- -
- 100%
- +
ГЛАВА 1
Мама часто говорила, что постоянно быть хорошей девочкой невозможно.
Говорила не дочери, а Ринату.
Приговаривала, что иногда надо шалить. Чуть-чуть, совсем немного. Иначе пружина, что сдавливается внутри, непременно рванет.
Лия вспомнила эти слова мамы, когда вышла из такси и плотнее запахнула пальто. Ещё не хватало, чтобы тот же таксист увидел, что под ним пижама. Позора будет…
Была ли она хорошей девочкой? Скорее да, чем нет. Слушала старших, уважала маму. Ещё больше уважала Рината, отчима, который воспитывал её с семи лет.
И безумно, вот просто безумно, боялась его осуждения.
А если он узнает, что они с девчонками затеяли… Скандала точно не избежать. Точнее, даже не скандала. Папа Ринат никогда не повышал на неё даже голоса, хватало взгляда и разговора, где отчим рассказывал, в чем Лия оказывалась неправой, и настоятельно рекомендовал больше не совершать опрометчивых поступков, потому что он ей доверял и любил, как дочь.
И Лия очень старалась оправдать его ожидания.
Но сегодня…
Почему она поддалась общему безумию и согласилась на настоящую авантюру?
У Дианы, её близкой подруги, намечался девичник. Родители не разрешили его отметить в ресторане, сказав, что европейские привычки негативно влияют на их дочь. Поэтому никаких мероприятий. Но Диана на то и Диана, вольная птица, которую сложно в чем-то переубедить.
Она решила переиграть родителей и родственников. И повеселиться дома.
Для этого она устраивала пижамную вечеринку. А чтобы придать шарм событию, она уговорила девчонок на небольшое приключение.
Праздник совпадал с каким-то очень важным мероприятием в городе, на который родители Дианы были приглашены. Мама Лии и Ринат, кстати, тоже. Иначе Лия не смогла бы покинуть дом незамеченной.
Родители подруги купили новый особняк, где Лия ещё не была. Она огляделась по сторонам. Вроде бы респектабельный район, высокие заборы, тяжелые кованые калитки, вымощенные брусчаткой дорожки. Лия нервно поежилась.
И никого на улице…
Ни души.
Таксист, сверкнув фарами, свернул за угол и скрылся.
Лия ещё раз огляделась по сторонам и вдохнула. Всё она делает правильно. Она скоро сама окажется на месте Дианы, правда, столь шальной девичник проводить не будет.
Не надо ей приключений. Она и на это-то согласилась лишь потому, что Диана и Лора очень сильно просили.
Ничего экстремального не предвиделось. Соберутся три девочки, поедят пиццу, покидают друг в друга подушками и разойдутся.
Правда, чтобы придать пикантности, попасть в дом надо будет через задний двор.
И окно.
Диана долго сетовала, что хочет чего-то интересненького.
– Хотя бы окна, девочки! Ну, пожалуйста, пожалуйста! – она соединила ладони вместе.
Лия с Лорой переглянулись.
Как тут откажешь?
Лия ни за что бы не согласилась на подобное, если надо было бы лезть в окно с улицы.
А это она уже окажется внутри двора.
Эх…
Чего не сделаешь ради подруги?
Подул прохладный ветер, побудивший Лию сдвинуться, наконец, с места.
Если папа Ринат или его старший сын, Давид, узнают о её ночных похождениях, ей будет конец.
Но Давид был в Японии, мама с отчимом на празднике. Она планировала вернуться домой не позднее двенадцати.
А то, что в пижаме… Под пальто не видно, правда же? Тем более, сейчас пошла мода на пижамные костюмы, и многие девочки носили их в повседневной жизни. Конечно, приверженцы традиционного воспитания осуждали подобные наряды. Лия сама лично ни за что в жизни не решилась бы в шелковом костюмчике отправиться в ресторан или кафешку.
Вдохнув ещё раз, девушка решительно направилась к дому, доставая телефон и открывая чат с подругами.
«Я на месте».
«Ждем уже!»
Это Лора, и много-много смайликов-сердечек.
Лия улыбнулась. Она искренне надеялась, что будущий муж, которого она видела несколько лет назад в первый и последний раз, разрешит ей и дальше общаться с девчонками.
Несмотря на то, что они жили в разных городах, часто списывались и созванивались.
