Украденное будущее. Сборник рассказов

Украденное будущее

«Её благосклонность надо

заслужить…».

Из биографической монографии

гранд-чемпиона иерархических

планетарных гоночных полётов

Малиуса Холибитта

«Как приручить Фортуну».

Необычная суббота. Первая в месяце. Отличающаяся от остальных других. Для некоторых жителей этого коттеджного посёлка, для многих граждан страны, и, может быть, для Пола Шворски.

Возможно, всё произойдёт именно этим утром. А может, через неделю. Но точно в течение этого месяца. Первого осеннего месяца, отведённого специально для проведения планового прореживания гражданского населения. В народе его даже называли сокращённо Сент, вкладывая смысл свершающегося усечения. Неминуемой плановой прополки.

Нет, Пол совсем не нервничал. Это было не в его стиле. Он всегда и в любой ситуации предпочитал оставаться хладнокровным и рассудительным.

Не торопясь, Пол выпил свой утренний крепкий кофе в прикуску со свежим круассаном. В гостиной выкурил капсулу психобалансировочного экстракта с вишнёвым вкусом. Посидел примерно минуту в глубоком кресле, прислушиваясь к тишине, не открывая глаз.

Мысли плавно струились в сознании. И когда Пол понял, что вот теперь точно готов, он поднялся и пошёл в прихожую, к главному входу в коттедж.

За дверью, на коврике лежал алюминиевый пенал оранжевого цвета.

– Значит, пора, – абсолютно спокойно произнёс Пол, поднял пенал и вернулся в гостиную.

Усевшись за широкий письменный стол с прозрачной столешницей, он положил пенал перед собой и прикоснулся указательным пальцем к слегка мерцающей красной точке на верхней панели. Пенал тихонько щёлкнул и его крышка плавно приподнялась. Под ней мирно покоились два предмета – белая карточка с необходимой информацией и компактный пластиковый пневматический пистолет, заряженный необходимыми дозами для проведения процедуры предполагаемого прореживания.

Почему предполагаемого? Да потому что доза могла быть как смертельной, так и обычной пустышкой. Процедура была чистой лотерей. И заранее предположить, – будет ликвидирован указанный на карточке индивид или останется прежним членом общества, – со стопроцентной уверенностью было нельзя.

Сейчас Пол достанет карточку, прочитает имя и адрес бедняги и отправиться испытывать его судьбу. Да, именно Пол. Таковы были правила, прописанные в Континентальном Высшем Законе. Если бы пенал был чёрного цвета, то в это утро пришли бы к нему. Испытывать на прочность его нервы и благосклонность фортуны.

Рука плавно потянулась к карточке и не спеша извлекла её под мягкий свет потолочного излучения.

Пол, прочитав оттиск на белой поверхности, присвистнул.

– Крутой поворот, – удивлённо приподняв бровь, произнёс он.

На карточке было указано его имя и адрес того самого дома, в котором он сейчас находился.

Потратив на раздумья не более пяти секунд, Пол вернул карточку на прежнее место и закрыл пенал. Взяв со стола коммуникативное устройство, прозрачно-матовое по цвету и овальное по форме, и, сунув его в нагрудный карман домашней рубахи, вернулся в удобное кресло.

Пол понимал, что произошёл сбой в работе Исполнительной Надзорной Службы. И был уверен, что в самом скором времени он обнаружится. Ему позвонят и объяснят, что нужно делать дальше. Процедура свершится в любом случае. Вот только какая роль ему уготована в ней?

О плохом думать не хотелось. Не планировал он становиться в этом сезоне Жертвой. Не планировал – и всё тут! Раз ему достался оранжевый пенал, значит, это он должен быть одним из Верховных Вершителей Судьбы. Просто что-то напутали с карточкой. Такая версия устраивала Пола вполне.

«Доставят другую, правильную карточку, и все дела», – подумал он, чувствуя, как шейные мышцы начинают понемногу расслабляться.

Наконец коммуникатор запищал высоким звуком, похожим на писк комара, прерывисто вибрируя в кармане.

Слегка торопливо Пол достал устройство и провёл по нему ладошкой, словно стирая пыль. Писк прекратился. На поверхности появилось имя того, с кем установилась связь. Логотип Исполнительной Надзорной Службы, – аббревиатура «ИНС» на фоне срезанного снопа колосьев.

