Конан-варвар. Новые приключения. Героическое фэнтези

© Andrey Mansurov, 2019

ISBN 978-5-4496-4879-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Конан и клад пиратов

– Проклятье! Клянусь кишками Эрлиха, этот засранец у меня до конца плавания будет драить казаны и чистить овощи на камбузе! – искры из глаз всё ещё сыпались, и Конан с раздражением ощущал, как огромная шишка на лбу быстро вспухает. Наверняка скоро будет размером с доброе яблоко, и к тому же с «радующим» глаз фиолетовым отливом… Нет, не то, чтобы она причиняла ему сильную боль – на это ему было, как всегда, плевать – просто казалось глупым получать раны и увечья не в доброй весёлой драке, или честном бою. Ну, или уж – во время лютого урагана…

Капитану, да и просто опытному морскому волку, каким, без сомнения, являлся варвар, неприлично получать шишки от собственного судна. Это выглядело даже как-то… Глупо. И унизительно.

Поэтому вполне понятное раздражение на идиота-рулевого, вдруг ни с того ни с сего заложившего среди ночи столь крутой вираж, что «Вестрел» чуть не обмакнул концы рей в воды южной части Западного моря, вылилось в весьма нелестные высказывания в адрес виновного. Высказывания эти в просторечье именуются крепкими просолёнными ругательствами. И именно их цветистостью и оригинальностью так гордятся – и не без оснований! – моряки вообще, и корсары в особенности. А уж про богатый лексикон киммерийца, пополненный в десятках стран и сотнях городов за годы странствий и приключений, и говорить не приходится. Грозный монолог, раздававшийся из его каюты не меньше минуты, слушали все дельфины и медузы в радиусе двух миль.

Убедившись наконец, что отделался лишь шишкой, Конан поднялся с пола капитанской каюты, и подошёл к ларю, где хранились Самые Нужные Вещи.

Ну, может, и не совсем нужные, но такие, что так или иначе накапливаются со временем у любого человека: эти дороги как память о приятных мгновениях, эти – могут пригодиться… Ну, когда-нибудь в будущем! А эти… Просто лень выбросить. Конечно, такая ситуация со старыми вещами характерна только для… пиратов.

Впрочем, вернёмся к киммерийцу. Он уверенной рукой схватил то, что сейчас считал просто жизненно необходимым – объёмистый бурдюк доброго вина!

Прохладный янтарный сок прославленных виноградников Коринфии если и не снял полностью боли и раздражения, то хотя бы помог утолить мучившую спросонья жажду, и просветлить голову, слегка – да, слегка! – затуманенную после вчерашних обильных возлияний.

Бросив наконец вновь надёжно закупоренный и сильно полегчавший бурдюк обратно, Конан шагнул за порог капитанской каюты. Располагалась она, естественно, на самой корме, и выходила прямо на главную палубу.

Киммериец уже проникся должной решимостью достойно наказать виновного в этом непонятном дурацком происшествии.

Однако снаружи его ждал ещё один неприятный сюрприз.

Нет, не в смысле испортившейся до лютого шторма погоды, или судна конкурентов, (А их у удачливой команды авантюристов всегда хватает!) или опасной близости единственной оправдавшей хоть как-то действия рулевого причины – предательских рифов и скал.

Ничего такого не наблюдалось. Почти полная луна на многие мили освещала совершенно пустую и мирную водную гладь. Океан вокруг казался совершенно тихим и спокойным – словно слегка увеличенный пруд в саду султана Ибрагима. Серо-зелёные бурунчики небольших волн игриво разбегались от форштевня корабля. Ровный и довольно крепкий ветер – явление приятное и редкое в этих коварных широтах, где зачастую нервы моряков неделями испытывает мёртвый штиль, иногда без всякого предупреждения сменяющийся свирепыми штормами! – подгонял «Вестрел» во всей красе полной парусности по направлению к намеченной Конаном цели.

Впрочем, если судить по звёздам, чёртов вахтенный не совсем точно придерживается указанного ему курса. Значит, тем хуже для него – заслуженного наказания не избежать!

Поднявшись на крышу своей каюты, где и располагались, собственно, капитанский мостик и штурвал, Конан обнаружил там полное отсутствие кого бы то ни было.

