Сладкий праздник драконьего сердца

Иллюстрация) Злая капибара Катя )

9. Катя

Попытка договориться с принцем провалилась с треском. Как можно договариваться с тем, кто тебя за человека не считает? В мире, где твои права чуть побольше котиковых? В ответ на его заявление про личную горничную я ответила, что в ролевые игры не играю, и тут же об этом пожалела: его высочество Кириан все воспринимал дословно, как, впрочем, и мужчины в моем мире.

— Жалко, — сообщил он, и в глазах его зажегся тот самый огонь, который я зажигать не планировала.

— Жалко у пчелки в попке, — ответила я, — а у тебя будет пипидастр, если еще раз попытаешься меня лапать!

После этого его драконье высочество Кириан сверкнул глазами уже иначе и произнес еще более яростно, что честь мыть полы — его последнее предложение. Или я могу отправляться прямиком в Межмировое бюро.

Остатки дня я провела, штудируя юридическую литературу, которую мне принесли по моей просьбе, то есть по его приказу. Это был свод законов, регулирующий отношения с иномирянами. Сюда действительно забирали выдающихся ученых, спортсменов, людей, наделенных самыми разными талантами, и заключали с ним договора. Они работали тут по бессрочным контрактам, и, пока они осваивались, за ними были закреплены кураторы. Эти кураторы помогали не сойти с ума, если вдруг накатывала ностальгия, направляли таланты людей в наиболее выгодное для Плиона русло.

Здесь были и известные шоумены, и режиссеры, и даже артефакторы, которые когда-то на земле были физиками-ядерщиками или изучали другие науки, химики становились алхимиками, и так далее, и тому подобное. Это было выгодно всем: Плион получал привнесения из других миров в виде смекалки и инноваций от тех, кто привык мыслить иначе, а люди — выгодные предложения, гораздо более выгодные, чем можно было себе представить. У иномирян были красивые дома в районах для иномирян, зарплаты до небес, неограниченный доступ к магии, помогающей им в работе в их направлениях.

Со временем, когда их заслуги для Плиона становились более чем выгодными, дома переходили в их собственность, кураторы переставали нести за них ответственность, а сами они начинали самостоятельную жизнь и получали гражданство. В таком контексте это действительно совершенно не было похоже на рабство. Люди работали по договору, получали жилье, достойные зарплаты, к ним уважительно относились в обществе…

Уважительно, но как к иномирянам. Многих забирали целыми семьями, поэтому жители немагических миров на Плионе не были редкостью. Это продолжалось веками, поэтому были и люди, рожденные уже в этом мире, и встретившие здесь свою любовь, и создавшие новые семьи.

В большинстве случаев их всех приглашали, объясняли перспективы, рассказывали о том, что их ждет, и, если кто-то не соглашался, пригласитель просто уходил, а иномирянин забывал о такой встрече. Так работала исключительно магия Плиона, по крайней мере, в книгах я нашла такую информацию. Забивать голову по другим мирам мне сейчас не хотелось, да и некогда было.

Мой случай попадал в категорию «особый». Меня забрали как особый подарок особенному дракону. Такие случаи регулировались законом, как «спонтанное извлечение» с целью «получения эстетического или иных видов удовольствия» с достойным содержанием и последующим созданием всех условий для «комфортного существования женской особи на Плионе». Да-да, там так и было написано женской особи.

Иными словами, я была предназначена для услады глаз и чресел его высочества, после того, как услада ему надоест, мне выдадут дом, достойное содержание, и так далее, и тому подобное. Правда, выдача дома и достойного содержания в данном случае ложилась не на государство, а на того, кто содержал, но конкретно в моей ситуации особой разницы не было. Учитывая, что Кириан — будущий король.

Короче, девушек для забавы они тоже забирали. И парней — для родовитых драконесс, такие случаи тоже были. Кого-то по согласию, кого-то, как меня, спонтанно, с ними на месте все обсуждалось и обговаривалось. Если обговорить на месте не удалось, иномирянина или иномирянку возвращали в Межмировое бюро, где его пристраивали на работу вроде той, что мне предложил Кириан. Правда, уже куда повезет, и с магической печатью на запястье, говорящей о том, что особь особенно дикая и на компромиссы не готова.

Ничего себе, компромисс!

