Развод с предателем. Верну свою кофейную империю!

Развод с предателем. Верну свою кофейную империю!

Марина Ветрова

Глава 1

В «Балчуге Кемпински» подавали шампанское, и парфюм гостей перебивал даже его запах. Рядом с микрофоном я невольно выпрямилась. Все-таки наш юбилей. За пять лет из одной точки на Тверской выросли сорок кофеен «Кофеин» по Москве. Сейчас стоило посмотреть на зал и порадоваться. Я пыталась. Вот только Денис уже занял сцену.

Муж держал бокал на уровне груди, поворачивался к фотографам удачной стороной. Красиво выступать он умел. По нему получалось, что и название придумал он, и зерно выбрал, и капучино учился варить в три часа ночи. Еще немного — и мне придется благодарить его за то, что пустил на мой собственный праздник.

— Мы прошли путь от стартапа до лидера рынка, — говорил Денис. Я когда-то любила этот голос; сегодня каждая пауза раздражала. — Благодаря нашей общей стратегии и моему контролю над расходами, мы удвоили прибыль за последний квартал.

Фотограф махнул мне, пришлось улыбнуться. «Нашей» стратегии? Контракт с поставщиком молока я подписывала вместо отпуска. С юристами тоже сидела я, пока Денис играл в гольф. А сейчас инвесторы слушали его, и он ни разу не повернулся в мою сторону. После праздника мы поговорим. Жестко. Но микрофон я заберу раньше: назову тех, кто действительно вытянул квартал. Включая себя. Стоять здесь красивым приложением к финансовому директору я не нанималась.

— Марина! Ты бледная, — раздался рядом мягкий голос.

Лиза подошла вплотную и положила ладонь мне на плечо. Лучшая подруга со времен университета, наш HR-директор — обычно я была рада ее видеть. Сейчас хотелось отодвинуться. Она держала руку на мне, хотя я уже посмотрела на нее и вполне могла ответить без этой демонстрации близости.

— Просто устала, Лиз, — сказала я, снимая ее руку со своего плеча. И сразу пожалела: сейчас начнет выяснять, чем именно. — Не надо об этом.

Подруга вздохнула. С таким лицом она обычно заводила разговор о том, как мне трудно с Денисом. Я знала продолжение еще до первого слова. — Денис такой... сложный. Иногда мне кажется, что ты терпишь слишком много. Может, нам стоит обсудить это позже? Наедине?

Лиза выжидала, заглядывала в лицо. Ей явно хотелось разговора, мне — совершенно нет. Сделав вид, что ищу официанта, я направилась к танцполу. Там хотя бы можно было затеряться среди гостей. Не объяснять, почему устала, не выслушивать советы о муже посреди моего же юбилея.

У танцпола стало тесно. Мужчина в костюме отступил, не глядя, толкнул меня в бок. Я потеряла равновесие и наткнулась на женщину за спиной. Шелк скользнул по локтю; по сандалу и амбре я узнала Лизу прежде, чем обернулась. Все-таки пошла следом.

Она перехватила меня за локоть, спасая от падения. Рукав её шелковой блузки задрался выше локтя, обнажая запястье.

В следующую секунду я перестала следить за гостями.

В свете софитов на запястье блеснул серебряный браслет. Тонкий ободок, знакомый изгиб. Лиза повернула руку — и я прочла гравировку. «М+Д». Мои инициалы рядом с инициалами мужа.

Музыка продолжала играть, кто-то хлопал за моей спиной. А я разглядывала чужое запястье и пыталась найти отличие. Я заказывала этот браслет к третьей годовщине свадьбы. Помнила вес на руке, мелкую царапину внутри — оставила сама, пока примеряла в бутике. Денис потом уверял, что потерял подарок в такси. Чуть позже винил курьера, перепутавшего адрес. Пообещал новый, дороже. Я поверила, даже пожалела его: так старался и такая неприятность.

Но вот он. На запястье моей лучшей подруги. Она носила его как свой.

Серебро расплывалось перед глазами, но я продолжала смотреть. Три года. Столько времени я оправдывала его задержки на работе и считала, что в наших ссорах виновата моя занятость. Теперь вспоминала, как он отводил глаза, как Лиза советовала быть терпеливее. Они оба знали. Обсуждали меня, а потом приходили — один домой, другая на кофе — и спокойно слушали мои планы.

