Нежное доказательство чувств

Глава 3

Никто из них не сможет забыть эту ночь…

– Можешь сказать Нико, что я не покину свой дом.

От одного упоминания его имени сердце Авроры разбивалось на кусочки и одновременно начинало сильнее биться. А в этом доме оно звучало часто.

– С каких пор у меня есть прямой контакт с вашим сыном, Гео? – Аврора пыталась сохранять невозмутимость.

– Он послал вертолет, чтобы забрать меня в Рим.

На мгновение она замерла и перестала взбивать подушки за его спиной. К старости Гео начал периодически путать события и преувеличивать, но даже если поделить его фантазии на два, звучало неправдоподобно.

– Кто вам это сказал?

– Доктор.

– О? Тот доктор, по словам которого вас убьет алкоголь?

Гео усмехнулся.

– И который считает, что вы не справитесь самостоятельно и за вами нужен уход? Мне казалось, вы не очень-то ему доверяли.

– Возможно, на этот раз он говорит правду. Нико пришлет вертолет, чтобы меня забрать.

Южное побережье Сицилии страдало от пожаров, которые постепенно приближались к их деревушке. Им сказали покинуть ее – и конечно, это нужно было сделать, – но и Гео, и Бруно отказались. Аврора не сомневалась, что Нико захочет уберечь отца, но частный вертолет – роскошь для мальчишки из Силибри. Даже для добившегося успеха мальчишки!

К тому же Гео все больше и больше путал реальность с выдумкой. Несколько недель назад он сказал принесшей продукты Авроре, что, приди она чуть раньше, – застала бы Марию. Жена Гео и мать Нико умерла больше чем за год до рождения Авроры. А на прошлой неделе он придумал, что Нико владеет тремя отелями в разных странах Европы. Когда она усомнилась, Гео поправился: не тремя, а четырьмя!

– Он вор. Он меня обокрал.

– Это сказки, Гео. – Аврора старалась сохранять мягкий тон.

– Он может подавиться своим домом престарелых в Риме. Ненавижу его. С чего бы мне хотелось жить ближе к нему?

Аврора знала, что отец и сын не ладили. Но хотя ей не нравилось обращение Гео с Нико, пройти мимо дома старика и не зайти к нему не представлялось возможным. Если она могла хоть немного облегчить жизнь Нико заботой о его отце, это того стоило.

– Вам нужно что-нибудь еще?

– Возьми немного денег и сходи в магазин.

– Виски я вам не принесу, Гео.

– Почему? Мы все равно умрем от пожара.

– Что ж, вы встретитесь со смертью трезвым. – Аврора улыбнулась.

– Возьми деньги и принеси мне виски.

– Не вздумай.

Этот глубокий голос, от которого все внутри переворачивалось, Аврора узнала бы где угодно.

– Нико… Ты здесь?

– Да.

Его брюки и белая рубашка сохранили свежесть, несмотря на перелет. Какой контраст с ней, которая весь день занималась уборкой листьев во дворе Гео в попытках хоть как-то позаботиться о его безопасности. Ну почему он не мог приехать через несколько часов? Она бы успела умыться и приодеться для праздника Антониетты. Впрочем, какое это имеет значение – Нико все равно не посмотрел бы в ее сторону.

– Как ты сюда попал? Дорога из аэропорта закрыта.

– На вертолете.

– Я же говорил. – Гео вмешался в разговор и обратился к сыну: – Я никуда не поеду. И тебя здесь не ждут. Убирайся!

Ну началось. Не прошло и двух минут, как Гео уже кричал и замахивался палкой.

– Убирайся!

– Па…

– Вон! Я хочу, чтобы ты ушел. Ты приносишь одни проблемы. Тебе здесь не рады. Ты вор и лжец, ты разрушил мою жизнь.

Аврора сгладила ситуацию.

– Я заберу Нико и покажу ему, что мы сделали, чтобы подготовиться к огню.

Они вышли из маленького домика, но легче не стало – вслед им неслись проклятия Гео, а перед ними расстилался смог.

– Отец не согласится на отъезд.

– Знаю.

По просьбе Нико Марианна уже все подготовила в Риме к приезду отца, но он знал, что это бессмысленная затея.

– Ты можешь увезти его без согласия.

– Мог бы. Но тогда он умрет на моем плече, просто чтобы досадить мне. А ты?

– Я?

– Да, почему здесь остаешься ты, Аврора?

– Потому что мы должны защитить деревню.