Массивное рулевое колесо шести футов диаметром свободно и словно весело крутило своими отполированными крепкими просолёнными руками моряков рукоятками то в одну, то в другую сторону, а «Вестрел», славящийся отличными мореходными качествами, чутко реагируя на малейшие отклонения румпеля, бодро, и, как показалось киммерийцу, даже как-то игриво, рыскал то вправо, то влево. Глаза капитана этого «весёлого» хулигана, при виде столь вопиющего на море безобразия, сильно расширились, а рёв мог бы разбудить и мёртвого, хотя он обращался только к своему помощнику:

– Велтран!!!

Первый помощник, он же и боцман, и суперкарго, и т.д., не замедлил появиться на сцене, выскочив, словно чёртик из коробочки, из люка на юте, где квартировал экипаж:

– Да, капитан, я здесь!

– Я рад, что ты здесь. Я просто счастлив, что ты здесь! А теперь я хочу услышать внятное и простое объяснение, почему чёртов вахтенный НЕ здесь! – не на шутку разъярённый Конан буквально рычал, передавая штурвал в руки поспешно вскарабкавшегося к нему по крутому трапу толстячка.

– Ума не приложу, Конан! В кубрике его тоже нет. Впрочем, я мог и ошибиться впотьмах. Там сейчас такое!..

У половины ребят попадали гамаки от рывка, и всё барахло тоже, и на полу настоящая каша! И, конечно, шум стоит страшный!

Конан не мог удержаться от улыбки, представив многоязычный гам и неразбериху, царившую сейчас в большом, но низковатом отсеке команды. Да уж, они молчать не будут! Лишь бы обошлось без серьёзных травм. Впрочем, падать в низком кубрике невысоко. Да и палуба деревянная – сильно не ударишься.

– Все там живы? – варвар внимательно осматривал море в кильватерной струе.

– Да живы-то все… Но пара-тройка расквашенных носов и сломанных рук, и шишки да помятые бока точно есть! Сейчас выстрою всех на палубе для осмотра и лечения, и хорошего разноса мерзавца Ингеза – это была его вахта!

– Хм… Мне нравится ход твоей мысли, помощник. Эй, Рнего, иди сюда! Встань пока к штурвалу. Держи на Корейн, – Конан показал на стоявшую уже низко над горизонтом зеленоватую звезду щупловатому, но обладавшему поистине соколиным зрением проворному зингарцу, следом за которым из люка постепенно выбирались, потирая ушибы и ссадины, и бережно прижимавшие к животу поломанные, похоже, руки, корсары.

Все они были в той или иной степени потрёпаны, помяты, и, разумеется, злы.

Как это водится среди пиратов, отчаянных буянов и храбрых вояк, своих чувств и мыслей они не скрывали, и на голову (и не только) злополучного немедийца было обрушено множество проклятий и призвано разнообразнейших способов и небесной и земной кары. Досталось и предкам вахтенного, и даже возможным потомкам.

Конан и Велтран провели быстрый осмотр контингента, с целью выяснения нанесённого ущерба.

Ерунда. Действительно, пара дюжин синяков и шишек, три расквашенных носа, и одна вывихнутая и одна сломанная рука. Вывих Конан вправил пострадавшему сам, переломом поручил заняться Эльдорну, старейшему и опытнейшему ветерану команды, совмещавшему успешно обязанности обычные – по нанесению ран и увечий врагам! – с противоположными в отношении своих: то есть, судового лекаря.

Остальные сорок три человека были отправлены обыскивать трюмы, и вообще, всё, что можно обыскать на корабле, с приказом «достать этого мерзавца» хоть из-под земли!

Но в данном случае казалось разумней сказать – из-под воды…

Поиски не увенчались успехом. Злополучный немедиец как в воду канул. Через пятнадцать минут, когда судно было тщательно обыскано от клотика до киля, и от бушприта до румпеля, пришлось признать очевидное: что он именно это и сделал. Странно.

Впрочем, чего не бывает в океане.

Например, захотел человек справить малую нужду, чуть перегнулся через борт, а тут налетел крохотный шквал, и!.. Или просто – заснул у штурвала, прямо стоя – бывало и такое! – попятился, споткнулся о перила, да выпал…

Разочарованный и раздосадованный столь глупой потерей верного товарища, киммериец приказал помощнику назначить нового вахтенного, и отправил всех досыпать – до подъёма ещё оставалось часа три.

Сам же он удалился в свою каюту, недоумевая, как такой опытный и прожжённый моряк как Ингез, мог вот так запросто «упасть за борт».