– Пол Шворски, – раздался невозмутимый женский голос модератора.

– Слушаю, – как можно спокойнее откликнулся Пол.

– Вами получен пенал Вершителя. Вы уже вскрыли пенал?

– Да.

– Значит, вами обнаружена ошибка Службы при распределении информационных данных участников процедуры.

– Да. И это не совсем приятно, – слегка поелозив в кресле, с лёгкой усмешкой произнёс Пол.

– Служба выражает своё сожаление по поводу случившейся накладки. Примите его.

– Принимаю, – голова устало кивнула сама собой.

– Готовы получить устные дополнительные инструкции?

– Готов.

– Они продублируются на коммуникатор.

– Прекрасно!

В ту же секунду коммуникатор издал звук, похожий на то, как если бы кто-то стукнул чем-то твёрдым по высокому стеклянному стакану. И на поверхности появилась информация, тут же произнесённая модератором.

– Лунная аллея, строение 148, Малиус Холибитт.

– О, – Пол приподнял бровь, – гранд-чемпион, старина Малиус. Да мы знакомы. Он живёт в нашем городке.

– Всё верно. По нашим данным вы действительно знакомы. И ему досталась точно такая же карточка, только с его именем.

– И что это значит?

Пол постарался изобразить лёгкое недовольство, близкое к раздражению.

– Это значит, – интонации модератора были безразлично-монотонны, – что вы оба оказались в роли и Вершителя, и Жертвы.

– То есть…

– Вам придётся по очереди выполнить процедуру вероятного прореживания. Кто будет первым принимать выстрел капсулы, а кто вторым, – определитесь на месте. Данный случай не имеет подобных прецедентов, но служба предлагает воспользоваться жребием: монета, палочки, карты, чёт-нечет.

– Чёт-нечет? – переспросил Пол.

– Участники выбирают чёт или нечет. Затем на двух листках каждый из участников пишет произвольное число. Числа складываются, и по сумме определяется чётное или нечётное получилось число. Соответственно, если чёт – начинает один, если нечет – другой.

– Как-то это по-детски, – слегка поморщился Пол.

– Повторюсь, такой сбой произошёл впервые. Служба проанализирует возникшую ситуацию и в последующем будет готова предложить более приемлемые варианты.

– Ну, хорошо, хорошо, – быстро заговорил Пол, давая понять, что ему, в общем-то, всё равно. – Решим на месте. Кстати о месте – где?

– В доме Малиуса Холибитта.

– А он уже…

– В данный момент, – поспешила объяснить модератор, – Малиус Холибитт так же как и вы, Пол Шворски, проинструктирован о дальнейшем ходе событий и его собственных действиях. Он уже ждёт вас по указанному адресу в предоставленной вам информации.

– Да, я и так знаю, где живёт Холибитт, – усмехнулся Пол.

– Необходимая формальность, – то ли извинилась, то ли огрызнулась модератор.

– Можно отправляться? – зачем-то спросил Пол.

– Самое верное решение. Процедура возможного прореживания после получения информация должна быть выполнена в течение трёх часов.

– Времени достаточно…

– Лучше не затягивать! Регламент времени важен. Он прописан в Континентальном Законе.

– Да-да, я помню. Уже отправился. Тут недалеко, по параллельной улице, чуть вверх.

– Удачной процедуры.

– Удача со мной!

И Пол отключил коммуникатор всё тем же движением большого пальца, проведя по поверхности, будто стирая пыль.

– Значит, схема такая, – задумчиво произнёс Пол.

Он ещё какое-то время посидел в кресле, слегка прищурившись, гоняя в голове какие-то мысли, перебирая варианты. Наконец, когда пазлы встали на свои места, он уверенно поднялся из кресла, взял со стола оранжевый пенал и, подмигнув зеркалу в прихожей, вышел из дома.

Можно было пройти пешком. Но Пол запрыгнул в свой Мустанг «Хистори Икс Релиджн», воссозданный по индивидуальному заказу (за что придётся вносить платежи по банковскому займу лет двадцать), и, взревев мотором, отправился в путь.

Владение Холибиттов действительно находилось совсем близко. И Пол знал хозяина по одной простой причине, – приходилось часто бывать в его доме. В силу своих профессиональных обязанностей он чистил бассейн, ремонтировал, а чаще попросту пробивал засорившиеся трубы изношенных сантехнических коммуникаций. Но по большому счёту, их свело с Малиусом ничем не прикрытая страсть к автомобилям.

