Закрытый сектор. Курьер

– Досмотр! – объяснил второй охранник, бесшумно подошедший сзади.

Первый гаишник вытащил из кармана жилета небольшой прибор – газоанализатор, и, включив его, помахал перед носом Дубровского, потом эту же процедуру он проделал и с внутренним пространством кабины «Форда».

– Что везешь? – спросил досмотрщик, жестом призывая Владимира открыть будку.

– Одноразовую пластиковую тару, – покрываясь холодным потом, ответил Владимир. – Бутылки, тарелки, стаканчики.

– Ясно, – гаишник осмотрел стену пластиковых упаковок. – Это все?

– Ага, – кивнул Владимир, со страхом ожидая команды на полный досмотр груза.

– По пути никого не подсаживай, понял?

– Да, – с облегчением выдохнул Дубровский. – Что я – дурак, что ли?

– Ну, не знаю, – хмыкнул на прощание правоохранитель, – умный человек не потащиттуда копеечный товар.

Отъехав подальше от поста, Дубровский остановил машину и, достав из бардачка упаковку таблеток – энергетиков, закинул очередную порцию в рот.

Волшебные пилюли придавали бодрости и сил. Спать нельзя, черт его знает, что происходит вокруг. Вдруг проснешься, а ты уже лежишь в канаве с перерезанным горлом. В современной России за тысячу рублей могут прирезать, чего уж тут говорить о кубометре в долларовом исчислении?

Вспомнились слова инспектора ГИБДД о том, что глупо везти копеечный товартуда. Интересно, куда туда?

Вопрос, куда нужно отвезти деньги и где Дубровский вместе с семейством Скворцовых будет пересиживать лихие времена, не выходил из головы Владимира все это время.

В глухой уральской тайге, на далекой заимке? Зная Скворцова-старшего, можно такой вариант сразу же отмести. Анатолий Семенович Скворцов после перевода в столицу очень сильно полюбил комфорт и превратился в сибарита, которого очень трудно представить живущим в тайге среди буреломов, сугробов и медведей. А ведь там еще, помимо Славика и его бати, была мать Славика, молодая мачеха, две дочери Скворцова-старшего, от первого и второго брака, и еще множество родственников, с которыми Дубровский однажды пересекся на свадьбе Ирки, старшей сестры Славика. Вполне возможно, что все свое большое семейство Анатолий Семенович с собой в тайное убежище не потянет, но кто его знает. Закон «полвторого» предполагает осуждение близких родственников проворовавшегося чиновника, так что Скворцовы могли сбежать в тайгу и всем скопом…

Тогда где? Может, в этой глухомани есть секретный аэродром, к примеру, оставшийся от вояк, с которого можно вылететь за границу? Вполне возможно! Очень даже правдоподобный вариант. Средств, чтобы нанять самолет и вывезти всю свою многочисленную родню за границу, у Скворцовых – как у дурака махорки, то есть за глаза и по самые гланды.

Дорога растянулась широкой лентой среди каменистого ландшафта, с редкими кривыми сосенками и березками по бокам. Дубровский смотрел по сторонам, и его тяготил такой пейзаж: выеденные плеши черной земли, на которой почему-то не было никакой растительности, торчащие из поверхности серые глыбы камней и редкие чахлые деревца с изуродованными, кривыми стволами. Унылый и какой-то тревожный вид из окна автомобиля разительно отличался от того, что было еще пару десятков километров назад, там была пышущая жизнью тайга – обилие хвои и зелени. А здесь как будто прошелся ураган с пожаром, или, к примеру, последствия экологической катастрофы.

Наверное, и правда впереди Дубровского ждет секретный военный объект вблизи испытательного полигона, где есть свой аэродром.

У Владимира настроение немного улучшилось, потому что перспектива сидеть в глухой тайге его не сильно-то и радовала, а вот улететь куда-нибудь за границу, желательно к теплому морю, где можно было отдохнуть в свое удовольствие, совсем другое дело.

Отдых Дубровскому точно не помешал бы, поваляться недельку на теплом песочке – самое то!

Через час на дороге попался еще один блокпост с автоматчиками. Здесь тоже проверка прошла рутинно и шапочно, вооруженный пистолетом-пулеметом сотрудник попросил открыть дверь будки, «обнюхал» Владимира, кабину и будку машины газоанализатором и дал добро на проезд.