Или в койку, или на черные работы. Но так я хотя бы чуть больше поняла законы Плиона: иномиряне без особых талантов здесь считались за дикарей, не способных никак изменить мир к лучшему. Кроме разве что как украсить его своей внешностью и скрасить досуг. Кстати, большинство из спонтанно извлеченных с радостью соглашались на такие выгодные предложения и жили долго и счастливо. Сначала с тем/той, кому были подарены, потом в подаренным им особняке на ежемесячные отчисления.

В общем, ничего такого, чего не было бы в нашем мире.

Справедливо рассудив, что лучше мыть полы в комнате принца, чем получить печать «неспособной на компромисс», я отправила ему с его личным секретарем ответ, что буду у него убираться. Нет, ну а что? Я у себя в квартире убиралась? Убиралась. И в академии справлюсь, не думаю, что здесь какие-то особые полки или как-то по-другому заправляют постель.

А параллельно буду изучать мир и искать какие-то лазейки. Должно же быть что-то, что мне поможет выбраться из этой истории и начать новую жизнь. Пусть в этом даже донельзя странном магическом драконьем мире.

10. Смирра

— Ты последний мерзавец, Нортон! Ты в курсе?

Смирра буквально ворвалась в спальню к дракону. Толкнула двустворчатые двери в разные стороны так, что они ударились о стены. Используй она магию, треснули бы, а Смирра, между прочим, была на волосок от того, чтобы отправить что-нибудь позабористее в сторону растянувшегося поперек кровати подонка. «Леветалку» или «пинок».

В ответ на ее появление и фразу с кровати донесся издевательский смешок, и это стало последней каплей в котле бешенства девушки.

Ей еще с прошлого вечера хотелось отпинать Нортона, как следует! Настучать по его тупой белобрысой башке! Но это было недостойно леди, дочери графа. Поэтому драконесса лишь яростно сжала кулаки, так, что длинные по моде ногти до боли впились в нежную кожу ладоней, и продефилировала к огромному окну, задернутому тяжелыми темными шторами, сквозь которые едва просачивалась тонкая полоска света.

Она ухватилась за ткань, дернула шторы в стороны. Дневного полуденного света стало много, а дракон на кровати яростно зашипел и заворочался.

— Я в курсе, что мерзавец. Это повод меня будить в такую рань?

Смирра, стуча каблучками, подлетела к нему. Судя по помятому виду, Нортон вчера хорошо наотмечался, и сейчас у него сильно-сильно болела голова. Вот он поморщился, а затем потянулся двумя сомкнутыми пальцами к виску, очевидно, с целью применить исцеляющее заклинание.

Смирра перехватила его за запястье, не позволяя исцелиться. А что? Пусть мучается! Ее же он мучает!

— Это повод включать голову и думать о последствиях! — зарычала драконесса. — Ты зачем притащил Кириану дикарку?

— В подарок, — поморщился дракон. — Ты сама все видела.

— И она совершенно случайно оказалась похожа на меня! — Смирра готова была раздувать ноздри от силы испытываемой ею ярости.

Нортон мгновенно прищурил сонные глаза, с него разом слетел весь томный флер. Сильные мужские пальцы внезапно перехватили запястья девушки, а она сама в следующую секунду полетела на смятую, еще теплую постель. Нортону этого трюка оказалось мало: он еще и сверху на Смирру навалился, придавив ее к простыням.

— Правда? — хмыкнул он девушке в лицо. — Вчера я этого не заметил. Думал, ты не настолько дикарка. А вот сейчас присмотрелся… Действительно, ди-ка-я. Врываешься в спальни к честным драконам. Обвиняешь невиновного непонятно в чем.

— Невиновного? — ахнула Смирра, но он даже бровью не повел.

— А если бы со мной в постели была Рута? Что бы она подумала? Про тебя и про меня.

Драконесса сначала побледнела: репутация ей была дороже всего, а затем покраснела. От ярости.

— Ваш дворецкий сообщил, что ты один!

— Как предусмотрительно с его стороны, — поцокал языком Нортон. — И как предусмотрительно с твоей стороны, малышка Смирра.

— Не называй меня так! — снова рыкнула девушка. — И слезь с меня!

Она попыталась его отпихнуть, но добилась лишь того, что ее распластали по кровати еще сильнее. Нортон одной рукой перехватил ее запястья, а другой ладонью прогулялся вдоль ее тела, рассыпая по коже огненные мурашки.

