Люди будущего

Глубина

Лика взялась за дверную ручку, глубоко вдохнула и выдохнула, чтобы успокоиться, и распахнула дверь. Она сделала это, применив чересчур большое усилие, так что практически кубарем влетела внутрь и оказалась в просторном аскетичном кабинете, где уже сидело четверо мужчин. Один из них, седовласый и представительный, по внешности которого было похоже, что видал он в жизни многое, заговорил первым:

– Я – капитан подлодки, Геннадий Петрович. А вы, я так понимаю, Анжелика? Биолог? Правильно?

– Предпочитаю Лика. А как вы догадались, как меня зовут? – протянула девушка, немного смущённая своим неуклюжим появлением.

– Применил дедуктивный метод. Я знаю, что на борту «Ярины» будет только одна женщина. Следовательно, это вы, – бесстрастным голосом пробасил капитан.

Короткостриженый грузный брюнет, который сидел по правую руку от Геннадия Петровича, добродушно рассмеялся, несколько раз хлопнул капитана по плечу своей большой ручищей и бросил:

– Классная шутка! Я Виталик, старпом. Но друзья зовут меня Витязь.

Лика внимательно посмотрела на Витязя. Он и правда был огромен и могуч, словно Илья Муромец. И как он умудрялся служить на подлодке, где каждый сантиметр свободного пространства в дефиците?

– А эти двое из Федеральной службы безопасности.

– Сергей, – коротко представился лысый тип с хитрым взглядом.

– Арлтан Белугин, – сухо бросил второй, во внешности которого присутствовали азиатские черты.

– Можешь расслабиться, пока мы ждём главного, – сказал капитан.

Лика кивнула и заняла свободный стул. На мгновение она сомкнула веки. Шум моря заставил её истерзанный переживаниями о грядущей миссии мозг немного успокоиться. Лика открыла глаза и подошла к окну. Синие холодные воды безжалостно били о корпус пришвартованной подводной лодки. Невероятно, что скоро Лика окажется на её борту. Возможность исследовать Охотское море была для неё необычайно ценной, ведь её специализация – обитатели океана, в особенности глубоководные. А если фотографии, полученные со спутника, соответствуют действительности, Лика сможет поучаствовать в открытии самого невероятного вида на планете.

Внезапно мысли Лики вернулись из морской пучины на бренную землю:

– А зачем в нашей исследовательской команде представители ФСБ? При всём моём уважении нас ждёт длительная научная миссия.

Сергей ухмыльнулся и процедил:

– Анжелика, вы действительно полагаете, что правительство оставило бы без внимания пятидесятиметровое морское существо?

Лика закусила губу и приготовилась защищаться. Ей тридцать, она доктор наук и давно уже не девчонка, которая не может постоять за себя. Она не позволит так разговаривать.

Неожиданно Витязь расхохотался.

– Эй, ребята, я только сейчас понял, – объяснил он, когда раскаты его смеха стихли, – один из вас Сергей, то есть Серый, а другой – Белугин – Белый. Прямо два весёлых гуся.

Все присутствующие рассмеялись. Лика с благодарностью посмотрела на Витязя. Этот парень умел разрядить обстановку.

– Теперь осталось дождаться руководителя экспедиции – профессора Одинцова. Не люблю непунктуальных людей, – резко сказал капитан.

Лика почувствовала, как начинает задыхаться. Она осаживалась всё ниже и ниже, пока её не подхватил Витязь.

– Что с вами, барышня? – сухо спросил Геннадий Петрович.

– Я не знала, что руководить исследованием будет Одинцов. Когда я подписывала бумаги, мне назвали другую фамилию, – залепетала Лика.

– А в чём проблема? – вмешался Белугин. – Профессора Одинцова сейчас знают даже те, кто наукой совсем не интересуется. Этот его биологический скафандр на основе генома морских тварей – просто нечто!

– Он был моим преподавателем. А скафандр, о котором вы говорите, был создан на основе ДНК тихоходок, или Tardigrada. Исследованием тихоходок в годы учёбы в университете занималась я. Этот подонок украл мою работу и получил Нобелевскую премию, – процедила Лика.

– Вот это история, – пробасил Витязь, присвистнув. – Кому-то лавры и почёт, а кому-то зеро.

– Лавры и почёт – это по моей части, – с достоинством произнёс Одинцов, впорхнув в кабинет, словно сойка. – Называйте меня просто… Роман Алексеевич. Я возглавлю эту миссию. Представляться никому не нужно. Я с вашими личными делами ознакомился перед встречей.

