- -
- 100%
- +
Алекс проснулся от собственного стона. Тело, промокшее и продрогшее до костей, ныло так, будто его пропустили через мясорубку. В голове пульсировала тупая, чугунная боль, а во рту стоял привкус меди и дешёвого виски, которым он пытался согреться, вернувшись домой под утро.
Комната, его убогая холостяцкая берлога с видом на кирпичную стену соседнего дома, казалась клеткой. Серый свет, пробивающийся сквозь жалюзи, делал всё вокруг безжизненным и плоским. Он сел на кровати, сжав виски ладонями. Воспоминания о прошлой ночи были обрывочными и резкими, как вспышки стробоскопа в дешёвом клубе: дождь, грохот металла, женский силуэт, растворяющийся в темноте.
Он проиграл. Не просто упустил свидетельницу — он показал свою руку. Теперь они знают, что он идёт по следу. И это знание делало его не охотником, а дичью.
Алекс подошёл к зеркалу в ванной. Оттуда на него смотрел незнакомец. Бледное, осунувшееся лицо с тёмными кругами под глазами. В серой радужке зрачков застыл страх, который он так старательно прятал даже от самого себя — страх не перед смертью, а перед безумием. Перед тем, что эта женщина, Вивиан Ланкастер, уже проникла в его разум и начала переставлять там мебель по своему вкусу.
Он плеснул в лицо ледяной водой. Капли стекали по щетине, и ему казалось, что это не вода, а слёзы города, оплакивающего своих мертвецов.
В участке царила привычная суета: звонки телефонов, стук каблуков по линолеуму, запах перегара и дешёвого кофе. Алекс прошёл в свой кабинет, стараясь ни с кем не встречаться взглядом. Он чувствовал себя грязным, осквернённым ночным приключением.
На столе его ждал конверт из плотной бумаги без марки и подписи. Внутри лежала одна-единственная фотография, напечатанная на глянцевой бумаге высокого качества. Снимок был сделан ночью, с хорошим зумом. На нём был запечатлён он сам — Алекс Рид, бегущий через складские контейнеры в Окленде. Лицо было искажено гримасой ярости и напряжения.
На обратной стороне фотографии каллиграфическим почерком с сильным нажимом было выведено всего два слова:
«Игра началась».
Алекс сжал фотографию так, что побелели костяшки пальцев. Это был не просто вызов. Это было приглашение на казнь.
В кабинет заглянул Миллер.
— Рид, ты как? Выглядишь хреново.
— Я в порядке.
— Капитан рвет и мечет. Требует отчёта.
— Скажи ему… скажи, что у меня есть новая версия.
Алекс запер дверь и разложил на столе всё, что у него было: фотографии с мест преступлений (Картера и Хейворда), досье на Вивиан Ланкастер и теперь — эту новую фотографию.
Он смотрел на снимки мёртвого Картера. Экстаз на лице убитого не давал ему покоя. Это не было страхом или болью. Это было… освобождение? Или же убийца был настолько искусен, что смог имитировать это состояние?
Алекс открыл файл с психологическим портретом, который составил ещё в самом начале.
«Организованный несоциальный тип. Высокий интеллект. Эгоцентричен. Хладнокровен. Убийство для него — это акт творчества, способ самоутверждения… или мести».
Но теперь портрет трещал по швам. Слишком много театральности. Слишком много… страсти? Или это была лишь искусная имитация?
Его взгляд упал на фотографию Вивиан с яхты. Она смеялась, запрокинув голову. Счастлива ли она была? Или это была маска? Алекс вспомнил её слова: «Моё воображение рисует картины ярче, чем любая реальность».
А что, если реальность была для неё слишком тусклой? Что, если убийство было единственным способом почувствовать себя по-настоящему живой?
Внезапно его осенило. Он схватил папку с делом Хейворда и пролистал до отчёта токсиколога.
«В крови жертвы обнаружены следы ГГБ (гамма-гидроксибутирата)».
«Сольп». Жидкий экстаз.
Алекс откинулся на спинку стула. Картина начала складываться в чудовищный пазл.
Она опаивала их «сольпом», который вызывает эйфорию и снимает запреты. Она связывала их, играя в свою извращённую игру власти и подчинения. А затем… наносила удар.
Но почему они не сопротивлялись? Почему на лице Картера был экстаз?
Ответ был настолько страшен в своей простоте, что Алекс похолодел.
Потому что она была с ними до самого конца. Она была там, когда жизнь покидала их тела. И она дарила им этот последний, смертельный оргазм.
Это была не просто власть над телом. Это была власть над душой в момент её перехода в небытие.
Вечером того же дня Алекс снова поехал к дому Вивиан Ланкастер. Он не мог объяснить это логикой полицейского протокола. Это было что-то иное — болезненное притяжение к эпицентру урагана.
Она ждала его на пирсе за домом, кутаясь в длинное шерстяное пальто цвета индиго (цвета её глаз). Море внизу бушевало, волны с грохотом разбивались о сваи, обдавая их солёными брызгами.
— Я знала, что вы придёте, детектив Рид, — сказала она, не оборачиваясь. Голос почти тонул в рёве прибоя.
— Вы оставили мне послание.
— Я лишь констатировала факт.
Она наконец повернулась к нему. Ветер трепал её волосы, делая её похожей на древнюю богиню моря — прекрасную и беспощадную.
— Вы следили за мной прошлой ночью? — прямо спросил он.
Её губы изогнулись в усмешке.
— Я? Нет. Но у меня есть друзья… которые заботятся о моей безопасности.