В отличие от всех жителей коттеджного посёлка, только Пол и Малиус продолжали ездить на легковых автомобилях с бензиновым двигателем. Естественно, им приходилось оплачивать дополнительные экологические сборы, налоги и санкционные пошлины. Но что есть деньги, когда твоим сердцем управляет страсть?

Сколько было выпито пива и виски за разговорами об аэродинамике, мощи лошадиных сил, сладкозвучии рокота двигателя внутреннего сгорания. На этом они, что называется, сошлись.

Но была и другая сторона этой сияющей медали. То, о чём Малиусу Холибитту лучше было не знать.

Как-то засиделись приятели допоздна, болтая о мощных тачках, вспоминая времена, когда каждый настоящий мужчина считал своим долгом иметь приличный и быстрый автомобиль. Небо было утыкано звёздами. Один тапочек Малиуса бесстыдно сполз с его ноги и свалился в подсвеченную воду бассейна. Хозяин дома стал откровенно засыпать, а Пол ещё был вполне в здравом рассудке. Сказывалась разница в возрасте, что скрывать. И когда Малиус, что называется, на бровях отправился спать, появилась она – Магда.

Она подошла мягко, как огромная кошка. В легком халатике до колен. Пышные тёмные волосы, еле заметная улыбка, плавная, даже мелодичная речь. Они разговорились. И всё произошло само собой. И закрутилось.

Вот уже почти как год Малиус ничего не знал о тайном увлечении его жены и его приятеля, – чистильщика бассейна, сантехника по совместительству и пробивальщика чужих труб.

И теперь (вот же, как может сложиться судьба) они должны выяснить, кто из них останется. Может, оба. А, может, ни тот, ни другой. Тогда Магда останется одна. Приз без победителя.

Автоматические ворота владений Холибитта были гостеприимно распахнуты.

Мустанг Пола проехал по дорожке из зелёного кирпича и, обогнув фонтан из розового мрамора в виде трёх резвящихся афалин, остановился напротив входа в дом.

Малиус, улыбаясь во всю ширину своих белоснежных имплантатов, сидел на лестнице у раскрытой входной двери. В своём любимом синем широкополом халате и домашних открытых тапочках, стилизованных под древнеримские сандалии. В одной руке держал точно такой же оранжевый контейнер, что привёз с собой Пол на переднем пассажирском сиденье.

Когда Пол вышел из машины, Малиус распростёр в стороны руки, поднялся на лестнице, начал спускаться навстречу гостю.

– Вот каким испытаниям нас с тобой подвергает Фортуна! – первое, что произнёс Малиус, обнимая Пола. – Признаюсь честно, я себе такое даже во сне представить не мог.

Похлопав в ответ по спине своего приятеля, Пол с нескрываемой иронией ответил:

– У Фортуны прекрасное чувство юмора, мне кажется.

– Никогда не сомневался в этом, мой друг, – отстраняясь от Пола, с искренним восторгом и блеском в глазах, кивнул Малиус. – Ты не забыл мой пропуск в вечность?

– Нет, вот он, – Пол приподнял руку, показывая оранжевый контейнер.

– Прекрасно. Не будем тянуть время. Ты готов?

– Конечно. Успел настроиться. Где проведём процедуру?

– Где мы это обычно делали, – Малиус наиграно-загадочно подмигнул, не переставая улыбаться, – на заднем дворе у бассейна. Вершитель не будет против?

Холибитт слегка поклонился. Всё-таки близилась какая-никакая церемония. Хозяину дома хотелось хоть чуть-чуть соответствовать происходящему моменту.

– Нет, если другой Вершитель выбрал это место. Я не против, – согласился Пол и, подыгрывая, слегка поклонился в ответ.

– Пойдём, я всё приготовил.

Малиус хлопнул по-дружески Пола по плечу и двинулся вверх по лестнице. Пол последовал за ним.

Проходя через первый этаж, от прихожей до выхода на задний двор, Малиус, не оборачиваясь, выдал фразу, от которой Полу почему-то стало немного не по себе.

– Признайся честно, дружище, ведь это ты всё подстроил? Такие вещи сами собой не происходят. А? Признайся, и я обещаю, ты покинешь этот мир быстро и без сожалений.