– И с моим делом ознакомились? – процедила Лика.

Она так сильно нервничала в присутствии этого неприятного ей человека, которого когда-то нежно называла Ромой и целовала в его тронутый морщинами лоб.

– В первую очередь ознакомился, Анжелика! – парировал Одинцов хорошо поставленным голосом. – Как вы знаете, я сейчас занимаюсь проектом «Первая планета от Солнца» по высадке космонавтов на Меркурий. Мне в команде пригодятся толковые биологи. Всё, конечно, будет зависеть от успеха нашей текущей работы.

Лика плотно сжала зубы. Может, Одинцов хочет помириться? Может, он скучает? Может быть, его мучает совесть? Но Нобель, чёрт возьми! Нобелевская премия на основе её исследований. Такое не прощают.

– Друзья, сегодня мы отправимся в интереснейшую экспедицию. Мы будем искать в Охотском море огромное неизвестное науке создание, очевидно, являющееся родственником гренландского кита. Нет, это, конечно, не так интересно, как разработка биологических скафандров, способных выдерживать температуру в четыреста пятьдесят градусов Цельсия, но всё же, когда мне предложили открыть новый вид, найти этого кита… Назовём его, пожалуй, Megaptera…

– С чего ты взял, что это кит? То есть вы взяли, Роман Алексеевич… – перебила Одинцова Лика. – Кит не остался бы незамеченным так долго. Тебе, конечно же, известно, киты поднимаются на поверхность, чтобы дышать. Как такому гигантскому созданию удавалось избегать внимания? И вообще, Megaptera – латинское название горбатых китов.

– Когда вы подавали заявку на этот проект, Анжелика, я внимательно ознакомился с вашей теорией о том, что это может быть глубоководная донная тварь. Таким образом, легко объяснить, почему мы не столкнулись с ней раньше. Но полагать, что мы имеем дело с плащеносной акулой пятидесятиметровой длины, в то время как максимальный размер особей этого вида составляет два метра… это безумие, и всё же очертания существа на фото действительно похожи. Именно поэтому если поиск в верхних слоях не даст результата, мы уйдём на глубину. Поищем на дне, так сказать. Это будет запасной вариант.

Одинцов театрально развёл руками.

– Думаю, на сегодня хватит споров, господа учёные, – вмешался капитан. – Завтра жду всех присутствующих на пристани возле подлодки. И чтобы все личные вещи помещались в рюкзак. Места внутри не так много. Это вам не «Акула» длиной сто семьдесят метров… Хотя моя «Ярина» фору любой другой подлодке даст. На такие глубины ни «Акула», ни даже «Комсомолец» погрузиться не способны. А ещё в корпусе «Ярины» есть иллюминаторы. Ну какая другая подлодка может этим похвастаться?

***

Вторая неделя экспедиции подходила к концу. Лика сидела в кают-компании, жевала тушёнку и косилась на Одинцова. Постарел за эти десять лет, обрюзг, но всё ещё привлекателен. Умён. Этого у него не отнять. Хоть и украл её идеи, довёл их до совершенства. Но почему он водит подлодку кругами в верхнем слое, отчаянно пытаясь найти кита? Это бессмысленно. Пора погружаться на дно.

Одинцов покончил с обедом, элегантно вытер уголок рта платочком, который достал из кармана, и вышел.

– Он был твоим любовником, Лик? – неожиданно спросил капитан.

Анжелика округлила глаза от бестактного вопроса. Да как можно спрашивать такое у девушки?! Но на лице Геннадия Петровича застыло сочувствие, и Лика ответила:

– Да.

– Ты хоть совершеннолетней была?

Лика покосилась на Серого, который шастал по коридору туда-сюда. Не хотелось, чтобы «пара гусей» обсуждала её личную жизнь.

– Он не слышит, – успокоил Геннадий Петрович.

– Зачем вы спрашиваете? – поинтересовалась Лика.

– Хочу составить своё мнение о руководителе миссии.

– И что вы пока о нём думаете?

– Думаю, он скорее шоумен, чем учёный. Если он погонит «Ярину» на третий круг без смены траектории, я всё ему выскажу. Представляю, что у тебя в глубине души творится.

Лика нервно зажала пальцами свою бровь.

– Я поговорю с ним. Нужно уходить на глубину. Тем более «Ярина» на такое способна… И я была совершеннолетней. Роман не так ужасен, как вы думаете.

