Сделка на доверии. Книга 2. Все изменилось

Алина опешила от его слов, каким ядом он в нее плевался. Он ненавидит ее и только за то, что она знает Игоря. Хотя нет, он ненавидит Игоря и все, что с ним связано. Ее возмутило, что он назвал ее никем, нищей, и серой мышью. Ему удалось разозлить ее и вывести из себя, откуда, только у нее все взялось? Да какое он имеет право лезть в ее жизнь! В их отношения! Да кем он себя возомнил!

– Да, ты будешь здесь всегда! Навсегда здесь и останешься! Это твой предел! Потолок! Твой предел богатая, старая жена, на которую давно уже не стоит, но которая не знает о твоих бесконечных изменах. Все что ты любишь и ценишь – бабло, деньги! Даже не себя, не своих детей, не саму жизнь! Грязные и вонючие деньги! И его ты ненавидишь, только потому, что тебе и не снилось столько бабла иметь! Сраный ублюдок и завистник!

– Заткнись дрянь! Закрой пасть!

– Я знаю, больше чем тебе хотелось бы! Тронешь, не пощажу ни разу! Мне терять нечего, я нищая! А тебе?!

– Что ТЫ можешь мне сделать дура!? – усмехается зло.

– Для начала попрошу у него телефончик ВАШЕЙ жены, – она делает акцент на слове «Вашей», – Позвоню ей и расскажу, как Ира Смирнова из рекламного сделала от тебя аборт. А дальше пусть она сама разбирается правда это или нет.

– Охренела сука! Я же удавлю тебя! Шлюха! – взревел он.

– А ты будь аккуратен в выражениях, кое-кому это может не понравиться. Тебе же ясно дали понять, кто есть кто! И кто с кем!

– Дешевый шантаж. У тебя на меня ничего нет! Записи с камер я сотру! – он махнул рукой в угол комнаты, про это она даже и не подумала. Но у нее в голове был другой козырь.

– Сотрешь, конечно, но только нас слушают, свидетелей тоже сотрешь с лица земли? – она показала из-за спины свой телефон, пожала плечами, мол, извини.

Он зыркнул на телефон и тут же вышел вон, громко хлопнув дверью. Алина вздохнула облегченно. Про телефон она придумала на ходу и сама не верила, что он купился на ее обман. Тот даже не был включен, он даже не убедился в этом. А если бы он отобрал его у нее и проверил? Слава богу, что все обошлось. Всю еще слегка потряхивало от разговора. Да, что за день то такой! А он еще не закончился.

Обедать, не пошла, от греха подальше, да и не хотелось отвечать на бесконечные расспросы подруги. Пристанет же как банный лист. Но когда нибудь придется ей все рассказать, эта не отстанет, пока все не выяснит.

Начальник вызывал к себе. В прекрасном расположении духа объявил ей, что она не уволена пока. И что работы у нее прибавиться, так как Сергей Степанович остался, весьма доволен, ее работой и порекомендует наше агентство своим коллегам, которые прейдут с заказами в ближайшее время. Короче сказал ей не расслабляться. Борис тоже жужжал целый час возле нее. Сначала благодарил ее, потом восхищался ее тактикой, а потом просто смеялись, вспоминая моменты, особенно про каску. Она похвалила его за прекрасно проведенную презентацию. Поблагодарила всех за прекрасно выполненную работу. С обеда он заботливо принес ей рожок и кофе. Хотела отдать ему деньги, но он не взял их.

3. Обмен машин.

Подъезжая к дому видит у подъезда новенький блестящий автомобиль сильно уж напоминающий ее бывший СRV. Рядом стоит высокий крепкий мужчина лет тридцати пяти. Увидев ее делает решительный шаг навстречу, видимо узнает машину. Алина догадывается, что он и есть Сергей Анатольевич из СТО. Она паркуется рядом, благо место есть. Забирает сумку и выходит к нему, он все это время не без интереса разглядывает ее. Он здоровается первым:

– Добрый вечер, Алина Викторовна? – он как бы уточняет.