— Марина? — Лиза слегка потянула меня за локоть. — Тебе плохо?

Выдернув руку, я пошла к Денису. Лиза обогнала меня и скользнула ему за спину. Муж уже закончил тост и смеялся; ладонь легла ей на талию так свободно, словно он делал это каждый день. Я остановилась в двух шагах. Он видел меня. И руку не убирал.

— Объясни. Получилось тихо. Пришлось показать на браслет, чтобы Денис не притворился, будто я спрашиваю о чем-то другом.

Он опустил глаза к ее запястью. Затем посмотрел мне в лицо и чуть скривил губы. Я ждала хотя бы заминки. Денис, кажется, досадовал только на то, что я выбрала неподходящее место.

— Ревность, Мари? Посреди зала? Это неприлично, — он рассмеялся, коротко и сухо, и сделал шаг ко мне, пытаясь увести в сторону. — Ты выпила лишнего. Давай, отведу тебя к машине.

О браслете он так и не сказал ни слова. Зато гости услышали, что я выпила лишнего. Несколько человек обернулись; я убрала его руку со своего локтя и осталась на месте. За спиной еще хлопали, а Денис уходил рядом с Лизой. Мне было стыдно, и я злилась на этот стыд. Украл он. Обманули они. Почему же хотелось спрятаться именно мне?

***

Дома я прошла темный коридор, не включая верхний свет. В квартире было холодно. Раньше хотелось скорее добраться до кухни, снять туфли и поговорить с Денисом о дне. Сегодня я прислушивалась к каждому шороху: только бы его еще не было. Нужно хоть немного побыть без человека, которому я больше не могла верить.

В ящике рабочего стола я нашла папку со старыми семейными расходами. Между гарантийными талонами лежал чек из ювелирного бутика на Патриарших. Три года назад Денис принес его вместо коробки: вот, мол, купил, но потерял. Теперь я достала в телефоне старую сводку расходов компании. В ту же неделю он провел такую же сумму как «внеплановый ремонт офиса». Ни счета от подрядчика, ни акта. А неделю назад забрал у меня доступ к корпоративной карте — якобы для обновления лимитов.

Я положила чек рядом с телефоном. Взяла, снова положила — бумага дрожала в пальцах. Точная сумма, точная дата. Он оплатил это украшение деньгами компании и отдал моей подруге. А я подписывала отчеты, куда он включал свои расходы. Откуда взялось мое спокойствие? Денис говорил «техническая часть», и я переставала спрашивать. Слишком удобно было считать, что дома мы семья, а с цифрами он справится без меня.

Телефон завибрировал возле чека. Денис. Свет экрана заставил прищуриться; я вдруг поняла, что так и сижу в темноте.

Приняла вызов и приложила телефон к уху. Пусть начнет сам.

— М? — Он даже не спросил, как я добралась. — Ты где? Уехала без меня? Или будешь дуться всю ночь? Перебрала, Марусь. Давай утром спокойно все обсудим, как обычно.

«Как обычно» означало, что утром я должна извиниться за вчерашнее. Денис уже выбрал, что именно случилось: жена перебрала и испортила праздник. Про браслет, про его руку на талии Лизы он говорить не собирался. Я отвела телефон от лица, посмотрела на имя на экране. Даже сейчас он рассчитывал, что я соглашусь на его версию.

— Нет, — сказала я. И положила трубку.

До ноутбука я дошла, держась за спинку стула: туфли все еще мешали нормально ступать. Села и вошла в облачный архив бухгалтерии. После обновления системы Денис перенес текущие операции, но мою старую учетную запись не закрыл. Я туда месяцами не заглядывала. Зачем, если муж уверяет, что все в порядке? Теперь открывала папку за папкой, проверяя, что еще осталось за этими словами.

Старые письма, черновики договоров, файлы с пометкой «технические». Я проверяла названия и даты, возвращалась к пропущенному, копировала подозрительное. Через десять минут попыталась выпрямиться — спина уже затекла. Еще через десять нашла документ, который совсем не должен был лежать в старом архиве.

«Архив_2023», а внутри — «Проект_Чистый_Выход.docx». Я открыла свойства файла. Прошлая ночь, 02:47. Пока я спала в соседней комнате и считала дни до юбилея, Денис занимался своим «чистым выходом». Из чего именно?

Документ загрузился. Я приблизила первую страницу, потому что с обычным размером шрифта фамилии вдруг стало трудно разобрать.