Лика прошла по узкому коридору, с трудом разминувшись с Сергеем.

– Что вы тут ходите взад-вперёд уже целую вечность? – спросила она с ноткой раздражения.

– Схожу с ума от замкнутого пространства. Хочешь сойти с ума вместе со мной? – огрызнулся фээсбэшник, ударив кулаком о металлическую переборку.

– Мне есть с кем сходить с ума, – съязвила Лика.

Сергей присвистнул.

– А вообще-то не похоже, что у тебя имеется парень. Кажется, ты якшаешься только с теми, у кого жабры.

Лика сжала кулаки. Ничто не обижает сильнее, чем правда.

– Дуй уже к себе, – выкрикнул Арлтан из своей каюты. – Хватит клеиться к биологичке.

– К кому хочу, к тому и клеюсь. Нечего за мной следить своими узкими глазёнками, – окрысился Сергей.

– Да, моя мать калмычка. И что? Низко называть меня узкоглазым.

Лика, пока они препирались, тихонько удалилась. Ну точно: один серый, другой белый!

Девушка подошла к каюте Одинцова и слегка коснулась рукой двери, приоткрыв её. Одинцов сидел на койке, согнувшись в три погибели, и сжимал руками голову.

– Я должна была постучаться, прости… простите, – залепетала Лика.

Роман жестом пригласил её войти.

– Эта экспедиция – полная лажа! – сказал он, глядя в сторону. – Мы никогда не найдём чёртова кита-переростка. Если через неделю не будет результата, я сворачиваю поиски.

– Время переходить к плану Б. Нужно искать на дне. «Ярина» способна погружаться до двух тысяч метров. Мы сможем обследовать всё морское дно внутри квадрата, который мы наметили для поиска.

Лике безумно хотелось коснуться своего бывшего преподавателя кончиками пальцев. Вот он перед ней: такой же задумчивый, немного грустный и всё ещё женатый, несмотря на заверения, поросшие мхом, о том, что вот-вот разведётся.

Одинцов подскочил с кровати и спешным шагом направился в центральную рубку.

– Геннадий Петрович, идём на глубину. Пора поискать монстра на дне.

***

Тридцать шестой день миссии закончился. Лика «нырнула» в сон, как только её голова коснулась подушки. Ей снился Одинцов. Боже, как будто в жизни его недостаточно. Роман тихо шептал ей, что тихоходки – замечательная тема для исследования, а потом перебирал пальцами прядки её густых тёмных волос.

– Ром, расскажи мне что-нибудь вдохновляющее, – услышала во сне собственный голос Лика.

– Большой фрегат может пересечь весь Тихий океан без посадки.

Лика хмыкнула.

– Это ерунда. Нашёл, чем удивить. Шестьдесят дней. Чёрный стриж может не садиться на поверхность десять месяцев.

– С тобой невозможно вести диалог, заучка.

– А с тобой…

Лика оказалась совсем одна под толщей воды. Одинцова рядом не было. Только тысячи кубометров холодного моря. Свет практически не проникал на такую экстремальную глубину. Никого рядом. И не только сейчас. А постоянно. Ни на её дни рождения, ни на другие праздники.

Даже когда они с Романом были вместе, Лика каждый вечер оставалась совсем одна, ведь Одинцов спешил к жене – «психичке, которую уже не мог выносить». И всё же ровно в семь он начинал спешно собираться. Лика никак не могла понять в то время, зачем быть с женщиной, которую не любишь. Только сейчас, с высоты своих лет, стало ясно: раз не бросал, значит, не хотел бросать.

А семья? Мать Лики умерла два года назад. С отцом Лика не общалась с самого детства. У него давно была другая жизнь и другая дочь (по всей видимости более любимая). А что касается друзей: чем больше Лика увлекалась своей работой, тем меньше школьные и университетские подруги хотели поддерживать с ней отношения. В мире, населённом миллиардами людей, Лике не с кем было поделиться радостями и горестями.

Вдруг воды начали качать девушку из стороны в сторону. Стоп. Это был уже не сон. Кто-то тряс Лику за плечо.

Она открыла глаза. Перед ней был Витязь.

Лика провела по щекам рукой, незаметно утерев предательские слёзы.

– Эй, Лик. Мы нашли ЭТО.

Анжелика подскочила с койки так быстро, будто на кровати разлилась река раскалённой магмы.

– Геннадий Петрович освещает чудовище прожекторами. Монстр не шевелится. Беги быстрее в рубку.