– Да, добрый вечер, – подтверждает она.

Он слегка улыбается, протягивает ей руку в знак приветствия, она пожимает ее. Обращает внимание, что они с Игорем одного примерно роста. Рука шершавая, рабочая, не как у Игоря.

– Очень приятно. Ваша машинка готова, – он показывает в сторону блестящего автомобиля, но ее внимание и так уже приковано к нему. Она едва узнает в нем свой автомобиль.

Цвет остался прежним, темно зеленый, но она, никогда не была такой чистой и натертой до блеска, и уж тем более целой. Дядя умер, и машина была не в лучшем состоянии, когда досталась ей. Отец ее отремонтировал, как мог, но на капитальный ремонт все денег не хватало. Сейчас же казалось, что ей купили совсем новый автомобиль, похожий на ее один в один. В стекла можно смотреться как в зеркала. Оба бампера черного цвета на месте и на них не пылинки. Абсолютно новые колеса с новыми блестящими дисками, на резине не капли грязи, как будто их только поставили. Словно он не приехал сюда по весенней грязи, а прилетел на вертолете. Она недоверчиво обходит ее, в пол уха слушая его, слишком шокирована. Запаска, на задней двери, в красивом чехле, с нарисованной калибре. Сто пудов это идея Игоря, он же называл ее птичкой. Так мило. Опять нестерпимо щемит сердце. Он перечисляет ей объем выполненных работ, перебивает его:

– А это точно та же самая машина?

– Ну, конечно! А чья же еще?! Я открою капот.

Он открывает капот и держась за него одной рукой объясняет ей какие-то тонкости, указывая то на одни, то на другие детали. Нельзя сказать, что она не понимает его, просто поверить не может в происходящее. Ее брови ползут вверх, едва она взглянула на двигатель, он отполирован до блеска. В жизни не думала, что такое возможно. Только на картинках видела.

– Давайте заведем его, – предлагает он.

Она только кивает. Он протягивает ей ключи и предлагает это сделать самой. Она садиться за руль, он на пассажирское сиденье. Она разглядывает салон и даже отодвигается и гладит сиденье, на котором сидит. Черная ткань с ярко зелеными вставками очень мягкая. Круто. На зеркале даже висит ароматизатор « Новая машина» приятно пахнет. Она стукает по нему пальцами, он качается из стороны в сторону. Улыбается ему искренне:

– Обалдеть можно!

– Это бонус от компании. Все ваши вещи, найденные в машине, я сложил в мешок, он в багажнике.

– Какие вещи? Что там?

– Под сиденьями были тряпки и бутылки из-под воды. Так по мелочи.

Алина сморщилась, да она была немного неряшлива, но она же не знала, что так неожиданно заберут машину. Прибралась бы.

– Могли бы просто выкинуть.

– Я там под ковриком флешку нашел, вдруг что-то важное. Вы сами посмотрите и разберетесь.

– Спасибо.

– Да, я поменял аптечку и огнетушитель, просроченные были. Кое- что добавил вам там необходимое. Трос, домкрат и так по мелочи.

– Спасибо. А салон, зачем перетягивали?

– Так распорядился Игорь Юрьевич, – от упоминания его имени у нее екнуло в груди. Он этого хотел. – А вам не нравиться?

– Да нет, все очень круто. Красота.

– Заводите, проедимся немного, убедитесь, что все в порядке.

– Хорошо.

Машина завелась с пол-оборота ключа, сразу же, не то, что раньше. Мотор рычит послушно, как довольный зверь. Она погазовала слегка и с довольной улыбкой заметила:

– Педаль мягче стала. А вы молодец! У вас руки золотые!

– Спасибо, – он смутился даже.

Она развернулась и поехала на главную дорогу.