Пол промолчал, не зная, как ответить на такой юмор Малиуса. А тот лишь раскатисто загоготал, даже не обратив внимания на реакцию приятеля.

Возле бассейна, на тщательно подогнанной мозаике полихромных инсталляционных панелей, показывающих любой тип поверхности по желанию владельца, стоял круглый белый стол на витых металлических ножках. За ним без труда могло пометиться человек шесть-семь. Вся его поверхность была уставлена дорогущей выпивкой в разнокалиберных бутылках. Дополняли этот алкогольный букет всевозможные закуски в прозрачных вазочках, – соусы, паштеты и салаты. В отдельной плетёной корзинке из дикого камыша дышал теплом свеженарезанный белый хлеб.

– Для чего это всё? – искренне удивился Пол, указывая на приготовленные угощения.

– Ну как же! – всплеснул руками Малиус. – Такой день. То ли праздник, то ли траур.

Пол переступил с ноги на ногу. Под ним плескалась поверхность южного океана с многообразием разноцветной живности и растительности.

– Вообще-то, насколько я помню, по Верховному Континентальному Закону во время проведения процедуры употребление алкоголя или любых психотропных препаратов строго запрещено.

– Верно, – кивнул Малиус, – так и есть. Но кто говорит, что мы напьёмся прямо сейчас. Отметим после, когда процедура будет пройдена.

Холибитт многозначительно подмигнул Полу и, подхватив со стула широкую разноцветную материю, накинул её поверх яств и напитков. Воздушный азиатский шёлк плавно опустился на горлышки бутылок, образовав причудливую гряду гор с остроконечными пиками.

– Садись, – предложил Малиус, указывая на стул, – обсудим.

Улыбка сошла с его губ. Но глаза продолжали блестеть каким-то нездоровым блеском.

– Обсудим, – кивнул Пол, садясь на предложенное место. Пенал, сжимая обеими руками, положил на колени перед собой.

– Итак, кто будет стрелять первым?

– Могу предложить жребий, – начал было Пол, – вот например чёт-нечет…

– Какой к чёрту жребий, – скривился Малиус. – По ветру жребии! Будешь стрелять первым.

– Я не против, – пожал плечами Пол.

– Ещё бы, – хмыкнул гранд-чемпион, – всё-таки я тебя старше.

Холибитт расположился на стуле возле стола. Он положил свой пенал поверх цветастой материи на самый край, закинул ногу на ногу, запахивая полы халата, и на секунду оголив свои длинные худые ноги.

– Можешь приступать, – как-то лениво, с лёгкой усмешкой в голосе произнёс Малиус. – Кстати, Магда уехала ещё вчера в горы. Потянуло милую на снежок. Это я к тому, что никто не завоет, когда я с остановившимся сердцем свалюсь в бассейн.

Пол выждал пару секунд, не зная как реагировать на произнесённое Малиусом. А тот неожиданно разразился всё тем же раскатистым хохотом.

– Пытаюсь разрядить обстановку, – останавливая смех, добавил он, – уж больно ты серьёзный. Чему быть, тому не миновать. Победит тот, кто посмотрит Фортуне в лицо. А её благосклонность нужно заслужить…

– Да, Малиус, я помню. Твоя любимая фраза.

Пол закрыл глаза, набрал в лёгкие как можно больше воздуха, медленно выдохнул. Открыв глаза, он уверенно произнёс:

– Посмотрим Фортуне в лицо.

Открывать пенал во второй раз оказалось делом привычным. Доставать карточку Пол не стал, а сразу извлёк пластиковый пневмопистолет. В небольшой, но удобной ручке располагался маленький балончик с сжатым воздухом, позволявшим произвести выстрелы как минимум десятью капсулами с инъекциями. На всякий случай. Вдруг с первого раза Вершитель промахнётся, или Жертва дёрнется в самый неподходящий момент.

Нужно отметить, что процедуры никто не избегал. И во время процедуры никто не бегал от Вершителя. Это было бы глупо и бессмысленно. Кто нарушал ход процедуры, становился автоматически нарушителем Высшего Континентального Закона. И тогда Жертву ждала не лотерея, а унизительная публичная ликвидация.

Такое произошло последний раз лет десять назад. Все помнили того несчастного. Никто не желал ничего подобного. Слишком большой позор. Слишком мучителен уход.