Итак, она около дома. Теперь надо обойти его справа, там должна быть калитка, через которую она попадет в сад.
Было страшно. Даже очень.
Лия покачала головой. Иногда надо выходить за рамки дозволенного. Ей все об этом говорили, даже мама намекала постоянно.
Калитку она увидела не сразу. Тяжелая металлическая дверь, на первый вид такую не сдвинешь. Сердце девушки дрогнуло от нехорошего предчувствия. Может, взять и передумать? Позвонить Диане и сказать, что она заходит через парадное крыльцо.
Девчонки её на смех поднимут, Диана ещё наверняка упрекнет, что она испортила праздник.
Остановившись у калитки, Лия дала себе зарок. Если калитка не поддастся, она звонит Ди.
Но нет. Калитка на самом деле оказалась открытой. И даже не скрипнула, когда Лия её толкнула. Правда, всё равно оказалась очень тяжелой.
Итак, она в саду. Который слабо освещен. Мертаговы не успели обжиться? Скорее всего.
Что ж, придется ещё и почти наощупь добираться.
Диана предупредила, что её спальня – второе окно.
Где кстати горел слабый свет.
Остальные окна хранили темноту.
На третьем кое-где тоже горел свет, и вроде бы как с другой стороны дома.
Лия подошла к окну. И как ей забираться внутрь? Губы сами собой расплылись в улыбке.
На самом деле, то, что затеяла Диана, имело под собой основу. Девчонки в детстве так шалили. Правда, собирались чаще всего у Лоры. Подобные вылазки у них были в ходу лет до одиннадцати, пока взрослые не решили, что девочкам пора становится серьезнее.
Лия огляделась. Она ошибается, или под деревом находится переносная лавочка, которую используют для садовых работ?
Ей она и воспользуется.
Настроение резко улучшилось.
Самое интересное – окно тоже было открыто. Причем, не на летний вариант для проветривания, хотя апрель в этом году выдавался холодным и ветреным. А нараспашку.
Девочки – молодцы.
Поставив ногу в кедах на скамью, Лия убедилась, что та не шатается.
Дальше осталось вспомнить былые навыки.
Конечно, годы без практики дали о себе знать. Лия почувствовала себя неуклюжей клушей, негодной для ночных вылазок.
Вот она на подоконнике.
Вот свесила ноги.
Отлично… Ещё чуть-чуть.
Всё. Она в комнате.
И где резкое включение света? Где улюлюканье девочек? Аплодисменты?
Почему тишина?
Лия невольно насторожилась, оглядываясь по сторонам.
И понимая, что что-то не то.
Не то и всё.
То, что в комнате никого не было, Лия поняла сразу.
Да и как тут не понять! Если та была пустой.
Свет имелся, пусть и приглушенный. Он рассеивался от тонкой линии на потолке, создавая минимума освещения. Ещё шел из приоткрытой смежной двери, скорее всего, ванны.
Лия нервно сглотнула.
Где девочки?
– Диан, – позвала она осторожно.
Мало ли.
С них, кстати, станет! Спрятались в ванной и ржут, паразитки, над ней. Ещё, как вариант, и камеру поставили, чтобы потом всем вместе повеселиться, глядя на растерянность Лии.
Ничего, ничего. Она стерпит, а потом найдет способ разыграть уже их. Лорчику так точно достанется, до неё она доберется в первую очередь. С Дианой будет посложнее, та уже будет замужем. Но Лора должна будет поддержать Лию. Просто обязана!
Девушка огляделась по сторонам и нахмурилась.
Если её разыграли, то очень удачно.
Во-первых, это была спальня.
Большая, даже очень. Подходящая, скорее, для хозяев дома, не для дочери.
Во-вторых, мебель… Более сдержанная, немного даже футуристическая. Нет никаких розочек, цветочков.
Зато есть скинутые мужские брюки и рубашка.
Лия запаниковала. Не смогла всё-таки сдержать эмоции, которые крыли с головой, утягивали на дно.
Она же не залезла в комнату к мужчине?
Нет-нет, такого не может быть!
Она не могла ошибиться!
У Дианы не было братьев! А отец? Если предположить, что она всё же ошиблась спальней, то тогда это комната и мамы Дианы.
Черт!
Лия зажала рот рукой.
Убьет.
И Ди, и Лору.
Розыгрыш удался на славу, она повелась.