– Советую вам пристегнуться, безопасность, прежде всего. Теперь-то у вас есть работающие ремни безопасности, – заметил он, сам пристегивая ремень. Озадачился от того, что они резко остановились.

– Да, но мне не совсем удобно, – она вышла из машины и стала придвигать сиденье ближе к рулю и регулировать кресло.

– Простите, я должен был это предусмотреть, давайте я помогу.

– Да, нормально, я справлюсь.

Села, пристегнулась, и снова тронулась в путь.

– Вы неплохо водите. Давно за рулем? – спросил он.

– Спасибо. Лет семь или шесть.

Свернули на главную дорогу, прибавила газу, машина послушна.

– У вас есть ко мне вопросы?

– Конечно, – ответила Алина, перестраиваясь в другой ряд, – Но не по ремонту. Расскажите, как вы познакомились с Игорем Юрьевичем, – добавила она.

Он смотрел на свои ноги и словно обдумывал свой ответ, она не торопила. Поймала себя на мысли, что вопросы как у Олега.

– Все что касается его… – начал он степенно.

– Вы, со мной обсуждать не будете, – договорила она за него, он только кивнул, прикрыв глаза.

– Ладно, – констатировала она, но решила зайти с другого края. Очень уж ей было интересно выведать хоть что-то о нем, – Он сказал, что вы его очень хороший друг. Но вы не друзья, так?

– Он так сказал?– удивился он, – Это дорогого стоит. Мне это важно. Спасибо, что сказали.

– Кто же он такой? – решила Алина в лоб.

– Кто он? – переспросил он удивленно, – Вы с какой планеты, леди? – хмыкнул он. Она зыркнула на него зло, – Извиняюсь, но это просто невероятно, – он снова хмыкнул.

– Разве вам трудно ответить?

– Разве я вас спрашиваю кто вы? Кто вы ему?

Алина осеклась. Да уж! Попытка не удалась. А он крепкий орешек! Но как? Как? Выяснить хоть что-то!

– Я знаю одно. Раз он решил оказать вам услугу, то вы явно его чем-то зацепили. Он не из тех, кто будет тратить время, деньги, связи на случайных людей. Вы действительно не знаете кто он?

– Нет.

– А что он вам сказал?

– Он ничего не сказал, но это уже и не важно.

У Алины аж похолодело все внутри от его слов. Зацепила. Она его зацепила. А если так, то почему не выходит на связь? Чтобы хоть что-то выяснить, надо дашь на дашь. Ты ему откровенно, он тебе тоже.

– Он сказал, что вы у него в долгу. Как можно так задолжать, чтобы выполнять любые его просьбы?

Ответит – ответит, нет так, нет. Но его ответ ее поразил.

– Он мне жизнь спас. Я в неоплатном долгу перед ним. Это первый раз, когда он ко мне обратился. Если нужно будет еще что-то, то я с радостью сделаю. Особенно такую работу. Ремонт машин мое хобби. А быть его другом для меня честь.

– Какая же ваша основная профессия?

– Я летчик.

– Круто!

Алине не чего было сказать, она была удивлена. Он был для нее загадкой, а его друзья еще большей. Скажи мне кто твой друг, и я скажу кто ты. Ни фига не проясняет. Спросить, служили они вместе, так наверняка служили. Женат ли он, есть ли семья. Зачем ей эта информация? Но про ремонт, то можно спрашивать.

– Во сколько обошелся ремонт?

– Я же сказал, что все оплачено.

– Мне интересно. Вдруг я захочу вернуть долг.

– Не советую. Он не из тех, кому нужно возвращать деньги. И как я понял, это подарок, а подарки не возвращают. Машина хорошая, надежная. При должном уходе прослужит вам еще долго. Если пожелаете, могу взять над ней шефство. Сохраните мой номер и звоните, как только потребуется помощь.

– Хорошо. Я вам очень благодарна за ремонт. Вы просто кудесник какой –то и так быстро! Огромное спасибо.

