Черная Роза

Он освободил спортивную сумку от всех своих вещей. Она была недостаточно большой для того, чтобы туда вошли все части тела, поэтому он положил в нее только руки и ноги девушки. Туловище и голову оставил в морозильной камере.

Затем мужчина вернулся в ванную, взял мочалку и мыло и старательно стер все следы крови. Также он отмыл от алых следов орудие расчленения и аккуратно сложил все в ящик с инструментами, вернув его на место.

Окончив работу, убийца отправился в гостиную. Пора было вознаградить себя за труды. Он открыл бар и вынул оттуда тумблер и бутылку Red Label. Плеснув в стакан немного виски, он расположился на диване. К своему удивлению, мясник не утратил ясности мышления, и начал прокручивать в уме различные варианты развития событий.

Он мог взять из кладовки лопату для чистки снега, вызвать такси и поехать в сторону лесополосы. Но в этом случае существовала опасность, что машину тормознут гаишники и досмотрят пассажира. Хотя эта возможность и представлялась ему крайне маловероятной, он не спешил ее отметать. Выбрасывать сумку в мусорный бак тоже было неподходящей затеей, ведь содержимое контейнера наверняка будут проверять.

Мало-помалу мужчина прикончил бутылку, и алкогольное опьянение вместе с усталостью заставило его отключиться на некоторое время. Когда он очнулся, часы показывали половину первого. От большого количества выпитого его сильно мутило и трещала голова. Он поспешил в уборную, и, склонившись над унитазом, очистил свой желудок. Затем подошел к раковине, включил холодную воду и ополоснул лицо. После водных процедур он почувствовал себя намного лучше и вернулся в гостиную.

Убийца не сразу заметил, что окно было зашторено. Он осторожно отодвинул одну из занавесок, будто опасаясь, что жильцы соседнего дома увидят его. За окном тускло горели фонари, иногда проезжали автомобили и почти не было видно прохожих. Отличный момент, чтобы избавиться от тела.

Он взял сумку, накинул пальто, а на лицо по самые глаза натянул шарф. Затем обулся и вышел в парадную.

На лестничной клетке стояла гробовая тишина. Убийца старался как можно более бесшумно спуститься вниз по ступенькам. Мужчина беспокоился, что кто-то встретится ему при выходе из дома, он начнет дергаться и, чего доброго, навлечет на себя подозрение. Но все прошло гладко. Нажав на кнопку открытия двери, он вышел на улицу.

Оставив позади двор и проследовав через арку, бизнесмен оказался на набережной. Несмотря на холодную погоду, ладони у него вспотели, и он чуть не выронил сумку. Дома у жертвы он был абсолютно спокоен. Но на улице ему стало казаться, что любой незнакомец, который мог попасться ему на пути, видел его насквозь и читал его мысли.

Убийца шел по тротуару, пристально всматриваясь в черную воду, словно подыскивая подходящее место для того, чтобы кинуть туда сумку. Холод пробирался через его одежду, щипал за шею и плечи, назойливыми мурашками бегал по спине. Его пальцы, крепко сжимавшие ручки сумки, побелели. Он прошел несколько сотен метров, остановился и огляделся. Убедившись, что рядом нет людей, мужчина выкинул баул в реку.

Обратно бизнесмен возвращался дворами. Дорогу он знал хорошо, так как часто ходил из дома своей любовницы то в магазин, то в аптеку. В одном из дворов он выбросил пакет с окровавленной рубашкой в мусорный контейнер.

Вернувшись в квартиру убитой, мужчина быстро собрался и вызвал междугороднее такси, хотя на завтрашнее утро у него был куплен билет на самолет. Он не хотел, чтобы сотрудники аэропорта, проверяя у него документы, что-нибудь заподозрили. Чем больше времени проходило с момента убийства, тем больше он нервничал.

Только усевшись в автомобиль, он спокойно уснул и не просыпался, пока не доехал до дома.

***

В морге знакомо пахло смесью медикаментов и разлагающейся плоти. За несколько лет службы Потемкин так и не смог до конца привыкнуть к этому запаху. Каждый раз он вызывал у следователя легкую тошноту, но мужчина, конечно же, никогда не подавал виду. Тем более что другие коллеги, казалось, переносили эту вонь гораздо более мужественно. Что уж говорить о людях, которые здесь постоянно работали? Чтобы подавить это стойкое отвращение, он взял привычку всегда носить в кармане мятные леденцы, которые снимали неприятные ощущения в желудке.

