Медсанбат КМБ. Комедия

Глава 2

В пять утра в расположения вошёл дежурный по роте, он включил свет и громко прокричал:

– Рота, подъём!!!

После чего младший сержант начел счёт:

– 5.

– 10.

– 15.

– 20.

– 25.

Солдаты спешно одевались, за исключением сержантского состава – те неторопливо встали с кроватей и начали одеваться. Младший сержант протяжно продолжал свой счёт:

– 30.

– 35.

– 40.

– 45, стройся!!!

Солдаты построились, на одних были сапоги, но не было кителя, на других – сапоги и китель, но не было брюк; кто-то стоял вообще в одних трусах и сапогах. Как и положено, в армии дальнейшую инициативу по воспитанию молодёжи взял на себя старший сержант Наливайко. Он окинул бойцов своим командирским взглядом. Покачивая головой, старший сержант Наливайко только собрался толкнуть речь, тут он плавно перевёл взгляд на кровать одного из бойцов. На втором ярусе, полностью накрывшись одеялом и мило посапывая, спал Руслан Казаков. Глаза старшего сержанта Наливайко налились кровью, его возмутило то, что на втором ярусе беззаботно спит боец. Старший сержант Наливайко подошел к кровати парня и толкнул её, Руслан откинул с головы одеяло и невозмутимо спросил:

– Что, пора вставать?

Лицо старшего сержанта Наливайко покраснело, и он возмущённо скомандовал:

– Рота, отбой!!!

Солдаты разделись, легли на свои кровати, накрылись одеялами, затихли. Старший сержант Наливайко шёл не спеша, застегивая пуговицы на своём кителе. Он встал ровно посередине и сказал:

– Ну что, девочки, всё печально. Будем тренироваться. Затем скомандовал «Рота, подъём!!!: и начал вести счёт:

– 5.

– 10.

– 15.

– 20.

– 25.

Солдаты спешно одевались, старший сержант Наливайко протяжно и издевательски продолжал свой счёт:

– 30.

– 35.

– 40.

– 45, стройся!!!

Всё повторилось, никто не успел толком одеться, и так раз сорок. После команды «отбой» многие пытались лечь в одежде, но их сразу же вычисляли. И вот произошло небольшое чудо: почти все успели одеться или, скорее всего старшему сержанту Наливайко поднадоело, но он решил одну часть бойцов оставить для уборки помещения роты, а остальные с голым торсом побежали вслед за ним на спортплощадку. Трехкилометровая пробежка вокруг спортплощадки, турники, и бегом обратно в расположение роты. Парни вбежали на второй этаж и не узнали свое расположение: полы блестели, в помещении роты веяло свежестью. Все спешили в умывальник, чтобы смыть пот после утренней пробежки; в туалете всё блестело, латунные краны, казалось, были покрыты золотом, кафель на стенах и полу, словно только что положили, раковины были белоснежные. Туалет чистотой не отличался, там также всё сверкало. После непродолжительных водных процедур их ждало построение на завтрак. Старший сержант Наливайко привёл личный состав роты в обитель солдатского общепита, бойцы в столовой заняли свои места за столами; в животах у них всё урчало от голода. Здесь молодых парней ждало полное разочарование: на столах стояли тарелки с перловой кашей (в простонародье – дробь 16), чай (в чайнике плавали ошмётки вечернего киселя), лежал хлеб и таблетка масла. Непонятно, что побросали они в свои желудки, после чего прозвучала команда:

– Окончить приём пищи!!!

Солдаты всю дорогу шли до казармы и ворчали, выражали своё недовольство завтраком в столовой. Они поднялись в расположение роты, и дежурный по роте прокричал:

– Рота, строиться!!!

Личный состав роты построился, старший сержант Наливайко вчера ещё помогал, подсказывал, советовал, прошёлся вдоль строя с недовольным видом, посмотрел на бойцов, остановился посередине строя. Он словно сорвался с цепи и начал возмущенно кричать:

– Что, духи, расслабились?! Вы не духи, вы ещё запахи! Пять дней расслабона прошли! Сейчас вешайтесь!

– Товарищ старший сержант, разрешите вопрос? – спросил Степан.

– Отставить все вопросы! – ответил старший сержант Наливайко.

– Товарищ старший сержант, мы вчера вечером прибыли. Это не пять дней, как-то не по-честному? – спросил Степан.