– И что ты можешь противопоставить пожару?

Глупый вопрос. В этом невысоком худеньком теле скрывался характер крепче стали. Последние четыре года с той прогулки они старались держаться на расстоянии друг от друга, но он наблюдал за ее расцветом. Отвергнутый им нахальный подросток, ловивший каждое его слово, превратился в прямолинейную и напористую девушку, которая заводила его моментально. Впрочем, он это старательно скрывал, потому что как минимум одно оставалось неизменным: Нико не хотел семью и не хотел нести ответственность за еще одно сердце.

– Аврора, ты не можешь остановить пламя.

– Я могу кормить пожарных. В любом случае па говорит, что деревня в безопасности.

– Аврора. – Нико старался не показывать виду, но при одной мысли, что она останется здесь, его горло сдавливал страх. Деревня не в безопасности. В конце концов, Нико только что видел землю с высоты и слышал беспокойные комментарии пилота – бывшего военного. Бруно, отец Авроры, наверняка жалел о своем глупом решении и просто пытался сохранить лицо.

– Уезжай.

– Нет.

– Полетели со мной.

– Я уже сказала: нет.

– Я могу настаивать…

Она фыркнула, и Нико пришел в ярость. Неужели Аврора не видит опасности?

– Я и тебя могу увезти силой – закинуть на плечо, как мне хотелось бы сделать и с отцом.

– И что потом, Нико? Что ты будешь делать со мной в Риме?

Он стиснул зубы.

– Отец не будет возражать. Наоборот, все деревенские жители выберутся из домов и будут восхищенно смотреть, как ты меня уносишь. – Аврора улыбнулась, хотя в глазах светился холод. – Но потом ты ведь вернешь меня, Нико. И вот этого они не одобрят.

Совсем не одобрят.

– Ты никогда не думала уехать?

– Но зачем? – Аврора пожала плечами. – Семья для меня все. Дай мне хорошую еду и семью, и этого достаточно. Чего еще я могу хотеть?

– Чтобы передразнить отца, нужно понизить голос.

– Но я не передразниваю его.

– Нет? Ты так часто слышала эти мысли от него, что стала думать так же, как и он.

– По какому праву ты критикуешь меня?

– Я не критикую.

– Критикуешь.

Нико замолчал. Аврора права. Он действительно критиковал и действительно не имел на это права. Особенно с учетом всего, что она делала для его отца. Кстати, об этом…

– Ты так и не прислала реквизиты, чтобы я мог заплатить тебе за время, проведенное с отцом.

– Я не считаю это за работу.

Она видела в этом свой долг, и Нико знал это. Он мог не жениться на ней, но девушка все равно взяла на себя заботу о его семье.

– Аврора…

– У меня нет времени, Нико, я хочу убрать дрова подальше от дома твоего отца. Это должен был сделать брат…

– Дай мне пару минут.

Нико отошел от дома и набрал номер телефона пилота, чтобы отправить его домой. Так будет безопаснее, и к тому же держать вертолет наготове, если вдруг Гео переменит мнение, будет бесполезной тратой денег. Оставить же отца в одиночестве Нико не мог, как и повернуться спиной к Авроре, которая сейчас таскала бревна и делала все, чтобы сохранить жизнь пожилого мужчины в безопасности.

– Хорошо. – Он подошел к ней. – Оставь это мне. Что еще нужно сделать?

– Ты не улетаешь?

– Нет.

– Нико!

Их разговор прервал появившийся Бруно – как всегда, с теплым приветствием. Нико не переставал этому удивляться. Почему его не оскорбил тот факт, что Нико отказал его дочери? Почему Бруно продолжает обращаться с ним как с будущим зятем?

– Ты останешься у нас.

– Нет, нет… – Нико не хотел оставаться под одной крышей с Авророй. Точнее, если и оставаться – то наедине. Затащить ее в душ, намылить груди, в ложбинку между которыми сейчас стекали струйки пота. Он попытался прогнать из головы интимные фантазии.

– Мы не дотягиваем до твоего уровня?

Снова и снова один и тот же сценарий. Отказаться от гостеприимства Бруно будет оскорблением, и, хотя в профессиональной жизни Нико об этом не задумывался, здесь он старался вести себя иначе. Нравится ему это или нет, но, пока его отец жив, эти люди ему нужны.

– Ты можешь лечь в кровати Авроры.

– Нет, на это я не могу согласиться!

