Ёшка

– Докажи, что ты мужчина!

В толпе появился Никита, он важно сложил руки перед собой и заявил:

– Этот жеребец, как преданный пес, никого к себе не подпустит и не даст себя оседлать! Никому, кроме барина.

– Посмотрим, может, Данила сумеет.

– Я не сумел, – уверенно ответил Никита, – куда там юнцу?

В комнате, куда вошел Иван, было светло и уютно. Простая деревянная мебель, худенькие занавески на окнах и прочие вещи были близки его душе. И, хотя убранство его дома было богатым, сам он, любил бывать в простых крестьянских домах. Осмотрев комнату, он улыбнулся.

– Давно у тебя не был.

– Так кто ж запрещал?

Тая вышла в низкую боковую дверь. Она была небольшого роста и, даже не наклоняясь, быстро скрылась за ней. Иван пошел за женщиной. Сразу за дверью начинались ступеньки, на которых он оступился и с грохотом упал на пол. В темной комнате тут же зажглась лампа и раздался девичий смех. Иван быстро поднялся на ноги и осмотрелся. За столом в углу, который не достигал свет от лампы, сидела девушка. Иван старался рассмотреть ее силуэт.

– А, ты уже здесь? – удивилась Тая, – я и не видела, когда ты пришла.

– Я принесла то, что ты просила, – ответила девушка, и подвинула на середину стола маленький сверток.

Из темноты на свет появилась ее рука. Иван увидел на запястье небольшой браслет из маленьких черных бусин.

– Спасибо, Ёшка, – ответила Тая и, забрав сверток, положила его на полку, где стояла лампа.

В этот момент в голове Ивана, эхом отозвалось «Ёшка, Ёшка, шка, ка, аааа…» Сердце забилось быстрее. Стало тяжело дышать. Иван почувствовал непреодолимое желание увидеть лицо этой девушки, увидеть ее.

Тая нарочно столкнула лампу на пол и свет тут же погас. И с ним, словно и не было, от Ивана отхлынули все волнения и мысли о девушке.

– Ой, что же это я, – спохватилась Тая и стала искать лампу на полу.

– Я тебе помогу, – Иван отошел от двери.

В это время он почувствовал теплый порыв воздуха у себя за спиной, а когда оглянулся, то дверь уже хлопнула, а за ней скрылась незнакомка.

– Ой, вот и лампа, – сказала Тая и зажгла ее.

– Кто эта девушка?

– Из наших. Деревенская.

– Неправда, – уверенно возразил Иван и сел за стол, – я бы знал ее. Что она тебе принесла?

– Помой руки и умойся.

Тая поставила перед Иваном не глубокую чашку с водой.

– Как, ты говоришь, ее зовут? – омывая руки, спросил Иван, – Ёшка? – он наклонился над чашкой и умылся несколько раз.

Тая подала ему белое полотенце и села за стол напротив Ивана. Она пододвинула чашку с водой к себе и зажгла свечу. Наклонилась, шептала что-то над водой. Иван вытер лицо и скомкав полотенце положил его на стол.

– Тебя окружает много женщин. Но ты как будто не чувствуешь их окружения, ты думаешь, что одинок.

– А разве это не так?

– У тебя есть все. Твои руки полны денег и…

– И чего? – переспросил Иван.

– И карт, – ответила Тая и улыбнулась.

– Все это я знаю. Скажи мне, что делать, я не сплю уже которую неделю, и не пойму, что творится в моей душе.

– Нужно остановиться. Иначе, быть беде.

– Все это пустое. Мимолетные увлечения.

– Не слышишь ты меня, – убирая чашку с водой, сказала Тая. Она вернулась на свое место и добавила. – Никогда не слышал и сейчас не слышишь.

– Плохо мне, – тяжело вздохнул Иван.

– Не вздыхай, ты еще найдешь свое счастье, – успокоила его Тая, – Дай полотенце, посмотрю, – она взяла со стола скомканное полотенце и, развернув его, задумалась.

