Крымская война 2020

Глава 3

Разбудил меня поцелуй в шею. Я лежал не шевелясь, изображая из себя глубоко спящего человека. Алие стянула с меня одеяло, поцелую стали опускаться ниже, вначале грудь, потом живот, потом…

– Ну, я же вижу, что ты уже не спишь, – звонко хихикнув, рассмеялась Алие. – Вон, как стоит!

Я даже не дернулся, продолжая изображать из себя спящего, хотя это было очень тяжело.

– Хорошо, не хочешь по-хорошему, будет по-плохому, – с этими словами девушка уселась на меня сверху, оседлав как опытная наездница.

Вот тут я уже не выдержал и взвыл от наслаждения…

Барахтались мы с Алие долго – больше часа, первый раз все случилось стремительно и быстро, зато во второй заход, было долго и страстно, крики девушки были слышны, наверное, и на другом конце базы, хотя кричать похоже должен был я, потому что она мне всю спину ногтями изодрала.

Потом мы завтракали, а точнее обедали, потому что на часах стрелки перевалили за час дня. Алие очень хорошо готовит, трапеза состояла из тушеного в сметане кролика с овощами. С едой у нас вообще проблем не было, наши с Алие «офицерские» пойки, могли прокормить втрое больше людей.

Я рассказал своей подруги, что со мной приключилось, она мне рассказала, что происходило на базе в мое отсутствие. Потом пили кофе с пирожными.

Кофе варил я. Для меня это целый ритуал, в который никого не допускал, подруга, зная это никогда не притрагивалась к турке, перебиваясь растворим кофе в мое отсутствие.

Кофе варил на песке, в серебряной джезве – это, если кто не знает, так правильно называть турку. Песок тоже был специальным – кварцевым. Ну и жаровня была не просто так, а заказанная, аж в Арабских Эмиратах. Жаровня была электрическая, что позволяло песку прогреваться равномерно.

Пока песок прогревался в жаровне, измолол кофейные зерна в ручной кофемолке, вот именно здесь и нужна грубая мужская сила, ибо чем мельче помол, тем насыщеннее получается напиток, а покупать уже молотый кофе – это фу-фу-фу! Да, и самое главное – вода. Вода, тоже не всякая подойдет. Понятно, что не из крана, но и бутилированная после всех этих очисток, то же не канает. Идеально подходит вода из горных родников или талая из ледников. Но где ж её взять? Разве, что заказать у знакомого, который регулярно мотается в столицу Крыма, проезжая через Старый Крым, где и можно набрать той самой воды, вот только хранить её приходиться исключительно в стеклянной посуде, прикрытой такой же крышкой и в холодильнике.

Больше всего мне нравилось наблюдать краем глаза за Алие в тот момент когда я варил кофе, она смотрела на меня с таким восхищением, а в её больших карих глазах читалось какое-то детское удивление и ожидание праздника, что мне порой становилось неловко.

Конечно, следует отметить, что мне с Лией, вообще повезло, она была очень красивой и умной. Причем красота у неё была какая-то внеземная – большие, выразительные глаза темно-карего, почти черного цвета, длиннющие бархатные ресницы, прямой нос, слегка припухлые губы, и очень красивая улыбка. И волосы! Черные как смоль, длинные, вьющиеся. Дольше всего мой взгляд задержался на фигуре девушке, а точнее на груди. Дома Лия предпочитала ходить без лифчика, накинет майку или футболку и щеголяет в ней, сводя меня с ума от желания. Её груди были идеальной формы и пропорции, их венчали большие соски, задорно торчащие вверх. Сейчас на Алие была моя футболка, которая скрывала её фигуру, но грудь и изгибы талии все равно угадывались при каждом движении девушки. Кстати, талия у неё была очень тонкой, при желании я мог её заключить в кольцо своими ладонями.

– Воин перестаньте пялиться на бедную девушку и следите за джезве, – сыронизировала Алие, глядя на меня поверх журнала.

– А почему девушка бедная? – спросил я, вынимая турку из нагретого песка, тем самым не давая напитку вскипеть.

– Потому что витязь надолго оставляет её одну.

– Неправда, – парировал я, вновь погружая турку в песок. – Душа витязя всегда с тобой, а покидает тебя только его тело и то ненадолго. Всего каких-то пара дней. Что читаешь?