Она уже припарковалась у полюбившуюся BMW, с которой сейчас придется расстаться.

– Можете и ему передать мои слова благодарности, – с горечью заметила она отстегиваясь.

– Думаю, что у вас будет возможность поблагодарить его лично, – ответил он уверенно, отстегивается, смотрит на нее, а в ее глазах боль и страх, сжала губы.

У нее внутри все сжалось в узелок. Он предрекал их новую встречу. И она поверила ему и даже слегка испугалась, разволновалась. В его словах не было ни капли пошлости или сарказма. Может он знает больше, чем она? Только боги знают, как бы она этого бы хотела, увидеть его.

Он поспешил сменить тему:

– Машина заправлена до полного бака, масло поменяно. Если вас все устраивает, то можно я поеду. У меня еще дела есть.

– Да, – в полголоса растеряно ответила она.

– Можно мне ключи от той машины? – он протянул к ней ладонь.

Она кладет ему ключи в ладонь и говорит:

– Это его машина или арендованная?

– Это моя машина. Он попросил на время, я дал.

– Я так и знала. У меня там портплед с рисунками, – спохватилась Алина, прикрывая разочарование от ответа, – Сейчас, только заберу. И сори, я ее не помыла, – Поспешила к салону ВМW.

– Это не важно. Я помогу вам. Вы художница?

– Не совсем. Я оформитель, работаю в рекламном агентстве.

Они подошли к машине, он нажал на брелок, открыл двери, и Алина полезла за портпледом. Короткое платье, телесные чулки и каблуки. Естественно она не видит, его оценивающий взгляд на все, что он сейчас видит, его легкую ухмылку на ее вид сзади:

– А вы танцуете? – спрашивает хриплым голосом и почесав затылок.

Что за странный вопрос? С чего бы вдруг такой вопрос? Она достает портплед и держа его перед собой озадачено подымает глаза на него:

– А что? – всматриваясь в его глаза. Он возбужден и взволнован. С чего бы вдруг? Она повода не давала.

– Да не-е-е ничего, – он замежевался, – На каблуках лихо ходите. Я заметил, что те, кто танцует, так красиво ходят на каблуках. Походка многое может сказать о женщине.

– А-а-а, – протянула Алина, ничего не поняв, и не поверив ни единому его слову, – До свидания. Еще раз спасибо. Не смею задерживать. У самой дела.

– До свидания, – он тоже поспешил уехать.

Занесла домой портплед, бросила у дверей, скинула туфли, упала на кровать. Мысли в разлет. И машина была не его, и сам он не пойми кто. Фактом лишь остается то, что он отремонтировал машину и сдержал слово. И фактом остается то, что она хочет его видеть. Друг сказал, что она его зацепила. Может, стоит набрать его номер и поблагодарить за сделанное. Она даже дотянулась до карточки и повертела ее в руках. Цифры она выучила наизусть. Зачем? Кто его знает зачем? Может он и трубку не возьмет. Может давно номер поменял. У него же есть ее номер, почему же сам не звонит, если зацепила. Хоть бы смайлик выслал в ВС. Да не вернется он уже, все это домыслы дурацкие. Не нужна ты ему. Так временное приключение и ничего больше. И тебе стоит все забыть. Да вот только не выходит никак. Да и все вокруг только и делает, что напоминает о нем. Смотришь на кухню, вот он стоит и моет чашку и улыбается ей через плечо. Смотришь на балкон, стоит, курит и подмигивает ей. Смотришь в коридор, тянет ее за руку за собой. В ванной они сидели вместе в пене. А как он баловался с пастой. Улыбается вспоминая. Везде он, куда не посмотри. Как вырвать тебя из сердца? Громко и с отчаяньем кричит на всю квартиру, ей отвечает только тишина. Резко встает, берет из холодильника пакет с соком и пачку печенья, бросает в уже приготовленную заранее сумку. Нужно ехать к родителям, до двенадцати надо успеть. Завтра у Лизы важный день. Выпускной. Накидывает пальто, наматывает шарф, надевает солнцезащитные очки. А позади себя в зеркале видит его, как он, держа ее за плечи, наклоняется и целует в шею, шепчет « Малыш, будь осторожна». Передергивает плечом. Хватит Алина! Хватит! У него своя жизнь, у тебя своя. Думай о дочери. Да о чем угодно! Только не о нем. Пора уже забывать. Стирать из памяти.