Как только Пол снял пистолет с предохранителя, установленная под дулом микрокамера начала снимать видео. Видеоотчёт был необходим для подтверждения факта проведения процедуры. Именно он был основным доказательством её свершения.

Обойма капсул была наглухо запаяна и опечатана. Так что ни о какой подмене не могло быть и речи.

Пол прицелился прямо в грудь Малиуса. Как раз в то место, где виднелась его пышная курчавая растительность. Куда стрелять – было совершенно без разницы. Игла, выскакивающая из капсулы и под давлением впрыскивающая порцию инъекции, пробивала любую ткань любой одежды.

– Рука не трясётся. Это уже хорошо, – только и успел произнести Малиус, как Пол нажал на спусковую кнопку.

Раздался короткий хлопок, похожий на чей-то дальнобойный плевок. Капсула, достигнув цели, осуществила впрыск и повисла на левом отвороте халата. Словно сдохнувшая пчела, уже не способная самостоятельно вытащить своё использованное жало.

Малиус недовольно сморщился и небрежным жестом стряхнул с халата отработанную капсулу на пол.

– Не думал, что будут такие болевые ощущения.

Тем временем Пол отпустил кнопку, поставил на предохранитель и запись видео прекратилась. Поместив пистолет обратно в пенал, закрыл его и поднял взгляд на Малиуса.

– Подождём эффекта или продолжим процедуру?

– Продолжим, – невозмутимо кивнул Пол.

– Правильно, – Малиус опять как-то не по-доброму усмехнулся, – больше останется времени на поминки.

Он почти молниеносно, будто оттачивал движения несколько дней, открыл свой пенал, достал пневмопистолет, снял предохранитель и, не глядя, выстрелил в сторону Пола. Капсула угодила ему в ногу. Жгучая волна прокатилась под кожей всей конечности. Казалось, что мышцы вот-вот сведёт. Ощущение, действительно, было не из приятных.

– Вижу по твоему лицу, что и мой выстрел достиг цели, – осклабился Малиус, прибирая пистолет в пенал. – Не в яблочко, правда, но и не в молоко!

– Ты, прав, дружище, – переводя дух, сказал Пол, – ощущение поганое.

– Осталось подождать пару минут. Для тех, кому Фортуна сегодня будет улыбаться, стол уже накрыт.

Пол посмотрел на наручный часовой браслет, засекая время.

– Пять минут максимум.

– Конечно, – согласился Малиус.

Гранд-чемпион вальяжно откинулся на спинку стула, крутя перед собой, как пропеллером, концом пояса халата. Пол наблюдал за беззаботным другом, оставаясь собранным как внешне, так и внутренне. Прислушивался к малейшим изменениям в организме, способным подсказать о начале действия яда.

Прошло минуты две. Пока всё было без изменений.

Но вот улыбка на лице Малиуса стала постепенно сходить на нет. Пропеллер остановил своё дурацкое вращение. Малиус медленно поднял руку и положил ладонь на грудь.

– Ты не поверишь, дружище, – сказал он, – кажется, я почувствовал эту заразу. Похоже, началось.

В горле у Пола пересохло. Секунду он не знал что ответить.

– Мне жаль, – наконец с неожиданной хрипотцой вылетело из его рта.

– А у тебя как? – тут же спросил Малиус.

– Тишина… Не знаю… Пока ничего, – сбивчиво ответил Пол.

Он впился глазами в Малиуса, стараясь по его внешнему виду, выражению лица, мимике, понять, что тот сейчас чувствует.

Приятель в синем халате, прикрыв веки, водил ладошкой по груди и что-то тихо нашёптывал. Быть может, заклинание? Молитву? Вряд ли.

Наконец рука опустилась на подлокотник стула, глаза Малиуса широко раскрылись и улыбка, его белоснежная, широкая улыбка засияла с прежней силой на его лице.

– Да, теперь сомнений нет, – произнёс он. – Ощущения нарастают. У меня внутри прямо разгорается сопло гоночного аэроболида.

Теперь и у Пола не было сомнений.

– Да, всё верно, – печально кивнул Пол, – это явные признаки.

И именно в это мгновение почувствовал, как его что-то остро кольнуло в области солнечного сплетения.

– Неужели ты думаешь, что Малиус Холибитт, гранд-чемпион иерархических планетарных гоночных полётов, любимец Фортуны, вот так вот просто возьмёт, да и сдохнет на заднем дворе собственного дома?