– Она сегодня все равно не будет ночевать дома – собирается отмечать день рождения Антониетты.

– Аврора должна быть дома. Разве из-за пожарной угрозы не перекрыли все дороги?

– Основную – да, но между деревнями сообщение открыто. Опасность сохраняется уже несколько недель, и мы не можем поставить жизнь на паузу. К тому же отец Антониетты – главный пожарный. Пожарные разбили лагерь на его земле, и сейчас это самое безопасное место.

Какое вообще это имеет отношение к огню?

– Я могу постоять на вахте.

– Сегодня очередь Пино, вчера была моя. Ты должен остаться у нас.

– Спасибо за предложение. Но я останусь, только если буду спать на диване.

– Как пожелаешь. – Бруно пожал плечами.

Перед ужином Нико еще раз заглянул к отцу, который уже был в алкогольном забытьи. Аврора укладывала его так, чтобы тот не задохнулся, если ему станет плохо ночью.

– Я договорился с магазином, чтобы не отпускали ему виски.

– Теперь появилась доставка на дом. – Аврора пожала плечами. – Даже твой отец обнаружил существование Интернета. К тому же к нему всегда заглядывают Пино или Франческа. Его не остановить.

– Я посылаю деньги, но начинаю сомневаться…

– Если ты перестанешь их посылать, он перейдет на дешевое вино. Пойдем, нам пора на ужин.

– Сперва мне нужно поговорить с доктором.

Новости от врача оставались прежними – Гео должен перестать пить, он нуждается в более интенсивном уходе. Вот только в Силибри нет людей, которые могли бы ему помочь.

– Я поговорил с агентством, если приобрести дом на другой стороне улицы…

– Хоть десять, никто не захочет там жить. Деревня умирает быстрее, чем твой отец.

Тогда почему Аврора решила остаться здесь? Нико вспомнил, как раньше за столом Мессин девушка рассказывала о своем увлечении фотографией, как пыталась уговорить менеджера заменить этикетки на бутылках вина. Ей хотелось переименовать бренд и привнести другие изменения. Тогда у нее были страсть и мечты, но под влиянием жителей деревни они погасли. Эта атмосфера удушала как дым, который сейчас покрывал долину.

– Садитесь. – Бруно поприветствовал Нико и Аврору. – Дай мне хорошую еду и семью, и этого достаточно.

– Спасибо, па, я поем на празднике. Да и уже пора собираться.

– Там на празднике будут пожарные? – Вопрос был адресован Авроре, но смотрел Бруно на Нико.

– Думаю, они немного заняты тушением пожаров. – Она мило улыбнулась и вышла.

– Авроре нравится один из пожарных. – Бруно закатил глаза. – Пожалуйста, ешь, ешь, Нико. Ну же – ешь.

Нико даже не мог почувствовать вкус макарон. Всем своим существом он ловил звуки из душа, в который направилась Аврора.

Как же хорошо смыть с себя всю жару и грязь этого дня! Но хотя она работала с шести утра без перерыва и все мышцы гудели, усталости она не чувствовала. Аврора смотрела на свою бронзовую кожу, округлый живот, полные груди, плотные ноги. Слишком много всего – кожи, ягодиц, бюста. Слишком выраженные формы. Хотя для Нико этого оказалось недостаточно. Но даже сейчас, стоя под струями воды на расстоянии нескольких комнат от него, Аврора чувствовала возбуждение. Как ему удавалось так ее заводить? На прошлой неделе она поцеловала пожарного и ощутила колючесть бороды, привкус чеснока и запах дыма.

Нико же был безупречен – правда, не в вопросах морали. Слышала она все эти сплетни! И тем не менее. Даже от аромата его одеколона и чистоты ногтей ее бросало в дрожь.

Аврора вышла из душа и завернулась в полотенце. Внутри у нее все горело.

Она вошла в свою розовую спальню, сохранившуюся в детском стиле, но что делать? Предполагалось, что к этому времени она уже не будет в ней жить. Но станет ли она старой девой или выйдет замуж – счастья с Нико ей не изведать никогда. Злые слезы потекли по ее лицу.

Аврора с трудом застегнула бюстгальтер – так набухли соски. А когда она собирала волосы в подобие стильной прически, то задела поднос, и ее крестик полетел на пол. Знак? Аврора почувствовала надвигающуюся опасность. В чем смысл быть идеальной итальянской девушкой, если идеальный итальянский парень тебя не хочет?