К сожалению, приходилось признать бессмысленность попыток вернуться и попытаться спасти упавшего: ведь неизвестно, когда это случилось, и сколько миль, и в каком направлении, или – направлениях после этого прошло неуправляемое судно. К тому же знаменитые своей кровожадностью акулы Западного моря делали судьбу попавшего в эти воды заранее предрешённой, и не слишком счастливой… Будем надеяться, что несчастный страдал не слишком долго.

Запалив масляный светильник, Конан придвинул табурет к огромному столу, и принялся вновь изучать морские карты, разложенные на нём.

Конечно, вот этим двум доверять особо не стит. Поскольку это – копии с копий копий, составленных ещё тогда, когда их составители верили в существование гигантского змея Растроба, птицы Нандас, и чудовищной рыбы Зух-зух: их крохотные, но чётко прорисованные фигурки украшали карты в соответствующих местах… Но вот эта вполне надёжна. И хоть сам он раньше в этих водах не плавал, опыту и верной руке мудреца Эпунисса доверял вполне – старый картограф-энциклопедист составлял свои Кодексы только на основе проверенных и перепроверенных рассказов и чертежей , годами расспрашивая лучших моряков и капитанов. Недаром же даже коронованные особы заказывали ему карты – как для мирных, так и для не совсем мирных целей. о очевидцев

Само-собой, и Конану она обошлась недёшево. Но он не жалел денег за информацию, на которую можно полностью полагаться.

Вот, например, остров Прклятых Душ, где они вчера запаслись пресной водой. Хотя никто из его команды тут никогда не бывал, располагался он точно на том самом месте, где и нарисован, с пометкой «ненаселен». Отлично… было бы – если б не маленькая пометочка: «Прклят, избегать высадки (?)». о о

Впрочем, вода оказалась отличной, и никто им не встретился.

Ладно. По расчётам киммерийца выходило, что при попутном ветре, если он удержится, они будут на месте дней через шесть-семь. А там останется только лечь в дрейф, затаиться, и ждать. Ждать, когда караван с торговыми судами, или отдельный смелый и ничего плохого не подозревающий купеческий корабль с ароматными благовониями, ценнейшей древесиной, и потрясающими драгоценными камнями полулегендарного Пунта и Зулу, сам придёт прямо в руки отчаянной команды Конана…

И никто этим несчастным торговцам тогда не поможет!

От приятных мечтаний варвара оторвал несколько прозаичный стук в грубую толстую дверь.

Уже зная, кто это может быть, Конан буркнул:

– Входи, ты же знаешь, что открыто!

Велтран бочком вплыл в низковатую, как и кубрик, но просторную капитанскую каюту. Он явно мялся и чувствовал себя не в своей тарелке. Значит, предстоит тяжёлый конфиденциальный разговор. Хорошо, послушаем. Ну, начинай, старый лис.

Чтобы облегчить помощнику задачу, Конан бросил на стол бурдюк, и, достав ещё одну кружку, могучей рукой припечатал усатого хитреца к табурету. Тот не заставил себя долго упрашивать, и быстро налил и выпил – за здоровье Конана, конечно! – с явным наслаждением.

– Э-эх, спасибо! Да, этого мне и не хватало! Капитан… Можно с тобой поговорить?

– Валяй, Велтран. Ты же знаешь – я ценю тебя и как помощника, и как друга. И советы твои ценю. Я, собственно, ждал тебя. Ну, выкладывай, что там у нас стряслось?

– Э-э… Спасибо, Конан. Так вот. Ребята немного разнервничались из-за этого странного исчезновения. Кое-кто думает, что это может быть местью Духов этого, ну… острова… Проклятых Душ! Говорят, они всегда взимают кровавую дань с рискнувших зайти к ним кораблей! Ведь в легендах об этом острове…

– Э, перестань, прошу тебя! – перебил Велтрана рассерженный Конан, – Ну, ладно, когда старый мошенник Эльдорн травит ребятам свои бородатые байки про Дхов островов, чаек со стальными перьями, и морского Дракона – но ты! От тебя, такого ушлого и практичного – не ожидал! у

– Но ведь даже ты не станешь отрицать очевидного, капитан: у нас никогда прежде не бывало! Чтобы при слабом ветре, ясном небе, и в абсолютно пустом океане – кто-то сам по себе выпал за борт… – Велтран выразительно покачал головой. такого