– Порчи на тебе нет, – уверенно сказала она, – но…

– Что? – не дожидаясь, перебил Иван.

– Что-то беспокоит тебя.

Иван хлопнул ладонью по столу.

– А я о чем?

– Не-ет, – протянула Тая, – это другое. Оно еще не пришло.

– Что оно?

– Будущее.

– Впервые ты так ведешь себя. Обычно пошепчешь, дашь напиться чего-нибудь, и все хорошо. Давай, и сейчас также, – попросил Иван.

– Хорошо, – Она встала и подошла к полке с какими-то баночками, узелками, травами и взяла пучок травы, – сделаю, вот тебе, – подала она, – Добавляй в чай. Всегда. Это вернет тебе сон.

Иван взял траву и сунул в карман.

– Не понимаю, почему я во все это верю, – вздохнул Иван. Он подошел к Тае и поцеловал ее в лоб, – спасибо…

– Не говорят, – быстро перебила его женщина, – береги себя.

Иван небрежно махнул рукой и вышел из темной комнаты в светлую.

– Тебе еще через многое предстоит пройти, – прошептала Тая вслед Ивану, зная, что он ее уже не услышит.

Выйдя на улицу, Иван увидел, как Данила, что есть силы, вцепился в гриву ретивого коня и пытался удержаться на нем. Все это время, под веселые подбадривания и свист крестьян, он усмирял Ветра, но конь так и не покорился ему, и паренек в очередной раз с него слетел.

– Данила, ну как, послушный у меня жеребец? – смеясь, спросил Иван, подойдя к толпе. Он встал между двух хорошеньких девушек и обняв их за плечи, весело наблюдал за парнем.

Тот уже весь в ссадинах, штаны и рубаха не подлежали штопке, улыбался.

– Бес какой-то, – ответил Данила, поднимаясь с земли.

– Уже справился почти, но тут появилась эта бестия и конь словно взбеленился, – сказал кто-то из толпы.

– Кто эта бестия? – переспросил Иван и отпустив кокетливо смеющихся девиц, подошел к своему коню. Тот покорно позволил хозяину сесть на себя.

– Ёшка.

– Ведьма, а не баба! – добавил мужик.

Все рассмеялись. Иван взглянул на запыхавшегося юношу. Вид у него был потрепанный, но довольный.

– Ну что, Данила, за смелость твою и упорство – награжу тебя! А сейчас ступай в имение. Пусть выдадут тебе кафтан новый. Будешь при мне служить, – Иван резко развернул коня и поднял его на дыбы, демонстрируя свою власть над непокорным Ветром, – Скажи, барин велел! – прикрикнул он и помчался в сторону полей.

Девушки зашептались, восхищаясь красотой и силой хозяина. Мужики обсуждали, как ловок их барин. Данила весело размахивал руками и твердил наперебой то о коне, то о барине. В стороне остался лишь недовольный Никита. После того, как все разошлись, он еще некоторое время смотрел вслед графу.

Глава VIII

Был теплый полдень. Филипп и Виктория обедали на террасе за большим, круглым столом. Граф, как и обычно, вел себя излишне расковано. Герцогиня же наоборот, только иногда украдкой смотрела в его сторону.

– Люси, оставьте нас, – вдруг попросила Виктория.

Люси послушно поклонилась и вышла, закрыв за собой дверь. Филипп прожевал, запил вином и вытер губы салфеткой.

– Ты хочешь о чем-то поговорить, есть какие-то проблемы? – спокойно спросил он.

– Хм, – усмехнулась Виктория, – я думала, что поговорить нужно тебе, и проблемы у тебя.

– Свои проблемы я привык решать сам.

– Значит, они все-таки есть?

– Ты что лезешь не в свои дела, женщина? – вдруг вскрикнул Филипп. От неожиданности Виктория вздрогнула и прикрыла глаза. Он нервно выдернул салфетку из-под воротника, смял ее и, швырнув на стол, манерно встал и прошагал к окну.