Всю дорогу она продолжала это делать. То вспоминать, то ругать себя. Даже представила, как знакомит его с родителями. Что скажет папа, как отреагирует Лиза. Дала волю своим самым невероятным мечтам. И там в них все было хорошо, и все были довольны и счастливы.

Машин сильно на дороге не было, машина ехала спокойно и ровно, на спидометр она сильно и не смотрела. Подъезжая, поняла, что скорость местами видимо, превышала, так как приехала гораздо раньше, чем обычно. Вот что значит исправный автомобиль. Уже стемнело. Кое-где во дворах горят лампы прожектора, освещая дворы. А вообще поселок уже погрузился в ночь. Весной дороги как няша, грязищи немереное количество. Огорчилась, что сейчас всю машину измажет в хлам. Подъехала к родным воротам, в доме горит свет, значит ждут. Не сигналит, зачем их утруждать, она и сама может открыть ворота. Фары не выключает, пусть двор освещают. Собака радостно поскуливает, узнав ее. Она успевает открыть только одну половину ворот, вторую открывает радостно выбежавшая дочь. А вот и родители на пороге стоят. Лиза засыпает вопросами:

– Ух, ты! Ты машину сделала! Круто! Как новая! А деньги откуда? Ты быстро приехала. Тебя отпустили раньше? Ты привезла туфли? А вкусненького чего нибудь? Ты завтра уедешь? Квартиру нашла? Когда меня заберешь?

– Лиза, помоги с сумкой. И дай мне хотя бы в дом зайти.

Лиза помогает с сумкой, с любопытством заглядывает во внутрь. Отец поздравляет с ремонтом машины и хвалит. Мама целует наспех и пытается помочь Лизе с сумкой. Заходят в дом, отец цыкает на собаку и закрывает двери. Традиционное чаепитие с обсуждением последних новостей. И тут Алина практически безучастна, больше молчит, практически не улыбается. И только мама все это видит и очень переживает. И когда все уже легли спать, она приходит и садиться на край кровати, как в детстве. Гладит ей голову и тихо так спрашивает:

– Алененочек, что с тобой? Расскажи маме.

Как рассказать маме о мужчине, которого она даже не знает.

– Ничего не случилось, мамуль. Все хорошо.

– Не надо меня успокаивать. На тебе лица нет. Ты похудела, глаза ввалились, да и в них одна пустота. Не взваливай на свои плечи все одна. Просто поделись со мной. Что бы это ни было, я на твоей стороне. Если не смогу помочь, то советом помогу.

Истерзанное страданиями и переживаниями сердце Алины не выдержало, она обняла маму, и слезы сами катятся из глаз.

– Поплачь родная, поплачь. Слезы очистят, омоют и затянут раны в душе. Быть слабой не плохо, это нормально. Где тебе еще можно быть слабой, как не со мной, моя маленькая. Скажи маме. Ты же знаешь, я себе места не найду, если не скажешь. О чем твоя печаль?

– Не о чем, а о ком.

– Мужчина?

– Да, мам, настоящий мужчина.

– Кто он?

– Самый настоящий. Самый лучший.

– Так ты любишь! – ее голос был радостный, словно на них спустилась божья благодать, для Алины же это было горе горькое, – Ты влюбилась?!

– Сильно, как никогда. Черт возьми!

– Так это же хорошо, доча. Это же очень хорошо.

– Мам, не все так просто.