– Никаких прожекторов! – почти закричала Лика.

– Я тут при чём? Петровичу говори, – обиженно протянул Витязь.

Лика прямо в пижаме ворвалась в рубку. Около иллюминаторов, зачарованные открывшимся зрелищем, стояли капитан и научный руководитель миссии.

Лика сделала пару шагов и уставилась в пучину. Рассеянный свет открывал взору очертания чудовища. Это была огромная, невероятная, пугающе прекрасная плащеносная акула. Она мирно лежала на дне и не шевелилась. Её широкая приплюснутая морда, обращённая к подводной лодке, была оснащена многоуровневым частоколом острых, как лезвия, зубов. А по бокам морды было по шесть жаберных щелей. Такого водного монстра не могло существовать по всем законам природы. Но он был перед ними. Глаза не врали.

– Я не могу в это поверить, – тихо проронил Одинцов.

Он тоже был в пижамных штанах и с заспанным лицом. Только вот глаза его не опухли от слёз. А с чего ему было плакать? У него в жизни всё прекрасно. Прямо сейчас он совершил очередное открытие, которое поможет его и без того блистательной карьере пойти в гору со скоростью ракеты.

– Это акула, Ром. Я была права, – отозвалась Лика.

Роман Алексеевич кивнул.

– Пока оно спит, нужно исследовать его. На борту пять специальных биоскафандров. Они легко выдержат экстремальные условия. Моя разработка.

Лика хотела было сказать что-нибудь токсичное, но промолчала. В такой момент, когда все фундаментальные научные истины переворачивались на глазах при взгляде на приплюснутую башку глубоководного обитателя размером с дом.

– Будите всех. Мы с Ликой приблизимся к чудовищу. Остальные пусть наблюдают из рубки.

– Виталик, всех буди, – рявкнул Геннадий Петрович.

Из глубин подлодки отозвалось:

– Есть, капитан.

Час спустя Лика облачилась в биоскафандр. Внешне она была спокойна как удав, внутренне – напугана, как кролик, оказавшийся в одной клетке со львом.

– Всё будет хорошо, Лик, – успокоил её Витязь, прочитав тревожные нотки в глазах девушки.

– Выходим, – сухо скомандовал Одинцов, увлекая Анжелику вслед за собой.

Пара бывших любовников бок о бок покинула «Ярину» и направилась к морской твари.

Пульс зашкаливал. Шевелиться в этом скафандре было катастрофически сложно. Страх сковывал мысли Анжелики, но ноги её продолжали передвигаться по дну Охотского моря. Шаг за шагом. Сантиметр за сантиметром.

Путь от «Ярины» занял по меньшей мере пятнадцать минут.

– Мы близко, Лик, будь аккуратна. Нам нужно взять соскоб с тела существа, – скомандовал по внутреннему каналу связи Одинцов. – Необходимо провести тесты ДНК.

Биологи обогнули голову чудовища.

– Как же одинок, должно быть, этот монстр, – отозвалась девушка.

Близость опасности заставила её сказать необдуманную вещь.

Одинцов промолчал. Он обогнул брюшной плавник чудовища и прикоснулся к его телу.

– Что скажешь, Лик, это плащеносная акула?

– Без сомнения, профессор. Все признаки указывают на это.

– Посмотрим, что там намешано в ДНК.

Одинцов вытащил из-за спины аппарат, похожий на жезл, и с усилием приложил его к тёмно-коричневому боку монстра.

Лика в это время продолжала идти вдоль тела создания.

– Боже, Одинцов, иди быстрее сюда! – воскликнула девушка.

Роман спешно приблизился к ней.

– Посмотри!

На боку существа была дверь, на которой на русском и английском было написано «Собственность компании “Заслон” 2023».

***

– Это оружие! – рявкнул Сергей. – И мы должны его уничтожить.

Уже несколько дней вся команда корабля вела оживлённые споры по поводу судьбы существа.

– Вы не понимаете, это уникальное создание: наполовину живое, наполовину синтетическое. Мы не можем его уничтожить.

– Подорвём тварь, и дело с концом. Правительство предусмотрительно выделило нам пару «игрушек» в дорогу как раз на такой случай, – отозвался Геннадий Петрович.

– Да как вы можете, капитан? Оно живое, пусть и частично. А ещё если там есть дверь, то мы могли бы попробовать войти внутрь, – предложила биолог.