– Ну и что? Да мало ли… Он мог уснуть. Мог размечтаться. Мог, наконец, захотеть умыться, напиться, или… наоборот! Вот именно. Свесился за борт чуть дальше обычного, а тут – качнуло – ну и…

В любом случае не вижу причин приплетать сюда каких-то дурацких мстящих духов и их проделки! Да и от острова мы уже отошли миль на сто…

– Но ты же сам отлично знаешь, капитан – что-то с этим районом Западного океана не в порядке! Не просто же так здесь до сих пор почти никто не плавает! Мы – мы первые рискнули появиться здесь чуть ли не за пятьдесят последних лет. Или ты считаешь, что остальные береговые братья глупее нас, и не догадывались, что здесь можно неплохо поохотиться и наживиться?!

– И – что? Ты хочешь мне доказать, что их удерживали твои глупые легенды о мстящих духах и кровожадных морских чудовищах? – Конан нахмурил густые брови.

– Ну… – Велтран прикусил было губу, но решился, – В общем, да! И это не только легенды. О чудовищах – не знаю, а вот о Духах – это…

– Довольно, Велтран! – Конан разозлился уже всерьёз, – Сейчас ты скажешь, пожалуй, что это – правда! Не зли меня дурацкими байками и детскими сказками! Они хороши только в таверне, после десяти-пятнадцати кружек доброго вина! Конечно, моряки – народ суеверный… Но не до такой же степени! Ты сам видел остров. И все видели. И что, много ты заметил духов, а? Вот то-то! Там нет даже коз или оленей. А людей – тем более! А Дхи не возникают, пока люди их не придумают! Ха-ха-ха! – киммериец как никто другой знал цену людским суевериям, – Ну, что там у тебя ещё? у

– Больше ничего, Конан. – по глазам помощника, вдруг как бы угасшим и погрустневшим, Конан понял, что тот расстроен, но не придал этому значения. Сам он во все эти глупые и таинственные истории и побасёнки о далёких заколдованных островах и прклятых морях не верил. о

Горький опыт научил его тому, что лишь в одном-двух случаях из ста легенды о прклятых сокровищах, или призраках-духах имеют под собой хоть какую-то реальную основу. Да и то – обычно очень далёкую от того, что рассказывают любители приврать, или приукрасить свои, или чужие подвиги… Да и самому ему пришлось убить несколько – нет, конечно, не духов! – а гнусных злобных тварей, водившихся на отдалённых островах. о

Но это были только, вот именно – твари! А не какие-то там мифические дхи-мстители… Так что остальные девяносто восемь историй были обычно лишь занимательным фольклором, выдумками моряков, старающихся или пустить пыль в глаза сухопутным крысам, или девицам покрасивей в кабаках, или… у

Было тут, конечно, ещё одно «или…»

Умный человек мог пустить такую странную легенду для того, чтобы отпугнуть незваных чужаков от мест, где были спрятаны – вот именно! Временно спрятаны, пока не представится возможность забрать их! – настоящие сокровища, происхождение которых, скажем так, не совсем легально: ну, к примеру, награбленное, украденное, добытое обманом… Клад пиратов, проще говоря.

В этом смысле, возможно, остров Потерянных Душ и мог претендовать на звание такого места. Ведь ни для кого не секрет, что здесь базировался Астиг Безухий, необычайно жестокий и удачливый даже по меркам Берегового Братства, головорез.

Впрочем, винам Барадеза Аргосского его кровавая слава не помешала вырезать поголовно всю его команду прямо на этом самом острове – вернее, на корабле, заблокированном в бухте острова… Конечно, награбленные за долгие годы сокровища могли быть, и даже почти наверняка были где-то на этом острове! о

Но вот – найти их! Ха-ха. Попробуйте обыскать огромный – мили четыре на две, скалистый, и заросший буйными тропическими джунглями, остров – силами всего сорока человек их команды, когда даже два полка Барадезской армии ничего не нашли…

Нет, вот как раз такие авантюры Конан и считал верхом глупости: искать чёрную кошку в тёмной комнате, с завязанными глазами, да ещё не зная – тут она, или давно сбежала. Вот если бы в их руках была карта…

Чёрт! О чём это он?.. Размечтался! А все сказочки старого хрыча Эльдорна! Надо получше выспаться, и всё пройдёт.

