Монахи Константинополя III—IХ вв. Жизнь за стенами святых обителей столицы Византии

Глава 4

Общее описание устройства монастырей

В столице империи были религиозные здания стольких разновидностей, что их было бы трудно описать, – бывшие храмы идолов, дома частных лиц, маленькие обители и крупные монастыри, многие из которых несколько раз были разрушены и восстановлены. К тому же у строителей этих зданий, видимо, не было общей для всех главной идеи, а по тем немногим постройкам из этого огромного числа, которые уцелели до наших дней, мы не можем установить, была ли планировка греческих монастырей унаследована от древних римских домов, как было в старинных монастырях Запада, где большая галерея окружала внутренний двор. Но где бы ни стоял константинопольский монастырь – возле берегов Пропонтиды или Золотого Рога, у подножия холма Ксеролопос, на скале Петрион или на крутых вершинах Принцевых островов, он всегда был полностью окружен мощной стеной.

На границу территории знаменитого монастыря Христа Вседержителя, основанного в XII веке, и сейчас указывают участки одной из стен, еще более прочной, чем мощная стена, ограждавшая его со стороны суши. До сих пор сохранились следы древнего монастыря Липса и намного более древнего, чем он, монастыря Сергия и Вакха. Территория Студийского монастыря Святого Иоанна Крестителя доходила до Пропонтиды, и с этой стороны ее ограничивали приморские стены. Но все кольцо стен не сохранилось до наших дней нигде – ни в этом монастыре, ни в остальных.

Внутри этой монашеской ограды взгляд привлекала в первую очередь церковь. Как правило, она уступала по размерам и богатству церквям Запада и даже мечетям, построенным в Константинополе с тех пор, как он стал мусульманским. Но монастырские церкви обычно были просторнее и богаче большинства общественных церквей (их превосходили только церкви Святой Софии и Святых Апостолов). Но «не известно никаких подробностей об их архитектуре». Известно только, что подавляющее большинство этих церквей имели один из двух типов планировки – по образцу древних латинских базилик или в виде равностороннего креста.

Церковь первого типа делилась двумя рядами колонн на три разных по размеру нефа. Перед базиликой был притвор или атриум, соединявшийся с ней тремя дверями; средняя дверь называлась царской и предназначалась для священников или для императоров. Противоположный конец базилики замыкала собой апсида, которая часто бывала полукруглой или шестиугольной. Именно там стоял алтарь, почти полностью скрытый от глаз иконостасом, к которому были подвешены образа святых. В некоторых случаях, как в монастыре Студион, над боковыми нефами была галерея для женщин или оглашенных; иногда галерея была длиннее, проходила над притвором и огибала весь верхний этаж.

Начиная со времени Юстиниана эти базилики латинского типа стали редкостью, а чаще всего церквям придавали форму равноконечного креста и возводили над ее серединой центральный купол, нередко окружая его, как в монастыре Хора, несколькими другими куполами меньшего размера. Если судить по тому, что сохранилось до наших дней, многие монастыри выбрали для себя купольные церкви, а при Юстиниане этот тип церкви окончательно стал преобладающим. Если говорить только о сохранившихся до наших дней зданиях, которые старше X века, такую планировку имеют церкви для монахов в монастырях Святого Феодора Тирона, Липса, Хоры, Святых Сергия и Вакха, Мирелайона. Но эти здания сильно отличались одно от другого по планировке, хотя и были построены в одном и том же стиле. По словам Байе, «купол был темой, которую исполнили во многих вариациях». Например, в церкви Святого Сергия и Вакха «центральный купол не дополнен по бокам с востока и с запада двумя сводами-полушариями. Общая форма – квадратная. Купол опирается на восемь колонн, а между колоннами устроены четыре апсиды. В монастыре Миродон, он же Мирелайон, форма точно воспроизводит греческий равноконечный крест, на центр которого опирается купол. Церковь монастыря Липса, которая построена на высоком холме, увенчана одним из самых больших куполов Константинополя; он опирается на призму, у которой двенадцать граней. Эта церковь – одно из самых высоких зданий столицы и видна из любой точки великого города. Но большинство монастырских куполов были очень маленькими и были построены не слишком искусно. Иногда даже и купол, и крыша церкви, которую он увенчивал, были деревянными. Похоже, что лишь одна из этих церквей «с деревянной крышей», та, которая была в монастыре Студион, не горела при пожарах, очень частых в Византии.