– Безумие! Девчонка безумна! Поехала крыша от отсутствия мужика! – выплюнул с усмешкой Сергей. – Нас с Арлтаном как раз на такой случай и отправили в экспедицию. Правительство подозревало, что нам придётся столкнуться с оружием, произведённым в прошлом веке во времена политической напряжённости.

– Мы не знаем, что ЭТО есть, Серый. Может, подрывать чудовище опасно, – вмешался Белугин. – А вдруг ЭТО можно использовать в интересах государства. Судя по надписи, монстр пролежал на дне почти восемьдесят лет. Пролежал скрытно. Никто его не засёк. Я думаю, это сверхтехнологичная подлодка.

– «Заслон» – много о них слышал. В двадцать первом веке они были новаторами в приборостроении. Эдакой компанией будущего, – перебил капитан.

– Правильным будет вернуться на берег и попросить правопреемников «Заслона» дать отчёт, – предложил Витязь.

– Этой компании уже нет. А все документы наверняка засекречены или того хуже уничтожены, – отрезала Лика. – Раз правительство не в курсе, значит, нам никто разъяснения давать не будет.

Витязь начал активно артикулировать руками.

– Правительство во всём разберётся.

– Но тогда мы точно ничего не узнаем. Вся эта история останется для нас тайной за семью печатями. А сейчас у нас есть возможность раскрыть правду.

Голос Лики дрожал, когда она произносила это. Оставаться невозмутимой для неё оказалось слишком сложно.

– Я на стороне Лики. Там есть дверь, и мы должны попасть внутрь, – отрезал Одинцов. – Я проанализировал ДНК твари. В её геноме есть участки от плащеносной акулы и от медузы Turritopsis Nutricula. А это значит…

– Что оно бессмертно, – договорила фразу Лика.

Одинцов сухо кивнул.

– Монстр в стазисе. Мы можем войти. Завтра утром к двери отправимся мы с Ликой, Витязь, Сергей и Белугин. С собой возьмём оружие. Мы не знаем, что нас ждёт.

Присутствующие молча разошлись по каютам. Всё было уже сказано. Продолжать разговор стало бессмысленно.

Каждый из них боялся наступления утра, и каждый молился, выхватывая из подсознания обрывки «Отче наш», даже Сергей, слывший ярым атеистом.

***

Сердце, не стучи так сильно! Ты же сломаешь мне рёбра!

– Лика! Лика! Реагируй, чёрт возьми! – услышала крик в наушниках девушка.

Она попыталась пошевелиться, но тело её было сковано.

– Дверь открылась сама. Ты должна подойти к нам!

Лика забыла, как двигаться.

– Витязь, тащи её ко входу. Мы внутрь, – скомандовал знакомый и по-прежнему любимый голос.

Мгновение прошло или вечность, девушка не знала. Но вот она в пузе чудовища! Стоп! Это не пузо. Лика осмотрелась по сторонам: металлическая обшивка, трубки, датчики, экраны. Дверь с рулевым открыванием впереди. Это шлюзовой отсек подводной лодки!

Внешняя дверь закрылась, и Лика ощутила нахлынувшую на неё волну страха. Начался отвод воды через специальный клапан. Когда насос выкачал всю воду, отворилась внутренняя дверь. Команда вошла на борт.

– Воздух пригоден. Снимаем скафандры! – бросил Одинцов после того, как проверил показатели специальным газоанализатором.

– Я свой не сниму. Мы оставим скафандры здесь, а местные обитатели их заберут. Тогда нам конец, – упёрся Сергей.

– Местные обитатели, возможно, не рады гостям, а ты будешь двигаться в костюме со скоростью тихоходки. Вот тогда точно настанет конец! – выпалила Лика, снимая свой скафандр.

Команда оставила костюмы возле шлюза. Все как один достали пистолеты. Они перемещались по кораблю тихо, незаметно, заглядывая за каждый поворот максимально аккуратно.

Но строение было совершенно пустым.

– Предлагаю разделиться, – пробасил Витязь, когда команда подошла к развилке.

Несколько минут на корабле было тихо, как в саркофаге.

Внезапно в воздухе повис рёв Витязя, дикий, преисполненный ужаса или боли.

Лика вместе с Белугиным кинулась на этот зов. Из правого крыла тоже доносился топот товарищей. Никто уже не пытался скрыть своё присутствие на корабле, ведь член миссии был в опасности.