– Я сказал, отставить все вопросы! – возмущенно ответил старший сержант Наливайко.

– Товарищ старший сержант… – настойчиво повторил Степан.

– Рядовой Руль, тебе непонятно, что за вопрос? Если я сказал «пять дней» – значит, пять дней?! Кому что не ясно? Молчите – значит, всем ясно!!! Вам пара отвыкать от маминых котлет!!! Вы – никто, и звать вас никак!!! – возмущенно ответил старший сержант Наливайко.

Вынос мозга новобранцев продолжался около получаса, старший сержант Наливайко не стеснялся в выражениях. В расположение роты вошёл майор, в левой руке у него был журнал. Солдаты увидели его, и тогда у них появилась небольшая надежда, что мозгоправка уже точно закончится. Сержант Безчетвертной увидел командира роты, встал по стойке «смирно», уверенно приставил руку к виску и скомандовал:

– Рота, смирно!!!

Старший сержант Наливайко, приставив руку к виску, словно по команде «налево», повернулся лицом к входной двери в расположение роты, и подойдя строевым шагом к майору, доложил:

– Товарищ майор, личный состав роты – согласно распорядку, лиц, незаконно отсутствующих, нет, я провожу дисциплинарно-воспитательную работу с личным составом!

Майор неспешно прошёл вдоль шеренги. Старший сержант Наливайко шёл рядом. Они остановились посередине, и командир роты, не убирая руки от виска, произнёс:

– Здравствуйте, товарищи солдаты!!!

– Здравия желаю, товарищ майор!!! – ответили в один голос бойцы.

– Вольно!!! – в ответ скомандовал майор.

Личный состав расслабился, командир роты посмотрел и заговорил спокойным голосом:

– Что мне вам сказать? Всё печально, но не совсем. Я полностью согласен со старшим сержантом Наливайко. Вас оторвали от сиськи матери, вам сейчас тяжело, у вас проходит процесс адаптации, но это нормально. Да, подъём в пять, это тоже нормально: вы попали служить в особую климатическую зону, днём температура здесь парой поднимается до +45, а на солнце – ещё больше; днём солнце печёт, дышать просто нечем, зато отбой у вас в девять. Утренняя зарядка и пробежка – это для вашего же здоровья, всё для вас. Армия из маменькиных сынков делает настоящих мужчин. Теперь насчёт питания: у меня в журнале приказ МО СССР. Слушайте внимательно, я зачитываю дословно. Приказ МО СССР. №445 1990 года.

Нормы суточного довольствия военнослужащих сухопутных войск Советской Армии.

Количество на сутки:

Допускается замена свежего мяса мясными консервами из расчета вместо 150 грамм мяса 112 грамм мясных консервов, рыбы – рыбными консервами из расчета замены 100 грамм рыбы 60 грамм рыбных консервов. Ну, и так далее. Вопросов по питанию нет? В нашей части питание лучше, чем в других частях, поверьте мне. С питанием разобрались, теперь – о главном. В роте четыре взвода: левая сторона – два взвода терапии, правая сторона – два взвода хирургии. Командир первого взвода – лейтенант Кобелев, заместитель командира взвода – старший сержант Наливайко. Командир второго взвода – лейтенант Шубин, заместитель командира взвода – сержант Безчетвертной. Командир третьего взвода – старший лейтенант Серых, заместитель командира взвода – младший сержант Зажигалкин. Командир четвертого взвода – старший лейтенант Шабанов, заместитель командира взвода – младший сержант Засуха. Я – командир роты, мои заместители: капитан Столяров, капитан Шмелёв. Старшина роты – старший прапорщик Скоробогатько, он в отпуске, временно исполняющий обязанности старшины роты – старшина Изломов. Вопросы есть?

– Никак нет!!! – в один голос ответили солдаты.

Командир роты окинул взглядом бойцов, и сказал:

– Я, ознакомился с вашими личными делами, впечатлён. Рядовой Руль.

– Я! – ответил Степан.

– Ты без пяти минут врач; почему три месяца не доучился, сменил кабинет на армейскую койку? – поинтересовался командир роты.

– Честно, причина банальная, – ответил Степан.

– Ну, расскажи, – глядя на парня, сказал с ухмылкой командир роты.