– Когда любишь, все кажется не простым. Это нормально. Особенно у тебя.

– Мы больше не увидимся никогда.

– Откуда ты можешь это знать наверняка? Жизнь непредсказуема.

– Такой был уговор. Сделка на доверии. Два дня и забыли друг о друге. Навсегда.

– Господи! Когда ты все успеваешь?! Только встретились и уже расстались. По какой причине? Что за сделки такие?

– Два дня вместе, а потом каждый сам по себе.

– И ты пошла на такое? Зачем?

– Я думала это игра. Не думала, что влюблюсь в него.

– Он женат?

– Нет, мам. Не женат. Думаешь, я бы связалась с женатиком?

– Да, только не ты. Что это за игры у вас такие?! Я понимаю, одной тяжело, но не до такого же! Хотя ты у меня всегда была безбашенной. Доигралась!

– Доигралась на свою голову! Чтоб его!

– Найди его, поговори, обрети покой в душе.

– Почему он сам не звонит?

– Ну, вот и спроси сама. Зачем изводить себя. Лучше уж знать все наверняка.

– Он должен звонить первым!

– Мы тебя вроде в школу благородных девиц не водили. Откуда это? Сейчас не считается зазорным, если девушка звонит первой. Понимаю, тебе гордость не позволяет. Подумай лучше о том, что жизнь слишком быстротечна, чтобы тратить ее на гордыню. На все воля Всевышнего. Проясни ситуацию, поговори с ним. Мужчины! Они дольше переваривают свои эмоции, а иногда просто прячут или прячутся от них. Сходи-ка лучше проветри мысли, прогуляйся и спать, – целует в лоб, вытирает слезы, – Люблю тебя.

– И я тебя.

Прогулка действительно освежила мысли. Твердо решила, что мама права. Завтра вечером, как только приедет домой, позвонит ему. Решено. Хотя бы до конца выяснит, что он думает по этому поводу. Ночь выдалась ясной, яркая луна светит тоскливо и все небо усыпано звездами. Всегда любила смотреть на звезды, а здесь они особенно яркие. Начинаешь понимать, глядя на них, что ты песчинка в море. Что твои проблемы для вселенной? Все становится менее трагичным, глядя на них.

4.Выпускной.

С самого утра начались хлопоты к выпускному. Бабушка встала пораньше и уже отпаривает платье. Алина, наспех позавтракав, укладывает Лизе волосы в затейливую прическу из локонов. Лиза в этот момент наносит макияж. Рассказывает, кто из подруг, в чем собирается прийти на бал. По сути ее волнует только сам бал, а не официальная часть. Алина аккуратно интересуется, есть ли у дочери парень, но та отмахивается, утверждает, что все ее ровесники полные болваны. Лиза интересуется, не против, ли будет она, если отец прейдет на бал. Алина говорит, что ей все равно, но чтобы она сильно на это не рассчитывала. Он не прейдет. Но Лиза говорит, что приглашала его.

– Мам, а почему ты до сих пор одна? Ты же уже давно одна.

– Нет, мышонок, я не одна, у меня есть ты.

– Я знаю. Баба говорит, что тебе пора уже найти мужчину.

– Бабушка еще очень много чего говорит.

– Я все понимаю. Я все помню. Это из-за отца. Я же вижу его постоянно и не в самом лучшем виде. Я знаю, что он сделал, но мне кажется, он сильно раскаивается сейчас.

– Мне все равно как он сейчас. Сделанного не вернуть. Даже если раскаивается, то уже не изменится никогда. Так будет лучше, если он не прейдет, и не опозорит нас при всех.

– И все-таки, почему ты одна? Ты больше никому не веришь?

– Я не одна, у меня есть вы.

– Ты же понимаешь о чем я.

– Пока не встретила, – соврала Алина грустно, что тут скажешь, что встретила, и пришлось забыть, – Нам и так хорошо.