Договор о продаже контрольной доли компании через ООО «Лиза-Холдинг». Я проверила реквизиты: фиктивная фирма, обе подписи на месте. Денис Соколов. Елизавета Морозова. Так официально звали женщину, которая час назад советовала мне обсудить трудности брака.

Я пролистала вниз, к приложениям. Там были скрины переговоров. Лиза писала: «Юристы готовы. Денис говорит, что она ничего не заметит. Она слишком занята своей империей кофе, чтобы смотреть в корень. Браслет — хороший тест. Если она не увидит, значит, мы можем начинать вывод активов.»

Значит, дело было еще и в деньгах. Лиза знала о договорах, о фирме, о том, куда собираются перевести мои активы. Ее жалость давала мне удобное объяснение проблем: устали, переработали, нужно отдохнуть вдвоем. Я думала о браке, а они готовили сделку. Как легко подруга переводила разговор, стоило мне пожаловаться на непонятные расходы.

Захлопнула ноутбук. Он ударил по столу громче, чем я ожидала. Сидеть с этими фамилиями перед глазами больше не получалось.

Через минуту пришлось открыть снова. В темном стекле я поймала свое отражение: губы сжаты, косметика все еще на месте. Плакать буду потом, если вообще захочется. Сейчас надо сохранить документ туда, где Денис не сможет его удалить.

Скопировав найденное, я создала новый файл. В заголовке перечислила то, с чем пойду к юристу. Каждый пункт хотелось написать крупнее, чтобы утром не уговорить себя, будто все было не так:

«Развод. Возврат бизнеса. Заявление о мошенничестве».

Нажала «Enter» и посмотрела на пустую строку. У Дениса уже были договор, фирма и сообщница. У меня — его файл и ночь до следующей встречи. Начну с документов. На этот раз он не отведет меня к машине, пока я спрашиваю.

Глава 2

Под утро Денис наконец вернулся. Щелкнул замок, потом послышались его шаги. Я закрыла сохраненные копии документов, сняла туфли и вышла из комнаты. Ступни болели после корпоратива. В гостиной пахло его виски и лавандовым кондиционером — обычный домашний запах, от которого сегодня хотелось открыть все окна. По пути я пыталась решить, спрашивать прямо или дать ему заговорить первым.

Он уже устроился на диване с ноутбуком на коленях. Не переоделся даже. В очках отражался экран, и, чтобы поймать его взгляд, мне пришлось подойти. На секунду я увидела таблицу и название папки: «Фонд Лизы». Очень вовремя. Он, значит, занят делом, пока я здесь устраиваю сцены.

— Что это? — спросила я. Горло пересохло за ночь; хотелось сказать громче, но вышло с хрипотцой.

Денис закрыл ноутбук. Не поспешил, не попробовал прикрыть экран рукой. Сначала положил ладонь на крышку, потом улыбнулся мне — появились ямочки, знакомые все двенадцать лет. Когда-то одной этой улыбки хватало, чтобы я перестала сердиться.

— Привет, Марин. Не спишь? — Папка «Фонд Лизы», Денис. И браслет на её запястье. Гравировка «М+Д». Объясни.

Он хохотнул, встал с дивана и потянулся до хруста в шее. Я ждала ответа, а Денис еще и подошел ближе. Ментоловая жвачка не перебила запаха табака. Теперь можно было говорить вполголоса, как будто мы обсуждали маленькую семейную неприятность.

— Ты стала параноидальной, солнышко. Это корпоративный мерч для HR-отдела. Мы заказали сувениры для сотрудников, чтобы поднять боевой дух. А браслет... Лиза носит украшения как аксессуары к униформе. Ей просто нравится стиль. Не надо строить из себя детектившу из бульварных романов, пока мы считаем квартальные отчеты.

«Стиль»? Он стоил три моих зарплаты. Выбрала для себя, к нашей годовщине, а получить заказ поручила Денису. Он тогда стоял передо мной с чеком и рассказывал про такси. Значит, уже знал, где коробка. Смотрел на меня и знал.

— Покажи переписку с ней. — Я протянула руку к ноутбуку. — Если это просто мерч, там не должно быть интимных деталей.

Денис придержал крышку. Улыбка исчезла сразу, словно больше не понадобилась.