На светлом блестящем полу посреди довольно просторного по меркам подлодки помещения лежал скорчившись в конвульсии боли Витязь. Из его бедра хлестала кровь.

Лика зажала руками рот, но в глубине её горла всё равно рождался хрип напуганного ребёнка.

Одинцов склонился пополам, словно готовый вырвать.

– У нас есть жгут, – невозмутимым голосом сказал Арлтан.

Сергей так же вёл себя спокойно. Лика впервые по-настоящему обрадовалась, что среди них есть фээсбэшники, люди, которых выбить из колеи не так просто.

Белугин наложил жгут немного выше раны.

– Кто на тебя напал? Мужчина? Женщина?

– Это был юноша, – слабым голосом отозвался Витязь. – Я приблизился к той двери, – мужчина показал рукой в сторону, – а он наскочил на меня с оружием, похожим на электрический нож.

Белугин живо подошёл туда, куда показал раненый. Там, действительно, была дверь, но ни ручки, ни замка на ней не было. Как же попасть внутрь? Мужчина с силой толкнул дверь плечом.

– Закрыто. Но мы её вскроем. Вопрос в другом: как быть с Витязем?

Одинцов наконец-то распрямился и голосом таким, словно напали на него, промямлил:

– Витязь должен получить помощь в течение двадцати минут, максимум получаса. Иначе истечёт кровью. У нас есть с собой медикаменты. Но с такой серьёзной раной, – он с долей брезгливости посмотрел на куски порванной плоти, – потребуется операция. Его нужно доставить на «Ярину».

– Мы не донесём Витязя так быстро. Парень не жилец.

В дальнем коридоре послышались приглушённые шаги.

– Мальчишка, – бросил Арлтан. – Надо с ним разобраться. Сергей, прикрой меня.

Пара фээсбэшников тихо шла по кораблю. Им уже не было так страшно, как в момент проникновения на подлодку. Их двое. У них пистолеты. А враг, очевидно, совсем один. И у него оружие ближнего боя. Проще простого.

Топот. Скрип. Поворот коридора. Это напоминало Белугину охоту на гусей, которая была его любимым занятием, когда он приезжал на историческую родину матери, в Калмыкию. Только вот под прицелом совсем не гусь. Это человек. А может, и нет. Не всё, что лежит на поверхности, оказывается правдой.

Очередная дверь нараспашку. Пистолеты наготове. В конце коридора пытается спастись долговязый русый мальчишка.

– Стой! Я не причиню тебе зла, – говорит уверенным голосом Белугин.

Мальчишка поворачивается к преследователям лицом. Его глаза настолько светлые, почти как у глубоководных рыб. Ему не больше двадцати лет на вид. В одной руке он сжимает окровавленное подобие ножа с лезвием, похожим на удар молнии. Сергей прицеливается.

Тишину подлодки пронзает звук выстрела.

***

Лика сидела на холодном полу и держала на руках голову Витязя, когда вернулись Сергей и Арлтан.

Из-за их спин к присутствующим вышел мальчишка.

– Кто ты? – выдохнула Лика.

Кожа паренька была белой и практически сливалась с его белоснежным одеянием.

– Я – Свят. И я могу помочь вашему другу.

– Помог уже! Разве можно верить тому, кто напал на Витязя? – процедил Сергей, почесав лысую голову.

– Я же вам поверил несмотря на то, что вы выстрелили в меня.

Мальчишка прикоснулся бледной худой рукой к плечу. Одежда в этом месте была порвана и немного испачкана кровью, но под ней виднелась розоватая здоровая кожа.

Свят под удивлённые взгляды команды склонился над Витязем, потом достал из кармана, вшитого в рукав рубашки, какой-то прибор, напоминавший длинную иглу. Вспышка света заставила Лику зажмуриться. А после она увидела, что рана на бедре Витязя исчезла.

– Кто ты? – снова повторила Лика.

– Я тот, кто живёт здесь, – отозвался Свят.

Его голос был по-мальчишески звонким.

– Почему ты напал на Витязя?

– Он хотел войти туда, куда входить нежелательно.

– Что за дверью? – продолжила диалог Лика. – Оружие массового поражения?

Свят улыбнулся чистой открытой улыбкой.

– Там ДНК всего сущего в этом мире. Этот корабль – хранилище ДНК всех живых существ. Можно назвать его Ноевым ковчегом. Если жизнь на поверхности погибнет, я заселю Землю вновь. Это моя задача. Смысл жизни. Ждать и надеяться, что мне не придётся вмешиваться.