– Я проигрался, – нервно произнес он.

– Сколько? – тихо спросила Виктория.

– Этому молодому графу, красавчику, счастливчику, и как там еще его любят называть…

– Сколько? – уже чуть громче переспросила она.

– Ты бы видела его. Красив, молод, силен и горд, а денег… Откуда у него столько? Ну откуда???

– Сколько?

– Послушай, Виктория, – Филипп подошел к ней и, опустившись на оба колена, взял ее руки в свои, – кроме тебя у меня никого нет. Помоги мне.

– Да сколько же? – вскрикнула Виктория. В эту же секунду Филипп вскочил с колен, что есть силы ударил ладонью по столу и снова отошел к окну.

– Купи мое имение в Москве. Не хочу отдавать его в чужие руки, – вдруг выпалил он.

– Убирайся, – не выдержав собственного любопытства, выдохнула Виктория.

– Двести тысяч! – тут же выдал Филипп.

Виктория закрыла глаза.

– С ума сошел? – еле найдя в себе силы, произнесла она.

– Он выигрывает у всех. Всегда и везде. В любой игре. В карты и в жизни. Я убью его и верну эти деньги, но сначала мне нужно их отдать. Помоги мне.

– Убирайся, Филипп!

– Ты же знаешь, я не уйду от тебя. Поможешь ты мне или нет, я всегда буду любить тебя, – уже спокойно добавил он.

– Этот молодой граф живет в соседнем имении?

– Да, – ответил Филипп и вернулся за стол, – ты с ним знакома?

– Нет, откуда, – растерянно ответила Виктория.

– Ну что, ты купишь мое имение?

– А где ты жить будешь?

– Там же. Мы просто никому не скажем, что в имении другой хозяин, – Филипп нагло улыбнулся.

– Не годится, – твердо ответила Виктория.

– Я люблю тебя еще и за твое упрямство.

Филипп улыбался, как безумец.

– Я тебе помогу. Отдам этот долг за тебя, но…

– Виктория, ты лучшая, я это всегда знал, – снова опустившись перед ней на колени, произнес Филипп, – поэтому помотавшись, я всегда возвращаюсь к тебе, – он взял ее руку и стал лихорадочно целовать.

– Но взамен, – продолжила Виктория, отмахнувшись от него, – промотавшись, в очередной раз, ты не вернешься ко мне.

– Ты что? – удивился Филипп, – Виктория!

– Ты меня слышал. Согласен – я помогу, нет – дело твое!

Филипп улыбнулся. Страшно, холодно. В такой улыбке его лицо становилось беспощадным.

– Как быстро ты забыла, что я для тебя сделал, – прошипел он сквозь зубы.

– Мы оба знаем, что ты чуть не погубил меня! Ты и понятия не имеешь, что мне пришлось пережить после его смерти. Ведь ты же сбежал!

– Тебя бы никто не тронул! Благодаря мне ты богатейшая вдова Франции. Да и России теперь. С таким состоянием, уверен, общество тебя с радостью примет.

– Ты бы хоть спросил, надо ли мне…

– С каких пор богатство тебя тяготит?

– Меня тяготишь ты! – воскликнула Виктория, не выдержав напора Филиппа.

– Даже не думай! – прошипел он в ответ, ткнув в нее указательным пальцем, – я слишком многим рисковал ради тебя.

– Ты хотел сказать ради моих денег?!

– Не смей даже думать о том, что отвяжешься от меня, – холодно проговорил Филипп, – старый герцог так страдал, пока яд разъедал его изнутри…

Его страшный голос прервала звонкая пощечина. Виктория со всей силы ударила его по лицу лишь бы заставить замолчать. Филипп отшатнулся назад, поняв, что перегнул, но было уже поздно.

– Мне следовало всем все рассказать, – проговорила она сквозь слезы.

– Что бы пойти на эшафот со мной? – угрожающе произнес Филипп и снова страшная улыбка скользнула на его губах, – заслуживаю ли я этого?!