— Нет. — Почему? — Потому что это нарушение моих личных границ, Марина! — он повысил голос впервые за годы нашего брака, и эхо ударилось о стены гостиной. — Я твой муж, а не подозреваемый. Твои обвинения оскорбительны. Ты сама толкаешь нас к разводу этим недоверием. Хочешь скандала? Пожалуйста. Но потом не жалуйся, что я не могу сосредоточиться на работе.

От громкого голоса я отступила. Это движение разозлило меня еще больше: мой дом, мой вопрос — а пятилась я. Обычно Денис успокаивал, обещал разобраться, соглашался, что я много работаю. Теперь даже не пытался изобразить прежнюю мягкость. Я стояла и ждала, что он скажет дальше.

Приподняв руку, он поправил манжету. На ней блеснул золотой хронограф с темно-синим циферблатом. Новый. Вчера на юбилее я бы заметила такие часы: мы стояли достаточно близко, фотографировались вместе. Пока я смотрела на браслет Лизы, он обзавелся еще одним приобретением.

— Откуда часы? — спросила я тихо.

Он посмотрел на часы и взял меня за плечи. Пальцы сжались, удерживая на месте. Больно пока не было, но отступить еще на шаг я уже не могла. Его запах оказался совсем близко. Раньше я прижималась к нему сама, теперь старалась повернуть лицо и вдохнуть в сторону.

— Инвестиция в имидж, — произнес он медленно, глядя мне прямо в зрачки. — Перед важными клиентами нужно выглядеть солидно. Если ты будешь продолжать задавать глупые вопросы, Марина, я перестану финансировать твои детские игры с кофейнями. Без моей подписи и моего капитала твоя сеть — это просто набор дорогих чашек. Понимаешь?

Вот и объяснение. Деньги, которыми он управлял в моей компании, вдруг стали его личным правом решать, чем я буду заниматься. Денис все еще держал меня за плечи. Я посмотрела на одну его руку, потом на другую. Если сейчас уступлю, этот разговор он будет повторять каждый раз, когда я полезу в отчеты.

***

До кабинета HR я дошла на следующий день, миновав нашу кофейню на первом этаже. Из нее пахло свежесваренным кофе; на этом запахе получилось ненадолго сосредоточиться и выровнять дыхание. Ночные копии были сохранены вне общего облака. Лизе знать об этом не нужно. Я хотела услышать ее объяснение, без Дениса, и сравнить с тем, что нашла в документе.

Кабинет Лизы находился в конце коридора, за стеклянной перегородкой. Она стояла у окна, спиной ко мне, и листала какие-то бумаги.

— Лиз, — позвала я.

Лиза обернулась с улыбкой, которой встречала соискателей. Даже бумаги не выпустила из рук. Меня это задело сильнее, чем если бы она смутилась: сейчас мы разговаривали в ее кабинете, и правила, по ее мнению, задавала она.

— О, привет, Марина. Извини, у меня совещание с директором. Не сейчас.

Не дожидаясь ответа, Лиза подошла к двери и потянула ее на себя. Я успела увидеть за стеклом секретаршу. Та отвернулась к своему столу. Значит, смотреть, как меня выставляют, ей было неудобно, а сказать хоть слово — еще неудобнее.

— Подожди! — я прижала руку к двери, не давая ей сомкнуться. — Нам нужно поговорить. Про браслет. Про Дениса.

Она опустила глаза на мою ладонь, прижавшую дверь, потом посмотрела мне в лицо. Несколько секунд мы стояли так, и я ждала хоть одного нормального слова от женщины, с которой делилась всем.

— Марина, ты ведешь себя неприлично. Это рабочее время.

Лиза дернула дверь. Пришлось убрать пальцы, чтобы не прищемила. Щелкнул замок. Я еще держала руку перед собой, уже в пустоте, пока она уходила от стекла.

В коридоре я стояла слишком близко к двери, чтобы уйти незаметно. Секретарша наверняка видела мои горящие уши. И тут за перегородкой засмеялась Лиза. Так мы смеялись в университете над преподавателями, так она смеялась у меня на кухне. Следом заговорил Денис. Тише, чем со мной дома; я невольно подалась к стеклу.

— ...как легко вывести активы через фиктивные контракты, если аудит спит. Наш план работает идеально, Лиз. Она уже вертит пальцем у виска, думает, что это мерч.

— Идиотка, — весело бросила Лиза. — Даже не догадывается, кто настоящий партнер.