– Девчонки, хватит уже, – проговорила она негромко, продолжая лихорадочно осматривать комнату, желая зацепиться хоть за что-то. За любую ниточку, которая позволила бы ей думать, что она не вляпалась в нехорошую историю.
В очень нехорошую…
Сердце истошно заколошматилось о ребра. Дыхание странным образом сбилось в горле, обжигая. Дурное предчувствие накрывало все сильнее.
Лия достала из кармана телефон и набрала Диану. Где-то рядом должен сейчас раздаться рингтон! И девочки выскочат… Например, из того огромного шкафа в пол.
Ничего подобного не произошло.
Нигде ничего не зазвенело, не завибрировало. Никаких звуков. Ничего.
Лия продолжала смотреть на телефон, потом резко переключилась на мессенджер и набрала сообщение:
«Я вас убью. Розыгрыш удался. Выходите».
Пока она набирала сообщение, послышался посторонний шум. Лия встрепенулась, не успев отправить послание подругам.
Пальцы замерли над кнопками.
Она сама тоже.
Раньше Лия не особенно вдумывалась в значение выражения «ноги приросли к полу». Литературные афоризм, не более. И в полной мере испытала его на себе в следующие секунды.
Потому что смежная дверь открылась, но в проеме появились не девчонки.
А полуобнаженный мужчина.
Он выходил, промокая волосы полотенцем. Второе было обмотано вокруг бёдер.
Но и того, что увидела Лия, хватило сполна.
Она вскрикнула, привлекая к себе внимание и роняя телефон на пол.
Перед глазами пронеслись калейдоскопы каких-то событий, вспышки, отрывки разговоров. Быстро-быстро. Так, наверное, происходит перед смертью.
Именно на краю бездны Лия и оказалась.
В чужой комнате. С полуобнаженным мужчиной.
Который отреагировал на шум, поворачиваясь в её сторону и мгновенно сканируя её взглядом.
Время замерло, закристаллизовалось, утонуло в Вечности.
Вместо того, чтобы реагировать, начать действовать, Лия не сдвинулась с места, рассматривая незнакомца во все глаза.
Она видела полуобнаженных мужчин, несмотря на строгое воспитание отчима. Учась в институте, она посещала спортзал, где, порой, мужчины щеголяли мышцами, позволяя себе как бы ненароком снимать майки. Пляжи на курортах тоже изобиловали почти обнаженными телами.
И всё же это было не то.
Спальня, чужой дом, ночь за окном сделали своё дело. Создали интимность восприятия, от которого не удалось избавиться в первые секунды. В последующие тоже.
У Лии распахнулись глаза.
Мужчина, который грозно свел брови на переносице и недобро смотрел на неё, отличался высоким ростом. Выше папы Рината. И, кажется, даже Давида. Метр восемьдесят с чем-то. А, может, и все девяносто. Лия не смогла определить с дальнего расстояния. Зато в сознание врезались широкие плечи, такие даются природой, а потом тщательно прорабатываются в тренажерном зале или у «груши».
Грудную клетку, покрытую черной порослью, Лия тоже успела рассмотреть. Как и нехилый торс.
И лишь когда взгляд Лии спустился к белоснежному полотенцу, небрежно завязанное на бедрах, кровь отхлынула от лица.
… она не в комнате Дианы…
Где угодно, у кого угодно, но не в доме подруги.
Мозг опалило ужасом.
– Ты кто, мать твою, такая? – негромкий голос бил наотмашь.
Лия мотнула головой, зажав рот ладонью.
Ей хотелось сказать «никто». Но, кажется, её подвели не только ноги.
Лицо мужчины она рассмотрела плохо. Точнее, она видела его и…не видела одновременно. Какие-то мазки, больше расплывчатые, смазанные.
Видела, что он хмурится. Даже злится.
А его голос она не забудет никогда. Он ей в кошмарных снах будет сниться!
Девушка пришла в себя так же внезапно. В голове точно раздался щелчок, освобождающий её от оков. Она быстро нагнулась, схватила телефон и, развернувшись, вцепилась в подоконник.
Не рассчитала она другое. Он был высоким, и залезть на него без табурета или скамьи оказалось непросто. Тем более, когда адреналин диким темпом шпарил в крови, в ушах заложило, в висках запульсировало.
– А ну стоять, – угрожающе послышалось сзади. Даже с какими-то рычащими нотками, точно за спиной находился не обычный мужчина, а представитель вымышленной расы, которыми сейчас заполнены телевидение, игры и книги.