– Наконец пришли мои журналы, – девушка встряхнула глянцем обложки, показывая её мне. – Между прочим, с задержкой в неделю.

Судя по названию, журнал был «не наш», и как всегда связан с медициной. Я, кажется, говорил, что моя Лия не только безумно красива, но еще и чертовски умна, так вот, она в совершенстве владеет тремя иностранными языками: английским, французским и турецким, и это не считая того, что родных у неё два языка – татарский и русский.

Ну, а так, она у меня по профессии – акушер-гинеколог, а еще на ней УЗИ и несколько других аппаратов для различных диагностик у женщин. Лия работает в санчасти нашего предприятия. Хоть в штате у нас женщин не так и много, меньше десяти процентов от общего числа, но работы Алие хватает – она считается один из самых лучших специалистов в своей области, к ней на прием приезжают даже из столицы Крыма. А уж сколько раз её пытались переманить на материк и не сосчитать, но она упорно отказываться.

Честно сказать, я даже не знаю почему, она так упорно держится за свое место. Деньги? Все-таки зарплаты у нас высокие, здесь Лия получает втрое больше чем в государственной клинике, а если прибавить к этому еще и «бонусы» за частных клиентов, то получается – чуть ли не в десять раз выгоднее. Но, думаю дело не в деньгах, вернее не только в них, все-таки в частной клинике где-нибудь в столице или большом областном центре Лия получала бы никак не меньше. Здесь дело было в чем-то другом. В чем не знаю, и честно говоря, даже не хочу знать. Боюсь спугнуть, вдруг подруга соберется и уедет на Большую землю, оставив меня одного.

– Милый тебе идти пора, – проворковала девушка, выдергивая меня из задумчивого состояния.

– Действительно, пора, – часы показывали без четверти два. – А ты чем займешься?

– Дочитаю статью в журнале, уберусь дома и приготовлю тебе чего-нибудь вкусненького на ужин. Балеш хочешь?

– Конечно, хочу.

– Тогда я Колю с Викой позову. Договорились?

– Договорились, – чмокнул Лию в подставленную щеку и вышел в коридор.

Накинул на себя фирменную куртку, кепку, обул легкие ботинки. Перед выходом посмотрел на свое отражение в зеркале. Ну и рожа у тебя Шарапов! С внешностью, а точнее с лицом были некоторые проблемы, которые образовались после того, как в трех метрах от меня взорвался ВОГ, прилетевший с укропской стороны. Мелкие осколки изодрали мне всю морду. Хоть ранение было не опасным для здоровья, голову прикрыл шлем, а глаза – защитные очки со специальным стеклом. Но вот правая щека, часть шеи и плечо усеяло кривыми бороздами шрамов. Плюс ко всему этому, были еще на макушке два шрама – эти еще с армейки, привет от дедов, вздумавших осадить буйного салагу, то есть меня, табуреткой.

Каждый раз, глядя в зеркало, думаю одно и то же – и что Лия во мне нашла? С её то внешностью и умом она могла бы окрутить любого, а она почему-то выбрала меня. Странно! Ну, да ладно, выбрала и выбрала, мне же лучше!

Приемная шефа располагалась на втором этаже административного корпуса. В приемной, на стоящих вдоль стены стульях, сидело несколько незнакомых мне мужчин, очень сильно похожих на коммивояжеров или как их называют – менеджеров по продажам.

На правах местного и «своего» прошел через большой холл и навис над столом секретаря – Татьяны Кирилловны. Секретарша у Велехова была тетка в годах, ей едва перевалило за пятьдесят. Мне всегда казалось, что секретарши всегда молодые, смазливые и сисястые, которые только и умеют, что делать кофе и минет. Не знаю было ли что-то личное между шефом и его секретаршей, но вот в чем нельзя было упрекнуть Кирилловну, так это в тунеядстве, в работе она была аки вечный двигатель – приходила самой первой, уходила самой последней, знала все и обо всех, Велехов был за ней как за каменной стеной.

– Татьяна батьковна, мне как подождать или заходить? – плитка шоколада легла на стол секретаря. – Меня шеф на два часа ждет.

– Заходи, – не поднимая головы, ответила секретарша. – Он тебя ждет и настроение у него не очень, так, что мажь жопу вазелином.