– Что рассказывать-то? Препод увёл мою девушку; я ему – в рыло, и меня отчислили. Всё так просто, – ответил Степан.

– Ну и дурак! Есть прекрасная поговорка: «Если сучка не захочет, кобель не вскочит», – глядя на парня, сказал с ухмылкой командир роты. Затем посмотрел на бойцов и сказал:

– Рядовой Драный!

– Я! – ответил Юрий.

– Ты тоже без пяти минут врач, почему четыре месяца не доучился, сменил кабинет на армейскую койку? – поинтересовался командир роты.

– У меня всё просто: завалил сессию, – ответил Юрий.

– Всё понятно, двоечник, – ухмыльнулся командир роты. Он подробно опрашивал новобранцев, которые не доучились в институтах; таких оказалось немало. Ещё больше было парней, которые не доучились в училище. Среди новобранцев также были парни, получившие образование медбратьев, лаборантов, и даже несколько ветеринаров, и были парни просто со средним образованием – в это число входил и Руслан Казаков. После подробного опроса новобранцев командир роты дал сержантам списки личного состава взводов, сам отлучился на час. Старший сержант Наливайко зачитал список взводов, дал на всё про всё новобранцем десять минут, чтобы они собрали в своих тумбочках личные вещи и постельные бельё и заняли койки по новому списку взводов. Все засуетились, и командир роты, словно колоду карт, перетасовал солдат. Восемьдесят молодых парней спешно собирали свои вещи, переносили на новые места, сбивая друг друга с ног, а сержанты стояли в сторонке, наблюдали и поторапливали:

– Давай, быстрей!!!

– Поторапливаемся!!!

– Что вы, как беременные каракатицы!?!

– Осталось пять минут!!!

– Быстрей шевелим батонами!!!

– Осталось, три минуты!!!

– Осталось, одна минута!!!

– Рота, стройся!!!

Новобранцы построились, сержанты сидели на кроватях, старший сержант Наливайко встал, прошёлся вдоль шеренги, небрежно посмотрел на личный состав и только собрался произнести речь в своём репертуаре, как в это время в расположение вошли офицеры: командир роты, его заместители и командиры взводов. Сержанты увидели офицеров, резко подорвались, встали в строй во главе своих взводов. Старший сержант Наливайко не растерялся, скомандовал:

– Рота, равняйсь! Смирно!!!

Старший сержант Наливайко приставил руку к виску, отдал честь, словно по команде «налево», повернулся лицом к входной двери в расположения роты, строевым шагом подошел к офицерам и доложил:

– Товарищ майор, личный состав роты – согласно распорядку!!!

– Вольно!!! – скомандовал в ответ командир роты, он и офицеры прошли вдоль шеренги, остановились посередине. Майор посмотрел на личный состав роты и спокойным голосом произнёс:

– Молодцы, всё успели.

Командир роты представил всех офицеров, открыл журнал, который у него был в руках и назначил командиров отделений. Руслан Казаков, Юрий Драный и Степан Руль попали в первый взвод терапии, во взводе была «сборная солянка» со всех уголков огромной страны. Степан Руль был очень удивлен, что командир роты назначил его командиром отделения. В подчинении у него было девять бойцов: Руслан Казаков, Юрий Драный, Сергей Лысый, Тахир Нигматов, Виктор Королёв, Николай Олейник, Хабибулла Хабибуллин, Хусейн Назаров, Василий Журбин. Командир роты много говорил, пытаясь подробно донести, что армия из несмышлёных мальчишек делает настоящих мужчин и защитников Родины, что впереди у новобранцев десять дней карантина, и за это время им предстоит выучить присягу и устав от корки до корки, разборку и сборку автомата «Калашников», обязательную программу строевой подготовки и песню «Катюша». На десятый день – полигон стрельбы, одиннадцатый день самый ответственный – присяга. Майор говорил без остановки, он словно толкал речь с трибуны, промывал всем мозги до самого обеда. Командир роты в 12.00 прекратил промывку мозгов, дал команду разойтись, и офицеры ушли. Прозвучала команда «построение на обед», далее – поход в столовую. Обед оказался приличным: суп рыбный с оттенком рыбы, картофельное пюре, рыба отварная, квашеная капуста, хлеб, чай. После столовой наступил настоящий КМБ (курс молодого бойца), сержанты раздали каждому бойцу устав, заставили заучивать его от корки до корки. К вечеру жара спала, прозвучала команда старшего сержанта Наливайко:

– На улицу, бегом марш!