«Наш план». Эти слова я уже читала ночью. Сейчас их произнес мой муж, а подруга ответила.

Я уперлась ладонью в стену. После ночных документов еще удавалось думать: вдруг файл чужой, вдруг я не так прочла приложение? Теперь я слышала их обоих. Денис объяснял, как вывести деньги, Лиза называла меня идиоткой. Ни один не оговорился. Мне понадобилось несколько вдохов, чтобы отойти от двери и не вернуться туда с криком.

***

В банке пришлось ждать своей очереди. Я нашла в интернете юриста и хотела снять наличные для консультации: к Денису с такой просьбой не пойду. Девушка за стойкой проверила паспорт, стала искать счет на мониторе. Потом еще раз посмотрела на фамилию в паспорте. От этой задержки я заранее поняла, что деньги мне сейчас не выдадут.

— Простите, гражданка Волкова. Ваш счет заблокирован. — Как?! Я владелец сети кофеен, у меня обороты... — По вашему счету поступило уведомление об ограничении операций. Основание указано в распечатке, — она опустила голос. — Здесь реквизиты постановления. Подробности вам нужно выяснять с адвокатом.

Принтер выдал распечатку, и девушка положила ее передо мной. Под номером дела в приложении стояло имя финансового директора — Дениса Соколова. Бумага еще была теплой. На улице моросил дождь; я убрала лист под пальто и только там позволила себе остановиться. Он успел раньше меня. Пока я выясняла, кому принадлежит браслет, муж уже объяснил посторонним людям, что с моими счетами делать.

Я набрала Катерину. Со школы она знала меня еще без Дениса и кофеен. Сейчас это казалось важным: хоть кто-нибудь должен сначала услышать меня, а не моего мужа.

— Алло? — голос Кати был сонным. — Катя, это Марина. Мне срочно нужны деньги на адвоката. Денис... он все отрицает, блокирует счета, я в ловушке. Одолжи хотя бы пятьдесят тысяч. Верну сразу. Катя молчала. Я успела отвести телефон и проверить, не оборвалась ли связь. — Марин... — Катя замялась. — Я не могу. — Почему? У тебя есть накопления, я знаю. — Денис звонил мне сегодня утром. Он сказал, что у тебя нервный срыв. Что ты агрессивна, нестабильна, можешь навредить себе или другим. Он просил не вмешиваться, пока ты не придешь в себя. Пожалуйста, обратись к врачу, Марин. Я правда боюсь за тебя.

Катя отключилась. Я даже не успела объяснить про распечатку. Гудки звучали возле уха, а я все держала телефон, надеясь, что она передумает и скажет еще что-нибудь.

На экране осталось имя «Катя». Денис позвонил ей первым и добился большего, чем просто отказа в деньгах. Теперь все, что я скажу о нем, она услышит как рассказ больного человека. Я представила, как начинаю доказывать, что со мной все нормально, как голос повышается. Именно этого он и ждал. Убрала телефон, не набирая ее снова.

Глава 3

Кофейня «Аромат», флагманская точка моей сети, находилась в центре города. Я подъехала туда на такси: ключи от машины остались в квартире, а возвращаться к Денису посреди дня я не собиралась.

Желтая лента перегородила подход к двери. На стекле — наклейка службы безопасности. Я заглянула в «Аромат», заслонив глаза от отражений: внутри было темно, ни бариста, ни посетителей. Еще вчера это место работало, а сегодня мне оставалось стоять снаружи и разглядывать собственные столики через витрину.

Пять лет я выбирала зерно, приезжала на открытия, ночами рисовала этот интерьер. Здесь я знала каждый угол. Но на ленте было написано «Ревизия», и этого оказалось достаточно, чтобы меня не пустить. Кто ее назначил? Где мои сотрудники? Вопросы я задавала мысленно, глядя на закрытую дверь. Спросить вслух было некого.

Зазвонил телефон. Сообщение от Дениса: «Ты увидела, что бывает, когда семья не держится вместе. Вернись домой. Обсудим условия твоего поведения.»

Я стерла сообщение. Потом стиснула телефон и долго не могла убрать его в сумку. Значит, не «ошибка банка», не случайная ревизия: он хотел, чтобы я все это увидела. И приехала обсуждать свое поведение. Я была близка к тому, чтобы швырнуть телефон в дверь. Но разбить еще одну свою вещь — слишком щедрый подарок Денису.

