По ту сторону Зеркала

Тихо, без надрыва, горько плачущая мать вцепилась руками в край гроба, стараясь запечатлеть каждую чёрточку такого родного и любимого лица.

— Сынок, — сквозь рыдания тихо проговорила, — как же мы без тебя, как же так, как же так…

Гробовщики, выждав положенное время и дав всем попрощаться с усопшим, закрыли крышку гроба, вбили в него пару гвоздей, подцепили его на верёвки и опустили в свежевыротую яму.

Друзья подошли к куче земли, взяли по горсти и кинули внутрь сырой могилы. То же самое сделали и остальные присутствующие, тихо переговариваясь.

Заработали лопаты, застучала земля, кидаемая на деревянную крышку гроба, и вскоре на могиле Антона вырос небольшой холмик, который копатели старательно прихлопывали лопатами.

Антон стоял в сторонке, метрах в десяти, и со стоящими дыбом волосами наблюдал за происходящим. Вот его друзья повернулись к нему спиной и стали удаляться, даже ни разу не обернувшись.

— Какого хрена тут происходит?! — завопил, леденея от ужаса. — Кого вы тут хороните, я живой, живой!!! Э! Ау!!! Вот же я!!! — пытался он докричаться, и даже махал руками и подпрыгивал.

Не выдержал, сорвался, побежал к своей могиле, желая поскорее обнять и отца, и мать, и догнать друзей и дать им по шее, но… Его ноги словно приросли к месту, он не мог сделать даже ни шага.

Задыхаясь, словно от быстрого бега на пределе возможностей, закачался, упал лицом навзничь, и сгрёб в кулаки кладбищенскую землю.

— Не плачь, — вдруг услышал где-то рядом с собой тихий женский голос, и до боли знакомый. — Они справятся. Время лечит. Вставай.

Поднял голову, повернул на голос. Рядом с ним, в странном для этого мира платье, и роскошной копной рыжих волос, струившихся по спине водопадом.

Во взгляде сожаление, сочувствие, мольба и… Будто бы зовёт, ждёт.

— Ты?? — он узнал ту, с которой провёл такую жаркую ночь вчера.

Медленно, покачиваясь, встал, внимательно в неё вглядываясь. И тут в его мозгу молнией засверкали воспоминания. Это та самая девушка, из зеркала! И это с ней он провёл восхитительную ночь!

— Но… — испуганно заозирался, разводя руками и показывая на могилу и стоящих там в одиночестве родителей, — я не понимаю… я сплю? В коме? Брежу? — сыпал вопросами, глядя на неё расширившимися от ужаса глазами.