Беляев встретил полицейского в предбаннике. Судмедэксперт предпочитал надевать на работу футболку оверсайз с V-образным вырезом и свободные брюки на резинке бутылочного цвета. Поверх его униформы был повязан светло-голубой клеенчатый фартук, испещренный бурыми разводами. Абсолютно лысую голову мужчины увенчивал медицинский колпак в тон спецодежды. Его длинный тонкий нос вместе с проницательными светло-серыми глазами придавал ему строгий и немного суровый вид. Начальник Потемкина, полковник Прохоров, любил говорить, что в этом мужчине было нечто дьявольски-зловещее, хотя сам Григорий так не считал.

Игорь Витальевич быстро стянул перчатку с правой руки и протянул ее Потемкину. Тот энергично сжал пальцами холодную тощую пятерню, от частого мытья и обработки антисептиком покрывшуюся экземой. Григорий знал, что после этого короткого прикосновения на его ладони надолго задержится стойкий аромат пахучего санитайзера, который медик наносил на кожу несколько раз в день. Но по крайней мере следователь мог быть уверен, что никаких бактерий на руках не останется.

Вместе они прошли внутрь небольшого, хорошо освещенного помещения, пол и стены которого были выложены сверкающей белой плиткой. «Наверное, ее специально начищают так, чтобы болели глаза, – усмехнувшись про себя, подумал Григорий. – Как Беляев еще не ослеп?»

Судмедэксперт и следователь остановились у высокого металлического стола, накрытого светлой тканью.

– Что вы мне интересного расскажете, Игорь Витальевич? – спросил Григорий.

– Пока известно немного, – сухо ответил специалист. – Могу только предположить, что убийство произошло позавчера приблизительно между восемью и десятью вечера. Судя по строению рук и наличию лака на ногтях, по всей видимости, тело принадлежит женщине. Следов пороха на конечностях не найдено, возможно, жертва была убита путем удушения или ударом по голове. Точнее я смогу сказать, когда у нас будут остальные части тела. По моему мнению, стоит еще провести токсикологическую экспертизу на случай, если имело место отравление ядом.

– Вы замечали, есть ли травмы? Следы насилия?

Беляев кивнул:

– Да. На предплечьях имеются экхимозы, скорее всего женщина оказывала сопротивление нападавшему. На бедрах гематомы уже пожелтели, им, очевидно, уже несколько дней.

– Что под ногтями?

– Частичек кожи и других биологических субстанций нет. Только фрагменты бумаги.

– Откуда? – нахмурился Григорий.

– Материал достаточно плотный. Один из возможных вариантов – обои. Предполагаю, что жертва могла схватиться за стену, пытаясь ускользнуть от нападавшего. Впрочем, это лишь гипотеза.

– Какие-то особые приметы, родимые пятна? – поинтересовался полицейский.

– Точно, спасибо, что напомнили. Я заметил одну любопытную деталь. На запястье правой руки есть татуировка. Хотите посмотреть?

Григорий кивнул. Игорь Витальевич откинул полог. На столе лежали две тонкие, мертвенно-белые руки, отсеченные у плечевых суставов, и такие же бледные, исхудалые ноги, обрывающиеся у тазобедренных сочленений.

Зрелище было не из приятных. Хорошо, что Потемкин успел рассосать леденец, а то его бы точно стошнило. Если вид мертвых тел, которые сохранили свою целостность, он еще мог переварить, то отдельные части трупов вызывали у него нешуточное головокружение.

Следователь опустил взгляд на конечности, покоившиеся на столе. Ярко-красный маникюр на руках утратил былой блеск, а лак местами пошел пузырями, видимо от долгого нахождения под водой. Ноготь на указательном пальце треснул по диагонали.

– Разверните, – попросил следователь.

Беляев осторожно взял руку и положил ладонью вверх. На коже с ее внутренней стороны Потемкин увидел татуировку, которая показалась ему до боли знакомой.

Черная роза. Что-то знакомое… Ну конечно!

– Вы позволите, я сфотографирую? – спросил он у судмедэксперта.

– Пожалуйста. Только ни к чему не прикасайтесь.

– Само собой.

Следователь достал телефон, зашел в приложение «Камера» и сделал несколько снимков.

– Спасибо вам огромное! – обрадованно сказал он Игорю Витальевичу, хлопнув медика по плечу.

– Да не за что. Надеюсь, это вам поможет в расследовании.

– Аналогично. Кажется, я знаю, с чего начать поиски! До свидания.

– До встречи!

И Григорий со скоростью ветра умчался из морга, подальше от этого жуткого смрада, а судмедэксперт только удивленно посмотрел ему вслед.

***

Когда он вернулся в свою московскую квартиру, супруги дома не оказалось. Скорее всего она сегодня была на дежурстве.

Ему вдруг пришло в голову, что на шее могли сохраниться пятна крови или царапины от ногтей его любовницы. Убийца прошел в спальню и стал разглядывать себя в большой зеркальной дверце шкафа. После недолгого самоосмотра он с удовлетворением отметил, что никаких следов не осталось.