— А то что? — Он прикусил нежное девичье ухо.

— Я с Кирианом, забыл?

— Такое забудешь, — рыкнул дракон, на мгновение отвлекаясь от ее шеи и заглядывая девушке в глаза. — Только вот незадача: у нашего наследного принца появилась новая игрушка.

Смирра смерила его яростным взглядом. Игрушка игрушкой, да только у Кириана все мысли об этой дикарке! Даже когда он был с ней, Смиррой, думал об иномирянке: женщины всегда это чувствуют, когда мужчина мысленно где-то далеко!

— Я так и знала, что ты сделал это нарочно. Чтобы позлить меня. Из-за того, что мы расстались.

— Ты меня кинула, хочешь сказать? Но не все в этом мире сходится на тебе, малыш. Смирись, — издевательски выплюнул он. — Я сделал самый крутой подарок лучшему другу. Ты тут при чем?

— Лучшему, как же, — хмыкнула Смирра. — Ты завидуешь Кириану.

В глазах дракона вспыхнуло пламя: такой силы, что драконесса отшатнулась бы, если бы не лежала на матрасе, распластанная им же.

— Я. Ему. Не. Завидую, — прорычал Нортон и перевел дух: — У него корона, ответственность, магия, с которой еще нужно совладать. А у меня свобода, богатство, возможности и отец за спиной.

— У тебя нет меня, — расхохоталась девушка и поперхнулась смехом, когда дракон задрал на ней юбку.

— Разве? По-моему, сейчас ты очень даже моя, малышка Смирра.

— Пусти, — снова рванулась девушку. — Я с Кирианом.

— А Кириан сейчас с Катей, — пропел этот мерзавец.

И чья в этом вина?! Внутри будто полыхнуло алое пламя, но Смирра заставила себя сделать глубокий вдох, а затем такой же глубокий выдох. Получалось с трудом: во-первых, одна мысль про Кириана с этой дикаркой приводила ее в лютую драконью ярость, а во-вторых, пальцы Нортона гладили ее уже там, где гладить были не должны… Это отвлекало от мыслительного процесса.

— Избавься от нее, — приказала драконесса, подаваясь ему навстречу, чувственно выгибаясь в объятиях Нортона. — Избавься от этой девчонки.

— И ты будешь моей? — выдохнул дракон, расслабился, и Смирра воспользовалась этим: резко опрокинула его на лопатки и быстро вскочила с кровати.

— А потом посмотрим, — она пожала плечами и послала ему воздушный поцелуй. — Чем быстрее избавишься от сюрприза Кириана, тем скорее получишь свой.

Нортон сел на постели и убрал с лица длинную челку.

— Как я от нее избавлюсь? Сам же ее подарил.

— Придумай. Сделай так, чтобы он потерял к ней интерес.

Смирра повела плечиком и грациозно вышла за дверь.

Визуал. Смирра

Визуал. Нортон

Часть 2. Горничная. 1. Катя

Апартаменты принца в академии оказались не в пример тем, что я видела в общаге у знакомой. Здесь была роскошная гостиная (где он мог принимать гостей и встречаться с друзьями), кабинет (где он мог заниматься делами или учить уроки) и спальня (где он мог спать ну или чем там еще принцы в спальне занимаются). Конечно, драконам-наследникам не положено учиться в библиотеке, да и принимать друзей в той же комнате, где ты предаешься разврату.

В том, что принц предается разврату я убедилась на следующий день после заезда. Но до этого был еще один до-о-олгий день.

— Осталось две недели до праздников, и в твоих интересах сделать все так, чтобы я остался доволен, — сообщили мне.

В итоге я весь день разбирала принцев гардероб, развешивала, раскладывала по ящичкам все, начиная от фраков, бабочек и галстуков, и заканчивая монаршими трусами. Честное слово, я бы вот свои трусы первой встречной девице не доверила, но дракон, видимо, привык. Насколько я поняла, для аристократов в академии был отдельный этаж, и все они приезжали со своей прислугой. У девушек были камеристки и по совместительству горничные, у парней — многофункциональные секретари, что-то вроде ассистентов блогеров в нашем мире. Они и за порядком следили, и за расписанием, и прочая, прочая, прочая.