***

Вечером я вернулась в квартиру. Свет горел только в спальне, где Денис лежал с книгой. Пижама, ночник, спокойный человек в собственной постели. По этой комнате никто не догадался бы, что днем его жена просила деньги у школьной подруги и стояла перед опечатанной кофейней.

— Ты дома, — констатировал он, не поднимая глаз. — Ты забрал мой бизнес, — сказала я, входя в комнату. Пришлось остановиться у двери: ближе к нему идти не хотелось. — Ты закрыл счета. Ты настроил против меня друзей. — Я защищаю нашу семью от твоих ошибок, — он захлопнул книгу и повернулся ко мне. Он улыбнулся, и я поняла: моего возвращения ему достаточно. — Марина, посмотри на меня. Мы начинали с нуля. Помнишь? Тот старый фургончик, где мы продавали бутерброды? Я верил в тебя тогда. Я верю и сейчас. Просто тебе нужен отдых. Тебе нужен я.

Он протянул руку, приглашая лечь рядом.

Я легла поверх покрывала, не раздеваясь. Пусть думает, что я сдалась: мне нужен был доступ к домашним документам, а не еще один бой у двери. Жесткость его тела чувствовалась через ткань пижамы. Он обнял меня, положил голову мне на грудь, слушая, как бьется сердце.

— Я люблю тебя, Марин, — пробормотал он в темноту. — Мы справимся. Я помогу тебе разобраться. Главное — доверяй мне.

Он скоро уснул. Я слушала дыхание и ждала, когда пальцы на моей талии разожмутся. Денису даже не понадобилось убедиться, что я поверила в его любовь. Легла рядом — значит, удалось вернуть на место.

Сдвинуть его руку сразу не решалась: проснется и начнет сначала. Смотрела в потолок, чувствуя тепло ладони через одежду. Я помнила, как раньше засыпала под этой рукой. Теперь от прикосновения хотелось вылезти из собственной кожи.

Лежать рядом было особенно трудно после того, что я услышала в кабинете Лизы.

Он и там говорил обо мне, а она носила браслет. Украшение давно перестало быть потерянным подарком: они сделали из него вещь, о которой знали только вдвоем. Я вспоминала, сколько раз Лиза приходила к нам в гости в длинных рукавах. Уговаривала меня не ссориться с мужем. Насколько удобной я была для них обоих, если не замечала даже этого?

Со мной оставались компания, связи, работа. Всем этим Денис пользовался, пока мог получать свое тихо. Стоило спросить о чужом браслете — и он перешел к счетам, друзьям, закрытым дверям. Значит, вся моя прежняя уступчивость не спасала семью. Она только экономила ему усилия.

От меня требовали остаться женой, пока забирали все, что я создала.

Я ждала слез, но они не приходили. Вместо этого опять вспоминала суммы из отчета. Их можно проверить. Его слова о любви — нет.

Подняла руку Дениса со своей талии и переложила на простыню. Он продолжал спать. Я несколько секунд смотрела, не откроет ли глаза, потом села.

Откинув край покрывала, я поставила ступни на холодный пол. «Я не буду плакать. Я буду считать». Эта мысль помогла дойти до ноутбука, не оглядываясь на кровать.

На экране открылось прежнее окно. Сначала я сохранила все еще раз. Потом убрала пальцы с клавиатуры и подумала, кто мог бы помочь мне против Дениса, а не позвонить ему с тревожной вестью о моей «нестабильности».

Артём. Конкурент, инвестор — Денис раздражался от одного имени. Я помнила это по разговорам о сделках. Если кто-то не захочет передать мои слова мужу, то именно он. Если у кого-то хватит денег и юристов, чтобы спорить с ним, тоже.

В поисковой строке набрала «Артём».

Нажала поиск. Денис спал за моей спиной и не знал, кому я собираюсь позвонить. Пока он не проснулся, можно было найти контакты. Из квартиры мне предстояло уйти, но компанию я оставлять ему не собиралась.

На следующее утро я еще успела попасть в свой кабинет. Хотела проверить квартальные отчеты, но дверь за спиной распахнулась от сильного толчка. Вошли трое мужчин в серых костюмах. Один сразу направился к столу, остальные осмотрелись. Я стояла у окна и пыталась понять, кого звать. Собственная секретарша их пропустила. Или у нее уже никто ничего не спрашивал.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.