепестки» пришли в движение. Часть лишь наклонилась, втягиваясь под днище, но в основном металлические пластины пошли вниз, вставая с легкими щелчками в скрытые пазы. Вся трансформация заняла не более пятнадцати-двадцати секунд. Перед весьма удивленным Енотом стоял один из самых необычных экземпляров автомобилей, когда-либо им виденных. А повидать их, с момента вступления в отряд, ему пришлось достаточно.
Больше всего машина напоминала багги, взятые Капитаном в последнюю экспедицию. Но несущая база смотрелась длиннее, каркас, собранный из толстых труб и прямоугольников, выглядел более прочным. Вынесенная наверх его часть украшалась вертлюгой, в которой очень просто опозналось крепление для пулемета. Сложившиеся пластины прикрывали пассажиров как минимум до уровня плеч. В кормовой части располагались, скорее всего, два плоских, плотно прилегающих к каркасу топливных бака, которые броневые «лепестки», сомкнувшиеся внахлест, защищали от попаданий пуль и более крупных снарядов. Над ними виднелась металлическая корзина, служившая багажником. Из нее Бирюк достал то, для чего захватил два цинка патроном.
«Гранит», двенадцатимиллиметровый длинноствольный монстр, с сеткой кожуха воздушного охлаждения, лязгнул, встав на положенное ему место. Бирюк оглянулся на Енота и Змея, застывших на месте:
– Чего стоим, мухи сонные, кого ждем? Енот, закинь цинки в багажник, возьми там короб, закрепи и заправь моего старика. Хотя нет, один цинк оставь в салоне. Возьми в багажнике заряжалку и мешок со звеньями. Пусть твой зеленый партнер удивит меня скоростью снаряжения ленты на ходу. Пустой короб внизу, под твоим сиденьем. Но, господин полоскун, тебе придется ехать стоя, оберегая и защищая нас. Понятно?
– Понятно. – Голоса обоих прозвучали в унисон.
– А чего мы такие невеселые, я не понял? – Бирюк осклабился. – Вас же не только что от мамкиной сиськи оторвали, чтобы так тормозить. Или я ошибаюсь? Быстро, быстро, мои юные обалдуи, живее перебирайте конечностями.
Енот полез внутрь. Бросил ранец на пол, сделанный из выкрашенных серой краской листов, держащихся на болтах. Перевесил за спину автомат, чуть не ударившись с непривычки о выступающие ручки «Гранита». В машине, несмотря на солидные размеры, было тесновато. Короб, неожиданно большой, с выдавленным посередине орлом, оказался тяжелым. Спасибо Мерлину за физическую подготовку и Гану за его уроки, которыми оружейник пичкал Енота при первой же возможности. Не пришлось тратить время, чтобы разобраться, что да к чему. С пулеметом этой системы знакомиться раньше не доводилось, но препятствием это не стало. Широкий металлический ящик уютно устроился на выступающей в сторону плоской платформе с ограничителем.
Подняв крышку, Енот протянул тяжелую ленту, чуть провисшую толстыми остроконечными снарядами. Гладкие и матовые головки блеснули красным. Про себя чистильщик только присвистнул, понимая, каким результатом может закончиться перестрелка для противника. Бирюк очень основательно подходил к проблемам безопасности. Неясным оставалось только отсутствие в экипаже машины постоянного стрелка. Ведь не мог же этот бородатый хам одновременно и вести и стрелять. Но забивать себе голову ненужным и неуместным вопросом Енот не стал. Сам собой разрешится в свое время.
– Готовы, кадеты? – Бирюк, закончивший перекур, сел на водительское сиденье.
– Да. – Енот покосился на Змея. Товарищ уже вскрывал металл, орудуя длинной «открывашкой». – Можем ехать.
– Ну, поехали тогда. Енот?
– Что?
– Не вздумай отпускать пулемет, парень.
И он поехал. Машина у него работала как хорошие часы. С секундной задержкой, лишь только повернулся ключ в замке зажигания, автомобиль рванул вперед. Еноту пришлось ухватиться за дугу, где крепилась вертлюга, чтобы не упасть, и одновременно придержать пулемет, решивший описать красивую окружность. Если бы у «Гранита» это получилось – физиономия Енота украсилась синяком. В лучшем случае. В худшем могли вылететь зубы или свернуться набок нос.