Грубо сказала, стерва старая, зато по существу, и вроде как предупредила. Мысленно выдохнув и так же мысленно перекрестившись, распахнул дверь и без стука вошел в кабинет к шефу.

– Заходи дорогой, заходи! – шеф вышел мне навстречу, радостно улыбаясь, как будто я принес ему миллион долларов. – Вот побольше, бы нам таких как ты Стас. Мы бы тогда горы свернули. Это ж надо силами одной группы ушатали целую банду, обойдя федералов и казаков. Молодцы!

– Старались, товарищ командир! – отчеканил я, чувствуя фальшь в голосе командира.

– Я вижу, что старались. Да так старались, что никого в живых не оставили.

– Это не мы товарищ командир, это казаки!

– Да, что ты говоришь? – елейным голосом спросил шеф, при этом взгляд его выражал совершенно другие чувства. – А вот заключение экспертов говорит, совершенно об обратном. Все «двухсотые» – ваших рук дело.

– Да, ладно, – усомнился я.

– Прохладно! – передразнил меня командир. – Все бандосы убиты либо 7,62, либо 12,7. А вот казачьи 5,45 и 14,5, все ушли в молоко.

– Ага, если из КПВТ прилетает, то там все рвет на куски, – усомнился я.

– Крылов, мать твою так! Ты, что, блять самый умный?! – взревел Велехов. – Ты хоть понимаешь, как это выглядит со стороны? Твой дружок – Бородач, сбежал, а всех его подельников ты завалил. Подозрительно? Вот и федералы считают, что подозрительно! Так, что не фиг тут выеживатся и умничать! Нет, ну ты посмотри на этого херамудрого мудахера! Стоит он тут лыбу давит!!! А мне только что федералы все кингстоны железным ершиком прочистили так, что теперь срать можно горизонтально!

– Товарищ командир, так если федералы думают, что я с Решетиловым заодно, почему они меня отпустили? Ну и крутили бы до конца, пока я не сознаюсь, пентотала натрия бы вкатили и всех делов.

– Бля, Стас, радуйся, что не вкатили. Короче, слушай мой приказ: с базы без особой надобности не выезжай. Понял? Тем более у тебя «трехсотые» в группе. Вот и лечитесь. Ворошиловский стрелки, кистень вам в залупу!

– Да, какие там раненые? – махнул рукой я. – Все нормально.

– Нет! – твердо произнес шеф. – Я сказал, что у тебя в группе раненые. Пролечитесь, как полагается, получите медицинскую компенсацию, а потом, если я разрешу, то вернетесь в строй. А пока, всем лечиться и выздоравливать. Понял?

– Да, – тяжело вздохнув, ответил я. – Разрешите идти?

– Иди.

Я, молча, вышел из кабинета. А чего тут скажешь, думал, будет хуже, а так, вроде ничего, шеф орал больше для проформы. Уж, я то знаю, как он орет, когда его заденут за живое. Как, например, в прошлом месяце, когда Плов и Сникерс «выписали люлей» гвардейцам в баре, и ведь видели, скотины такие, что перед ними росгвардейцы, но нет, полезли в драку. А крайним оказался я, поскольку непосредственный командир у этих оболтусов.

– Что-то быстро он тебя отпустил, – удивленно произнесла Кирилловна, оторвав взгляд от монитора.

– Долго ли умеючи, – глубокомысленно ответил я. – А что у нас с графиком по подготовке личного состава?

– Готов и утвержден, – строго ответила секретарша, – и учти, перекраивать я его в угоду кому-либо не буду, даже если меня об этом попросит Алие. Понял?

– Жаль, – с притворным вздохом произнес я. – Шеф меня на базе решил оставить, так, что я минимуму две ближайших вахты за воротами, пропущу, – и с этими словами направился к выходу из приемной.

– Стоять! – эмоционально выкрикнула Кирилловна. – Дополнительные часы возьмешь?

– Возьму, но только чтобы занятия не выпадали на выходные Лии. Идет?

– Договорились. Я с Лией созвонюсь, и мы вместе график составим.

– Хоккей, – ответил я и вышел за дверь.

Ну, что? Шеф меня запер на базе – так это очень даже хорошо. Буду больше времени проводить с Алие, отдохну, подтяну стрельбу, да и с зарплатой особых минусов не будет, поставят больше инструкторских часов, а за них доплата весьма существенная. И дожди скоро должны полить, тоже знаете удовольствие не из приятных, торчать в такую погоду «за оградой». Короче, все, что не делается, все к лучшему!