Через восемь километров после второго блокпоста дорога заложила крутой вираж, потом был затяжной подъем на длинную холмистую гряду. На вершине холма разместился очередной блокпост с капитальным двухэтажным зданием, большим ангаром, вертолетной площадкой и несколькими «лопухами» сетчатых радаров.

Ну что ж, Дубровский теперь уже точно уверился в своих предположениях, что впереди его ждет аэродром, с которого самолет унесет клан Скворцовых и Владимира Дубровского к теплым морям, зеленым пальмам и крикливым чайкам. Судя по внешнему виду, «блокпост» на вершине холма был не чем иным, как станцией ПВО.

При спуске с вершины холма открылся вид на широкую долину, в которой угадывались правильные формы, присущие жилым и промышленным постройкам.

Ну, точно! Военный городок! Вон как все надежно спрятано от чужих, вражеских глаз.

Настораживало только то, что машину и самого Дубровского никто не досматривал, лишь обследовали сканерами и анализаторами и отпустили восвояси, даже документы на втором и третьем блокпосту не проверили. Странно? Хотя, может, старший Скворцов подмазал кому надо, чтобы машину Дубровского пропускали без досмотра. А с другой стороны, Скворцовы не знали, на какой машине едет к ним Владимир.

«Ладно, дай бог добраться до Скворцовых, а там все вопросы отпадут за ненадобностью!» – подумал Дубровский, подъезжая на «Форде» к очередному шлагбауму КПП.

Проехав еще три контрольно-пропускных пункта, Владимир, наконец, добрался до загадочной площадки – накопителя, где ему было приказано ждать следующего утра. Приказ отдал дядька в затасканном камуфляже, поверх которого был нацеплен светоотражающий жилет. Этот же дядька взял с Владимира плату за стоянку – триста рублей, дал бланк анкеты, которую необходимо было заполнить и отнести в будочку контролера.

Дубровский позволил себе роскошь выбраться из кабины автомобиля, чтобы осмотреться по сторонам.

Смотреть особо было не на что: большая площадка с бетонным покрытием, сетчатый трехметровый забор по периметру, несколько десятков ларьков с уличной едой, вереница кабинок биотуалетов и пару будок с душевыми кабинами.

Вообще-то, машину можно было оставить на стоянке и отправиться спать в ближайший отель, тем более что стоянка охранялась и на ней было достаточно оставленных машин, но были и те, кто не решился бросить свое транспортное средство и решил ночевать в салоне. Дубровский подумал, что машину точно оставлять без присмотра на ночь нельзя, а вот пройтись, чтобы размять ноги и съесть чего-нибудь горячего, вполне можно себе позволить.

Машину Владимир поставил таким образом, чтобы ему была видна задняя сторона будки. Вытащив из будки полиэтиленовый пакет, в котором собрался мусор, аккумулированный в пути, Владимир бодро зашагал к ярко подсвеченным островкам стритфуда, по дороге он занес контролеру заполненную анкету, где честно указал все свои настоящие данные.

Выбор в пирожковых был весьма неплох, помимо обыденных для таких заведений гамбургеров, хот-догов, шаурмы и прочих чебуреков с котятами внутри, были еще первое, второе и компот.

Взяв себе наваристую, исходящую вкусным ароматом и паром солянку и картофельное пюре с поджаркой, Владимир разместился за пластиковым столом под широкополым зонтом. Уселся Дубровский таким образом, чтобы можно было держать в поле зрения свой «Форд».

Солянка оказалась вполне ничего, помимо положенных пяти сортов мяса и колбасы внутри оказались еще маслины и долька лимона. Пюре было немного «стеклянным», но зато мясо в поджарке было весьма хорошего качества – мало прожилок и жира и много плоти. На третье Дубровский взял себе большую чашку капучино.

Развалившись на стуле и сыто ковыряясь в зубах, Владимир прихлебывал капучино, осматриваясь вокруг.

Дубровского сейчас интересовал один момент. А чего тут так много народу? Больше всего накопительная площадка и окружающие постройки напоминали какой-то перевалочный пункт при большой транспортной развязке.