Но какое там «стоять»! Лию ничто не могло остановить.
Кроме собственной неуклюжести.
Она поздно сообразила, что надо было падать попой на подоконник, разворачиваться и спрыгивать на землю. А она вцепилась в него, не понимая, как забраться. Холод и страх сковали мышцы и парализовали разум.
Осознание того, во что она на самом деле встряла, ещё не пришло к ней. И не надо… Пожалуйста… Потом…
Она потеряла драгоценные минуты. Краем возбужденного сознания она уловила движение за спиной.
И когда Лия, наконец, поняла, что надо боком запрыгивать на подоконник, было поздно.
Мужчина оказался шустрее неё.
Как он преодолел комнату за такое короткое время – вопрос.
Но когда она шире распахнула окно, чувствуя, как холодный ветер неласково и неприветливо касается её горящих стыдом щек, её схватили за плечо и весьма неучтиво рванули назад. Послышался режущий слух звук рвущейся ткани. То ли кашемир не выдержал, то ли шелк.
Лия вскрикнула повторно, заваливаясь куда-то в пустоту.
Упасть ей не дали. Скорее, завалили на себя.
То есть на мужское полуобнаженное тело.
Сдернули с подоконника грубо, впечатав в волосатую грудь.
Держали Лию крепко. Это она поняла сразу. Не вырваться и особо не шелохнуться. Потому что девушка оказалась зажатой между распахнутой рамой, подоконником и мужским телом.
В одном Лия оказалась права – незнакомец был высоким. И очень, очень сильным.
Он заполонил пространство вокруг неё. Казалось, он был повсюду. Терпкий запах геля для душа защекотал обоняние, обостряя чувства до предела. Хотя, казалось, куда ещё.
Более того, при рывке Лия ткнулась носом прямо ему в грудь, получив в довесок гамму новых тактильных ощущений. Волоски хранили капли воды, они сразу проникли в нос девушки.
И та чихнула.
– Да твою ж!
Грозный голос раздался уже над головой, и Лия невольно сжалась.
Вырываться не имело смысла.
Её поймали, крепко держа. Стальные пальцы вцепились в плечо девушки, оставляя на нежной коже отпечатки в виде синяков, наличие которых ей предстоит объяснить в лучшем случае маме. В худшем – папе Ринату.
При мысли о близких людях в глазах девушки постыдно защипало. Если она сейчас ещё и расплачется, то перестанет себя уважать.
Ещё не случилось ничего непоправимого! На дворе двадцатые годы двадцать первого века! Наличие девушки в спальне мужчины не катастрофа. Не конец света.
Правда же?
Правда?
Лия, преодолевая себя, запрокинула голову кверху, намереваясь быстро рассказать, что произошло. О роковой ошибке, о странных мистических совпадениях.
Но наткнувшись на пронзительный взгляд темных глаз, смотрящих на неё осуждающе и даже яростно, с гневным блеском на дне, притихла.
И если бы только это.
Лицо мужчины было смутно знакомым. Лия переволновалась, и никак не могла вспомнить, где она его могла видеть. Эти высокие скулы, орлиный нос. Плотно сжатые губы, упрямый подбородок.
Образ складывался в единый, но узнавания не происходило. Да и откуда она могла знать этого незнакомца с гневно раздувающимися ноздрями и ходящими на скулах желваками?
Лию залихорадило. Ещё немного и её начнет натурально потрясывать. Надо говорить. Надо объяснить. Перестать, наконец, молчать!
– Я… я перепутала дом, – проблеяла она, ненавидя себя за жалкий тон.
Где уверенная в себе девушка? Куда она подевалась с приездом в отчий дом? Лия не была хамкой, не была сорванцом. Мама воспитывала её правильно, в уважении к старшим и другим людям.
Мужчина вызывающе негодующе прищурил глаза и процедил сквозь сжатые губы, не скрывая иронии:
– Неужели?
ГЛАВА 2
– Да, – чувствуя себя китайским болванчиком, кивнула Лия.
И не очень удачно.
Потому что лбом снова едва не проехала по голой груди мужчины.
Да что это такое!
Почему её не отпустят?
Зачем нависать над ней?
Зачем…трогать?
Может, он её и не трогал в общепринятом понимании, но близости мужчины было достаточно.
Их бедра соприкасались!
Более того, пальто распахнулось, и теперь бедра Лии прижимались к бедрам незнакомца.