Она открыла книгу, из которой вырезала середину, и достала запрещенные таблетки. Раньше девушка называла их бесполезными – зачем они, если невозможно представить секс с кем-либо, кроме Нико? Но сегодня она выпьет вина и попробует снова поцеловать пожарного. Может быть, на этот раз она даже не сбросит его руку, когда он пощупает ее грудь.

Будь проклят этот Нико Карузо! Пора его забыть. Аврора нанесла румяна и блеск для губ, подправила ресницы тушью и капнула на шею и запястья немного туалетной воды. Высокие каблуки довершили образ, созданный не для пожарного. Все эти приготовления были ради одной минуты, когда Аврора пройдет мимо Нико. Ей хотелось, чтобы он испытал муки сожаления.

Но когда посреди трапезы Нико увидел Аврору на каблуках и в серебристом платье, его обуяли муки вожделения. И это при том, что он пытался не смотреть на нее.

– Аврора, переоденься, – нахмурился Бруно.

– Но почему? К тому же ты знаешь, что я просто спрячу туфли и платье в сумку и переоденусь на улице. Потому что сегодня я планирую быть в этом, что бы ты ни сказал.

Нико не сдержал улыбку. Аврора не скрывалась и не лгала, она всегда оставалась собой. С улицы раздался сигнал клаксона – подъехало единственное на несколько деревень такси.

Как же сильно она действует на него! Но думать об этом было нельзя. Как и о страхе, который приходил, когда он представлял ее этой ночью в окружении горящих гор.

Аврора поцеловала отца, мать и брата, и Нико сжался в ожидании новой муки, испытания для них обоих. Обойди она его традиционным прощанием – и комментариев не избежать. Все заметят ее своеволие, и вот тогда они окажутся в неловком положении. Оставалось ждать, пока она дойдет до него. Аврора оперлась на столешницу, но именно в этот момент брат решил положить себе добавку, вынудив ее резко подвинуться и опереться рукой на плечо Нико. Такое крепкое и теплое.

Они оба пытались не дышать, их желание могло взорваться от малейшего импульса.

– Береги себя. – Несколько грубоватый голос для таких слов.

Она выдавила из себя легкую улыбку и выпрямилась.

– Не беспокойся обо мне, Нико. – В ее словах читалась угроза.

Сегодня она будет искать приключений на свою голову. И это не могло не тревожить.

Глава 4

Позже ночью, которую они оба никогда не забудут…

– Нам стоило покинуть деревню.

Аврора повернулась и посмотрела на Антониетту. Они втроем сидели на холме и наблюдали за зловещим заревом.

– Мы справимся, – ответила Чи-Чи. – Скоро начнется гроза.

– А с грозой приходят молнии. Как бы мне хотелось уехать, чтобы я должна была отправиться… – Антониетта на мгновение задумалась. – Ну, например, в Париж.

– Но ты не говоришь по-французски.

– Я учу его. – И добавила: – Па говорит, что после всех этих пожаров нужно будет устроить настоящий праздник. Я помолвлена.

Чи-Чи взвизгнула и подскочила от восторга.

– С Сильвестром. – Антониетта покосилась на Аврору, пытавшуюся скрыть гримасу неодобрения.

Антониетта и Сильвестр были дальними родственниками, и Аврора была уверена, что этот союз – ради сохранения денег в семье, а не ради любви.

– Ты счастлива? – Ей не хотелось задеть подругу своими подозрениями.

Ответ был неожиданным.

– C’est la vie![1]

Аврора не знала, что это означает, но ей внушало беспокойство тягостное смирение в голосе подруги. Впрочем, та сменила тему.

– Я слышала, твой Нико вернулся.

– Он не мой Нико.

– Нет. – Чи-Чи фыркнула. – Ты должна забыть его.

Она подтолкнула Аврору – к холму подъехала пожарная машина с людьми, которые хотели перерыва, еды и, может быть, поцелуев.

– Но если он вернулся, то что ты делаешь здесь? – Антониетта удержала Аврору на месте.

– Он не хочет меня.

В свои двадцать три года ее подруга была мудра.

– Иди домой. Исправь что можно, пока это еще реально. Я слышала разговор отца о направлении огня…

Нотки печали в голосе Антониетты и приближающиеся усталые пожарные убедили Аврору: сегодня она не хочет оставаться в долине.

Нико играл в карты с родителями Авроры и размышлял о том, что именно такой образ жизни мог вести всегда. Изнурительная работа на виноградниках днем, чтобы ночью рухнуть от усталости в постель.