Куда едут все эти люди? Тоже бегут с проворовавшимися чиновниками из страны? Да ну на фиг! Ладно, у Дубровского машина и груз в ней исполняют роль прикрытия для перевозки крупной суммы денег, исчисляемой в кубических метрах, а вот для чего те бородатые дядьки весьма суровой наружности пригнали два трехосных КамАЗа, набитых разномастными тюками, мешками и ящиками? Да еще и сами машины больше напоминают траки из фильмов про зомби-апокалипсис: стекла прикрыты сетками, над крышей кабины гирлянды дополнительных фонарей, да еще и какие-то непонятные хреновины, очень сильно похожие на вертлюги для пулеметов, торчали над кабиной и с правой стороны кабины. Они что, тоже так свои машины упаковали для прикрытия перевозимых денежных средств? Непонятно.

И еще…

Ну не может же быть, чтобы столько народу бежало из России? Здесь же целый перевалочный комплекс с гостиницами, накопительной площадкой на несколько сотен машин и системой охраны. Хотя почему не может? Еще как может, на Руси издревле народ воровал. Как выбьются в чиновники и начальники, так сразу же гребут под себя все, до чего шаловливые ручонки дотянуться могут. Но вот интересно, неужели, что ли, все чиновники, которых поймали на воровстве, могут вот так взять и сбежать? Подозрительно?

Подождите? Стоп! А если…

Если в России в самое ближайшее время должен случиться какой-нибудь эпический замес, к примеру техногенная катастрофа, как в фильме «2012»? И все эти люди будут эвакуированы в безопасное место?

Точно! Возможно, именно на Северном Урале окажется безопасная зона, которую не затронет катастрофа? Или нет? Зачем тогда тащить с собой деньги, которые на самом деле не больше чем порезанная на прямоугольники бумага с защитными знаками? Если мир должен умереть, захлебнувшись в судорогах апокалипсиса, то правильнее было запастись консервами, оружием и средствами защиты, а не тащить в убежище кубометр баксов, которыми даже подтираться неудобно. Да и не надо было бы городить такой огород с преследованием по закону «полвторого». Или, наоборот, Скворцовых «гонят на номера» именно из-за разглашения государственной тайны, и за место в убежище, где можно укрыться от грядущей катастрофы, как раз и можно расплатиться кубометром американских долларов? Интересно, а этих денег хватит, чтобы и Владимир Дубровский присоседился на краешек полки в «последнем вагоне уходящего на юг поезда»? Помнится, в том же голливудском блокбастере «2012» одно посадочное место в спасательной «шлюпке» стоило один миллиард долларов. Надеюсь, что здесь расценки подешевле будут.

Хотя глядя на спокойно прогуливающихся по площадке людей, весело смеющихся и бегающих друг за дружкой детей, трудно представить, что они знают и готовятся сбежать от надвигающейся катастрофы. Может, тогда не будет никакого апокалипсиса? Тогда что?! Впрочем, есть же четкие инструкции Славика, где указаны населенные пункты, которые должен посетить Дубровский, добираясь до того места, где его ждут Скворцовы.

– Не помешаю? – раздался над ухом вежливый вопрос.

Дубровский посмотрел на спрашивающего. Невысокий, плотного телосложения мужичок, одетый в светлые брюки-карго, легкий свитер, поверх которого накинут жилет с множеством карманов.

– Присаживайтесь, – кивнул Владимир, – я уже закончил и ухожу.

– Подождите, – остановил его мужичок. – Я хотел перекинуться с вами парой слов.

Мужчина присел на соседний стул, поставил на стол перед собой высокий бумажный стакан с чаем, такую же бумажную тарелку с порцией чебуреков.

– О чем вы хотели поговорить? – поспешно спросил Владимир, всем своим видом показывая, что ему не до разговоров. – Я, честно говоря, спешу.

– Спешите? – удивился толстячок. – Куда? Переход откроют только утром, а может, и не откроют. Вчера и позавчера «рябь» шла, стабильности не было, так что могут не дать утром разрешение на проход.

– Я спешу лечь поспать, а то два дня и ночь без сна, – выкрутился Дубровский, совершенно не понимая, что хотел сказать незнакомец, употребляя термины «рябь», «переход» и «проход».

Может, здесь есть какая-то переправа через реку, аварийный мост или тоннель в горе? Расспрашивать незнакомца о том, что он имел в виду, Владимир не посчитал нужным, а то сейчас как зацепишься языками, а потом очнешься в канаве голый, без денег и ключей от машины.

Похоже, у Владимира начинала развиваться паранойя, ему в каждом незнакомце чудился враг, который только и мечтал о том, чтобы угнать «Форд», набитый деньгами.

– Тогда последний вопрос, и не смею задерживать, – всплеснул руками незнакомец. – Вытуда едете целенаправленно, к кому-то или просто наобум?