Боже…
Если можно было бы умереть от стыда, Лия давно бы умерла. Ей и в кошмарном сне не могло присниться подобное унижение.
Это же Кавказ! Тут подобные выходки не поощряются.
Она постаралась дышать более глубоко, лихорадочно соображая, что дальше делать.
Что делать, что делать – объясняться. Просить прощение и исчезать. Испаряться в ночи. Срочно вызывать такси и бегом домой, позабыв раз и навсегда про разного рода «шалости».
– Настолько перепутала, что оказалась аж в спальне? – незнакомец не собирался смягчать тон.
И хват пальцев тоже.
Лия отважилась повторить попытку и снова задрала лицо кверху.
Паника, что билась внутри пойманной птицей, пусть и не отступила, но убрала с глаз пелену.
Рядом с Лией стоял не представитель местного населения. Не кавказец. Уже хорошо. Даже не так. Это большой, огромный плюс. У мужчины преобладали славянские или европейские, как кому будет угодно, черты лица. Паззлы соединялись в единую картинку. Плюс влажные волосы забавно завивались в колечки, что позволяло думать, что у мужчины они в принципе немного вьются. Сейчас они были зачесаны назад, но некоторые пряди выбились на лицо.
– Пустите меня, и я всё объясню, – прошептала Лия, не узнавая свой голос. Охрипший, не её.
– Чтобы ты снова сиганула в окно? Что стащила? И кто, черт побери, тебя прислал? У тебя минута, чтобы всё мне рассказать. Потом будем общаться иначе.
Угрозы, сыплющиеся на Лию, не могли не произвести на неё впечатление. Ей никто никогда не угрожал! Ни разу! А тут…
Смысл сказанного до Лии дошел сразу. И обвинения – тоже.
– Я ничего не стащила! – кинулась она в защиту, запоздало понимая, что в её случае это неправильная, даже опасная тактика.
Она же пигалица перед этим бугаем!
В одном полотенце…
Современные девушки подняли бы её на смех, расскажи она о своих ощущениях. Смущении, что накатывало уже даже не волнами, а потянуло её на дно океана лишь от того, что её прижимал к себе почти голый незнакомец. И как прижимал… Контролировал своим телом. Скорее даже так.
– Неужели? И почему я тебе не верю? И да, твоя минута на исходе.
Лия лихорадочно обернулась к окну.
У неё есть шанс убежать?
Нет.
И почему… Почему телефон молчит?! Она же написала девочкам, что заходит, что уже подъехала?!
Телефон! Точно!
– Я ошиблась домом! – снова запричитала Лия, не замечая, как начинает излишне эмоционировать. А это плохо. Очень-очень.
Главный минус домашнего воспитания заключается в том, что девочки растут нежными цветками, знающими, что их проблемы всегда решат взрослые мужчины. Что в любой момент она может обратиться, рассказать, посетовать. И больше ни о чем не думать.
У Лии даже полное имя было «цветочным». Лилия. Но она его особо не любила и предпочитала, чтобы её звали уменьшительным.
– Тон сбавь, – тотчас отреагировал мужчина, сильнее прищуриваясь и сжимая челюсти.
Лия натурально задрожала. Да что ж такое!
– Сбавлю, – затараторила она, сделав попытку вырваться из цепких пальцев. – Дайте мне возможность объясниться.
– Уже дал. Время вышло.
Что-то изменилось. В воздухе. В самом мужчине. Лия плохо соображала. Ещё с улицы подул сильный ветер, где-то даже громыхнуло. Или у неё настолько разыгралось воображение? Не бывает же грома в апреле? Или бывает?
– Будем разговаривать иначе.
Сначала Лия даже не поняла, что произошло. Всё её сознание противилось происходящему. Где-то в глубине души Лия надеялась, что это сон, дурной и неприятный. Что она каким-то непостижимым образом задремала в такси, и сейчас, вот-вот проснется.
Но жар, исходящий от мужского тела, говорил, что её надежды пустое.
Дальше – хуже.
Пока она пыталась адаптироваться и найти нужные слова, мужчина перешел от слов к делу.
Он раздраженно мотнул головой, а потом резким четким движением сдернул с неё пальто. Лия ахнула, разжав от неожиданности пальцы. Телефон и сумка полетели на пол. Пальто задержалось на её теле на несколько секунд, а потом было безжалостно откинуто прочь.