Бизнесмен не нашел в себе сил ехать сегодня в офис. Собственно, он никогда и не выходил на работу в первый же день после командировки, ну только если случалось нечто экстраординарное. Нет, он абсолютно не испытывал никакого чувства вины. В конце концов, любовница сама его спровоцировала.

«Она получила по заслугам. Женщин иногда нужно ставить на место, чтобы не зарывались».

Мужчина подошел к бару и откупорил бутылку рома, привезенного из командировки на Ямайку. Он хранил его для особого случая. И вот теперь, похоже, этот случай настал. Он освободился от уз, которые тяготили его несколько лет. «Вот бы еще избавиться от жены», – подумал он.

Правда была в том, что супруги он побаивался. Нет, он ни в коем случае не считал себя «каблуком», но эта женщина принадлежала к особому типу людей. На публике она могла казаться приветливой и мягкой, но наедине с ним становилась настоящей «железной леди». При этом он был абсолютно уверен, что жена его искренне любила. Просто ее любовь выражалась в тотальном контроле за каждым его шагом. Он чувствовал, как с каждым днем становится все труднее дышать, но вырваться из этого капкана никак не мог. «Может быть, она колдунья? – пришло ему в голову. – Хорошо, что у нас уже давно нет близости, а то я бы ее точно придушил».

Иногда в своих фантазиях он представлял, как она, сонная, беспомощная, лежит на кровати. Он берёт кухонный нож и рисует на ее горле тонкую полоску, которая мгновенно окрашивается в красный цвет. Кровь пульсирует в разрезе на шее, клокочет во рту, окропляет брызгами подушку. Наконец, устав бороться, женщина закрывает глаза. Она больше никогда не откроет их, а он будет снова свободен.

Эх, мечты, мечты…

И как только он подумал о своей благоверной, хлопнула входная дверь. В прихожей послышались тяжелые, грузные шаги и приглушенная возня. Несколько минут спустя в комнату вплыла, нет, скорее ввалилась огромная жирная туша. Мужчина посмотрел на нее с отвращением. За двадцать лет совместной жизни она из стройной лани умудрилась превратиться в колобка на ножках.

Они познакомились еще в студенческие годы. Она училась в медицинском, а он на инженера. На дне рождения у их общего друга девушка показалась ему ангелом, сошедшим с небес. Ее волосы цвета спелого каштана мягко ниспадали на худенькие плечи, большие голубые глаза, прозрачные и чистые, как вода в горном озере, глядели внимательно и немного задумчиво. Его сразу унесло вихрем чувств в волшебную страну любви, возвращение из которой много лет спустя стало для него чересчур болезненным.

Всего через год отношений они поженились. Он так хотел сделать ее счастливой. Они собирались завести много детей и собаку. А может быть, и не одну. Но ничему из этого не было суждено сбыться.

Первая неудачная беременность сменилась второй, потом третьей. И, когда в четвертый раз женщина перенесла выкидыш, они окончательно опустили руки. Брать ребенка из детского дома она категорически отказывалась. В конце концов жизненные трудности ожесточили ее сердце. Все чаще у супруги случались нервные срывы, приводившие к компульсивному перееданию. Она пилила мужа за малейшую провинность. Он же искал утешения на стороне, перебиваясь случайными интрижками, пока наконец не встретил ту, которая покорила его своей красотой и нежностью. Но и она со временем превратилась из красавицы в настоящее чудовище, которое только и делало, что напоминало ему, какой он плохой, обманщик и изменник.

Супруга не подозревала, что у него есть любовница. Она думала, что ее муж просто очень много работает, как и она сама. Для нее работа была способом убежать от неурядиц, преподнесенных ей самой судьбой.

– Опять налакался? – грозно пропыхтела жена вместо того, чтобы поприветствовать его.

– У меня была сложная командировка, – сказал он виновато. – Хотел снять стресс. Переговоры, понимаешь ли, проходили очень тяжело. Я просто как выжатый лимон.

«Как она могла заставить его так трусливо оправдываться перед ней? Ведьма, не иначе».

– Танцуй, теперь тебе не придется мотаться в Питер, – выпалила вдруг супруга.

Он удивленно взглянул на нее.

– Мы переезжаем, – сообщила женщина.

– С какой это радости?

– Меня переводят на новую должность. В Северной столице. Мне там будут снимать квартиру за счет предприятия. И ты, кстати, едешь со мной, – безапелляционно заявила супруга.

Раньше бы мужчина обрадовался такой перспективе. Но теперь все было иначе.

Супруг посмотрел на женщину взглядом, в котором удивление смешивалось с раздражением.

– Дорогая, я не могу бросить бизнес, ты же знаешь! – возмущенно сказал он. – Здесь у меня штаб-квартира. Кто будет всем этим руководить, если я уеду?