Колонны внутри здания были из мрамора или порфира. Иногда, как в реставрированной женской галерее Студиона, кирпичи заменяют мрамор. Капители «отличаются чудесным разнообразием: здесь массивный куб украшен, словно вышивкой, ажурной резьбой; там капитель похожа на корзину и вся покрыта переплетающимися линиями. Иногда эти украшения усложняются изображениями зверей, птиц и сосудов».

Пол обычно состоит из мраморных плит разной окраски. Часто эти плиты обрамлены мозаичной каймой из расположенных в виде фестонов переплетающихся линий, кругов, квадратов и ромбов всевозможных размеров и цветов.

Нет сомнения и в том, что эти церкви были украшены мозаикой, поскольку в византийском искусстве полагалось покрывать все сводчатые участки здания богатой мозаикой на золотом фоне, и это правило соблюдали всегда. В монастыре Хора были мозаики, изображавшие святых апостолов Петра и Павла, и изображение Феодора Метохита, который показывает план монастырской церкви Спасителю, сидящему на троне.

В начале VII века император Фока велел украсить мозаиками, изображающими Константина и Елену на золотом фоне, церковь, освященную во имя святого Фоки (вероятно, это была церковь монастыря, носившего это же имя).

Можно также предположить, что монастыри часто украшали настенными росписями. В XX веке святой Нил Младший писал Олимпиодору, своему советчику в вопросе украшения церкви, что украсит обе боковые стены наоса (основной части церкви. – Пер.), он покроет изображениями событий из Ветхого и Нового Завета, которые будут написаны хорошим художником. Пусть те, кто не знает грамоты и не может читать Писание, с помощью этих картин узнают о прекрасных делах тех, кто верно служил Богу. Это побудит их подражать благородному поведению тех, кто предпочитал небо земле и невидимое видимому. Василий Македонянин приказал изобразить средствами живописи борьбу мучеников в притворе только что построенной по его приказу церкви. И примерно в те же годы святой монах Никон украсил одну церковь росписями, о которых говорили, что они равны работам Зевксиса и Полигнота.

В Константинополе было построено много монастырей в честь святой Евфимии. Это ее мученичество было изображено на картинах, которые святой Астерий Амасийский долго описывал в своей знаменитой проповеди. «Я изумлен, – говорил он, – дарованиями художника, который, смешав чувства еще лучше, чем краски, умерил стыдливость мужеством, а мужество стыдливостью, сочетая добродетели, которые кажутся противоположными по природе. Дальше, на одной из следующих картин в этом ряду палачи, одетые лишь в одни туники, выполняют свое задание. Один из них схватил деву за голову и держит ее запрокинутой, не давая жертве двигаться и подставляя ее под пытку, а другой вырывает ей зубы. Показаны орудия пытки – маленький молоток и сверло. Но на этом месте я начинаю плакать, и горе лишает меня дара слова, потому что живописец так точно изобразил капли крови, что кажется, будто видишь, как они текут, и уходишь с этого места, рыдая».

Но намного ценней, чем даже эти росписи, были чудотворные иконы, «нерукотворные», то есть не сотворенные человеческой рукой, которым поклонялись во многих монастырях Константинополя. Самыми знаменитыми из всех были иконы монастыря Авраамитов и монастыря Одигитрии.

Кроме того, не было ни одной церкви или молельни, ни одного монастыря, где бы не хранились какие-нибудь святые предметы – одежды Пресвятой Девы, реликвии Страстей Господних, святых Апостолов, святого Иоанна Крестителя, святого первомученика Стефана, святого Лаврентия, святого Георгия и святого Николая.

В монастыре Богородицы Одигитрии хранилось тело святого Спиридона, в церкви Богородицы у Источника – останки святой Анастасии и святого Иоанна Милостивого. Реликвии святых Диомида, Маманта, Мокия, Диуса, Акакия и святых Сергия и Вакха хранились как своеобразные знаки отличия в монастырях, носивших их имена.

Новгородский архиепископ Антоний, побывавший в Константинополе в 1200 году, оставил нам ценнейший список реликвий, которым он смог поклониться в монастырях и церквях Византии. Вскоре латиняне увезли большинство этих реликвий и рассеяли их по всем странам Запада.

Церкви отличались больше этими религиозными сокровищами и красотой внутреннего убранства, чем роскошью внешнего облика. Обычно и их, и здания, входившие в сам монастырь, возводили из кирпичей, скрепленных толстыми слоями очень густого раствора, как все остальные византийские постройки. «Сердцевина стен обычно бывает из бетона, а кирпичом они только облицованы», – писал Байе.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.