Девушка попыталась удержать пальто, потянула руки на себя. Но куда там! Она схватила пустоту.
На этом незнакомец не остановился. Грязно и нелицеприятно выругавшись, отчего щеки Лии вспыхнули пунцовым окрасом, он грубо схватил её, подняв в воздух, точно она ничего не весила.
Чтобы в следующее мгновение швырнуть на кровать.
Девушка взвизгнула, не успевая осознавать происходящее. Нет-нет! Нет…
От удара о жесткий матрас на несколько секунд у неё перед глазами замелькали мушки. Это не может происходить с ней! Никак!
Она засучила ногами, пытаясь отодвинуться. Хоть что-то предпринять! Но каждое её действие шло с запозданием.
Мужчина, едва ли не открыто скалясь, демонстративно откинул прочь полотенце, что прикрывало его бедра.
Лия мгновенно зажмурила глаза и так же быстро их распахнула.
Что она творит, глупая? Тут не зажмуриваться надо, а действовать!
Бежать! И плевать на последствия.
Повторный крик застыл в горле девушки.
Как бы она не старалась не смотреть на мужчину ниже пояса – не получалось. Взгляд в панике пробежался по всему крепкому телу незнакомца. От лица, выражение которого не сулило ей ничего хорошего, до крупного торса. И ниже… Бедра, волосы. На груди, животе, в паху.
Пах… О, нет-нет! Не смотреть туда! Нельзя!
Отчим Лии был приверженцем традиционного воспитания, она, привыкшая его слушаться, соглашалась с ним почти во всем. Не подпускала к себе парней, не ходила на свидания. Да и какие могут быть свидания, если она просватана!
А тут…
Уже голый мужчина нависает над ней!
И смотрит. Так смотрит, точно она его личный враг и он сейчас разделается с ней.
Порвет. Или что-то похуже.
– До тебя, наконец-то, начало доходить, да? Поздно, крошка! Я давал тебе шанс. Хотя…
Он оказался на кровати ещё быстрее, чем она предполагала.
Более того! Он навалился сверху.
Голый…
Абсолютно.
Придавил тяжестью своего тела, фактически обездвижив Лию. Та дернулась, желая избежать прямого контакта, но куда там! Пока она роптала, он действовал!
– Вы… вы не понимаете!
Мысли путались в голове, вязли в какой-то пучине.
На лекциях по психологии говорили, что люди, попадая в экстремальные ситуации, делятся на несколько категорий. Кто-то очень быстро собирается, реагирует и дает отпор, принимает решения. Другие же погружаются в панику, теряются. Как выяснилось, Лия принадлежала ко второй категории.
Она, как выброшенная на берег рыба, отчаянно хватала воздух ртом.
– Говори, кто тебя послал. Иначе… Судя по твоей мордашке…, – пауза была недолгой, но безумно давящей, – насиловать я тебя буду долго и с большим удовольствием!
– Нет! Нет… Я ошиблась… И… да подождите вы!
Ужас сковал тело девушки. Лицо мужчины оказалось слишком близко от неё. Она чувствовала его мятное дыхание на своей шее.
Весил мужчина немало. Его тело надежно придавило девушку, не давая шанса на то, чтобы вырваться.
Но Лия поняла – она не сдастся. Не позволит этому уроду изнасиловать её. Ни за что. По крайней мере, лежать безропотной куклой не будет.
Лия уперлась рукой ему в плечо, пытаясь отодвинуть, убрать мужчину с себя. Хоть бы хны! Тогда она начала действовать более кардинально. Вскинула руку, в которой был зажат телефон, и опустила её мужчине на голову. Послышался неприятный звук, происхождение которого она не могла определить.
– Да ты…
Незнакомец не договорил, но ему явно не понравились её действия. Лия, недолго думая, отвела руку назад, собираясь повторить удар.
Как бы не так!
На этот раз её перехватили, сжав в кисти.
– Больно, – пискнула Лия, привыкшая к немедленным реакциям на свои малейшие замечания.
Но не в этом случае.
Потому что единственное, к чему привела её попытка сопротивления, это к более сильному захвату.
– Кошечка решила сменить тактику и выпустить коготки? – прорычал мужчина, откровенно скалясь и приближая лицо ещё сильнее. Теперь Лия могла рассмотреть карие глаза, в которых бушевали непреодолимые стихии, разом направленные на неё.