– Строиться!

Плац, строевая подготовка; ноги новобранцев гудят, пот с них течёт градом, и раздаются постоянные команды старшего сержанта Наливайко:

– Равняйся, смирно!

– Налево!

– Направо!

– Делай раз!

– Делай два!

– Тянем ногу!

– В расположение – шагом марш!

Новобранцы под руководством своих отцов-командиров прибежали в расположение роты – и сразу в умывальник, смывать с себя пот, далее – построение на ужин, и после – снова плац, до отбоя.

В пять утра прозвучала самая неприятная команда:

– Рота, подъём!!!

После чего старший сержант Наливайко начел счёт:

– 5.

– 10.

– 15.

– 20.

– 25.

Солдаты спешно одевались, старший сержант Наливайко протяжно продолжал свой счёт:

– 30.

– 35.

– 40.

– 45, рота стройся!!!

– Рота, отбой!!!

– Рота, подъём!!!

И так раз двадцать старший сержант Наливайко оставил второй взвод в расположении роты для уборки помещений, а остальные новобранцы с голым торсом побежали за старшим сержантом Наливайко на спортплощадку. Трехкилометровая пробежка вокруг спортплощадки, турники, бегом обратно в расположение роты, умывальник, столовая; после завтрака – плац, чеканить шаг, строевая подготовка ноги бойцов гудят, пот с них течёт градом, а старший сержант Наливайко, продолжал выкрикивать команды:

– Налево!

– Направо!

– Делай раз!

– Делай два!

– Тянем носок!

Солнце поднялось, начало припекать, прозвучала долгожданная команда:

– В расположение – шагом марш!

Новобранцам остаётся дойти до казармы тридцать метров, старший сержант Наливайко громко подает непонятную команду:

– Вспышка справа!!!

Бойцы остановились, осмотрелись по сторонам, не понимая, что за вспышка, да ещё и справа. Глаза старшего сержанта Наливайко налились кровью, лицо его покраснела, он закричал, как потерпевший:

– Что остановились?! Почему команду не выполняете? А?! Что, нюх потеряли?! Объясняю первый и последний раз: по команде «вспышка справа» всем, независимо от месторасположения, резко развернуться в противоположную сторону, лечь на землю, закрыть кистями рук глаза. Всем всё ясно!

– Так точно, товарищ старший сержант!!! – ответили в один голос бойцы.

– Вспышка слева! – скомандовал старший сержант Наливайко. Бойцы аккуратно легли на землю, кистями рук закрыли глаза.

– Понятно. Будем отрабатывать. Встаём! – возмущённо произнёс старший сержант Наливайко, после он начал выкрикивать команды:

– Вспышка справа!

– Вспышка слева!

– Вспышка справа!

– В расположение – шагом марш!

Вот она, казарма, вот он, дом родной! Штудирование устава, далее – построение на обед. После столовой старший сержант Наливайко повел личный состав роты на склад химического имущества. Начальник склада прапорщик Уваров быстро подбирает по размеру новобранцем ОЗК (общевойсковой защитный комплект), противогазы. Бойцы смотрели на химзащитную амуницию, задаваясь вопросом:

«Зачем? Для Чего?»

Начальник склада прапорщик Уваров провёл краткую лекцию о том, для чего и зачем нужен ОЗК:

– Общевойсковой защитный комплект (ОЗК) в сочетании с фильтрующими СИЗК предназначен для защиты кожных покровов личного состава от ОВ, РП, БА, а также для снижения заражения обмундирования, снаряжения, обуви и индивидуального оружия. При заблаговременном надевании ОЗК повышает уровень защищенности кожных покровов от СИЯВ, огнесмесей и открытого пламени, а также ослабляет разрушающие действие термических факторов на расположенные под ним предметы экипировки.

Он показывал на стендах правильность надевания ОЗК, укладки и транспортировки. Прослушали краткий курс, получили защитные комплекты. Затем – построение на улице, после чего – прогулка на специальную площадку (химгородок). Старший сержант Наливайко на собственном примере показал правильность надевания ОЗК, а затем попросил всех надеть. Когда все надели ОЗК, он приказал снять и сложить. Всё так просто, ничего сложного, но не тут-то было! Вот где началась веселуха! Прозвучала команда старшего сержанта Наливайко:

– Рота, газы!