Но только физической работы не будет достаточно, чтобы утомить его мозг.

С другой стороны, он бы проводил время с Авророй в пустующем доме через дорогу, вместо того чтобы смотреть на волосатые руки Бруно, тасующие карты. Нико мог отказаться жениться на Авроре и оставаться в деревне, но это не означало, что у него нет желания или ему все равно. Его мучила мысль о том, что она где-то в другой деревне.

– Я зайду к отцу.

Гео забылся глубоким сном. Выйдя из дома, Нико почувствовал, что воздух стал очень горячим и уже обжигал лицо. Он посмотрел на пылающие горы и отчетливо различимый приближающийся огонь.

– Бруно, я могу одолжить твою машину и забрать Аврору? Огонь распространяется быстро.

Но оказалось, что на автомобиле уехал брат.

– Да и в любом случае она не обрадуется, если ты нарушишь ее планы. Я уже говорил, она в самом безопасном месте. Уж дому начальника пожарной бригады сгореть не дадут.

Они действительно думают, что огонь предоставит им выбор?

– Он приближается. Аврора знает, в какой ситуации лучше вернуться домой. И мы пойдем на пляж.

Нико едва не начал трясти Бруно за плечи и кричать, что ничего хорошего в том, чтобы умереть всем вместе, нет. Но ему не хотелось наводить панику.

– Возьми подушку из комнаты Авроры.

Нико поднял с пола золотой крестик и с удивлением заметил на полке корешок книги. Девушка никогда особенно не любила поэзию. Еще не открыв том, Нико знал, что увидит внутри. И да, там лежала наполовину пустая маленькая коробочка таблеток. Казалось, Аврора специально оставила все так, чтобы он увидел и понял, что она хотела сказать. И понимание его убивало.

Нико вертелся на мягком диване, вслушиваясь в звуки с улицы. Вот подъехало такси, послышался разговор, но никаких намеков на хрипловатый голос Авроры. Такси заканчивало работу в полночь, а уже было десять минут первого.

Он положил подушку на голову, чтобы заглушить храп Бруно. Похоже, синьоре Мессине он тоже докучал – она накричала на мужа, и на короткое время воцарилась тишина, которую нарушал лишь звук дрона пожарных, то направлявшегося к океану, то возвращавшегося к холмам. И только поздней ночью он услышал, как около дома остановился грузовик булочника. Нико сам часто пользовался его услугами – правда, чтобы уехать из Силибри в другую деревню, а не воспользоваться последним шансом попасть домой. Что угодно, лишь бы уехать.

Как же ему хотелось услышать шаги Авроры! Его испепеляло желание, смешанное со страхом за девушку. Наконец дверь тихо открылась, и послышалась легкая поступь – видимо, она несла туфли в руках. Нико с облегчением выдохнул.

Аврора на цыпочках прошла мимо него. Вряд ли она видела его в темноте – скорее ощущала его присутствие.

Ее настолько достало думать о Нико и том, как он влияет на нее, что она едва не плюнула в его сторону. Аврора направилась в ванную, посмотрела на потекшую тушь и взлохмаченную прическу и принялась чистить зубы. Она даже не могла поцеловать никого, кроме него. А ведь пожарный достаточно красив – большой, с бородой. Из тех мужчин, которые хорошо ладят с ее отцом. Он жил в соседней деревне и даже был готов приехать познакомиться с ее семьей, если это нужно для сближения с Авророй. Милый мужчина. Один недостаток – он не Нико. В каждой своей мечте, в любом сне она целовала Нико. И как заставить себя вылезти из этого замкнутого круга, она не знала.

Руки Нико на ее теле. Губы Нико на ее губах.

Она умылась и переоделась в мешковатую потрепанную футболку, но вместо того, чтобы пойти в спальню, направилась на кухню. Он все-таки станет ее первым. Аврора налила воды и подошла к Нико.

– Я знаю, что ты не спишь.

– Как ты вернулась?

Она промолчала.

– Чем занималась?

– Я не буду отвечать тебе, – Аврора пожала плечами. – Просто сидела на холме, разговаривала…

– С кем?

– Ты не имеешь права задавать такие вопросы.

– С кем?

– С Чи-Чи и Антониеттой.

– А твой пожарный?

– Он хочет меня. Ты нет.

– Так почему ты здесь?

– Я не хочу его. Я хочу тебя.