Два часа занимался всякими мелкими делами, которые лучше сделать сразу, пока их число не умножилось настолько, что они перестанут быть мелкими. Сходил в оружейку, почистил все закрепленные за мной «единицы» – два автомата, СВД, три пистолета. Потом почистил и не «закрепленные» за мной стволы, но числившиеся на мне – боевые трофеи, конфискованные у бандосов, которые не сдали властям, оставив в своем пользовании – еще два автомата и шесть пистолетов.

Заглянул в учебную часть, проверил график занятий. Немного потрындел с Колькой Сиплым, нашим штатным оружейником. Заглянул в спортзал. Даже успел забежать в медчасть, чтобы завизировать больничные своих подчиненных.

Домой шел в приподнятом настроение, насвистывая на ходу. А, что имею право, меня ждет любимая женщина, вкусный ужин, хорошая выпивка и веселая компания. Что еще надо в жизни, чтобы быть счастливым?!

Дома меня ждал небольшой обломчик – ужин был не готов. Наши с Якутом дамы решили не сидеть дома, а отправиться «в город» по клубам. Легкое сопротивление в виде ранения Якута и запрет командования мне выезжать за пределы базы, был сметен напором слегка пьяных женщин (дамы успели выпить бутылку массандровского муската). Якута поставили перед выбором: либо ехать по клубам, либо с завтрашнего дня начинать ремонт в квартире, где он проживал со своей женой, ну, а меня было решено вывезти за пределы базы в багажнике машины.

Конечно, при выезде из базы охрана стояща «на калитке» должна была досмотреть багажник, но когда за рулем сидела моя Лия, её пропускали всегда без досмотра. Спросите, почему? Да, потому что в неё была влюблена вся мужская половина нашей базы.

– Стас спит и просил его не будить, иначе он прибьет любого, кто это сделает? – из багажника я слышал, как Алие отвечает на вопрос охранника обо мне.

– А если война, можно Станислава Палыча разбудить? – задал очередной вопрос боец, он явно тянул время, желая подольше пообщаться с Лией.

– Если только с китайцами, – ответила Алие, пригазовывая педалью, давая понять, что разговор ей наскучил и пора бы поднять шлагбаум.

– А если война начнется с американцами? Будить или нет? – не унимался охранник.

– Нет, с американцами сами справитесь, – опустив стекло, с заднего ряда прорычал Якут. – Чего прицепился, поднимай жердину и пропускай.

Труба шлагбаума взметнулась вверх как по волшебству и машина – Форд Мондео плавно тронулся с места. Тот факт, что Алие выпила вина, и села за руль, нисколько не смущал, время такое, что о гражданском ГИБДД все забыли, их функции взяла на себя военная полиция, но их сил не хватало на все, поэтому на такие мелочи, как проверка водителей на алкоголь, закрывали глаза. Сейчас на многое закрывали глаза, время такое… жестокое!

Хоть багажник у Мондео и просторный, но лежать в нем удовольствие не из приятных, чувствуешь себя сардиной в банке. Выпустили меня на волю, как только ворота базы скрылись за поворотом. Я сразу же занял место водителя, а то Лия у меня лихачит за рулем, а уж когда в ней сидит небольшой градус, так вообще, может и до двух сотен разогнать машину… а оно нам надо?! Тронувшись с места, мысленно поморщился, каждый раз когда сажусь за руль легковушки, схватываю мимолетное ощущение клаустрофобии, все из-за того, что чаще всего перемещаюсь на больших машинах, высоко поднятых над дорогой. А сейчас мне казалось, что еду задницей по асфальту.

Чтобы добраться до безопасной части города, той, которая не пострадала от терактов и контролировалась силовиками, пришлось выезжать на окружную и делать крюк. Безопасной считалась западная часть города, она была самой молодой, здесь располагались недавно построенные и сданные в эксплуатацию многоэтажки жилых домов и коттеджные поселки. Еще пару лет назад здесь была голая степь и заброшенные поля, но с вступлением Крыма в РФ, на город пролился инвестиционный ливень, породивший строительный бум. Дома вырастали быстрее, чем грибы под дождем.