Для меня все это было настолько дико и необычно, что я залипала буквально на всем. В первый же день я залипла на вид из окна. Академия напомнила мне Оксфорд или Кэмбридж из нашего мира, ну или Сорбонну, совмещенную с Хогвартсом. Огромный студгородок со множеством корпусов, парков, подземных и наземных переходов, мостиков, и все это заснеженное, украшенное к местному Новому году, просто сказка!

Уж на что я любила предновогодний Питер, но здесь просто почувствовала себя героиней кино! Или книги! Правда, тут же вспомнила, что в этой книге мне отведено место служанки:

— Простоишь тут весь день, или все-таки займешься моим багажом? — надменно поинтересовался Кириан.

Из-за чего возникло острое желание плюнуть ему в трусы. Но я этого не сделала, конечно, и даже не из-за кармы, а просто потому, что считала, что гадить исподтишка — это низко. Если у тебя с кем-то проблемы, надо решать их лицом к лицу. Правда, как решать проблемы со снобом, который и за человека-то тебя не держит, я пока представляла смутно.

Тем не менее я справилась с заданием, все разложила, кое-что даже разгладила с помощью простенького бытового артефакта, который я назвала «магический утюг». Просто он занимался именно тем же, чем и утюг, но без сторонней помощи, достаточно было его приложить к вещи, и он сам по ней елозил в нужных направлениях. Я успевала только забирать и вешать.

Поскольку помимо раскладывания вещей мне нужно было еще везде вытереть пыль и помыть полы, к вечеру я валилась с ног. Прислуга жила на нижнем этаже, вместе с обслуживающим персоналом академии, и я едва успела дойти до выделенной мне комнаты, поздороваться с соседками, наведаться в общий душ, а потом упасть на одну из трех коек и отключиться.

А утром у меня зазвенел магический колокольчик-артефакт, выданный мне для того, чтобы принц мог в любой момент меня вызвать. Я едва продрала глаза и быстро сжала его в ладони: за окнами было темно, а одна из соседок неодобрительно на меня косилась.

Пришлось впопыхах одеваться: в одежду горничной, конечно же, ничего другого мне не выдали — спасибо хоть выдали сменное белье — и бежать к принцу. Который встретил меня с полотенцем на бедрах и кивнул на кровать.

— Перестели постель, а потом займешься кабинетом. Надо будет протереть все полки в книжном шкафу, вчера, я так понимаю, ты это не сделала.

— А завтрак мне положен? — возмутилась я.

— Как все сделаешь — очень даже может быть, — оскалился этот монстр и продефилировал к шкафу. После чего сбросил полотенце, явив мне и миру свои упругие накачанные ягодицы. Хотя там в принципе было на что посмотреть: широкие плечи и сильный пресс, перекатывающиеся под смуглой кожей мышцы. Сразу видно, принц не просто в кресле сидит и указания раздает.

— Так и будешь пялиться на мою задницу? — поинтересовался этот… дракон. Глаза у него на ней, что ли?

— Когда на тебя перестанут пялиться девушки, пиши пропало, — не осталась в долгу я и направилась к кровати.

На которой, вполне очевидно, остались следы того самого разврата. Визуальные и не только. Смятые простыни пахли… в общем, тем, чем драконы занимаются в спальне. А еще духами Смирры, которые я учуяла, когда она проходила мимо нас в коридоре. Непонятно с чего разозлившись, я так дернула простыню, что она жалобно треснула! И кусок остался в моих руках.

Я растерянно моргнула.

— Та-ак… — насмешливо произнес Кириан, повернувшись ко мне. Брюки он уже успел надеть, а вот рубашку все еще не застегнул. Мокрые волосы и сбегающие по груди капельки воды тоже наводили на мысли, что он считает меня примерно за табуретку. Ну или у драконов принято ходить при посторонних девушках голыми и в таком виде. — Талантом горничной тебя тоже боги обделили?

Он приблизился, кинул взгляд на порванную простыню, на клок ткани в моих руках.

— Натуральный шелк, — надменно произнес этот сноб, — вычту из твоего жалованья.

— Натуральный шелк невозможно порвать, — огрызнулась я. — Тот, кто тебе это белье продал, мягко говоря, тебя обманул. Это подделка. Но да, можешь вычесть из моего жалования стоимость этой тряпки!