– Целенаправленно, – ответил Владимир, – а что?

– Нет, ничего, просто я здесь вроде агента по найму. Вот, возьмите проспектик, – толстячок протянул несколько флаеров. – Вдруг вас что-то заинтересует из предложенных специальностей. Там все контакты указаны, куда и к кому надо обратиться. Единственная просьба, если вдруг надумаете, то скажите, что буклеты вам дал Алексей Степашин. Договорились?

– Ага, – пожав на прощание руку, Владимир направился к своей машине. Буклеты он засунул в карман, выкидывать их на глазах у вербовщика Дубровский посчитал невежливым поступком.

От сытого ужина и внезапно накатившего ничегонеделанья Владимира разморило, и он жутко захотел спать, глаза буквально слипались. Можно было закинуть очередную порцию энергетика, но тогда к утру он был бы совершенно разбитым.

«Надо немного поспать», – решил про себя Дубровский.

Владимир завел машину, сдал задом к высокой мачте, которая стояла посреди площадки и на её вершине располагались осветительные прожектора. Прижавшись задней стенкой будки, он тем самым заблокировал её от проникновения снаружи. Запер двери кабины изнутри и провалился в сонное царство Морфея…

Проснулся Владимир рывком: раз! – и подскочил с сидений, на которых спал. От рывка ударился головой о руль. Кто-то кричал снаружи и стучал по лобовому стеклу.

– Вставай! Эй! – в лобовое стекло какой-то весельчак стучал кулаком. – Проспишь переход!

Владимир несколько раз удивленно моргнул, окончательно просыпаясь и приходя в себя. Сон был тяжелым и тревожным, выспаться не удалось, видимо, все-таки Дубровский переборщил с приемом стимуляторов.

Стучавший в лобовое стекло бородатый мужик в спецовке, увидев, что Дубровский проснулся, махнул ему рукой и побрел дальше по своим делам.

Так, что дальше?

В сообщении Славика было четко указано, что надо двигаться вслед за остальными машинами, добраться до населенного пункта под названием Сосновск, а оттуда в городок – Новая Москва, где на КПП его будут ждать, достаточно назвать свои настоящие имя и фамилию.

Сколько раз Владимир пробовал найти на карте населенные пункты с таким названием в той местности, где он сейчас находился, у него ничего не получилось. Наверное, и правда, что это некие секретные населенные пункты, где прячутся и отсиживаются, пересиживая лихие времена, проворовавшиеся российские чиновники и бюрократы.

На площадке царило оживление, люди суетились возле своих машин, перед гостиницей стояли три автобуса, в которые усаживались пассажиры с вещами.

– Поссать-то хоть успею? – спросил Дубровский у бородача в спецовке, который шел обратно.

– Успеешь, – сверяясь по часам, кивнул мужик. – Переход откроют не раньше чем через полчаса. Вон за тем зданием начинается дорога, – бородач указал рукой направление. – Лучше заранее туда подкатить, а то там пробки – обычное явление.

– Понял, спасибо, – кивнул Дубровский и в быстром темпе сделал все необходимые утренние процедуры.

Владимир сбегал к «синим кабинкам», потом вернулся к машине, где быстро умылся и почистил зубы. Перекусывать не стал, тут же погнал машину в указанном бородачом направлении.

Через десять километров дорога привела его к странной площадке идеально круглой формы. Здесь скопилось с десяток грузовых машин, столько же легковушек, и, как ни странно, было много «пешеходов» – около двух дюжин людей разного пола с рюкзаками и сумками.

Перед въездом на «блюдце» площадки машину Дубровского остановили, охранник сверился со своим журналом и прицепил на лобовое стекло «Форда» желтый стикер, где были написаны ф. и. о. Владимира, госномер его автомобиля и конечный пункт назначения – «Новая Москва».

Площадка была как будто выплавлена в скальной породе. Идеально ровная поверхность и такие же гладкие своды ограждения. В центре площадки большая черная лужа пролитого мазута или нефти.

Машины и люди растеклись по краям площадки и застыли в ожидании.

Ну вот и на кой ляд сгонять людей на еще одну площадку? Почему нельзя было на предыдущей стоянке подождать? Обычное русское раззвиздяйство. Гоняют по площадкам туда-сюда, проливают ГСМ, и никто его не убирает.