– Разве ты не можешь вести дела удаленно? – пожала плечами супруга. – Мне бы не помешала твоя поддержка. Мне, знаешь ли, нелегко будет адаптироваться на новом месте. К тому же кто будет помогать мне перетаскивать вещи?

Он изумленно поднял бровь. Неужели она в кои-то веки разговаривала с ним вежливо?

– Посмотрим, – буркнул мужчина. – Могу оплатить тебе грузчиков, если понадобится.

– Ну ладно, как хочешь, я могу и одна поехать, – вдруг, смягчившись, сказала супруга. – Только ты пообещай, что будешь меня навещать.

– Посмотрим, – повторил он.

***

На онлайн-картах клуб «Черная Роза» чаще всего обозначался как караоке-зал, ночной бар или даже массажный салон или сауна. И только избранные знали об истинном назначении этого места. Несмотря на отсутствие вывески, «Черная Роза» пользовалась широкой популярностью в очень узких кругах. Это был клуб, где отдыхали «cливки общества», готовые заплатить немалую сумму за эксклюзивный сервис. А тем бедолагам, которые здесь искали возможность поорать в микрофон, попариться или получить массаж, молодая и прекрасная хостес терпеливо разъясняла, что вышеперечисленные услуги в данном заведении не предоставляются. Разумеется, у «Черной Розы» имелись свои высокие покровители в «силовом блоке» города. Куратора в полиции Григорий, конечно же, знал, хотя его имя никогда и нигде не упоминалось вместе с наименованием клуба. Сам же капитан получил доступ в заведение исключительно благодаря давнему знакомству с его владелицей Розой Исааковной Черной.

Еще до того, как его родители переехали в загородный дом, они все вместе жили на одной лестничной клетке в доме на набережной Фонтанки, неподалеку от Троицкого собора. Роза Исааковна тогда только перешла в разряд женщин бальзаковского возраста, а Гриша был совсем еще юн. Соседка в «лихие девяностые» работала кассиром в магазине. С мужем они разошлась полюбовно, благо общих детей не нажили.

И вот однажды Черная сильно заболела. Потемкин точно не помнил, в чем было дело, но, кажется, речь шла об онкологии. Татьяна Евгеньевна, мама Григория, тогда работала гинекологом в областной больнице. И именно она помогла Розе Исааковне без очереди попасть на операцию, что в итоге спасло ей жизнь. Черная всегда об этом помнила и непрестанно благодарила Потемкину, с благосклонностью относясь не только к ней, но и к ее отпрыску…

Сегодня на ресепшенe дежурила эффектная блондинка Эвелина. Было ли это настоящее имя девушки или псевдоним, следователь не знал, но по крайней мере именно так гласил бейджик, приколотый к ее внушительному, явно ненатуральному бюсту, который плотно облегало ультратонкое тарлатановое платье молочного цвета. В холле царил полумрак, но, как смог разглядеть Потемкин, хостес, видимо отдавая дань моде, пришедшей в Россию с загнивающего Запада, решила не надевать лифчик под свой наряд. Хорошо, что барышня потрудилась по крайней мере натянуть под полупрозрачную юбку стринги, едва прикрывающие ее интимные места. Хотя это было и непросто, следователь из всех сил избегал взгляда на все, что находилось у дамочки ниже шеи.

– Григорий Алексеевич, здравствуйте! – расплылась Эвелина в улыбке. – Чем можем вам помочь сегодня? Вы к нам по делам или на отдых?

– Здравствуйте, по делам, – сказал мужчина, пытаясь сделать тон своего голоса как можно более дружелюбным. Григорий знал, что ему оказывают теплый прием только потому, что он «на короткой ноге» с хозяйкой клуба. Понятно, что тем, кто платил за услуги, улыбались в два раза шире, но он-то постоянным клиентом заведения как раз не являлся.

– Я сообщу Розе Исааковне. Вы пока присаживайтесь.

Полицейский занял диванчик возле ресепшена, около которого располагался столик с чайными пакетиками и кофемашиной, а также кулер с холодной и горячей водой. Потемкин взял один из пластиковых стаканчиков, висевших сбоку от прибора, и наполнил его сначала прохладной водой, а потом кипятком. Получилась жидкость комнатной температуры. Опустошить стакан он так и не успел, потому что Эвелина вернулась к нему буквально в мгновение ока.

– Роза Исааковна вас сейчас примет, – сообщила она.

Девушка проводила Григория к начальнице и вышла, захлопнув за собой дверь ее кабинета.

Госпожа Черная сидела за большим деревянным столом, на котором лежали аккуратно сложенные папочки, чуть откинувшись назад на высоком кожаном черном кресле. Тусклый свет лампы едва освещал ее лицо, испещренное глубокими морщинами. От дамы веяло ее любимым парфюмом, сочетавшим запах гвоздики и кардамона.