— И за дерзость тоже буду вычитать, — не впечатлился он. — Ты живешь у меня только потому, что я решил дать тебе шанс, капибара. Будешь продолжать в том же духе — отправишься в Бюро.

Кто? Капибара?!

Я открыла была рот, и… закрыла его. Пока я не придумала, как мне выбраться из этой драконьей жопы, надо просто работать. Просто выполнять свои обязанности. Вообще с ним не разговаривать! И не думать о том, с чего меня так выбесили духи Смирры.

2. Кириан

— Вы с иномирянкой уже дошли до ролевых игр? — вместо приветствия хлопнул меня по плечу Нортон. День и так начался не очень, а тут еще друг с тупыми вопросами.

— В смысле?

— Наряжаешь ее в такой милый костюмчик, я видел ее сегодня, бежала по лестнице в нашем общежитии. Наверняка, заставляешь перебирать свое нижнее белье.

— Чтобы она обязательно стояла на коленях, — пошло хохотнул Седрик.

— Хотите бесплатных подробностей моей интимной жизни? — осадил я парней. — Вы подарили иномирянку мне, теперь мучайтесь в неведении.

— Ты жесток! — схватился за сердце Седрик, но тут же перевел разговор на предстоящий зачет по артефакторике. Самый важный в этом семестре.

Мне бы тоже думать про артефакторику, но думалось про Катрин в форме горничной. Перебирающей мое нижнее белье, стоя на коленях. Я теперь не мог развидеть эту картину, фантазия как всплыла в голове, так и отказалась оттуда убираться. И ладно бы только фантазия… Память отчетливо напомнила о Катрин, которая сегодня утром склонилась над моей постелью в своем действительно милом костюме с чепцом. Странно, я сотни раз видел девушек в костюмах горничных, но ни одна не вызывала у меня желание завалить ее на первую попавшуюся горизонтальную поверхность! Горничные как горничные, прислуга, которая должна оставаться незаметной.

Катрин я замечал, стоило ей войти в комнату. Чувствовал по ее аромату. И захотел ее сегодня даже после ночи со Смиррой. Будто не было этой ночи! Зато была Катрин, которая смогла разорвать простынь. Может, они действительно не шелковые или плохого качества… Плевать, с этим разбираться моему помощнику. А вот кожу иномирянки хотелось попробовать на ощупь. Руками, губами. Почему-то мне казалось, что она настоящий шелк. Хотелось стащить с нее этот чепец, чтобы золотые волосы волнами рассыпались по девичьим плечам, задрать юбку и заставить стонать от удовольствия…

Правда ролевые игры какие-то! Это у нас Нортон по всяким играм, а меня всегда заводила конкретная женщина. Вот сейчас эта невозможная невыносимая иномирянка!

Почему эта девчонку выбрала перебирать мои трусы или вытирать пыль вместо наслаждения, которое я могу ей подарить? Почему вместо подарков предпочла тяжелый труд служанки?

Это игра, или я настолько ей неприятен?

Если второе, то лучше сразу сдать ее в Бюро. Потому что если я ее не привлекаю как мужчина, то тут и говорить не о чем. Поэтому утром я провел небольшой эксперимент: вышел к Катрин во всей драконьей красе, то есть голый после душа. И моя непослушная горничная-вредительница не прошла простой тест!

Чувствительный драконий нюх уловил сладкий аромат ее смущения и желания. Глаза девушки расширились, щеки немного порозовели, а сердце застучало быстрее. Катрин нравилось то, что она видела. Она хотела меня не меньше, чем я ее. Пялилась на мое обнаженное тело, впитывая, запоминая. Я даже выждал время, надеясь, что игры на этом закончатся. Она подойдет первой, прижмется к моей спине, скажет...

— Шар Гаракса должен светить голубым светом, адепт Кириан, — проскрипел пожилой преподаватель по артефакторике, магистр Лори, над моим плечом, — а у вас он белый. Вы неправильно замкнули контуры.

Я потрясенно уставился на магистра, а затем перевел взгляд на свой стол, на котором в воздухе замер сложный портальный артефакт. Он действительно источал холодное белое сияние. Но недостаточно холодное для правильной схемы.

— Не знаю, как у вас получилось, что он вообще заработал, но я бы на вашем месте поостерегся пользоваться таким порталом. Поэтому поставлю вам девяносто баллов. Потому что все хорошо, но не идеально.