Ненадёжные источники. Летние поиски

Потом задрал рукав футболки и показал бегущего медведя.

— Вот это чёткий зверюга! Всё правильно сделал. Знай, мы всегда за тебя. Никогда тебя не бросим. За настоящую мужскую дружбу!

Михаил огляделся по сторонам:

— Тухло как-то сегодня. Может махнём завтра в Подгорье с ночёвкой? Может и кабанчика там встретим.

Санёк ответил:

— Согласен, тусить летом в городе — участь слабаков. — Заодно и тачку в деле испытаем.

— Чтоб хотелось и моглось!

И Санёк скомандовал:

— Сейчас по домам. Завтра заеду за вами по очереди. Не опаздывать. Девушка, принесите, пожалуйста, счёт. У вас сегодня скучно, как в библиотеке.

А кому не было скучно в библиотеке, так это Севе. У него, как у младшего научного сотрудника, был доступ не только к основным, но и к редким архивным фондам. Сева не знал, что ищет, но для борьбы с антинаучными мифами решил копнуть до первоисточников. На этот день экскурсий назначено не было.

За дореволюционными газетами Сева пришёл в Центральную библиотеку. Июньским субботним утром здесь было очень тихо. А в Зале старопечатных книг и газет — так и вовсе пусто. Чахлые растения отчаянно плелись в сторону света. Лучи как будто лились сквозь девушку рядом с библиотечной стойкой. От этого её золотистые волосы и бежевое муслиновое платье, казалось, светились сами по себе. На её груди был бейдж «Лидия Стажёр», а на руках — белые тонкие перчатки.

— Здравствуйте, мне очень нужны газеты за 1878-1885 годы.

— Мы как раз оцифровываем старые газеты. Скоро сможете всё посмотреть на библиотечном портале.

— Но мне нужно сегодня, научные открытия не могут ждать.

— Понимаю, но помочь ничем не могу. Выдача сейчас не разрешается. Тем более все в отпусках, а работы с оцифровкой у меня невпроворот.

Сева не любил нарушать правила и тем более просить об этом кого бы то ни было. Ещё меньше, чем в обходные пути, Сева верил в своё обаяние, но исследовательский азарт взял верх.

— Лидия, а можно я вам помогу? Давайте оцифровывать вместе? Вообще-то я Всеволод, научный сотрудник кафедры Археологии и истории древнего мира. Для вас просто Сева. Я пишу диссертацию и готов быть вашим добровольным помощником. Заодно и просмотрю газеты. Вы же не разобьёте сердце молодого перспективного учёного?

Девушка недоверчиво посмотрела на него, пошуршала у себя на столе и выдала ему такие же белые перчатки. Сева с усилием натянул их и прикоснулся к хрупкой бумаге. Пахло гербарием. Они осторожно клали страницы в бесконтактный книжный сканер. Ветхие печатные слова превращались в бессмертный цифровой код.

— Сева, а что вы ищете?

И под шелест редких изданий Сева затянул:

— На днях я проводил экскурсию к дольменам. Я был в шоке от количества баек вокруг них. А между тем учёный, в общем-то мой коллега, Евгений Дмитриевич Фелицын, впервые описал дольмены аж в 1878 году. Он их «богатырскими хатами» называл. И наверняка отсюда и тянутся первые ниточки сказок. А из контента в то время были книги, газеты да народные присказки. Вот и решил здесь покопать. Вот бы нам нарыть какую-нибудь сенсацию.

Но сенсации попадались сплошь мелкого калибра. Зато они постоянно смешили Севу и Лидию.

Крестьянинъ, будучи пьянъ, объявилъ себя министромъ и требовалъ аудіенціи.

Въ Екатеринодарѣ собака укусила ростовщика, но была оправдана свидѣтелями.

Неизвѣстный субъектъ всю ночь игралъ на гармони и смущалъ гражданъ.

Въ уѣздѣ обнаружено лицо, живущее безъ всякаго занятія и довольное симъ.

В перчатки Лидии уже въелись пыль и типографская краска. Она случайно коснулась Севиной руки и оставила на его перчатке пятнышко. Сева давно не чувствовал себя так хорошо.

— А ещё можно в диссертацию это добавить. Или даже снять документальный фильм и завести свой канал. Сева смутился — он никому ещё об этом не рассказывал.

Лидия улыбалась.

Его сердце бешено забилось. Он чуть ли не подпрыгнул, когда увидел заметку в «Кавказской газете».

Богатырскie Хаты, исчезнувшійконь и чудеса леснаго духа!

13 Iюля 1881 г., Съ раскопокъ такъ называемыхъ «богатырскихъ хатъ» удалился въ неизвѣстномъ направленіи конь, состоявшій при казачьемъ войсковомъ старшинѣ. Конь ушёлъ безъ спросу и въ направленіи, донынѣ не утверждённомъ ни одною инстанціею.

Для розысковъ означеннаго коня былъ высланъ денщикъ Гришка.

Денщикъ отсутствовалъ сутки, чѣм вызвалъ неудовольствiе начальяства. Возвратился же онъ съ конёмъ и съ разсказомъ, который мы приводимъ ниже, не беря, впрочемъ, на себя отвѣтственности за его содержаніе.

«Въ грязи ясно были видны отпечатки подковъ, и я пошёлъ по тропѣ, всё по слѣду. Мѣста мнѣ незнакомыя, а шло всё къ горѣ, которую здѣсь зовутъ Коровьимъ Сѣдломъ. Перешёлъ я въбродъ черезъ рѣку и къ темнотѣ дошёлъ до хода въ пещеры. Оттуда тянуло такимъ холодомъ, что, право, не къ добру. Тутъ я и заплуталъ окончательно, словно лѣшій спуталъ.

Однако жъ услыхалъ ржаніе коня, будто книзу отъ пещеры. При необычайно большой полной луне, да ещё и оранжеваго цвѣта, сталъ я по каменьямъ ползти на ощупь, чуть не сверзился. Коня настигъ, привязалъ его, подлюку.

И тутъ услыхалъ журчаніе. Каменная яма прямо на глазахъ стала наполняться водою. Тутъ меня смѣхъ и разобралъ — будто лѣшій, какъ для благородія, ванну мнѣ приготовилъ. Ну, я и полезъ въ неё, понеже былъ утомлёнъ и дурно пахъ. Вода была прохладная, но пріятная. Освѣжился, взбодрился и, словно бы, даже зрѣніе у меня прояснилось. Набралъ той воды во фляжку, заночевалъ въ лѣсу, а къ обѣду коня начальству возвратилъ».

Съ цѣлью провѣрки означенныхъ обстоятельствъ денщикъ Гришка былъ отправленъ на мѣсто повторно — уже въ сопровожденіи археологовъ. Однако жъ, при всѣхъ стараніяхъ сихъ почтенныхъ лицъ, ни воды, ни источника, ни даже скромной