Виктория смотрела на Филиппа и понимала, что он не в себе и она боится его. Бесконечные угрозы и, шантаж и теперь эта проблема с денежным долгом, загоняли ее в тупик. Не находя в себе сил разговаривать дальше, Виктория оттолкнула его. Встала и тут же пошатнулась. Дрожь в коленях, мешала твердо стоять на ногах. Филипп проводил ее взглядом, сидя на полу перед опустевшим стулом. Как только дверь закрылась, он с силой ударил по нему кулаком, согнав всю свою злость, а потом беспомощно уткнулся в сиденье головой.

Глава IX

Вернувшись в имение, Иван застал Данту в гостиной. Она сидела в кресле напротив камина держа перед собой книгу. Несколько секунд, воспользовавшись тем, что он не был замечен, Иван просто любовался ею. Это был тот редкий момент, когда он мог долго смотреть на нее и не отводить взгляд.

Наконец-то он мог рассмотреть ее. Золотистые волосы, длинные, но так искусно собранные на затылке, делали ее немного взрослее. Тонкая шея, маленькие покатые плечи, казались ему такими хрупкими. Это светло-бежевое платье ей безумно шло. Корсет сжимал ее и без того тонкую талию, а ажурное декольте, открывало верх груди. В этот момент, наблюдая за ней, Иван понял, что хочет, чтобы она осталась в этой гостиной, в доме, с ним! Сердце откликнулось на эти, казалось, безумные мысли, и он подумал, что должен сделать первый шаг прямо сейчас.

Данта перелистнула страницу, и ее шуршание вывело Ивана из состояния забвения.

– Я вам не помешаю? – спросил он.

Данта вздрогнула, разволновалась, в руках появилась легкая дрожь.

– Нет, что вы, я уже закончила, – она закрыла книгу и встала с кресла.

– Нет-нет, останьтесь, – попросил Иван, – Вы позволите мне присесть?

– Почему вы спрашиваете? Вы вправе делать все, что вам будет угодно, – не поднимая глаз, ответила Данта.

– Да, но мне неловко. Стыдно за вчерашнее. Прошу вас, присядем. – Он указал рукой на кресло и Данта покорно опустилась в него. Иван сел на диван напротив. Несколько секунд он молчал, подыскивая подходящие слова, но потом просто и от всей души произнес, – прости меня.

– Пожалуйста, граф, – побледнев, перебила его Данта, – не нужно…

– Нет-нет! Просто ты, вы… вы такая красивая, и я…

– Граф, я прошу вас, – Данта была смущена, и уже была готова вскочить и бежать куда глаза глядят, лишь бы прийти в себя, но в этот момент Иван бросился перед ней на колени.

– С тех пор, как я увидел тебя, потерял покой. Я полюбил тебя! – вдруг произнес он.

– Иван Владимирович! – ахнула Данта и закрыла лицо ладонью.

– Посмотри мне в глаза, – попросил Иван и убрал ее руку с лица. Данта не смела поднять глаз, – Признайся, признайся, прошу тебя!

– Я не…

– Признайся, что и ты любишь меня, – Он сжал ее маленькие ладошки в своих руках и прижал к своей груди.

– Иван…

– Княжна Данта, я прошу вас, стать моей женой!

– Ах… – опять в ужасе произнесла Данта и хотела высвободить от него свои руки, но Иван крепко сжимал их.

– Позвольте мне просить благословения у вашей мама?

Чувства любви, и страха, что Данта откажет ему, были искренними, но даже они не могли заставить его показать свое волнение. Он говорил быстро, сжимая ее руки в своих, но несмотря на это, старался казаться спокойным.

– Что вы со мной делаете!? – еле сдерживая слезы, произнесла Данта.

– Только одно слово, прошу, – настаивал Иван, – скажите мне «да»!

От волнения голова кружилась, Данта закрыла глаза, выдохнула и тихо шепнула:

– Да.