– Ладно, старый морской волк, раз ничего – ступай спать! И не лезь больше ко мне с этими бреднями про духов и прочую нечисть. И команду успокой. Остров давно позади. А вот если этот старый идиот Эльдорн будет ещё пугать ребят, клянусь печенью Неграла, не поленюсь вернуться, и высадить его там – пусть-ка разберётся со своими духами!

Всё, отбой!

– Как прикажешь, капитан. – в голосе его реалистичного и умного помощника ещё сквозили сомнение и разочарование.

Когда дверь за Велтраном закрылась, киммериец подумал, что экипаж его явно засиделся без дела: скука, и энергия, которую некуда девать, побуждает искать какое-то применение силам. Если не на стычки и драки, которые капитан Конан категорически в море запретил до встречи с противником, так хотя бы на щекотание воображения страшными байками, которых у изобретательного старика всегда имелся изрядный запас.

Пожалуй, зря он его взял – несмотря на весь его опыт и удачливость, умственные способности от выпитого рома и жарких схваток явно пострадали. Может, он и сам уже начинает потихоньку верить в то, что рассказывает? Или таким способом Эльдорн хочет поднять уважение к себе, компенсировать, так сказать, безвозвратно уходящие силы?

Нет, обычно со стариками-пиратами таких проблем не возникает: они просто не доживают до старости. А те, кто поумнее, хапнув куш, бегут от моря куда подальше…

Ну ладно. Завтра – вернее, уже сегодня! – он всем засидевшимся найдёт дело! Скучно не будет никому! Особенно – главному рассказчику!

«Вестрелу» будет полезно. А команде – приятно. Или, скорее, наоборот.

Большая уборка на судне – это вам не шутки!

После завтрака Конан, как капитан, провёл церемонию символических похорон.

Один из балластных камней из трюма, обёрнутый в койку покойного, со всеми подобающими церемониями опустили за борт. Конан, помянув почившего верного товарища и его подвиги, добрыми (по мере возможности) словами, пожелал Ингезу всяческих благ в загробной жизни.

Все молча помолились. Так как команда была весьма разношёрстной, молиться вслух Конан запретил – чтобы избежать разноязычной тарабарщины, и не обидеть никого из представителей самых разных верований, которых придерживались пираты.

Затем состоялась капитальная уборка.

Да, провели её капитально – то есть, сделали всё, что положено, на совесть!

Конан лично проследил за всем, и недоделок не оставил: всё на судне было приведено в полный порядок. До захода солнца потрёпанный в десятках битв и походов «Вестрел» драили и тёрли так, как, наверное, никогда ещё не драили. Запасы пемзы, песка, строевого лса, и тряпок солидно похудели. Выглядел их корабль теперь так, словно только что сошедший со стапелей, новый и ещё не опробованный в походах и штормах, парусник, а не просолённый и повидавший виды бывалый ветеран. е

Киммериец остался доволен результатом: теперь и корабль сияет, и кучу старого хлама отправили за борт, и такелаж привели в порядок, и команде ночью будет не до глупых россказней. У всех теперь только одна мечта – поесть и… В койку!

Но на всякий случай он всё же приказал Велтрану вахтенных назначать по двое.

Поэтому двоих его команда этой ночью и лишилась.

Ужасный вопль мгновенно разбудил чутко спавшего варвара. Ведь подсознательно он был готов к чему-нибудь такому. И даже меч свой положил заранее поближе к койке, даже вынув его из ножен.

Неудивительно поэтому, что он первым оказался снова у штурвала. Естественно, опять пустого.

Но даже по-кошачьи острое зрение варвара-киммерийца ничем не помогло: ни малейшего следа в пучине за кормой от двоих исчезнувших моряков он не разглядел. Тем не менее он заложил крутой вираж, подняв всех на реи, и часа два утюжил чёртово место в поисках тел, или хотя бы одежды.

Они ничего не нашли: словно это и вправду – Духи забрали его вахтенных в небесные чертоги Валгаллы, или в подземелья ужасного Мардука. Что казалось вероятнее, учитывая земные «подвиги» членов его отчаянной команды.

Теперь было о чём призадуматься и Конану. Поэтому оставив на палубе шестерых полностью вооружённых и настороженных пиратов, так, чтобы они могли просматривать всю поверхность моря, и следить друг за другом, он уже сам пригласил Велтрана к себе.