Владимир достал термос, наполненный кипятком, заварил в термокружке кофе «3 в 1», потом раскрыл пачку с печеньем и только было собрался позавтракать, как раздался предупреждающий визг ревуна сирены.

Все, что произошло дальше, Дубровский списал на выверты своего мозга, который последние два дня подвергался воздействию стимуляторов и энергетиков. Перед глазами поплыли круги, в ушах щелкнуло от перепада давления, а по телу пробежала короткая дрожь, как от статического разряда тока.

Рев сирены стих, мужик в спецовке принялся кричать в громкоговоритель, пытаясь перекричать вой тех немногих собак, которые были в ближайших машинах. К собакам присоединились еще и дети, они тоже принялись голосить на все лады.

Владимир несколько раз сильно зажмурился, надеясь, что наваждение пройдет; вроде полегчало, перед глазами перестали плавать разноцветные круги, да и дети с собаками вроде потише стали выть.

Воспользовавшись заминкой одного из водителей «КамАЗов», Владимир газанул с места и, вклинившись перед зазевавшимся «газоном», выехал со стоянки одним из первых. Перед ним шел всего один грузовик – тентовый «китаец».

Владимир так увлекся этими маневрами, что совершенно не обратил внимания на смену дорожного покрытия. И только по тому, как стало кидать машину, сообразил, что вместо асфальта теперь под колесами – мощенная булыжниками мостовая.

Впередиидущий «китаец» припустил и пошел в отрыв. Владимир не стал за ним гнаться, но и далеко уехать не давал, помня наказ Скворцова-младшего двигаться в общем автомобильном потоке, держался за грузовиком, на дистанции около ста метров.

«Форд» проехал мимо еще одной стоянки, где дожидались пешеходов несколько автобусов и грузовиков с будками-вахтовками.

Только сейчас Дубровский заметил, что окружающий пейзаж заметно изменился. Та выжженная, серая каменная пустыня, что царила вокруг, постепенно стала изменяться в лучшую сторону – появились деревья, кустарники, стало вокруг много сочной, яркой зелени. Даже воздух изменился в лучшую сторону, он стал чистым, хрустальным и как будто наполненным какой-то живительной силой.

Дубровский открыл окно и вздохнул полной грудью, в голове прояснилось, настроение резко улучшилось.

А вообще, вокруг творилась какая-то чертовщина. Впереди на горизонте возвышалась высоченная горная гряда. Пики со снежными шапками вырастали как будто ниоткуда. Не было никаких предгорий и возвышений, горы появлялись неожиданно и стремительно.

Владимир не мог похвастаться хорошим знанием географических особенностей Северного Урала, но вроде здесь не было таких высоких гор. Хотя как это нет, вот же они впереди, видно невооруженным взглядом. Значит, есть!

На обочине дороги появился первый указатель, он сообщил, что до Сосновска осталось сорок километров.

Сосновск?!

В сообщении Славика такой населенный пункт упоминался. Владимир должен был заехать в него, чтобы потом отправиться в городок Новая Москва.

Ну что ж! Все идет отлично! До Сосновска сорок километров. Погода хорошая, на небе ни облачка, если все будет продолжаться так же, то к вечеру, глядишь, Дубровский доберется до КПП при въезде в Новую Москву, а там всего лишь надо передать местным охранникам, что его ожидает Вячеслав Скворцов… и все!

Въезд в городок Сосновск оказался перекрыт контрольно-пропускным пунктом. Причем КПП был организован с учетом фортификационных изысков и нюансов. Десяток въездных рамок, прикрытых бетонными колпаками с пулеметными гнездами, охрана, вооруженная автоматами и всевозможными сканерами и датчиками. Кинологи с собаками и вышки с внимательными пулеметчиками. И большое обилие камер наблюдения.

Въезд в город больше всего напоминал пропускной пункт на государственной границе, отличие было лишь в том, что роль таможни исполняли обычные охранники, которым не требовались въездные визы и загранпаспорта.

– Надолго в город? – спросил подошедший к машине Дубровского охранник.

– Не знаю, – честно ответил Владимир. – Мне вообще-то надо в Новую Москву.

– Тогда лучше в сам город не въезжай, подожди на накопительной площадке, – охранник показал, в какой стороне находится площадка. – Вон, видишь домик с синей крышей? Там формируются колонны на Новую Москву. Спросишь, когда следующий караван. А рядом, видишь, длинная «кишка» с красной крышей. Это гостиница. Если колонна на Москву пойдет завтра, то можешь там переночевать.