Это «да», вырвалось из ее наивной и детской души, и стало первым ее серьезным шагом во взрослую и полную страстей жизнь Ивана.

– Любимая, – шепнул Иван и быстро поднявшись с колен, подхватил почти невесомую для него Данту на руки, и прижал к себе.

Перед ужином вся семья собралась в гостиной. Елизавета Петровна попросила Данту играть на рояле, та охотно согласилась. Сидя позади, Иван любовался ею со спины. Ему нравилось в ней все. То, как она сидит, как двигает руками. Он рассматривал ее тонкие запястья, маленькие ладошки, изящные пальцы – в уме он уже примерял на них кольцо. Эти мысли вскружили ему голову, он был счастлив. Когда Данта закончила играть, Иван громче всех аплодировал. Потом проводил ее на диван и сел рядом.

– Завтра утром мы уезжаем, – грустно произнесла Елизавета Петровна, – жаль, что приходится говорить об этом в такой прекрасный вечер.

– Вы гостили у меня всего неделю, – по-детски обиженно, произнес Иван.

– Этого достаточно, – строго ответил Владимир Кириллович.

– Достаточно для чего?

– Иван, сынок, – оживленно вступила мать, – мы с отцом ждем тебя на свадьбе Андрэ.

– Андрей женится? – удивился Иван.

– Да. Надо же кому-то начать, – пошутил Андрей, – я хотел сделать тебе сюрприз, сказать позже, но… Раз уж ты узнал сейчас, буду очень рад, если ты оставишь хоть на недельку свое хозяйство и приедешь.

– Спасибо, – улыбнулся Иван, – конечно, я приеду. Что может быть важнее, чем свадьба брата.

– После Андрея, женюсь я! – сообщил Николай.

– Ну, а ты когда нас порадуешь? – спросила Елизавета Петровна у Ивана.

– Я-то? Прямо сейчас, наверное, – спокойно ответил он и мельком взглянул на побледневшую Данту.

В комнате повисла тишина. Все взгляды были устремлены на Ивана. Он встал с кресла и произнес:

– В присутствии моих родителей я прошу у вас, княгиня Анастасия Павловна, руки вашей дочери! – Иван взял дрожащую руку Данты, встал на колени и стянув Данту с дивана, поставил рядом с собой, – И вашего благословения, мама и папа.

Еще несколько секунд никто не мог понять, что происходит. Бедная Данта дрожала, как лист на ветру. Елизавета Петровна и Владимир Кириллович не скрывали радостного удивления. Но больше всех удивилась Анастасия Павловна. Ей сразу понравился Иван, в глубине души она хотела, чтобы все вышло именно так, но чтобы так скоро – она не могла в это поверить.

– А ты не терял времени даром, – произнес Андрей.

Сестры Ивана переглянулись, хихикнули. Они были искренне рады за без памяти влюбленную Данту.

– Сынок, – обратилась к Ивану мать, – вы любите друг друга?

– Да, мама, – уверенно ответил Иван.

Все посмотрели на Данту, но она не смогла промолвить ни слова, думая, что вот-вот лишится чувств.

– Иван Владимирович, прошло так мало времени со дня нашего приезда, – напомнила Анастасия Павловна.

– Это не имеет значения! Я полюбил вашу дочь, как только увидел. Я прошу у вас ее руки!

Иван был решителен. Он поднялся с колен и принял свою привычную позу графа, гордого и властного. И несмотря на то, что сейчас он просил, вид его говорил о том, что даже если ему не позволят, он все равно возьмет.

– Данта? – ожидая ответа, обратилась к ней мать.

Вместо этого девушка покорно опустила голову и не поднимая глаз сказала:

– Благословите, мама.

– Ну что же, Елизавета Петровна, по-моему, это весьма разумный поступок нашего сына, – вдруг произнес Владимир Кириллович и, подав жене руку, подвел ее к детям.

– Да благословит вас Бог! – радушно произнесла Елизавета Петровна и поцеловала сначала сына, а потом Данту.

– Благослови Бог!