«Вестрел» же вновь следовал прежним курсом.

В капитанской каюте оба какое-то время молчали, традиционным способом помогая мыслям начать работать лучше.

Когда бурдюк опустел, и в кружку упала последняя капля, Конан, свирепо буравя горящими глазами своего скромно помалкивающего помощника, приказал:

– Ну, говори! Я же вижу, у тебя есть своё мнение.

– Да, капитан, есть. Но ты ещё вчера запретил говорить о Дхах острова… у

– Р-р-р!.. – рёв Конана явно продемонстрировал, что он не оценил юмор собеседника, – Да, запретил! И сейчас, клянусь селезёнкой Хуршида и задницей Дзукки, запрещаю! Мне нужен не стариковский бред, а нормальное, объяснение! Такое, которое не притягивало бы сюда за уши бесплотных духов! Духи людей не едят! разумное

Поэтому вначале ещё раз хорошо подумай, а потом скажи – что, или, верней, кто из морских обитателей может действовать таким способом?

Потому что это кто-то, водящийся только ! здесь

– Н-ну… Есть, конечно, у меня некоторые соображения. Но, боюсь, Конан, они тебе тоже не понравятся.

– Ладно, – уже вполне миролюбиво усмехнулся киммериец, – Выкладывай, не бойся! Кусаться не буду!

– Хорошо. – вполне серьёзно отозвался Велтран, словно и вправду побаивался Конанских мощных зубов, – Тогда я расскажу то, что лет восемь… или двенадцать… Хм, – неважно – назад, слышал в одном кабаке в Мессантии. Там мы подрались с одним… чёрт, имя тоже не помню… Словом, с одним торговцем! А ему рассказали те, кто доставлял ему товар. Хороший товар. Из-за моря. Конечно, он не желал называть имён, или названий кораблей, а я… Пытался схитрить, поил его… Щедро… Ну, и, как бы – ему не поверил…

Правда, подрались мы не из-за этого, а из-за одной… Впрочем, это всё не важно. – Велтран тряхнул головой, разгоняя хмель и видения былых времён и забав, – А важно то, что он рассказал, когда был уже достаточно пьян, чтобы начать хвастать, но достаточно трезв, чтобы держать язык за зубами насчёт своих поставщиков и тёмных делишек.

Так вот, он – Талцетлкоптал было его имя, вот вспомнил! Если только я правильно произношу его на трезвую голову, – Конан скептически посмотрел на своего «трезвого» помощника, но от комментариев воздержался, – получал то, за чем, собственно собрались охотиться и мы, от какого-то своего дальнего родственника. А тот плавал пару раз в год к берегам Зулу, а товар сбывал через Талцелкаполта… (Тьфу, чёрт, язык сломаешь!) – Велтран счёл нужным помочь своему многострадальному языку добрым глотком, – и тот вёз товар уже по суше через Аргос, дальше – в Офир и Немедию.

– Мне плевать, куда и как сбывал твой Такопатлоп свой товар – переходи, наконец, к сути! Кто живёт в этих водах, Неграл его раздери! – Конан нахмурил брови.

– Ага! Кто-то здесь, похоже, и вправду живёт. Потому что он тогда сказал, что только очень крупные и… высокобортные суда могут сравнительно безопасно пересекать эти воды.

И всё равно – большинство купцов предпочитают не рисковать, и плыть в обход, или вообще ехать по суше! Хоть это занимает на четыре-пять месяцев больше. Сам знаешь – моряки не такой народ, чтобы что-то делать зря! А живут здесь такие рыбы – не рыбы… Тьфу, зараза, опять забыл, как он их называл, а ведь, вроде, только с утра припоминал…

Ну да ладно, не в названии дело! – Велтран опять подкрепил эту мудрую мысль солидным глотком, – У рыб этих огромный круглый живот, гладкая кожа – да, не чешуя, а именно кожа! – и, главное! – длинная гибкая шея с волчьей пастью на конце! Так вот, они будут ещё пострашней акул, потому что могут не вылезая из воды достать человека с помощью своей длинной, похожей на змеиную, шеи, прямо с палубы судна! И очень сильны. Охотятся они, вроде, не стаями, а поодиночке. И если такая тварь найдёт подходящую добычу, ну, то есть, корабль, до палубы которого достаёт, то она будет преследовать его до тех пор, пока всех не сожрёт!..