— Та женщина на складе? Кто она?
Вивиан сделала шаг к нему, сократив расстояние до опасного минимума.
— Вы задаёте неправильные вопросы, Алекс… Можно мне называть вас Алекс? Вы пытаетесь понять как, но забываете спросить почему.
— Почему вы убили их?
Она коснулась пальцами его щеки, прикосновение было ледяным. Он вздрогнул, но не отстранился.
— Я никого не убивала… Они сами все сделали. Они лишь освобождались от скуки бытия.
Её взгляд был устремлён куда-то за горизонт, в вечность.
— Они были пустыми внутри. Красивые оболочки с вакуумом вместо души. Я давала им то единственное чувство, которого им так не хватало при жизни — абсолютную реальность смерти.
Алекс схватил её за запястье.
— Вы сумасшедшая!
Она посмотрела на него с жалостью взглядом взрослого на капризного ребёнка.
— Нет… Я просто честна перед собой и своими демонами больше, чем вы перед своими.
Внезапно она наклонилась к нему так близко, он почувствовал запах соли и её духов и ощутил её дыхание на своей шее.
— А ваши демоны… они шепчут вам по ночам? Они говорят вам бросить всё это и просто… утонуть вместе со мной в этой тьме?
Алекс отшатнулся пытаясь прорваться сквозь чары. Он смотрел на неё — эту прекрасную хищницу в человеческом обличье — и видел перед собой бездну безумия.
— Я найду доказательства, — хрипло сказал он, его голос сорвался. — И вы отправитесь за решётку до конца своих дней.
Вивиан рассмеялась, ее смех рассыпался по ветру как битое стекло.
— О нет, мой дорогой детектив… Боюсь, всё будет наоборот.
Она развернулась и грациозно пошла обратно к дому, оставив его одного на краю пирса под ударами стихии, один на один со своими страхами.
Алекс смотрел ей вслед и понимал: он стоит на краю пропасти какой то психологической бездны. И каждый шаг вперёд приближает его не к правде и правосудию, а к полному уничтожению собственной личности в ледяной воде её тёмного мира.
Глава 4. Эхо в пустом доме
Власть — это не когда тебе подчиняются. Власть — это когда тебя понимают без слов и исполняют твою волю, думая, что это их собственный выбор.
Ночь после встречи на пирсе была невыносимой. Ветер, казалось, проникал сквозь стены его квартиры, неся с собой солёный запах океана и тихий, издевательский смех Вивиан. Алекс лежал на скомканных простынях, уставившись в темноту, и чувствовал, как его разум начинает распадаться на части. Её слова — «А ваши демоны… они шепчут вам по ночам?» — эхом отдавались в черепной коробке, пробуждая то, что он годами пытался похоронить.
И они заговорили. Шёпот становился всё громче, превращаясь в крики из прошлого.
Алекс закрыл глаза и погрузился в воспоминания.
Ослепительное солнце, бьющее в глаза. Запах раскалённого асфальта и плавящегося пластика. Сирены, которые звучат так, будто находятся под водой.
Ему двадцать пять. Он — молодой патрульный, ещё полный идеалов и веры в значок. Звонок: бытовая ссора в трейлерном парке на окраине. «Ничего серьёзного, просто успокойте их».
Он подходит к трейлеру. Дверь приоткрыта. Внутри — тишина. Слишком густая, неестественная. Он толкает дверь и входит.
Кухня. На полу в луже вишнёвого варенья и чего-то ещё, тёмно-красного, лежит женщина. Её глаза широко открыты и смотрят в потолок с детским удивлением. Рядом — мужчина. В руке он всё ещё сжимает кухонный нож с деревянной рукояткой.
Но Алекс смотрит не на них. Его взгляд прикован к углу за холодильником.
Маленькие ножки в розовых носочках. Подрагивают.
Его дочь. Эмили. Четыре года. Она не издала ни звука. Просто стояла там и смотрела, как отец убивает мать, а потом — как жизнь медленно покидает его собственное тело, когда он упал на нож.
Алекс помнил свой крик. Не от ужаса, а от ярости такой всепоглощающей, что она казалась физической болью. Он помнил, как бил уже мёртвое тело мужчины, пока его не оттащили коллеги.
Он внезапно открыл глаза. Тишина квартиры оглушает.
Алекс сел на кровати, обхватив голову руками. Он тяжело дышал, словно только что пробежал марафон. Пот холодил спину.
Вот они, его демоны. Они не шептали. Они кричали. И Вивиан Ланкастер каким-то дьявольским чутьём нашла эту рану и вонзила в неё свои ледяные пальцы.
Его дочь… Он не смог её защитить тогда. Не смог спасти её от этого кошмара. Она выросла в приёмной семье, сменила фамилию и отказалась даже говорить с ним по телефону на прошлое Рождество.
Он — коп-неудачник. Он не смог спасти свою семью. Что он может сделать против такого монстра, как Вивиан?
Утро не принесло облегчения. Голова раскалывалась, а во рту был привкус пепла. Алекс приехал в участок рано, надеясь спрятаться от мира в своём кабинете-клетке.
Зазвонил телефон на столе.
— Рид.
— Алекс, это Блейк. У нас ещё один жмурик.
Алекс похолодел.
— Кто?
— Майкл Торнвуд. Финансовый консультант из «Силвер-Крик». Нашли сегодня утром в его загородном доме.
— Причина смерти?
— Ножевое ранение в сердце. И… — капитан сделал паузу, — у него были связаны руки шёлковой лентой.
Алекс закрыл глаза.
— Красная?
— Да.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.