В этот момент отец впервые за все свое пребывание здесь улыбнулся Ивану.

– Хорошо, – вздохнув, произнесла Анастасия Павловна, – я благословляю вас! Но венчание будет происходить не здесь.

– Где вам будет угодно! – сразу согласился Иван. – Я приеду за Дантой хоть на край света!

Глава X

К ужину прибыл приглашенный гость Ивана – Филипп. Несмотря на огромный долг, он вел себя расковано. Дворецкий проводил его в кабинет. Иван встретил его с радушной, улыбкой, но уверенное выражение лица и нагловатый взгляд не оставляли Филиппу шансов.

– Здравствуй, Филипп Яковлевич! – произнес Иван, направляясь навстречу гостю.

– Не скажу, что тоже рад тебя видеть, – улыбаясь, произнес Филипп. Они дружески обнялись. Лицо Филиппа даже в улыбке имело выражение суровое и дерзкое.

Оба они были высокие, статные. Оба хороши собой. Пожалуй, одним из существенных различий между ними, был возраст. Иван был почти в половину моложе, но уже богат и окружен роскошью, о какой Филипп только мечтал в его годы.

– Я тоже этого не говорил, – отшутился Иван, – проходи, садись.

Они расположились в креслах. Иван позвонил в колокольчик. В комнату тут же вошел дворецкий.

– Вина, – приказал он, – ну, как устроился в наших краях? – поинтересовался Иван, повернувшись к Филиппу.

– Спасибо, хорошо.

– Ты же остановился в соседнем поместье?

– Да. У своей давней знакомой герцогини.

– Я слышал, она переехала сюда совсем недавно.

В это время дворецкий подал вино и, откланявшись, ушел.

– Да, – ответил Филипп, делая глоток, – мм, отличное вино!

– Лучшее! – добавил Иван, не скрывая гордости, – и надолго ты тут?

– Нет. Я приехал просить у тебя отсрочку.

– Ты не укладываешься в срок?

– Да. Возникла одна маленькая проблема.

– Маленькая?

– Конечно, – Филипп занервничал.

– Хорошо. Сколько времени тебе еще нужно, чтобы собрать двести тысяч?

– Деньги у меня есть, – неуверенно произнес Филипп, не желая казаться не состоятельным.

– Да я не тороплю тебя, – упиваясь победой, сказал Иван, – просто через месяц мне придется уехать.

– Да, я понимаю. И надолго?

– Нет. Я еду на свадьбу.

– Чью?

– Свою!

– Ты женишься???

– Давай, друг, – Иван поднял бокал с вином, – за мою новую жизнь!

– Да ты, я смотрю, счастлив, – с завистью произнес Филипп, и чокнулся с Иваном. Они сделали по глотку и отставили бокалы, – деньги тебе нужны к свадьбе?

– Нет. У меня есть сбережения для свадьбы. На те деньги, что должен мне ты, я куплю имение в Москве, и подарю его своей будущей жене.

– Как ее зовут? – не выдержав, спросил Филипп.

– Данта!

– Красивое имя!

– Ты бы видел ее!

– Могу ли?

– Конечно! За ужином ты познакомишься с ней и с ее матерью, а также с моими родителями, сестрами и братьями, – радушно ответил Иван.

– Спасибо. Буду очень рад, – сгорая от любопытства, согласился Филипп.

– Завтра они уезжают.

– Почему так скоро?

– Все дела, – философски произнес Иван, – завтра в деревне праздник. А у себя в имении я устраиваю театральное представление, после будет фейерверк, многое другое. Я был бы рад видеть тебя.

– Любопытно. Я много слышал о том, какие гулянья устраивает молодой граф Долгов, – со смесью зависти и восторга произнес Филипп.

– Кстати, герцогиню, у которой ты остановился, я тоже буду рад здесь видеть. Будет много гостей. Думаю, ей не придется скучать.

– Спасибо. Герцогиня – вдова, она с радостью примет твое приглашение.