Пить я сегодня не собирался, во-первых, не хотелось, а во-вторых, завтра у меня занятия с группой курсантов, ну и федералы всегда могли дернуть на допрос, поэтому лучше, сегодня вечером я побуду трезвенником. Обход «злачных» мест начали с кафе «Мерхаба», где подавали преимущественно блюда восточной кухни. Отужинав ягнятиной тушенной с овощами, свежими, еще горячими лепешками и салатиками, завалились в первый «клуб».

Это раньше, в старой, мирной жизни клубы старались поразить своим разнообразием, теперь же любое прикрытое стенами помещение, где разливали спиртное, были столики и звучала музыка, гордо именовалась – Клубом, а по сути своей являлось столовкой + наливайкой + деревенской дискотекой. А, что поделать, если других развлечений в округе нет.

Сегодня здесь был ажиотаж, судя по публике, кто-то праздновал чей-то юбилей, а может, был какой-то другой повод. Народу было много, в основном молодежь, короче – весело!

Мы расположились за столиком в так называемой, вип-зоне – два полукруглых дивана пошлого красного цвета из кожи молодого дерматина, окружали полукольцом низкий столик, сделанный из твердого пластика цвета «бэж». Оружие на входе не проверяли, что меня немного напрягло, потому что свои пистоли, мы бы по-любому оставили при себе, а вот осознавать, что в гуляющей, пьяной толпе вполне может быть еще парочка таких же стрелков, как и мы, было неприятно.

Заказали салатики, ролы и текилу. Ну, это так для начала. Трезвым был назначен Якут. Девчонки щебетали между собой, а мы с Якутом пялились на танцпол, я просто так от скуки, а Колян профессиональным взглядам «чесал» публику, выискивая опасность. А фули тут выглядывать, бери каждого второго под белы рученьки, вали на пол, да шмонай карманы, верняк найдешь что-нибудь нелегальное – наркоту, оружие или все вместе!

Как только принесли заказ Лия сбежала в дамскую комнату. Ролы были так себе – рыба пресная, рис сухой, соевый соус слишком соленый, а васаби рассыпалась песком. Поковырявшись палочками в тарелке, и не найдя ничего путнего, позвал официанта и вынес ему мозг, предупредив, что если повар не исправит все в течение двадцати минут я закрою их заведение. Во время разговора, я так ненавязчиво дал ему увидеть пестик в поясной кобуре. Официант исчез, а через минуту, Якут кивком головы указал направление, куда надо смотреть. На нас пялилась парочка бармалеев – невысоких крепыша, смуглого цвета кожи с кучерявой растительностью на голове и короткими бородками. Видимо «крыша» этого кабака.

Официант появился через десять минут, с извинениями, новой порцией еды и большой бутылкой виски. Ну, вот, так бы и сразу. Ролы оказались вполне ничего, все свежее и вкусное, виски, судя по этикеткам и состоянию крышки, очень может быть, что «оригинал» из-за бугра, а не какой-нибудь «самокат» разлитый в соседнем подвале.

Виски оказалось на уровне, и я позволил себе немного расслабиться, откинувшись на спинку дивана смакуя напиток, закусывая его очередным роллом.

Чего-то моя половинка не идет назад. Заблудилась что ли? Попросил Вику сходить в женскую комнату узнать что случилось. Вика вернулась через минуту и встревожено рассказала, что в туалете Лии нет.

Ёпта! Вот так новость. Куда же делась моя драгоценная?!

Возле туалета нас поджидал администратор заведения.

– Извините, но вам туда нельзя, – преградил нам дорогу худощавый парень весьма хлипкой наружности. Весь такой напомаженный. Бррр. Пидор, что ли?

– Руку убрал, – коротко приказал я. – У меня девушка пропала. Пошла в туалет и не вернулась. Выйти отсюда можно либо через зал, но мы бы её заметили, либо через кухню. Я сейчас проверю сортир, а потом все подсобные помещения, включая кухню и подвал.

– Вам в туалет нельзя, он женский! – дрогнувшим голосом, продолжал настаивать администратор. – Где ваша девушка, я не знаю, и если вы будете продолжать себя так вести я вызову полицию.

– Вызывай! – ответил я, ткнув парня пальцем в печень. Палец напоролся на твердь бронежилета. – Не понял? – удивленно пробормотал я.

Ну, а дальше завертелось, закружилась карусель, больше похожая на мясорубку.