– Ну, ничего! Скоро я к тебе перееду. Вдвоем будет веселее. Правда?

– Конечно.

Какая же у нее красивая дочь. Она не похожа на Алину, только если подбородок и губки. Она похожа на отца. И как только этому алкашу извращенцу удалось сделать такое сокровище? Высокая, стройная, ноги длинные, она на полторы головы выше Алины. Как вымахала в двенадцать лет, так и не перестает расти. Волосы темно карие, длинные, ниже пояса. Глаза темно карие с желтыми крапинками, миндалевидные, большие. Носик аккуратненький, слегка вздернут. Губки пухленькие. Красавица глаз не оторвать.

И фигура не мамина. Алина всегда была маленькой и худенькой. А у Лизы и грудь и бедра выразительней. Если не знать, что они мама и дочка, то можно подумать, что они подруги. И так уже было не один раз. Если Лиза накраситься, то выглядит старше своих лет. И выходя погулять в городе, к ним не раз приставали молодые люди с желанием познакомиться. Алина ни сколько не считала это забавным и тут же это пресекала. Лиза наоборот веселилась от души. Алина не сомневалась в разборчивости дочери. Она была умной и целеустремленной девочкой. Но любовь сбивает с пути и не таких людей. Сама тому пример. Но ничего. Как бы там жизнь не распорядилась, она все сделает ради счастья дочери. Пример, матери у Лизы перед глазами был, она видела весь этот ужас с детства и не спешила во взрослую жизнь.

Дочь вышла к ним в платье, при полном параде и покружилась довольная, смеющаяся. Отец похвалил, сделав комплимент. Бабушка даже смахнула слезу. Алине вдруг подумалось, что время летит быстро, и скоро она будет кружиться уже в свадебном платье. Только бы ей повезло в любви больше чем ей. Не выдержала и тоже расплакалась. Лиза утешает всех. И только дед строжиться, распустили тут реки, слезки на колесиках.

К школьному двору приехали на машине, народу много, весь поселок собрался. Музыка играет, идет подготовка. Прошлись, поздоровались со всеми, обменялись комплиментами. Началась официальная часть. Учителя торжественно поздравляют своих учеников, по очереди произнося речи. Алина сосредоточенно слушает слова напутствия и не замечает, как сквозь толпу, к ней подходит Василий, бывший муж. Он, перекрикивая оратора, кричит ей на ухо:

– Привет.

Она бросает на него пренебрежительный взгляд и не отвечает. У него в руках нелепый букет видавший виды, украл наверняка где-то. В чистой одежде, побрит, старался гад, есть еще остатки совести. Не пьяный в дрободан, но алкоголем пахнет.

– А наша самая красивая! Правда, Алин?!

Не отвечает ему, делает вид, что его здесь нет. Отец подходит к нему и просит:

– Вась, не порти праздник дочери, я тебя очень прошу. Отойди.

– А я че! Я ни че! Я рад за нее. Между прочим, это она меня звала.

– Вот и веди себя прилично.

– Да я ничего не сделал! Только поздоровался! Чё уже и это нельзя?!

– Вот и не делай ничего. Отойди от нее.

– Ладно. Ладно. Стою, молчу, – но отступил на шаг.

– Лучше отойди еще. У тебя предписание суда.

– Да помню я, помню. Я просто поздороваться, – сделал еще шаг назад.

Отец встал между ними на всякий случай. Вручают дипломы. Когда вручали диплом Лизе, Алина едва сдержала слезы, так гордилась за свою умницу. Красный диплом с отличием. Умничка.

Затем был банкет. И только ради него Василий сюда приперся. Он просто сунул Лизе букет потрепанный, сказал пару нелепых слов и побежал к столу. И зачем она его позвала сюда? Затем тянется к этому пропащему человеку? Алина с родителями на банкет не остались, простились с Лизой и поехали домой. Бабушка просила быть ее благоразумной и долго не гулять, все будут ее ждать.