– Отлично! Значит, завтра я жду вас, а сейчас, прошу к ужину! – предложил Иван и поднялся с кресла. Филипп отставил бокал с вином и пошел за ним.

В имение герцогини Виктории, Филипп вернулся поздно, но хозяйка ждала его. Распивая вино и куря тонкую сигарету через мундштук, она лежала на мягких подушках небольшого дивана.

– Все еще не бросила? – спросил Филипп, войдя в гостиную.

Он снял перчатки и выходной сюртук. Почему-то ему хотелось поскорее освободиться от верхней одежды. Он расстегнул рубаху и вздохнул полной грудью.

– Ну, как прошел ужин? – хитро прищуривая глаза, спросила Виктория.

– Отлично! – ответил Филипп, но по его голосу чувствовалось, что это не так.

– Что-то не похоже, – протянула Виктория со всей присущей ей дальновидностью, – дела-то у тебя не ладятся.

– Справлюсь, – буркнул Филипп и опустившись в кресло напротив Виктории, устало откинулся на спинку.

– Устал? – сделав еще глоток, спросила Виктория.

– Может, хватит на сегодня? Ты пьяна, – Филипп привстал и, дотянувшись, забрал у Виктории бокал. Потом затушил ее сигарету и вернулся в кресло.

– Не пытайся сделать вид, что у тебя все хорошо. Это не так! Я тут навела кое-какие справки о цене твоего поместья в городе…

– И что? – безразлично, спросил Филипп.

– Девяносто тысяч, – рассмеявшись, ответила она, – это все, что ты можешь с него получить.

– Не суйся не в свое дело, – растерянно сказал Филипп, но Виктория продолжала издевательски смеяться над его безысходностью.

– Какая же ты дрянь! – закричал Филипп, вскочив с кресла.

– Так брось меня, – вмиг успокоившись, предложила Виктория и, скинув с себя плед, встала с дивана.

– У нас с тобой слишком много секретов, чтобы бросать друг друга.

Филипп подошел к Виктории, хотел обнять, но она гордо оттолкнула его руки.

– Подумал над моим предложением?

Филипп изменился в лице. Мысли о расставании с Викторией тяготили его.

– Я не оставлю тебя, – твердо сказал он и повернулся к столику, на котором стоял коньяк и фрукты. Он налил себе рюмку коньяка и выпил. Потом отломил кисть винограда и не спеша подошел к окну.

– Завтра граф устраивает в своем имении праздник. Он пригласил нас обоих.

– Что значит обоих? – удивилась Виктория.

– А то и значит. Там будет весь свет. Он хочет, чтобы и ты не отказала ему в присутствии.

– Он интересовался мной? – глаза Виктории зажглись огоньками радости.

– Нет, – холодно ответил Филипп, – ты бы видела его будущую жену! – ей всего шестнадцать!

– Будущую жену? Он что, женится? – Виктория сама не понимала, почему эта тема так волнует ее.

– Да. Ему и в этом повезло, – с досадой в голосе проговорил Филипп, – Красивая жизнь! Красивая жена! Все самое лучшее окружает его, – Он доел виноград и откинул ветку на столик, – помоги мне, черт возьми! – вдруг вскрикнул он.

– Помогу, – согласилась Виктория, – но взамен… Ты уедешь навсегда.

– Виктория, но почему? – Филипп подошел к ней и хотел дотронуться до ее лица.

– Убери руки, Филипп, – отмахнулась она.

– У тебя есть любовник?! – прокричал он и ухватил ее за локоть. Виктория незамедлительно ответила пощечиной.

– Шлюх своих трогать будешь, а меня не смей! – вскрикнула она, – у тебя же нет никого. Тебя и искать не станут, – угрожающе произнесла она и хотела уйти, но Филипп задержал ее за руку.

– Я люблю тебя, – шепнул он. В его глазах, мелькнул страх потерять ее.

– Мое представление о любви немного иное. Ты прав, у нас с тобой есть секреты, но не любовь.