– Химзащиту одеть!

– Вспышка справа!

– Вспышка слева!

– Вспышка справа!

Полоса препятствия; два часа ада, жара, пот заливает новобранцам глаза. Старший сержант Наливайко сменил гнев на милость, скомандовал:

– Отбой газы!!!

Бойцы сняли химзащитную амуницию ОЗК, сложили её, после чего старший сержант Наливайко скомандовал:

– Рота, строиться!

Личный состав роты построился; форма была вся мокрая, пот тёк градом. У бойцов было одно желание: надеть ОЗК на старшего сержанта и проделать всё с ним. Успокаивало лишь то, что осталось немножко потерпеть до конца карантина, потом – присяга, и этот ад закончится. Старший сержант Наливайко прошёлся вдоль строя, посмотрел на измученных и обессилевших бойцов и ехидно проговорил:

– Что, вы думали, в сказку попали. Это армия. «Тяжело в учении – легко в бою», как говорил великий полководец Суворов.

В ответ – полное молчание. Не дождавшись ответа возмущений, старший сержант Наливайко повел личный состав роты на склад химического имущества сдавать ОЗК. Начальник склада прапорщик Уваров принял химзащитную амуницию, после чего старший сержант Наливайко скомандовал:

– Выходим строиться на улицу!

Личный состав роты построился, старший сержант Наливайко посмотрел на измученных после занятий в химгородке бойцов и скомандовал:

– Налево в казарму – шагом марш! Песню запивай!!!

Новобранцы хором запели песню «Катюша». Навстречу им шёл командир роты. Старший сержант Наливайко, увидев его, уверенно приставил руку к виску, отдал честь и скомандовал:

– Рота, смирно! Равнение налево!!!

Несколько бойцов по команде «смирно» остановились, другие столкнулись с ними, получилась каша. Двое новобранцев упали, глаза майора стали большими, как у лемура, и он возмущённо крикнул:

– Рота, стой!!!

Бойцы остановились, помогли встать тем упавшим, после чего командир роты крикнул:

– Налево!

Новоиспечённые воины синхронно повернулись налево лицом к своему командиру роты, и здесь майор заорал, как потерпевший; из его рта последовала непередаваемая игра слов (скажем проще – отборный мат). Старший сержант Наливайко стоял по стойке «смирно», красный, как рак, и молча кивал головой. Бойцы пытались понять, на кого именно орёт отборным матом командир роты. Когда майор высказал всё (или, проще говоря, у него, иссяк запас подходящих слов), он назвал личный состав роты стадом и ушёл. Старший сержант Наливайко повернулся лицом к своим подчинённым, его глаза налились кровью, и он возмущённо скомандовал:

– Стадо, направо!!! На спортплощадку – бегом марш!!!

Трехкилометровая пробежка с препятствиями, прохождение на бревнах, качание брюшного пресса, турник и постоянный крик старшего сержанта Наливайко:

– Быстрее, быстрее!

– На полосу препятствий!

– Бегом, бегом!

– Быстрее!

Бойцы задыхались и падали, другие помогали им встать, пот с них тёк градом, обмундирование было насквозь мокрое. Старший сержант Наливайко не скупился в выражениях, поливая бойцов отборным матом. Два часа пролетели, после чего – плац, строевая подготовка, ещё два часа ада… И вот – долгожданная команда:

– В казарму – бегом, марш!!!

Новоиспеченные воины в сопровождении старшего сержанта Наливайко, пришли в казарму (вот она казарма вот он дом родной!). Не дожидаясь команды, бойцы сразу рванули к умывальнику и принялись смывать пот, толкая друг друга. Далее – очередное построение в столовую на ужин. Восемьдесят голодных парней заняли заранее накрытые столы. Стандартная алюминиевая армейская посуда, гречневая каша с мясом – точнее, с варёным салом, миска, в которой было шесть зелёных соленых помидоров с неприятным запахом, миска с нарезанным черным хлебом и чайник с компотом из сухофруктов. Раздатчик пищи взял черпак и принялся накладывать кашу. Бойцы по очереди подавали ему свои миски. Получив свою порцию каши, взяли ложки и хлеб и принялись за еду. Старший сержант Наливайко допил компот, встал и скомандовал: